infinite twinkling

Просушив волосы полотенцем, я расчесываю их единственной имеющейся в наличии расческой. Надеваю подготовленную одежду , делаю глубокий вдох и возвращаюсь в комнату. Чонгук еще не вернулся, а мистер Сэм возится в кладовке. – Чай, господин Ким? – спрашивает он. – Да, спасибо, – улыбаюсь я. – Есть будете? – Нет, спасибо. – Конечно, будет. – Чонгук сияет, его тон не допускает возражений. – Он любит панкейки мистер Сэм. – Хорошо, господин Чон. А вы что будете? – Омлет, пожалуйста, и фрукты. Чонгук не сводит с меня глаз, их выражение невозможно разгадать. – Сядь, – приказывает он, показывая на барный стул. Я повинуюсь, и он устраивается напротив, пока мистер Сэм готовит завтрак. Черт, мне не по себе, что наш разговор слышит чужой человек. – Ты купил билет? – Нет еще, закажу по Интернету из дома. Опершись на локоть, он задумчиво чешет подбородок. – Денег хватит? Только этого не хватало! – Более чем, – отвечаю я насмешливо, словно разговариваю с ребенком. Чонгук хмурится. Вот привязался. – Хватит, спасибо, – – У меня есть самолет. В ближайшие три дня он в твоем распоряжении. Я открываю рот. Ну разумеется, иначе и быть не могло, но я едва сдерживаюсь, чтобы не округлить глаза. Меня так и подмывает расхохотаться, однако я не могу угадать его настроение и пересиливаю себя. – Мы уже и так злоупотребили авиацией твоей компании. – Это моя компания, мой самолет. – Чонгук выглядит обиженным. Ох уж эти мальчишки, никогда не наиграются! – Спасибо за предложение, но мне удобнее лететь обычным рейсом. Кажется, он хочет поспорить, но решает уступить. – Твое дело, – вздыхает он. – Тебе нужно готовиться к собеседованию? – Нет. – Хорошо. По-прежнему не хочешь сказать, в какое издательство устраиваешься? – Нет. Его губы нехотя складываются в улыбку. – У меня есть свои возможности, Тэхён. – Ничуть не сомневаюсь, господин Чон . Собираетесь отследить мои звонки? – наивно спрашиваю я. – Вообще-то сегодня после обеда я занят, но у меня есть кому поручить это дело. Чонгук ухмыляется. Он что, всерьез? – Вашим служащим определенно нечем заняться, советую вам пересмотреть штаты. – Надо будет написать моему заместителю по кадрам, пусть посчитает по головам. Он морщит губы, чтобы не рассмеяться. Слава богу, чувство юмора осталось при нем. Мистер Сэм подает завтрак, и на некоторое время мы замолкаем. Покончив с кастрюлями, он тактично отходит в дальний конец комнаты. Я украдкой бросаю взгляд на Чонгука. – Что такое, Тэхён? – Ты никогда не говорил мне, почему не любишь чужих прикосновений. Он бледнеет, и я жалею, что спросил. – Я рассказал тебе больше, чем любому другому человеку на свете, – ровно отвечает он, невозмутимо встречая мой взгляд. Он никому не доверяет. Есть ли у него близкие друзья? Возможно, он рассказал Хаяо ? Я хочу спросить, но боюсь показаться назойливым. Я качаю головой. Он и впрямь – остров. – В Париже ты обещаешь подумать о нашем договоре? – Обещаю. – Ты будешь скучать обо мне? Ему удается застать меня врасплох. – Буду, – отвечаю я честно. Как он умудрился стать так дорог мне за короткое время? Влезть в душу… фигурально выражаясь. Чонгук улыбается, глаза сияют. – Я тоже буду скучать. Сильнее, чем ты думаешь. От его слов на сердце теплеет. Возможно, он и впрямь готов дать мне больше? Чонгук гладит меня по щеке, наклоняется и нежно целует. Вечером я нервно верчусь на стуле в ожидании Ким Минхо из «LIE». Это второе собеседование на сегодня, самое ответственное. Первое прошло отлично, но речь идет об издательском конгломерате с представительствами по всей территории Кореи и даже за рубежом, и мне предстоит стать одним из множества помощников редактора. Я воображаю, как громадная корпорация сначала поглотит, а потом с легкостью выплюнет меня. Нет уж, лучше НЕО. Маленькое независимое издательство, специализирующееся на местных авторах, работающее с интересными и необычными клиентами. Мебели немного, но, похоже, это не бедность, а дизайнерский изыск. Я сижу на одном из двух огромных темно-зеленых кожаных диванов, весьма похожих на те, что стоят в игровой комнате Чонгука. Поглаживая кожу, я гадаю, чем он занимается на этих диванах. Тут открывается простор для размышлений, но я одергиваю себя – я здесь не для этого. Секретарь – молодой омега с европейской внешностью.Вид у него богемный, с такими я легко нахожу общий язык. Время от времени он отрывается от монитора и дружески улыбается. Я смущенно улыбаюсь в ответ. Я заказал билет на самолет – папа на седьмом небе от счастья – и уже собрал вещи, а Чимин согласился отвезти меня в аэропорт. Чонгук велел взять с собой «мак» и «блэкберри». При воспоминании о его властном тоне я закатываю глаза, но уже не удивляюсь. Ему важно контролировать все вокруг, включая меня. Хотя порой он бывает так уступчив. Чонгук умеет быть нежным, добродушным, даже сентиментальным. И тогда его еще труднее понять. Настоял на том, чтобы проводить меня до гаража. Словно я улетаю не на пару дней, а на несколько недель. Он постоянно держит меня в напряжении, не дает расслабиться. – Ким Тэхён? Омега из-за стола возвращает меня на землю. У него такой же богемный, артистический облик, как у секретаря. На вид ему под сорок, возможно, больше. Мне трудно дается общение с омегами старше меня. – Да. Я неловко вскакиваю. Он вежливо улыбается, холодные карие глаза смотрят оценивающе. На мне черные брюки и белая классическая рубашка . В самый раз для собеседования. Волосы аккуратно уложены но непослушная прядь выбилась наружу… Омега протягивает руку. – Приятно познакомиться, Тэхён. Меня зовут Минсок, я руковожу кадровым отделом НЭО. – Добрый вечер. – Я жму протянутую руку. Он не похож на главу компании, вид слишком неформальный. – Прошу за мной. Миновав двойные двери, мы оказываемся в большом офисе с перегородками, откуда попадаем в комнату для переговоров. На бледно-зеленых стенах висят увеличенные книжные обложки в рамах. Во главе длинного стола сидит молодой мужчина с рыжими волосами.В ушах блестят серебряные серьги-колечки. На нем бледно-голубая рубашка и серые брюки свободного покроя. Галстука нет. Я подхожу к столу, он встает. – Я Маркус, главный редактор. Приятно познакомиться. Мы жмем друг другу руки. На его хмуром лице непроницаемое выражение, впрочем, он кажется вполне дружелюбным. – Долго добирались? – любезно интересуется он. – Нет, я недавно переехал в район недалеко от суда. Прошу, садитесь. Я сажусь, Минсок занимает место рядом. – Итак, Тэхён, почему вы хотите стажироваться в нашей компании? Он мягко произносит мое имя, слегка клоня голову набок, как другой, хорошо знакомый мне мужчина – это мешает сосредоточиться. Взяв себя в руки, я приступаю к изложению тщательно подготовленной речи, чувствуя, как горят щеки. Я вспоминаю курс успешного прохождения собеседований от Рака Чимина: «Главное, смотри им в глаза, Тэ!» Черт подери, откуда у этого омеги начальственные замашки? Минсок и Маркус внимательно слушают. – У вас весьма высокий средний балл. Чем еще, помимо учебы, вы баловались в университете? Баловался? Я моргаю. Странный выбор слов. Я рассказываю о работе в библиотеке кампуса и интервью для студенческого журнала, которое взял у одного непристойно богатого тирана, забывая сообщить, что саму статью в итоге писал не я. Перечисляю литературные общества, членом которых являлась. Упоминаю, что благодаря работе приобрел кучу бесполезных знаний относительно железяк. Они смеются – на это я и рассчитывал. Постепенно я расслабляюсь и становлюсь собой. Маркус задает умные, точные вопросы. Надеюсь, мне удается не ударить в грязь лицом, а когда мы заговариваем о любимых писателях, приходится отстаивать свое мнение. Маркус отдает предпочтение послевоенной американской литературе. Никакой классики: ни Генри Джеймса, ни Эптона Синклера, ни Ф. С. Фицджеральда. Минсок молча делает пометки в записной книжке. Маркус , хоть и любит поспорить, весьма обаятелен, на свой лад. Чем дольше мы общаемся, тем занимательней становится беседа. – Кем вы видите себя через пять лет? – спрашивает он. Через пять лет я хочу быть с Чон Чонгуком. Я хмурюсь, прогоняя навязчивые мысли. – Редактором, литературным агентом. Не знаю, я не боюсь пробовать. Маркус улыбается. – Хорошо, Тэхён, у меня больше нет вопросов. А у вас? – обращается он ко мне. – Когда стажер должен приступить? – Как можно скорее, – вступает в разговор Минсок. – Когда вы сможете? – Со следующей недели. – Вот и славно, – говорит Маркус. – Если мы все обговорили, – Минсок переводит глаза с меня на Маркуса, – то собеседование закончено. – Был рад познакомиться, – тихо говорит Маркус, сжимая мою руку. Я удивленно моргаю и прощаюсь. По пути к машине я ощущаю странную неловкость. Кажется, все прошло удачно, хотя кто знает. На собеседованиях все притворяются, пытаясь скрыть свою истинную сущность за профессиональным фасадом. Подошел ли я им? Увидим. Я сажусь в свою «Ауди » и еду домой, хотя это отнимает немало времени. У меня поздний рейс с пересадкой , но раньше десяти двадцати пяти самолет все равно не взлетит, поэтому я не спешу. На кухне Чимин разбирает коробки. – Как прошло? – набрасывается он на меня. И как ему удается выглядеть сногсшибательно в мешковатой футболке, потертых джинсах ? – Хорошо, спасибо, Чими. Боюсь, правда, стиль придется сменить. – Сменить? – Думаю сразить их богемным шиком. Чимин поднимает бровь. – Ты и богемный шик? Он задумчиво склоняет голову набок. Ну почему, почему все на свете напоминает мне о нем? – А знаешь, Тэ, пожалуй, тебе пойдет. Я усмехаюсь. – Второе издательство мне очень понравилось. Я хотел бы работать именно в таком месте. Правда, парень, который со мной беседовал, не давал мне спуску, но… – Я запинаюсь. Ты что, решил провести Чим? Заткнись, Тэ! – Да? Когда Чимин включает свой радар для поиска сенсаций, спасения нет. Причем обычно это случается в самое неподходящее время. Да, кстати… – Кстати, перестань цепляться к Чонгуку. Твоя болтовня про Хосока за обедом была верхом нахальства. Чонгук ревнив. Ничего хорошего из этого не выйдет. – Знаешь, если бы он не был братом Юнги, я бы еще не то ему сказал! Твой Чонгук одержим желанием командовать. Удивляюсь, как ты это выносишь? Я хотел заставить его ревновать, раз уж он так боится заводить серьезные отношения. Защищаясь, Чимин выставляет руки вперед. – Но если ты против, я больше ни слова не скажу! – добавляет он поспешно, заметив мою недовольную гримаску. – Хорошо. Поверь мне, с Чонгуком и так непросто уживаться. Боже правый, я говорю, как он. –Тэ, – Чимин запинается, пристально смотрит на меня, – у тебя все хорошо? Ты летишь к родителям не потому, что хочешь убежать? Я вспыхиваю. – Нет, Чимин. Ты сам сказал, что мне нужно сменить обстановку. Он подходит и берет меня за руку. Так непохоже на Чимина. Нет, только не это… ни за что не расплачусь. – Ты… не знаю, как сказать… ты изменился. Надеюсь, у тебя все хорошо, но, как бы ни складывалось с мистером Толстосумом, ты всегда можешь поделиться со мной. Обещаю не дразнить его больше, хотя вывести его из себя проще простого. Тэ, если что-то пойдет не так, не скрывай от меня, я не стану тебя осуждать, обещаю, что постараюсь понять! Я всхлипываю и обнимаю его. – О, Чими, кажется, я совсем потерял голову. – Как будто я не вижу! И он по тебе с ума сходит. Глаз с тебя не спускает. Я неуверенно усмехаюсь. – Правда? – Разве он тебе не говорил? – Он немногословен. – А ты? – И я. Я виновато пожимаю плечами. – Тэ, кто-то должен сделать первый шаг, иначе у вас ничего не получится. Но как… как рассказать ему о том, что я чувствую? – Я боюсь оттолкнуть его, испугать. – Возможно, он тоже? – Чонгук? Боится испугать меня? Мне кажется, он ничего не боится. Не успеваю я договорить, как тут же воображаю Чонгука запуганным ребенком. Сердце сжимается. Чимин смотрит на меня, поджав губы и сузив глаза – ни дать ни взять мое подсознание, не хватает только очков. – Вам давно пора поговорить по душам. – В последнее время мы мало разговариваем. Я вспыхиваю. Глупости, невербальное общение ничем не хуже долгих разговоров. Даже лучше. Чимин ухмыляется. – Так я и знал. Что ж, если в постели вам хорошо, считай, что битва выиграна. Ладно, пойду куплю еды навынос. Ты готов к отлету? – Почти, у нас есть пара часов. – Хорошо, я вернусь через двадцать минут. Чимин хватает куртку и уходит, забыв закрыть дверь. Я запираю за ним и медленно иду к себе, по пути обдумывая его слова. А если Чонгук и впрямь боится своих чувств? Если, конечно, он и впрямь их испытывает. Видно, что он сильно увлечен, но что, если это всего лишь часть его имиджа властного и всемогущего доминанта? Я не успокоюсь, пока не прокручу в голове наши последние разговоры. Возможно, я что-то упустил. Я тоже буду скучать. Сильнее, чем ты думаешь. Ты меня околдовала, Малыш. _____________________________________________________Я трясу головой. Не стану думать об этом сейчас. Мой телефон лежит на зарядке. Я с опаской подхожу к нему. Ни одного сообщения. Включаю чертову штуковину, все равно пусто. – Ладно, пусть будет е-мейл. От кого: Ким Тэхён Уважаемый Чон Чонгук, собеседования прошли успешно. На случай, если Вам интересно. А как прошел Ваш день? Я сижу и смотрю на экран. Обычно Чонгук отвечает сразу же. Я жду. Наконец раздается сигнал. От кого: Чон Чонгук Дорогой Тэхён! Все, чем Вы занимаетесь, вызывает мой живой интерес. Вы самый потрясающий омега на свете. Рад, что Ваши собеседования прошли успешно. Мое утро было незабываемым. В сравнении с ним вечер выдался довольно унылым. От кого:Ким Тэхён Уважаемый сэр! Мое утро также оставило самые приятные воспоминания, несмотря на Ваши экстравагантности после несравненного секса на столе. Не думайте, что я не обратил внимания. Спасибо за вкусный завтрак. Передайте мою благодарность мистеру Сэму. Хочу спросить Вас о нем– и не вздумайте снова меня дурачить. Палец зависает над клавишей «Отправить». Я убеждаю себя, что бояться нечего, ведь завтра вечером я буду на другом конце континента. От кого: Чон Чонгук Тэхён, если Вы собираетесь всерьез заняться издательским бизнесом, не советую Вам употреблять слов вроде «экстравагантность» во множественном числе. Несравненного? Вам есть с чем сравнивать? И что Вы хотите узнать о мистере Сэми? Я заинтригован. От кого: Ким Тэхён Уважаемый сэр! Язык – живое существо, и он постоянно развивается. Его нельзя запереть в башне из слоновой кости, увешанной шедеврами живописи, с вертолетной площадкой на крыше, откуда видно полСеула . Несравненный – если вспомнить наши предыдущие опыты… к тому же это Ваше слово… дада, ваше… черт. Секс и впрямь был несравненным, и точка. По моему скромному мнению, ибо в этом вопросе у меня мало опыта. Мистер Сэм – Ваш бывший партнер ? Палец снова медлит над клавишей. Жму. От кого: Чон Чонгук Тэхён ! Я ценю мистера Сэма как незаменимого работника, однако никогда не вступал с ним ни в какие иные отношения, кроме деловых. Я никогда не нанимаю тех, с кем занимался сексом. И я шокирован Вашим вопросом. Единственным исключением из этих правил могли бы стать Вы, ибо до вас я не встречал столь блестящей юной омеги , обладающей к тому же выдающимися способностями в сфере заключения контрактов. Впрочем, если Вы будете и дальше позволять себе подобные выражения, я изменю свое мнение. Меня радует Ваша неопытность в вопросах секса. Надеюсь, в дальнейшем все ваши познания в данном вопросе будут связаны только со мной. Согласен принять Ваши слова о несравненном сексе в качестве комплимента, хотя, когда дело касается Вас, я не уверен, говорите Вы серьезно или, как обычно, иронизируете. От кого: Ким Тэхён Дорогой мистер Чон! Кажется, я уже приводил свои доводы относительно Вашего предложения. С тех пор мое мнение не изменилось и не изменится никогда. А теперь я должен оставить Вас, потому что Чимин принес еду. Мы с моей иронией кланяемся Вам и желаем спокойной ночи. Напишу из Парижа . От кого : Чон Чонгук До свидания, Тэхён! Надеюсь, Вы с Вашей иронией получите удовольствие от перелети. _____________________________________________________Мы останавливаемся у секции сдачи багажа международного аэропорта Сеула. Чимин обнимает меня. – Хорошенько отдохни в Барселоне, Чимин – Увидимся после моего возвращения. Не позволяй старине толстосуму взять над собой верх. – Не позволю. Мы снова обнимаемся, и я остаюсь один. Я иду к стойке регистрации и становлюсь в очередь с ручной кладью. У меня нет чемодана, только модный рюкзак, который Отец подарил мне на прошлый день рождения. – Ваш билет. – Равнодушный служащий, не глядя на меня, протягивает ладонь. Я с таким же безразличным видом подаю билет и водительские права, надеясь на место у окна. – Вы переведены в бизнес-класс, мистер Ким – Что? – Можете пройти в зал для пассажиров бизнес-класса и подождать там, сер. Служащий, еще недавно клевавший носом, сияет, словно я Дед Мороз и Снегурочка в одном лице. – А вы не ошиблись? – Нет, нет. – Он сверяется с монитором. – Ким Тэхён, первый класс. Ох, ни фига себе. Я сужаю глаза. Служащий подает мне посадочный талон, и я иду в зал для пассажиров бизнес-класса, бормоча себе под нос. Чертов Чон Чонгук, деспот и тиран. Маникюр, массаж и два бокала шампанского. Кажется, скоро я войду во вкус. С каждым глотком я все больше готов простить непрошеное вмешательство Чонгука. Открываю «мак», собираясь проверить теорию о его работоспособности в любом уголке планеты. От кого: Ким Тэхён Дорогой мистер Чон! Что меня действительно беспокоит в этой истории, так это то, как Вы узнали, каким рейсом я лечу. Ваша одержимость слежкой не знает границ. Надеюсь, доктор скоро вернется из отпуска. Маникюр, массаж спины, два бокала шампанского – неплохое начало каникул. Спасибо. От кого: Чон Чонгук Малыш! Доктор вернулся, я записан на этой неделе. Кто делал Вам массаж? Объявляют мой рейс, отвечу из самолета. Так безопаснее. Меня переполняет ехидство. В бизнес-классе как-то чересчур просторно. С шампанским в руке я откидываюсь в роскошном кожаном кресле у окна, а салон медленно заполняется. Звоню отцу, быстро сообщаю – он ложится рано, – куда лечу. Я смотрю на «мак», хочется проказничать. Открываю крышку, запускаю почтовую программу. От кого: Ким Тэхён Уважаемый сэр! Мою спину массировал один очень милый юноша. Дада, весьма милый. Если бы не Ваша щедрость, я никогда бы не познакомился с ним , поэтому еще раз спасибо. Не уверен, что тут можно посылать письма во время полета, к тому же до полуночи мне нужно выспаться – прошлую ночь я не сомкнул глаз. Приятных сновидений, мистер Чон … Вы всегда в моих мыслях. О, представляю, как он взбеленится –А я в небе, меня не достать. Будет знать. Я смотрю на готовое к отправке письмо. Чимин прав. Нет ничего проще, чем вывести его из себя. Подсознание ухмыляется – ты и впрямь хочешь подразнить Чонгука? Не слишком усердствуй. Он заботился о тебе, хотел, чтобы ты путешествовал с комфортом. Но мог бы предупредить! И я не вел бы себя у стойки регистрации как полный идиот. Я нажимаю на клавишу.. – Мистер Ким , вам придется выключить ваш ноутбук, – вежливо обращается ко мне сильно накрашеный стюар. Застигнутый врасплох, я подпрыгиваю, чувствуя себя виноватым. – Простите. Вот дерьмо. Теперь я не узнаю, ответил ли он. Стюард протягивает мне мягкое одеяло и подушку, демонстрируя белоснежные зубы. Я укрываю ноги одеялом. Приятно, когда о тебе заботятся. Салон полон, за исключением места рядом со мной. Не может быть… Неужели это место для Чонгука? О черт. Нет, он не станет. Не станет? Но я ведь сказал ему, что хочу лететь один. Я с тревогой смотрю на часы, бесплотный голос из кабины пилотов объявляет: – Просим пассажиров пристегнуть ремни. Что это значит? Я сижу как на иголках. Место рядом со мной – последнее незанятое в салоне на шестнадцать пассажиров. Самолет трогается с места, и я облегченно вздыхаю. Впрочем, сказать по правде, я слегка разочарован. Четыре дня без Чонгука. Я украдкой бросаю взгляд на свой «мак». От кого: Чон Чонгук Дорогой Тэхён! Я вижу Вас насквозь, и поверьте, Ваш план удался в полной мере. В следующий раз полетите в деревянном ящике, связанный по рукам и ногам, с кляпом во рту. Поверьте, это доставит мне куда больше удовольствия, чем отправить Вас бизнес-классом. Жду не дождусь Вашего возвращения. Вот дерьмо! С Чонгуком никогда не разберешь: шутит он или серьезно. Кажется, на этот раз не шутит. Тайком от стюарда печатаю ответ под одеялом. От кого: Ким Тэхён Не знаю, шутишь ты или нет – если нет, пожалуй, останусь в Париже. Деревянный ящик – это слишком. Прости, если рассердил тебя. Скажи, что прощаешь меня. От кого: Чон Чонгук Зачем ты пишешь из самолета? Ты подвергаешь опасности жизни всех на борту, включая собственную. К тому же это запрещено правилами. Я убираю телефон, откидываюсь на спинку кресла и, пока мы разгоняемся, погружаюсь в потрепанный томик «Тэсс» – немного легкого чтения на дорогу. Когда самолет взлетает, я опускаю спинку и засыпаю. Стюард будит меня, когда самолет снижается . Местное время 5:45, я спал часа четыре. Меня шатает со сна, и я благодарен стюарду за стакан апельсинового сока. С беспокойством смотрю на экран « Телефона : от Чонгука ничего. В Сеуле около трех ночи, и, вероятно, он не хочет, чтобы я мешал работе электронного оборудования или чему там мешают мобильные телефоны в полете. Пересадку ждать час, и снова я успеваю ощутить всю прелесть полетов бизнес-классом: плюшевые диваны манят свернуться калачиком, мягко прогибаются под весом тела, но я не хочу перебивать сон и, чтобы не задремать, пишу длинное послание Чонгуку.