Песнь о северном ветре и обжигающем пламени

***

      В последнее время Люмин решила приложить больше усилий — это дало свои плоды. После тренировки в горах приятно ныли мышцы. И всë же после физических нагрузок хотелось немного расслабиться.       — Люмин, — негромко произнëс Дилюк, и Люмин со слабой улыбкой повернулась к нему и подмигнула. Дилюк покачал головой при виде неë: кроме рубашки и нижнего белья на Люмин больше ничего не было. Его взгляд застыл на обнажëнных бëдрах всего на мгновение, но Люмин хихикнула, и Дилюк поднял глаза обратно на неë. — Ты уверена, что хочешь принять душ?       — Думаешь, не смогу устоять на ногах? — беззлобно протянула она и прищурилась, упирая руки в бока. — Не ожидала от тебя таких мыслей!       — Предлагаю вариант получше, — с усмешкой парировал Дилюк.       Люмин тут же фыркнула и вздëрнула бровь с намëком. Дилюк невозмутимо смотрел на в глаза.       — Я не имел в виду ничего пошлого, — хмыкнул он, видя недоверчивое выражение лица Люмин. — Давай просто примем вместе ванную. После тренировки лишним не будет, верно?       Он был прав. Люмин не хотела коротать минуты, стоя под струями воды, когда было более заманчивое предложение. Лежать в ванне с любимым человеком — это то, чего ей хотелось так сильно, что сердце бросалось вскачь.       — Хорошо, ты знаешь, чем меня подкупить, — со вздохом признала Люмин. — Милости прошу. Раздевайся.       Дилюк оставил обувь у двери. Щëлкнула пряжка ремня, и брюки соскользнули вниз. Пальцы пробежались по пуговицам и расстегнули рубашку. Как и подобало статусу, Дилюк сложил одежду аккуратной стопкой и оставил на тумбочке.       Пока он раздевался, Люмин принялась за ванну. С золотым витиеватым орнаментом по бокам, она кричала о роскоши и в свете ламп блестела от чистоты. И всë же Люмин уже долгое время роскоши не боялась.       Прокрутив вентили, Люмин подставила руку и кивнула самой себе, когда кожи коснулась в меру горячая вода. Дилюку с его тягой к огню высокие температуры были приятны до дрожи. Люмин же хотела понежиться в ванне вместе с ним как можно дольше.       Среди стоящих на полках флаконов Люмин выбрала самый ароматный и плеснула несколько капель прямо в воду: та вспенилась нежно-розовыми пузырьками, и по комнате распространился едва уловимый запах цветов. Было тяжело сказать, каких именно, и Люмин предположила, что во флаконе находилась смесь из нескольких.       — Если ты готов, то залезай.       — Готов, — улыбнулся Дилюк и шагнул в ванну. С довольным стоном он лëг на дно и положил руки на бортики. — Ты всегда угадываешь с температурой.       — У меня хорошая интуиция, — пробормотала Люмин, и положила рубашку рядом со стопкой Дилюка. — Ну-ка подвинься... Я сейчас залезу к тебе.       Дилюк небрежно пожал и произнëс:       — Здесь много места.       Люмин перешагнула через бортик ванной и устроилась между ног Дилюка. Еë спина прижалась к его грудной клетке, и Люмин довольно зажмурилась, наслаждаясь близостью. Ноги обдало ласковым теплом — вода действительно оказалась отличной.       Над ухом раздался бархатистый смешок. Дилюк нежно потёр предплечье Люмин мочалкой, и она одобрительно замычала, лениво разбрызгивая пену другой рукой.       — Мне продолжать?       — Конечно, — тут же возмутилась Люмин, прикрывая глаза от разрастающейся лени. Ей не хотелось больше ничего. Она надеялась остаться в ванной навечно. Желательно — с заботливым Дилюком под боком. — Даже не думай прекращать.       И Дилюк последовал её просьбе без капли возражений.