Rave│Бредишь

1:10 от лица Мадины

      Пошёл пятый шот какой-то дряни с дешёвой водкой и сиропом, который окрашивал жидкость в токсичный зелёный. Не то, чтобы мне нравился этот напиток, но он был самым дешёвым и хорошо давал в голову. Даже при том условии, что до состояния «подшофе» мне было сложно дойти. Закусив долькой лимона, которой была украшена рюмка я поморщившись повернулась в сторону барменши.       — Два стакана пива светлого, — русский клубняк бил в уши, и приходилось кричать симпатичной сотруднице с длинными светлыми волосами.       — Я не буду, — сказала моя подруга Ангелина. Даже яркий макияж не делал лицо русоволосой праздничней. Ей явно надоело тухнуть у барной стойки и смотреть на танцовщиц, которые крутились перед её носом. — Пойдём танцевать?       — Один стакан пива, — посмотрев в то ли чёрные, то ли тёмно-зелёные глаза барменши, сказала я. Походу всё-таки начинаю пьянеть. А может всё из-за лучей прожекторов, которые били время от времени в мои глаза. Повернувшись к своей собутыльнице, я уже начала кричать ей на ухо — Ща последний раз бахну и полетим.       — Мне кажется, пора что-то менять, — задумалась уже не пьющая подруга. Подперев голову кулаком она продолжила скучающе наблюдать за двумя полураздетыми девушками, которые манерно двигались на барной стойке под бит и улыбались всем, но в первую очередь лысым полным мужчинам с обручальными кольцами.       — Уйдешь с «эскорта» и пойдёшь в стрипухи? — со стебущей улыбкой поинтересовалась я, она же в ответ толкнула кулаком в плечо, но всё же посмеялась.       — После тебя!       Барменша поставила мне пивной стакан и предъявила терминал для оплаты. Я приложила карту, но средств оказалось недостаточно.       — Ох, зайчик, тут такое дело, — глубоко вздохнув и натянув приторную улыбку обратилась я к подруге.       — Мадин, заебешь, — она всё-таки достала свою карту и оплатила мой божеский напиток. — Тебе бы вот не мешало уже менять своё безработное положение!       — Спасибо, зай. С понедельника точно начну! — я отпила из стакана, извиваясь под какой-то ремикс на Мияги.       Атмосфера в клубе была больше похожа на многобюджетную дискотеку в лагере. На все заведение был один маленький диско-шар. Несколько столиков с диванами из какой-то дешёвой экокожи, которая уже изрядно потрескалась от жоп девушек в коротких юбках. Они не могли спокойно сидеть и вечно пытались подтянуть свои обрезки от ткани, стараясь что-то прикрыть. Танцпол не был большим, но и тесным тоже не был. Всё было сделано из чёрной плитки и единственное, что выглядело адекватным в этом заведении — барная стойка. Поверхность стойки была прозрачной, явно не из стекла, но выглядела она пиздатенько. Ещё она каким-то образом светилась разными цветами по бокам, хотя никакой светодиодной ленты ни внутри, ни снаружи не было. Под прозрачным слоем лежали фотографии с каких-то мероприятий и тематических вечеринок. На удивление полки с алкоголем за стойкой не пустовали, в отличие от иных заведений подобного сегмента где бутылки стоят через одну. Пахло в этом клубе освежителем воздуха с какими-то цитрусовыми нотками. Не понимала на самом деле, какой в этом был прикол, но абсурдность сея заведения это подчёркивало. В опьянённом состоянии тут даже было атмосферно.       В нормальные клубы нас не пускали в основном из-за вечно оголяющейся по пьяни Гели. Ладно, я тоже изредка, чтоб поддержать подругу в моменты смешения лютейшой мании и огромного количества промилле в крови, могла продемонстрировать свой первый размер (было бы что показывать). Но в основном всё, конечно, из-за неё. Даже во время разборок с какими-то дятлами, которые происходили регулярно - я выходила из помещения на «поговорить». Иногда приходилось сталкиваться и со стёбами по поводу внешнего вида, которые мой слух и эго на хотели пропускать мимо поля зрения, но в основном разборки случались из-за того, что к Геле кто-то клеился. Не то чтобы я ревновала её, просто понимала, насколько Пчёлке неприятно от этого. Да и чего греха таить, руки сами нередко чесались, а тут и повод сам находился.       Пока я размышляла обо всём, заиграл очередной отстойный ремикс.

01:45 от лица Ангелины

      — ААААА! Это моя любимая! Пойдём скорей! — взяв задумавшуюся Дину за руку, я повела её на танцпол. Подруга еле успела взять почти допитый стакан пива. "Любимой" у меня была почти каждая песня, но надо же было как-то поднять зад панковатой подруги.       Я начала двигать бёдрами и подняла руки вверх. Мои движения были довольно нелепы. Похуй на остальных, главное, что мне сейчас хорошо. Опускаю одну руку и поднимаю другую выше. Постепенно повторяя это движение, руки оказались на уровне плеча. Я стала двигать только кистями.       — Ночь, бар, отель. Мы короли ролей, — кричали мы друг другу песню. Я тыкала указательным пальцем в Дину, будто показывая, что песня правда про нас.       — Ночь, бар, отель. Мы короли ролей. Лей, лей. лей, — подруга начала ритмично мотать головой. Её волосы вымывшегося зелёного цвета длиной по плечи двигались, будто в слоу-мо.       Может, так казалось только мне, но этот салатовый цвет был ей к лицу. Сколько у Дины было окрашиваний, нельзя было посчитать. Эти волосы пережили и радугу, и даже пепельный после чёрного палета. И как итог: вместо ярко-зелёного у неё получился такой красиво-блевотный цвет, с намёками на все остальные цвета, которые пробивались пятнами на её волосах.       — Когда ты выкинешь всё, во что ты верил, — я переминалась с одной ноги на другую, держа Мадину за талию и двигая подругу подобно себе.       — То, куда выкинет тебя, сможет сказать лишь берег, — ухмыляясь, делая вид, а-ля «по факту», подхватила подруга.       Мы продолжали двигаться и орать песню друг другу. Вместе с её губами двигался «укус змеи» и септум. Так забавно смотреть на её вечно двигающийся нос с явной горбинкой. Она была как Бэмби, только немного помойный Бэмби. В дополнение ко всей картине у неё был проколот бридж и два вертикальных пирсинга на языке. На ушах почти не было живого места. Индастриал, трагус, конч (ужасное название) и многочисленные проколы хрящей и мочек. Выглядело это вовсе не как у богатых тёть с золотыми серёжками-гвоздиками в виде цветочков. На ней всё смотрелось как на подростке, у которого только развелись родители и она почувствовала свободу. Всё, что на ней было — дело рук нашей общей подруги Евы. А сделано это всё было либо в подъездах, либо в туалете, либо в разгар какой-нибудь пьянки, что часто совмещалось.       — Сразу первые звонки, и уже как псы, чтоб найти свой дом, — я перестала сдерживаться и начала прыгать в разные стороны.       — Нюхаешь дороги! — перекрикнула Дина.       — Весь мир подо мной, — я провела ладонью от подбородка до груди, делая волну телом.       — Вверх-вниз головой, — проорала кареглазая подруга, олицетворяя слова.       — Крепкий алкоголь.       — Моё эго, эго подавить не имеет права, — она двигалась будто в стиле регги, попутно допивая пиво и отдавая стакан официантке, которая случайно попалась под руку.       На моменте с проигрышем я повернулась к Мадине спиной и начала двигать бёдрами восьмёркой, плавно опускаясь на корточки. Ну а хули нет? Такие движения характерны регги. Резко поднявшись с корточек, да так, что мои волосы динамично взлетели и легли обратно на плечи, я продолжила крутить бёдрами у таза подруги. Посмеявшись, она прикусила губу и делала вид, будто шлёпает меня. В свою очередь я опёрлась руками на колени, всё так же фигурно двигая ягодицами. Я высунула язык, показывая этим, насколько мне было ахуенно в тот момент.       Было ощущение, что кроме нас никого нет. Всё было массовкой и декорациями.       Спустя пару движений я повернулась лицом к Дине. Как-то так получилось, что я стояла слишком близко. А потом как-то так получилось, что я взяла её за шею и притянула к себе. Ну и как-то так получилось, что я её поцеловала. Для нас это абсолютно не имело значения. Она вела беспорядочные половые связи. Да и я не была лучше.       Своими губами я прильнула к её нижней губе. Пирсинг на губах был прохладным от пива. Это было вовсе не противно, наоборот, как укусы в поцелуе — пиздато. Подруга взяла меня за талию. Она была значительно выше, и это был оптимальный вариант. Даже наши губы, ласкающие друг друга, двигались в такт музыке. Переключившись на её верхнюю губу, я подняла свою руку вверх, проползая через сбритый затылок к нормальным волосам, за которые можно взяться. Опасное дело, конечно, было целоваться в обычном клубе, где полным-полно консервативных и похотливых мужиков, которые считают, что каждая лесбиянка мечтает о «жмж». Выпитые шоты закрыли нам на это глаза. Мы же не с языками целуемся! А это значит, что всё культурно.       Отстранившись друг от друга и посмеявшись, мы пошли обратно к бару. — Ну ёб твою мать! Вот как тут что-то менять, если мы даже на выходных идём по одному сценарию? — смеясь, говорила Мадина.       Я уже собиралась ответить, открыла рот, но ощущение, что мы одни в этом клубе, внезапно закончилось. Мой ответ прервала какая-то девушка, которая не поделила пространство с Диной и толкнула её в плечо, направляясь в противоположный от нашего маршрут.       — Смотри куда прёшь, сука.       — А ты чё, широкая сильно, мимо пройти не могла? — улыбка с лица подруги моментально пропала и сменилась на хмурые брови и усмешку. Она остановилась перед зачинщицей ссоры. Её глаза моментом загорелись, но уже другим пламенем.

01:58 от лица Мадины

      Обычно я не срываюсь на такие мелочи, как задевание плечом. Да и не особо хотелось, чтоб и в этом клубе мы были в чёрном списке. Но! Обзывательства, причём такие убогие, и грубый тон собеседницы сыграли своё.       — Уверена, что я широкая? — сжав смуглые руки в кулак, сказала провокаторша.       — Не я же, — диалог получался крайне тупым. Ненавидела такие конфликты.       — А мне кажется, что ты, — она заправила осветлённые волосы за уши, но некоторые пряди не поместились и свисали у лица. Её глаза были как будто вовсе не её. Они были голубыми, что для смуглой кожи и отросших чёрных волос у корней было вообще не характерно.       — Пошла нахуй, — вдруг в диалог ворвалась моя полторашка.       — Че сказала? — подняв голову выше и оскалившись, сказала с остервенением эта ебанутая.       — Че слышала! — я взяла Ангелину за руку и решила продолжить ранее задуманный план — идти бухать. Свободной рукой я показала средний палец незнакомке. Конечно же, получив в ответ тот же знак.       И года не прошло, как мы снова стоим у бара. Девочки всё так же танцуют, столешница светится, и симпатичная барменша крутиться туда-сюда то за льдом, то к стеклянным полкам, за какими-то бутылками с градусосодержащими жидкостями.       — Ты что пить будешь? — заняв освободившийся, стул спросила Пчёлка.       — Что купишь, то и буду, — подмигнула я ей, оставшись стоять. Народу у бара прибавилось. Видимо, от танцев все начали трезветь.       — Четыре виски с колой, — крикнула барменше моя, оказывается, богатая подруга.       — Ты ж моя mommy, — я расплылась в улыбке. Пить с отсутствием денег всегда приятно.       Дождавшись своих стаканов с горячительным, мы принялись к делу. Я только поняла, что играла «Выпей меня». Посмеявшись с ситуации и опрокинув головы, дабы залить в себя алкоголь, мы опустошили первую пару коктейлей. Вторую же выпили на брудершафт, в этот раз просто чмокнувшись в щёчку. Ещё один конфликт нам точно не нужен, иначе точка кипения достигнет максимума, и простым обменом любезных жестов в виде среднего пальца мы не обойдемся.       — Я до туалета схожу. Веди себя хорошо! — крикнула я на ухо подруге. Она молча кивнула и продолжила двигаться под музыку, грея свой стул.       Осталось только дойти до туалета. Пиво с первыми шотами, которые уже прошли весь путь в моём организме, кричали о том, как хотят выйти из меня и пуститься в своё свободное канализационное плавание. Я хотела этого не меньше, но нужную дверь мне найти не удавалось.       Спустя пары минут ходьбы туда-сюда и ненамеренного толкания левых людей, я всё же додумалась спросить у сотрудницы, как дойти до заведомого места.       — По коридору направо, вторая дверь слева.       Дойти бы, блять, ещё. От того, насколько сильно я хотела в туалет, я даже забыла поблагодарить сотрудницу и сразу почесала в путь. Честно, от конфуза сдерживала и отвлекала меня только музыка, которой я подпевала по пути. Так, по коридору налево. Или направо? На лево не ходим, мы верные. Пойдем направо. Какие у вас ужасные красные обои тут. Боже. О! Заветное WC.       Открыв дверь, я обрадовалась отсутствию очереди. Но радость была недолгой. Все кабинки были закрыты. Выбора не было. Остаётся только ждать. Чтобы хоть как-то скоротать время, я покрутилась у зеркала, построила гримасы, собрала пучок, который очень сочетался со сбритыми висками и затылком, и даже успела пофоткаться. Терпение и клапан поджимал. Я постучалась в первую попавшуюся кабинку.       — Можно побыстрей? — очень надеялась, что мой прокуренный голос и тон повлияет на скорость действий девушки, которая была в этой кабинке.       Спустя минуту не последовало ни ответа, ни открытых дверей.       Никого нет, что-ли? Я настолько агрессивно дёрнула дверь кабинки, что прозвучал какой-то пластмассовый хруст. М-да, не очень надёжная система. Как оказалось, я сломала штуку, которая придерживает дверь, чтоб она не открывалась. От этого я совсем не ахуела, но ахуела от увиденного на туалете. Какая-то татуированная девушка с шоколадным каре и шапкой бини вовсе не исправляла свою нужду.       — Блять, — сказали мы одновременно.       Она сидела на крышке от унитаза. В одной руке держала карту, а в другой — телефон, на котором были белые дороги, явно не из стирального порошка или аскорбинок. Сложно было описать, что я почувствовала в этот момент. Вроде и хорошо, что тут была не милфа, которая только натягивала трусы, не блюющая девочка, а вроде и не хорошо. Я ничего не употребляла месяц. Это не было завязкой. Просто так сложились обстоятельства. И видеть такую картину сейчас для меня ебейший триггер.       — Хули встала? Давай либо назад, либо вперёд, — голос девушки оказался настолько хриплым, гнусавым и даже в какой-то степени грубым, что моё недавнее: «Можно побыстрей?», явно уступало. Это в какой-то степени даже обижало!       В этот момент в туалет зашла какая-то девушка, поэтому ничего умней, как зайти в кабинку, я не придумала. Осмотрев девушку, я сочла её вполне симпатичной, не лучше барменши, но с пивком пойдёт. А пивко во мне как раз сейчас и было. Она была в бежевых шортах по колено, полосатой рубашке, которая выглядела на ней как оверсайз, и чёрной футболке с какой-то надписью в стиле неотрайбл. Примерно в таком же стиле были татуировки с надписями у неё на щеке и челюсти. Огонёк над бровью, молнии на другой щеке и другие многочисленные татуировки. Но сейчас мне было не до этого.       — Дай поссу, — всё-таки надо закончить начатое.       — Ебать, блять, — в чём был смысл этих слов — не знаю. Но я была очень благодарна этой девушке за то, что она аккуратно встала, стараясь не рассыпать то, что было на телефоне, и поменялась со мной местами. Она встала, отвернувшись к двери, кое-как придерживая её.       Мне было абсолютно поебать на то, что я была в кабинке не одна, и эта девушка могла повернуться в любой момент. Желание исправить нужду было намного больше, да и алкоголь играл в этом немалую роль. Я спустила свои чёрные брюки-карго вместе с трусами (они были с котятами, конечно, тут даже нужно было похвастаться этой девушке, но я сдержалась) и исполнила свою мечту за последние минут 15. Наслаждению не было предела. За всё время девушка ни разу не повернулась, за что ей ещё одно огромное спасибо. Закончив, я застегнула ширинку и смыла воду.       — Это что? — поинтересовалась я, указав на телефон. В надежде, что там что-то адекватное.       — Мяу, — это немного огорчило меня, я больше любила амфетамин, но по сути всё было из одной помойки. — Будешь?       — Буду, — Я улыбнулась ей и, сама того не заметив, закусила губу. Очередная халява за ночь. Спасибо, Боже, за то, что ты есть.       Мы опять поменялись местами. Брюнетка вытащила зип пакетик из кармана шорт и карточкой достала ещё немного порошка. Делая ей движения вверх и вниз, из горочки получалась ровная линия.       — Тебе потолще или подлиннее? — сказала незнакомка.       — Обычно такие вопросы натуралкам задают, — она хмыкнула, явно оценив мой юмор. — Давай потолще.       Девушка продолжила делать дорогу. В этот момент я решила порыскать в карманах штанов, в надежде найти хоть что-то кроме мелочи. И нашла. 50 рублей, но нашла. Делая одной рукой трубочку из купюры, я продолжила смотреть на то, как профессионально всё делала она. Закончив, брюнетка подняла голову вверх, смотря на мои забитые партаками пальцы, которые быстро скрутили купюру. Оказывается, у девушки были зелёные глаза с карими вкраплениями. Ниче такие.       — Нихуя, а ты на опыте смотрю, — мои размышления прервал гнусавый голос. Я протянула ей купюру, намекая, чтоб она первая ёбнула. Не, ну а вдруг это вовсе и не мяу. Даже таким девушкам нельзя доверять. Точнее, именно таким девушкам и нельзя доверять!       — Да и ты тоже не промах, — эти слова почему-то рассмешили девушку.       — Я с тринадцати юзаю. Конечно не промах, — наверное, не очень адекватным было говорить это мне - девушке, которая просто оказалась в ненужное время и ненужном месте, но адекватным в этой ситуации не было ничего.       — С одиннадцати, малых, прости, корона будет моей, — выпалила я. Раз уж у нас вечер откровений, то и я могу поделиться таким. Гордиться этим было, конечно не круто, но хоть где-то я превзошла кого-то.       Девушка поднесла телефон поближе к лицу, подставила купюру к ноздре и занюхнула первую дорогу. Она потёрла нос и пошмыгала, дабы всё хорошо усвоилось. Таким же образом она разобралась и со второй, и с третьей дорогой. Наконец отдав скрученную купюру мне.       Я села на колени перед ней. Мне так было удобней. Пиздец. Не думала, что вернусь к этому таким образом. Она вернула телефон на колени и откинулась на бачок унитаза, ожидая прихода. Наверное мои кеды выглядывали из-под двери кабинки, которая волшебным образом делала вид, что закрыта. Но сейчас на это мне было абсолютно похуй. Зажимаю одну ноздрю, к другой подношу купюру и вдыхаю. В носу сразу стало горько. Пару шмыгов и всё стекло комом в горло, а после вовсе растворилось внутри меня.       — Классные татухи, — сказала владелица этого ебаного порошка, изучая мои руки. Я была в топе, поэтому сложности разглядеть эти картинки не было.       — Ага, спасибо, — сейчас мне не до комплиментов. На подходе была ещё одна полоса, а в голове опять играло «ночь, бар, отель». И в правду, как псы нюхаем дороги.       Не любила порошковые наркотики из-за этой противной горечи. Чаще всего я употребляла соль. Настоящий петербуржец. Вдохнув вторую дозу, я почувствовала первую. Странно. Обычно я прихода ещё минут десять жду. Либо я сбила толер, либо здесь была какая-то примесь.       Потерев нос, я подняла голову и встретилась с головой девушки. Глаза у неё всё-таки были красивыми, ещё и узкие, прям как я люблю. Но весь зеленый цвет радужки уже скрылся за зрачком.       — А у тебя глаза классные, — рот сам сказал это за меня.       — А у тебя губы, — её взгляд опустился именно на губы. Мой рот от этих слов приоткрылся. Такого мне ещё не говорили. Нижняя губа была более-менее пухлой, а вот верхняя губа была тонкой, поэтому я активно подрисовывала её карандашом. А сегодня я была не накрашена. Странная девушка.       Видимо, незнакомка расценивала мой открытый рот, как готовность к поцелую. Двинувшись к губам, она чмокнула меня. Такой расклад мне тоже понравился. Она только собиралась отстраниться. А я взяла её за голову, желая углубить поцелуй. Она не сопротивлялась этому и, судя по ухмылке, которая чувствовалась во время этого балагана, даже была рада.       Встав с колен, отложила её телефон на бачок. Сама же я заняла место телефона, сев к ней на колени, попутно целуя сухие губы. Этого было мало. Опьянение делало всё за меня. Мой язык проник в рот девушки, а руки начали сжимать мягкие натуральные волосы. Она быстро отреагировала на это и начала гладить мой язык своим. С закрытыми глазами всё плыло ещё больше. Я буквально куда-то улетала. Незнакомка взяла меня за талию и начала не торопясь сжимать её. Это подливало масло в огонь, который сегодня так и не вышел за пределы костра. Мои руки тоже не отставали и переместились с головы на аккуратную шею девушки. Большой палец дразня двигался то к уху, легко задевая мочку, то к центру шеи слегка надавливая. Я ещё сильней прижалась к её губам, на что брюнетка, играясь, тянулась назад. Получилось так, что она облокотилась на бачонок, а я почти легла на неё. Естественно, не отпуская губы. Моя грудь легла на её, а бёдра сами начали аккуратно, почти незаметно двигаться, желая большего. Я медленно теряла над собой контроль. Руки брюнетки не успокаивались, то царапая, то сжимая моё туловище. Внутри теплело. Не понимаю это было действие веществ или гормонов? Её рука пробралась к моим сожжённым волосам, не очень любила когда так делают, а тем более рандомные девицы из туалетов, блять, но сейчас не до предпочтений. Я прикусила её за нижнюю губу и расплавилась в наглой улыбке. Моментально мой рот изменил форму, брюнетка потянула меня за волосы и кратко окинув меня довольным взглядом, переместилась пробовать шею. Только её язык лёг на мою кожу, как я вздрогнула.       — Бля, Дин, ты тут? — ебаная Новоселова.