Старый дом.

5 К утру дождь только усилился. Джонни положил голову на стол и смотрел на пачку хлопьев. Осень начиналась с холодов, так что он спустился в кухню будучи закутанным в одеяло поверх привычных чёрно-белой полосатой футболки и джинс с дырами на коленях. Не особо думая, он натянул на ноги разные носки. Глядя в зеркало ванной, во время чистки зубов, задумался о том, когда же его редкие волоски на подбородке станут нормальной щетиной. Включив горячий душ, он стянул с себя трусы и шагнул под воду. Стало так тепло и приятно. Короткие волосы повисли сырыми сосульками. Парень мог полчаса так стоять и думать о своём. Иногда это переходило в тихий плач или приглушённые рыданья. В ту ночь, когда родители решили разойтись, он почти ничего не ощутил, это было как замедленная реакция, все ощущения подошли позже, ночью, в тёплом душе. Лидия, зевая, поставила кофейник на плиту. Залив хлопья в тарелке молоком, Джонни начал лениво перемешивать их найденной в шкафу со столовыми приборами ложкой. Пододвинув к сыну чашку горячего чая, она селась напротив и спросила: "как тебе первая ночь в доме?". Джонни поднял голову и щурясь уставился на мать. - Что у нас на чердаке? - Да всякий хлам. Скульптуры бабушки, старый макет города от Мейтландов. А что? Лидия наила себе кофе и стала размешивать сахар. Молоко она никогда не добавляла. - Там есть что-то, что может светиться зелёным? Лидия подавилась и стала громко откашливаться. - Что, прости, светиться зелёным? Как, когда, что ты там... - Ночью было холодно, я пошёл за каким-нибудь пледом или одеялом на чердак. Там было заперто и через скважину пробивался зелёный свет. - Ой, надо купить больше постельного белья и... чёрт, тут правда ночами холодно, будут деньги и мы утеплим стены... Джонни сразу понял, что мать нервничает - Лидия одной рукой начала теребить волосы. - А свет... Дома долго никто не включал электричество, может от перепада энергии заработали лампочки над тем макетом... Я потом посмотрю. Сегодня поеду в магазин за продуктами и буду подавать твои документы в местную школу, разбери вещи, если дождь прекратится, прогуляйся, познакомься с кем-нибудь. 6 Когда лидия ушла, Джонни достал свой дневник и начал канцелярским ножом точить карандаш над раковиной. Дневник был потрёпанным скетчбуком с чёрной обложкой, мама про него не знала. Это было хорошо. Некоторые мысли казались слишком постыдными и опасными, чтобы говорить про них. Сначала, на чистой странице начала вырисовываться целая грядка, полная тыкв с заранее вырезанными мордами, но скоро идея зашла в тупик. Затем, парень, посреди той же страницы, вывел грифелем: "Битлджус". Он даже не сразу вспомнил, откуда в его голове это слово. Рисование быстро наскучило. Надев старую кожанку, завязывая на ходу кеды, Джонни направился в пристроенный к дому гараж. Внутри было много покрытого пылью хлама, среди которого он нашёл велосипед и ненастроенную гитару. Это было замечательно, ведь его гитару Лидия в спешке забыла дома. Выехав на дорогу, ведущую к кладбищу, Джонни закинул чехол с гитарой на спину и огляделся. Лес был мрачным, дождь уже стих, но тучи и не думали рассеиваться. Скорее всего, здесь нет чащи, где можно было бы заплутать, но ощущение всё-равно какое-то неприятное. Джонни крутил педали не долго, до кладбища было рукой подать. Пристроив велосипед у ворот, он перелез через ограду. Пятнадцать минут поисков привели его двум могилам, на которых значилась фамилия "Мейтланд". Сняв дождевик, парень расправил его на земле, перед могилами и сел. Долго настраивал струны. Когда с нудной работой было покончено, он начал наигрывать что-то по памяти. - О-о-о, знакомый мотив! Это же из старого альбома "Смысловой фальсификации"! Джонни испуганно обернулся в сторону, с которой раздался голос. Перед ним стоял высокий парень вьющимися чёрными волосами до плеч, в похожей кожанке, но более затёртой и синих джинсах, кеды тоже были перепачканы землёй. - Я - Кайл Шеппард, местный любитель прогулок по кладбищам, а ты? Видел с могил, как вы вчера вселялись в то стрёмный дом! - Называй меня Джонни... Да, мы с мамой только переехали... - Хм... это место не назвать Раем, впрочем, оно и к лучшему. Здесь бывает весело, думаю, мы сможем найти общий язык - тебе тоже нравится тусить а кладбище и играть агрессивную музыку. - Что ты предлагаешь? Кайл помог Джонни встать и, приветливо улыбнувшись, протянул ему ладонь для рукопожатия. Рука парня была тёплой, мягкой, побоявшись покраснеть, рыжий поспешно направился к выходу с кладбища. - Хочешь, я покажу тебе свой дом с призраками? Брюнет поспешил следом. - А то, всегда хотел посмотреть на дом семьи Мейтланд! Перебравшись через ограду, Джонни вытащил пачку и закурил. - Вообще, Мейтланды жили и умерли давно, после них там жила семья мамы. Здесь она и выросла, так что, это, скорее, теперь фамильный дом Дитсов. Выхватив у Джонни пачку, Кайл тоже закурил. Парни покатили велосипеды в сторону холма. - Да, я слыхал истории про Лидию Дитс, её считали странной из-за историй про призраков той парочки и Бугимена. - Бугимена? Кайл состроил зловещую гримасу. - Да, жуткого парня с гниющим лицом, длинными пальцами и зелёными волосами. Бугимен чуть не убил её семью! - Мама иногда рассказывала страшилки, но такого не упоминала. - Ещё бы, в школе за такое травят. Могу лишь предположить, сколько она пережила здесь. Дом показался из-за вершины холма огромным кривым чудовищем. - Ого, знаешь, я никогда не подходил так близко. Дурная слава, все дела. Из серых, тучи постепенно превратились в почти чёрные, где-то вдалеке послышались первые раскаты грома. - Сейчас будет ливень, я такие вещи чувствую, Кайл, лучше пошли в дом. Покажу тебе свою комнату. Капли забарабанили по крыше.