Его глаза цвета моря

Последние пузырьки воздуха покидали меня и устремлялись туда, вверх, где виднелся одновременно столь прекрасный, но до отчаяния недосягаемый свет. Вместо желанного кислорода, рот залила отвратительно соленая, ледяная вода. Воздуха совсем не осталось, как и сил бороться со смертельно тяжелым весом вечернего платья, так старательно утягивающего меня на дно. Горло и легкие горели, голова, так неудачно ставшая первой точкой соприкосновения с водой, разрывалась от непонятного шума, руки и ноги перестали слушаться, но я не сдавалась! Я не хотела умирать! «Боже, пожалуйста, не сейчас.» Глаза закрывались, а поверхности уже не было видно. Меня затягивало во тьму, но я хотела жить. Неважно, как и где, назло всем желающим мне смерти. «Пожалуйста» Перед тем как провалиться во мрак, мне почудилось, что я видела свет.

─┄ ⋆✵⋆ ┄─

Проснулась я от того, что меня кто-то тряс. — Тенши-кун, просыпайся, мы уже приехали. Хотелось просто нагрубить этой женщине, неизвестно как пробравшейся в мой дом, но даже спросонья привычка сначала понять, кто говорит, а потом уже отвечать взяла верх и мне пришлось открыть глаза. — Вставай, милый, ото-сан (папа) уже ждет нас. Наверное, у более слабонервных дело могло дойти и до обморока, если бы засыпая в своей кровати, они проснулись в машине, а разбудила их женщина-кошка. Пока я тупо моргала, старательно держа маску невозмутимости, она подхватила меня на руки и занесла в здание, оказавшееся больницей. Вот только при виде пациентов в голову невольно закралась мыслишка: «Эта что, специально для мутантов?» и если да, то «Раз я тоже здесь, у меня же не появилась еще пара ушей, глаз или ног?». Своих двоих в любом из случаев мне хватало. Успокоиться, или наоборот подтвердить страшную теорию мне не дали — женщина, постучавшись, вошла в один из кабинетов, где сразу же поспешила извиниться за опоздание перед каким-то, к моей недолгой радости, человеческим мужиком с красивым, но уж очень недовольным лицом. Готовый высказать явно не что-то слишком приятное, он внезапно успокоился, а его голос зазвучал мягко, хотя и не без легкого укора: — Ты заставила Такахаши-сана ждать, дорогая, а он очень занятой человек. На этих словах в кабинет зашел улыбчивый доктор, который на извинения опустившей меня для всех этих поклонов полукошки, только заверил, что все в порядке и стоит преступить к обследованию. Глаза же внешне спокойного «Цукико-самы» продолжали выдавать раздражение и злость. Итог: Лицемер типичный. Осталось только разобраться кем он мне приходится. Что у меня искали я не знала, но по удивленно-довольному взгляду мужчины, облегченно-радостному лицу женщины и еще шире заулыбавшемуся доктору, стало понятно, что результаты обрадовали всех, кроме совершенно ничего не понимающей меня. Это очень сильно раздражало. Наравне с шоком и обидой, что я опять ребенок, который ничего не может сделать без разрешения родителей, и это не сон. «Гадство» Мужчина, перекинувшись с врачом парой слов, взъерошил мне волосы и ушел. А я прямо-таки кипела от злости и — о чудо! Кулаки, которые я сжимала, пронзила острая боль, так что я не сдержала вскрика. — Как интересно! Я, вместе с так же потрясенными взрослыми, рассматривала острые коготочки, оставившие глубокие порезы на моих ладошках. — Похоже Вашу причуду он тоже унаследовал, но скорее как врожденную мутацию. Теперь понятна эволюция причуды «Исцеляющее прикосновение» в «Благословение жизни». Поймав мой растерянно-непонимающий взгляд, он начал объяснять: — Причуда твоей семьи проявилась одной из первых и с тех пор вы вступали в брак с целью ее усилить. Ограничение в виде прикосновения почти исчезло у твоего дедушки, а Хидэеси-сану, к сожалению, не хватило совсем немного. Некоторые считают, что кошки могут чувствовать раны и лечить их, что от части правда, поэтому, женившись на твоей ока-сан (маме), имеющей характерную для некоторых кошек успокаивающую и несколько исцеляющую ауру, он получил тебя. Конечно, поначалу без прикосновения ничего не получится, но я уверен, что ты станешь прекрасным героем-целителем. «Кем буду?» Видимо мое удивление приняли за неверие, потому что этот Така… -сан подмигнул мне и добавил: — Будешь лечить даже Всемогущего, а может и побеждать злодеев. В конце концов, твои физические данные значительно повышены, пусть и не так сильно, как у Цукико-сан. Он улыбнулся, а я еле сдержала желание кого-то ударить, потому что до меня дошло: «причуда», «герои», «злодеи» и этот «Всемогущий» подозрительно напоминали сюжет одного аниме.

─┄ ⋆✵⋆ ┄─

Ехали мы «домой» молча. Я пыталась систематизировать полученную информацию, и картина вырисовывалась не особо радостная. Теперь меня зовут Цукико Тенши и, учитывая, что по всем данным женщина-кошка — моя мама, и обратился тот врач к ней как Цукико, это фамилия. Мужик-лицемер — мой папаша, зовут его Хидэеси. Оказалась я в Японии, слава Богу, язык понимаю, говорить пока не пробовала. Да и что мне сказать? Я же без понятия куда эти суффиксы пихать, не говоря уже о том, как сказать папа-мама, хотя папа скорее всего будет… не помню, что-то о… и -сан? Вот я, конечно, влипла. Помимо «мелких» проблем, типа «как не спалиться, что ваш ребенок не ваш и не ребенок вовсе» оставались более серьезные и, видимо, пока не решаемые. Почему я попала в другой мир и именно в аниме, про которое недавно читала краткое содержание и просматривала внешность главных героев? (Что поделаешь, когда единственная дочь босса что-то хочет обсудить, лучше просто сделать это). И самый главный: есть ли способ вернуться?

─┄ ⋆✵⋆ ┄─

Остаток дня прошел как в тумане. Слава богу, меня никто не трогал. Почему родители не обратили внимание на странное поведение своего чада, я не знала, хотя вполне возможно что Хидэеси было просто все равно, «мама» же беспокоилась, но ничего не осмелилась сказать. Мне это было только на руку. Проснувшись слишком рано утром, я все еще надеялась, что это был всего лишь сон, очень дурной сон. Мне совершенно не хотелось жить в мире, где каждый день совершается множество преступлений, почти все имеют опасные, в той или иной мере, сверхспособности, в стране, про которую я почти ничего не знаю, ведь еще не факт, что я могу говорить на японском. А особенно не хотелось жить в этом теле. Теле совсем маленького мальчика. Ребенка, которого я своим присутствием, возможно, заменила, убила. Депрессию отгонять я умела почти профессионально, поэтому вскоре все мои мысли сосредоточились на текущей ситуации. Для начала нужно было узнать как я выгляжу. Вчера анализировать что-то помимо самой основной информации желания не было, поэтому оглядывала комнату я как в первый раз. Просторная и светлая, она была оформлена в минималистическом стиле: шкаф-купе, простой, но симпатичный стол со стулом, жалкое подобие моей двухспальной кровати, ковер и полки для книг вместе с фигурками каких-то героев. Пол, кстати, был деревянным, а мебель очень не плохого даже по моим меркам качества, значит эта семья была достаточно богата. Осторожно открыла дверь, благо та не скрипела, и спокойно (вдруг кто-то увидит меня крадущейся), но как можно тише, вышла в коридор. Комнатой напротив, видимой через приоткрытую дверь, была игровая. Подойдя и быстро оглядевшись там, поняла, что Тенши не блистал особыми талантами и предпочитал те же игры, что и все обычные дети. Единственным отличием была его зацикленность на героях, но для японских, а может и не только, детей этого мира подобное наверное было естественно. Дальше за игровой была вторая спальня, которую как я вчера узнала, занимали родители, поэтому ее пришлось обходить долго, боясь, что вдруг где-то есть скрипящие половицы, и женщина-кошка услышит мои неосторожные шаги. Я думаю, следующая дверь была заперта, потому что что-то на периферии сознания подсказывало не трогать и тем более не дергать ручку, как я первоначально хотела. Подумав, что это, возможно, та самая кошачья интуиция, сосредоточилась на этом чувстве и фразе «мне нельзя попасться» с десятью восклицательными знаками, а потом поднесла руку почти к самой двери. Результат превзошел ожидание: волосы просто-напросто встали дыбом. Похоже там была какая-то защита, но об этом можно было подумать позже. Больше меня взволновали поразительные возможности нынешнего тела. Похоже в случае опасности я смогу по крайней мере почувствовать ее и попытаться сбежать. Насколько повышены мои физические данные по сравнению с обычными людьми и всеми этими мутантами, я пока не знала. Добравшись до развилки, огляделась. Справа виднелась кухня, а вот слева еще две двери, поэтому повернула туда. Оказывается там же находился и выход, но я сосредоточилась на другом. Первой комнатой была гостевая, еще более пустая, чем комната Тенши, а вот следующая — какая удача! — все-таки оказалась ванной с туалетом и… зеркалом! Затаив дыхание (вдруг несмотря на гены это тело уродливо или, не дай Бог, имеет какие-либо лишние выросты), подошла поближе и наконец облегченно выдохнула. Мальчик был человеком, при том даже красивее меня, а моей-то внешности и так завидовали слишком многие. Наверное это было из-за нахождения в аниме, поэтому я не удивилась неестественно белым, пушистым и прям очень-очень мягким волосам. Единственным, что мне почему-то не понравилось были глаза: чрезвычайно яркие на фоне молочной кожи и светло-розовых губок, они были лазурно-бирюзовыми, но при моем раздражении потемнели и стали мне еще более неприятными, напоминая о цвете воды на глубине. В животе образовался неприятно тянущий клубок, голова загудела, а ноги задрожали. Странное, сюрреалистичное ощущение соленой воды в горле заставило задыхаться и из последних сил доползти до унитаза, где меня вырвало. Перед глазами потемнело, но теряя сознание, мне отчетливо казалось, что что-то тянет меня вниз. Очнулась я только вечером, и несмотря на последующий диагноз врача: «Он просто потерял слишком много энергии из-за использования причуды», мне казалось, что я забыла что-то очень важное.