Мы встретимся вновь

Николай разбудил команду сразу после проверки второго усилителя. Странно, что они не проснулись, когда происходил конец света. С другой стороны, когда ты устал, конец света или нет, тебе всё равно, лишь бы поспать подольше. Особенно, когда море тебя мягко убаюкивает, грех проснуться. Алина стояла у носа корабля с близнецами. Те двое порой ходили, что-то несли, тянули тросы. Работали в общем. Пока Николай командовал и стоял за штурвалом, Мальен ходил туда-сюда. Волновался. А потом резко остановился и, немного помедлив, подошёл к капитану. – Чем я могу помочь? Спросил он. Ожидаемо. Капитан замечал, как следопыт наблюдал за работами матросов. Причём наблюдал с таким интересом, как Николай в своё время. Хотя нет. Николай был куда более заинтересован в морском деле. В конце концов, он посвятил этому делу большой отрывок прожитой жизни и добился огромных успехов. Без преувеличений, море – его второй дом. Первый на суше. В Равке. В Ос Альте. Во дворце. Давно он там не был.. – Ну так? Мал нахмурился и скрестил руки на груди. Николай даже не заметил. Задумался немного. – Подожди, я сдерживаю желание отправить тебя мыть сортир. Оретцев поморщился. Николай едва сдержался от того же. Шутка хуже остальных. На него так представление силы Алины повлияло? – Придумал. Послушай, Мал, ты всем нам очень поможешь. Задание ответственное. Не хочу доверять это новичкам, но ты так просишь, не могу устоять. Выслеживать чудовищ, конечно, трудно, но заниматься новым делом тоже. Уверен, что справишься? Мал едва облизнул губы. Взгляд так и кричал: "Не было дела, где я не справлялся". – Уверен. Что за задание? Капитан не ответил. Лишь кивнул, взглянув на корму и крикнув: – Пётр, подойди-ка. Когда помощник капитана подошёл, Николай тихо, чтоб Мал не услышал, дал указание, куда деть новичка. Пётр усмехнулся и кивнул. Он взглянул на Мальена и улыбнулся. – Ты везунчик. Сказал помощник и вручил следопыту красивый, резной на рукоятке клинок из своих ножен. Разумеется, из стали гришей. – Бери и пошли за мной. Мал послушался. Николай проводил их взглядом. Через минут пять, корсар услышал недовольные шаги, приближающиеся к нему. Точно Мал. Именно его грозный голос раздался рядом с ухом капитана. – Ты издеваешься? Следопыт стоял в фартуке и с тем самым резным ножиком в руках. – Чистить картошку? И это твоё ответственное задание? – Конечно. Все мы к утру будем голодные, как звери. Нам нужна еда, да побольше. Николай улыбнулся краем рта, продолжая: – К тому же, разве тебе не рассказывали, что это обряд посвящения? Все на этом корабле сначала чистили картошку либо плыли рядом с кораблём пару морских миль. Хочешь поплавать? Последнее капитан сказал настолько добродушно, насколько мог. И улыбался соответствующе. Мальен что-то побухтел, как напыщенный петух, да ушёл обратно в камбуз. – Это не обряд посвящения, да? Спросила Алина. – Его никогда не было. Ответила Тамара. – Но, кажется, пора вводить. Улыбнулся Толя. * * * Николай стоял за штурвалом до сумерек перед утром. Петра отправил немного поспать. Ему так даже нравится. Стоит, смотрит на горизонт, чувствует слабую качку моря. Иногда кричит указания команде. Отсюда они похожи на лилипутов-переростков, изгнанных из родного дома за свою "уродливость". Немного похоже на реальность. Николай даже не заметил, что простоял почти до утра. Но усталость всё же дала о себе знать. В области бровей стало давить, да и взгляд поплыл немного. Усталость нависла над ним. Он плохо спал последние ночи. Особенно перед бунтом у Дарклинга. Хоть прошлая ночь и была достаточно спокойной, этого не было достаточно для привычного состояния. Благо, Пётр вскоре вернулся. Его очередь стоять за штурвалом. Где-то..часа два или три. Хватит на этот день. Очень скоро они должны достичь нужной отметки на карте. Скорее всего, это последние сутки в море. Ну да хватит. Томится и ждёт в ожидании своего хозяина капитанская кровать. Как он вообще посмел заставлять её ждать? Едва лёг и уже готов был заснуть и проснуться через день. Как же приятно просто ничего не делать. Жаль, что на горизонте ещё куча дел. Немного полежав, он всё же уснул. Едва почувствовал, будто проваливается, и оказался во сне. Что странно. Разве так бывает? Тут же осознать, что ты во сне. Допустим, бывает, раз сейчас происходит. Вокруг пустота. Просто темно, только выше светлее. Ничего, кроме Николая не существует. На чём он тогда стоит? Вроде внизу такая же пустота. И под ногами, вроде, ничего нет. Гравитации не существует? Прикольно. А можно будет.. Николай поднял ногу. Затем подпрыгнул на второй. Нет, просто так парить над пустотой не получилось. Сидеть тут малоинтересно. Тем более, Николай хоть и очевидно, что спит, но чувствует время, как если бы не спал. Поэтому и пошёл. Просто в сторону. Или прямо. Непонятно, где какая сторона. Всё однообразно. Будто он не двигается с места. Но он же идёт. Правда ведь? Странный сон. Николай надеется, что такое происходит в первый и последний раз. Ненадолго остановившись, он ущипнул себя. Опять странности: боль чувствуется, хоть и слабее, но Николай не просыпается. Поэтому продолжил идти. Мало ли, наконец-то доберётся до края. Но, скорее, добрался он до собеседника. Еле заметил его. Носит он чёрное, и волосы его чёрные. Если бы не бледная шея, Николай не заметил его. Да ладно, опять ему снится Дарклинг? В прошлый раз, его хотели задушить. А что на этот раз? Его разрубят пополам разрезом? Или отрубят им голову? Но почему, зная свою судьбу, Николай всё равно идёт к нему? Он не хотел его окликать. Тем более, по итогу не пришлось. Дарклинг повернулся к нему лицом. И что-то было не так. Заклинатель смотрел на него слегка прищуренно. Будто не признаёт, что было отличием от предыдущего сна. Николай подошёл ближе и улыбнулся. Дарклинг некоторое время стоял молча. Капитан уже хотел сам начать говорить, но нет. Заклинатель с немного брезгливым взглядом спросил: – Коля? То есть, царевич.. Нет. Уже не важно. Ты что ли, Николай? Дарклинг слабо нахмурился, потреся головой. Николая он давно не видел. Вроде, он должен учиться в Керчии сейчас. Заклинатель его родителей предал, а тут их отпрыск снится. Николай вздрогнул, когда услышал собственное имя. С другой стороны, это наоборот хорошо. Штурмхонда убили бы на месте. Царевич слабо ощупал себя. И правда. Нос, какой должен быть, а не поломанный. Он слабо потянул волосы вниз. Блондинистые, не рыжие. Значит он без маскировки. – Вроде я. Николай забегал глазами, оглядывая гриша. Как странно. Не этого он ожидал. Царевич слабо дотронулся до руки Заклинателя. По какой-то причине, он ничего в ответ не предпринял. Николай чувствовал ткань и кожу под ней. Слишком всё по-настоящему ощущается. Николай ущипнул его. – Ай. Спокойно прозвучало в ответ. Николай сделал задумчивый вид. Странный сон. Николай осознаёт, что он в нём. Чувствует время. Чувствует все прикосновения и боль. Может они во сне на двоих? Вот чёрт. – А давно ты отзываешься на Штурмхонда? Более мрачно спросил заклинатель. Лучше бы Николай на него в этот момент не смотрел. За мгновение, во взгляде Дарклинга появилось столько ненависти. Только почему он его до сих пор во сне не убил, непонятно. Николай сделал шаг назад. Стало как-то жарко. – Как только..из Равки...уехал. Почему он мнётся? Сон же. Не умрёт же он во сне. Можно спокойно говорить. Хотя..боль же тут ощущается. Хоть и слабая. Вдруг действительно умрёт? – А как...? Николай не закончил мысль. Дарклинг указал на свои уши и ответил: – Не нужно быть гением. Серьги. Ну подумаешь, тогда Николай это дарил, его захлёстывали противоречивые чувства. Как можно было так самого себя подставить? Ну и кошмар.. – Зато хотя бы знаю настоящее лицо врага. Найду и задушу тебя. Отдам на съедение волькрам, Николай. Запомни. Дарклинг угрожал, но ничего не делал. Тут Николая снова осенило. – У тебя здесь нет силы? Дарклинг нехотя признал. – Даже намёка на неё. И убить тебя другим способом не получится. Заклинатель отодвинул плащ и показал колотую рану на груди в районе сердца. – Ты загнал нож себе в сердце?! Николай выкрикнул это от удивления. Это настолько Дарклинг хотел покинуть это место? – А ты нет? Ну и лох. Со слабой ядовитой ухмылкой ответил брюнет. Тем более, это было так же больно, как Николай ущипнул его пару минут назад. То есть, почти никак. – Я? Это ты остался без заклинательницы и усилителя. Николай скрестил руки на груди. – А из-за кого? Святого Петра или тебя? А может, обоих? Дарклинг сделал тоже самое. – Не надо привлекать сюда Петра. – Смысл остался тем же. – Ну подумаешь, я в войну ввязался. Надо было быть готовым. Война есть война. В ней все средства хороши. – Я был готов к чему угодно, но не к ТВОЕМУ предательству, Николай. Тем более, когда..мне нужно это объяснять, что я доверял тебе? Ты мог остаться в живых, а теперь я точно убью тебя. – А как я мог не предать? Я должен остановить тебя. Тем более, хорошая же вышла тактика. Ты расслабился, тебе казалось, что всё схвачено, а тут я бью в спину. – Ох да, как только ты почувствовал, что твоей королевской заднице что-то угрожает, так сразу начал действовать. Николай слабо нахмурился. – Ну да. Ты бы тоже так сделал. Дарклинг кивнул. – Согласен, что-то я не в те берега полез. И они замолчали. Они ничего не могли сделать друг другу. И спор с самого начала начинался как-то глупо. Они оба не ожидали, что будут говорить друг с другом так скоро, да ещё и в таких обстоятельствах. Вот и случилось всё так. Слишком спонтанно. – Знаешь, Мальен всё равно мне мало нравится. Иногда хочется зарядить ему по лицу. Сказал Николай. Заклинатель поддержал: – Тут я абсолютно согласен. Есть в нём что-то такое. Малоприятное. Как будто что-то знакомое. Что-то, к чему отвращение было ещё до рождения. – Может, некая навязчивость, когда дело касается Алины? Влюблённость же..хах. – И полная безрассудность, когда речь о ней. И это забавно. Николай тоже немного безрассуден, когда дело касается Заклинателя Теней. – Да, его можно подкалывать одним лишь: "Ой, на меня там Алина та-ак взглянула". – О да. Ты видел его лицо, когда я придержал её у люка? – Ещё бы! Но зря ты не видел собственного лица, когда начался бунт. Николай улыбнулся и подмигнул ему. А вот Дарклинг скис. – Тебе обязательно портить нормальные разговоры? Царевич прижал ладонь к сердцу. – Жить без этого не могу, дорогой.