Эхо потерянной свободы

— Ты не Тимоти. — резко сказал Фигура, прищурившись. Голос звучал твердо, но в нем слышалась настороженность. Перед ним стоял силуэт. Высокий, черный, без черт лица — лишь два маленьких белых огонька там, где должны быть глаза. Он не излучал зла, но и не внушал доверия. Он просто был. — Меня зовут Шэдоу. — представился тот, делая шаг вперед. Библиотекаря что-то напрягало. Не внешность, нет. А взгляд. Эти белые огоньки смотрели на него не просто внимательно. Они изучали. Запоминали каждую черту, каждый жест, каждую тень на лице. Шэдоу слегка прищурил свои «глаза» и, почти ласково, произнес: — Рад тебя видеть, дружище. — Откуда ты знаешь мое имя? — Фигура проигнорировал приветствие. Он поднялся с пола, отряхнул пыль с брюк и встал в полный рост. — Что тебе от меня нужно? — Я знаю все о тебе. — ответил Шэдоу, медленно обходя библиотекаря по кругу. — Я знаю твое желание. Я знаю, кого ты любишь. Я знаю, как ты проводишь ночи — с книгой в руках и чашкой чая, который уже остыл. Я знаю, как ты боишься потерять тех, кто остался. — он остановился слева от Фигуры, спиной к нему, и тихо добавил: — Я не враг. Я хочу помочь. Но вы должны уйти из этого города. Сейчас же. Как только разберетесь с Салли — бросайте все и уходите. Иначе… Вы не выживете. — А конкретнее? — Фигура вскинул бровь, но не отступил. — Почему я должен поверить тебе? Где доказательства? Шэдоу не ответил сразу. Он повернулся, и в его голосе появилась странная тяжесть. — Ты знаешь сущность по имени Озул? Мужчина замер. Это имя… Он слышал его, да. Давно. Старшие сущности кратко что-то упоминали. Видел мельком в запрещенных книгах, которые прятали даже от библиотекаря. — А вот я знаю. — продолжил Шэдоу. — И знаю, что в твоей библиотеке, за фальшивой стеной, стоит трилогия, посвященная ему. Написана она была задолго до твоего рождения — в те времена, когда я был обычным подростком и жил в этом самом отеле. Он сделал паузу. — А ты когда-нибудь задумывался, почему вы, сущности, можете спокойно ходить среди людей, разговаривать с ними, но стоит им переступить порог отеля, и вы убиваете их? — его голос стал тише: — Вы — монстры. Так почему же у вас есть чувства? Почему вы умеете любить? Почему вы не нападаете на людей за пределами отеля? Почему у вас нет правила: «Не выходить»? Почему вы не ненавидите человечество? Он повернулся к Фигуре, и в его «глазах» вспыхнула искра. — Разве это не странно? Ты никогда не задавался этим вопросом? А знаешь, откуда вы вообще произошли? Мужчина молчал. Потом честно ответил: — Нет. Я не знаю. — Но хочешь знать, верно? — Шэдоу не ждал ответа. Он подошел к одному из стульев, завернутых в пленку, и сел, жестом приглашая Фигуру присоединиться. — Тогда садись. Это будет длинная история. Библиотекарь послушно опустился на соседний стул, закинул ногу на ногу и коротко бросил: — Я слушаю. — Давным-давно, в тысяча девятьсот шестидесятом году, на окраине этого города построили отель «Хилтон». — Шэдоу говорил медленно, почти с ностальгией, но в каждом слове чувствовалась боль. — Это был лучший отель в городе. Чистый, уютный, с вежливым персоналом. Особенно много там останавливалось молодых семей с детьми. Никто не жаловался. Никто не боялся. — он замолчал на мгновение. — Но все изменилось двадцать пятого августа тысяча девятьсот семьдесят третьего года. Голос стал тверже. — Поздно ночью, около двух часов, ночной охранник услышал грохот в столовой. Он пошел проверить. Нашел только осколки стекла. А потом… Его убили. Перерезали горло. Тихо. Быстро. Никто не проснулся. Фигура сжал кулаки. Он чувствовал эту ночь — как будто сам там был. — Но охранник не умер. — Шэдоу посмотрел прямо в глаза Фигуре. — Его ненависть к своему убийце была настолько сильна, что душа его не ушла. Она нашла предмет — древний, мощный, запретный. Он дал ей силу, но не тело. Шэдоу вздохнул. — При создании тела охранник допустил ошибку. Его душа разделилась на двенадцать частей. Одиннадцать спрятались в детях, которые в ту ночь спали в отеле. Двенадцатая блуждала дольше всех, пока не нашла Тимоти. Фигура похолодел. — Да. — кивнул Шэдоу. — Именно его голову. Там душа оказалась в ловушке, в тюрьме. А остальные дети… — он посмотрел на Фигуру с грустью. — Это были вы. Все вы. В прошлой жизни вы были обычными людьми. Друзьями. Вы пришли в отель, чтобы проверить легенды… И никто не вернулся. Библиотекарь почувствовал, как по спине пробежал холодок. Воспоминания, которых он не помнил, но которые знал — как шрамы на душе. — После вашей смерти души сотрудников отеля начали взаимодействовать. Одна из них создала себе тело, и сделала то же с другими. Так появились первые сущности. — Шэдоу помолчал. — Вы же… Ваши души были слишком подавлены. Вы не хотели тел. Вы исчезли. Но потом вы родились заново. Как сущности. Без воспоминаний. Без боли. И это было милосердие. — он понизил голос: — Но теперь Озул хочет вернуться. Он хочет собрать все части своей души и выйти из головы Тимоти. Фигура долго молчал. В голове крутились мысли, как листья в урагане. — Понятно… — наконец произнес он. — Сущности всемогущие… Как же все сложно… Потом поднял глаза: — И все же… Кто ты? — Я — тень, — ответил Шэдоу. — Сформированная из маленькой частицы души каждого из вас. Моя работа заключается в том, чтобы предотвратить возвращение Озула. Но он превратил меня в это… — он указал на себя. — Чтобы я не мог помешать ему. — Значит, у каждого из нас есть часть души этого монстра внутри. — сделал вывод Фигура. — Ладно. Это я понял. Но как его победить? — Он не должен быть защищен головой Тимоти. — объяснил Шэдоу. Потом тихо добавил: — И его помощник должен быть пойман. — Помощник? — мужчина нахмурился. — Какой еще за помощник? Шэдоу не ответил сразу. Он смотрел на библиотекаря с такой жалостью, что стало больно. — Мне жаль тебя разочаровывать… — начал он, отводя взгляд. — Но… Среди вас есть предатель. — Предатель?! — Фигура вскочил. — Но это… Это Невозможно! Никто из нас не ведет себя подозрительно! Мы как одна большая семья! — Именно поэтому он так хорошо скрывается. — тихо сказал Шэдоу. — Он делает вид, что страдает, как все. Но на самом деле он помогает Озулу освободиться. — Кто?! — потребовал библиотекарь. — Скажи мне! — Я не знаю. — признался Шэдоу. — Может, это кто-то, кого не превратили в призрака. Может, он рядом с вами каждый день… И вы доверяете ему. — он поднял «глаза». — У тебя есть меньше недели. Если не найдешь его — Озул вырвется. И тогда… Будет поздно. Шэдоу встал. — Ты не можешь доверять никому, кроме себя. Потому что предателем может оказаться кто угодно. Фигура сжал зубы. — Я сделаю все, чтобы поймать его. — пообещал он. — Даю слово. — Я верю тебе. — кивнул Шэдоу. — И кстати… — он махнул рукой в сторону камина. — Тебе не нужно искать ни Тимоти, ни его вещь. Они уже здесь. Фигура обернулся. В кресле, у потухшего камина, неподвижно сидел Тимоти. Призрак. А рядом на полу лежала его любимая книга «Фитц». Библиотекарь подошел и осторожно поднял книгу. — Спасибо. — тихо сказал он, оборачиваясь к Шэдоу. — За все. — Не благодари. — ответил тот, уже начиная растворяться в воздухе. — Помни: меньше недели. Смотри внимательно. Слушай. Чувствуй. — последнее, что услышал Фигура, был шепот: — Удачи, библиотекарь…

***

Мужчина пришел в себя на том же месте — неподалеку от задней двери заброшенного здания. Холодный ветер трепал волосы. Дождь уже прекратился, но лужи отражали тусклый свет уличных фонарей. Визга рядом не было. Ни следов борьбы. Ни криков. Только гробовая тишина. — Куда он делся? — прошептал Фигура, оглядываясь. — Уж не… Не он ли предатель? Он тут же отогнал эту мысль. Нет. Визг слишком яркий, слишком живой. Он не читал запретных книг. Не интересовался прошлым. Он просто любил. Фотографии родителей. Смех друзей. Музыку Сика. Но… Что, если он притворялся? Библиотекарь глубоко вдохнул. — Я сделаю это. — решительно сказал он вслух. — Я найду предателя. Он начал перебирать в уме лица: Джек — слишком открыт. Раш — слишком страдает. Хайд — слишком любит помогать окружающим. Глитч — слишком тих. Амбуш — пропал. Сик — слишком умен, чтобы быть предателем… Или слишком умен, чтобы его поймали? Фигура не знал. Но знал одно: время идет. И где-то в темноте, за спиной, кто-то наблюдал.