механическое сердце

дела с каждым днём обстоят всё хуже, но господин делает вид, что новый день ничем не отличается от прошлого, отчего люди не стесняются высказывать в жалобных письмах своё недовольство. только вот мужчина на них никак не реагирует, а его служащие лишь пожимают плечами, отводя взгляды: стыдно. — господин чжун ли, к нам хотят.. — чэн не успевает договорить, как его перебивает рука, отмахнувшая в воздухе неинтересную мысль. — сегодня планировались танцы, мой дорогой чэн, так что никаких формальностей и кипы бумаг. на этом разговор заканчивается, а чэн уходит, потому что больше вставить слово ему не дадут. последние полгода чэн читает письма сам, ведь чжун ли не притрагивается больше ни к одному после всех потухших надежд. он привыкает к этой обязанности, ведь в этом нет ничего сложного: лишь то, с чем он пришёл к чжун ли сейчас его настораживало. что-то было знакомое в этом почерке, но он не мог вспомнить, что, сколько бы ни старался. и это пугало. — леди и джентельмены, прошу не стесняться. пробуйте новые вина, доставленные сюда со всего тейвата, и танцуйте, пока не начнёте валиться с ног, ведь сегодня этот вечер ваш. — чжун ли поднимает бокал в воздух, ожидая, когда другие сделают тоже самое. гости не заставляют себя ждать и салютуют друг другу бокалами, заливаясь смехом от уже помутневшего рассудка. затем чжун ли поворачивается в другую сторону, чтобы поднять бокал и за другого человека, подарившего ему новый товар. — всегда рад помочь вам, господин. — дилюк расплывается в улыбке и почтительно кланяется. алые волосы туго затянуты в хвост, а чёрный костюм сидит так идеально, что позавидуют даже сами чиновники и их персональное ателье. — с каждым разом вы не перестаёте удивлять. в чем секрет? уголки губ медленно ползут вниз, когда дилюк поднимает взгляд, встречаясь глазами с королём. — в вашем состоянии. но не успевает чжун ли среагировать на странный ответ, как его отвлекает старая знакомая. — джинн, я рад тебя видеть здесь. — мужчина тянется свободной рукой к тонкому запястью и оставляет невесомый поцелуй на тыльной стороне ладони, отчего девушка очаровано вздыхает. — ах, ваши манеры. — и прикрывает лицо от смущения, и даже не замечает, как рядом оказывается ещё одна леди, привлекающие внимание многих в этом зале. — господин, вы так любезны с моей подругой, что насчёт меня? — мадам лиза, вы как всегда безупречны. — мужчина перехватывает той же рукой ещё одно женское запястье и целует в поклоне ладонь. девушка начинает заливаться смехом, пока вторая всё ещё смущённо прикрывает лицо ладонью, пытаясь унять румянец. рядом раздаётся привычное «господин» и чжун ли про себя даже радуется, что его отвлёк подчинённый. чэн чувствует настроение своего господина лучше, чем он сам, поэтому не решается оставлять его надолго с большой компанией, особенно после последних событий в ли юэ. ничего не должно спровоцировать его плохое настроение, и он должен помочь ему в этом. мужчина сопровождает его до менее шумного места, где вероятность, что кто-то «случайно» встретит их, гораздо меньше. теперь любой разговор будет намеренным, ведь они стоят в другом конце зала, путь до которого держать нужно целенаправлено. они заранее будут предупреждены о визите кого-нибудь любопытствующего. чэн невольно бросает взгляд на господина, и замечает на его устах улыбку, отчего его собственные губы непроизвольно повторяют эмоцию. все это длится меньше минуты, пока в проходе главного зала не появляется незнакомая фигура: парень крепкого телосложения и без сопровождения, что кажется странным для чужеземца. чэн не сразу обращает внимание на то, что парень в маске, в его волосы кажутся знакомыми. пугающе знакомыми, как.. письмо. чжун ли стоит рядом, уже занятый разговором с женщиной из инадзумы, вероятно, заинтересовавшейся положением и состоянием мужчины настолько, что она соизволила преодолеть расстояние от центра зала по потолку, ведь миллелит даже не заметил, как та подкралась к ним. в груди ворочается плохое предчувствие, и он, хоть и нехотя, но подходит ещё ближе к господину, ожидая, когда тот обратит на него внимание. однако попытки тщетны. — господин настолько обаятелен, что его поданные ни на шаг не отлипают от него, верно? — женщина пытается намекнуть на лишние уши в их диалоге, но чэн не слышит: он тянет руку к плечу чжун ли и уже собирается прикоснуться, только вот не успевает. — чэн, ну девушка же попросила отойти, неужели ты не понимаешь? — чжун ли запястьем отбрасывайте от себя чужое, а затем оборачивается и сам замолкает, встречаясь взглядом с голубыми, словно ледниковые воды, глазами. рыжие волосы аккуратно зачёсаны назад, а маска сидит словно влитая, но мужчина всё равно узнает его и с этой глупой маскировкой. чжун ли замирает. парень наклоняется протягивает руку в чёрной перчатке, молчаливо приглашая его на танец. все словно в гипнозе завороженно смотрят на ладонь, словно завороженные, а затем и на лицо их короля. — не откажете мне, мой господин? голос не оставляет никаких сомнений:

аякс.

чжун ли поднимает взгляд, и на его лице лишь тёплая улыбка и никаких сожалений. «это что, игра притворись и сделай вид, что тебе отшибло память на целый год?» в голове не укладывается: разве можно себя так вести после того, как заставил единственным письмом волноваться весь год, а потом, придя сюда, приглашать на танец, как ни в чем не бывало? сердце чжун ли сжимается от обиды, но одновременно и от облегчения, когда он понимает, что парнем всё в полном порядке. он кладёт ладонь в чужую и делает шаг навстречу, отчего рядом раздаётся удивленные вздохи. — господин, а вы и правда очень обаятельны, раз все так реагируют на каждый ваш шаг. чжун ли молчит, подбирая в голове правильные слова. за всё это время он представлял только, как сильно будет обнимать при встрече, но даже представить себе не мог, что их первая встреча пройдёт так. — ещё и так скромны. — тарталья прижимает мужчину ближе к себе, пока горячее дыхание не ощущается на холодной шее. — я очарован. чжун ли всем телом вздрагивает от нежного шёпота, и парень ощущает это, отчего уголки его губ расплываются в ухмылке. в зале неожиданно наступает тишина, а свет приглушается. — что это? — чжун ли оборачивается, удивляясь столь быстрой смене обстановки, ведь подобного не планировалась в сегодняшней программе, а значит.. тарталья нежно касается тыльной стороной ладони родной щеки, но, к сожалению, не ощущает той мягкости, которой раньше мог наслаждаться часами, пока они лежали вместе, а он гладил спящего мужчину. и если бы дело было только в перчатках. чжун ли оборачивается, ещё больше удивляясь поступку парня. в глазах напротив отражается боль, копившаяся месяцами, пока тот улыбается, пытаясь скрыть настоящие чувства. — чайльд, это.. — позволь мне провести этот вечер с тобой. — голос надламывается, но парень не обращает на это внимание, ожидая ответа от господина. тот изучает лицо напротив, ища подвох. всё это похоже на долгий и нереальный сон, после которого на сердце появится новый шрам. но чжун ли никогда не снились такие приятные сны с тех времён, поэтому сейчас отказываться от такой возможности он не собирается. он потерял рассудок в тот день, и уже не рассчитывает на логику. господин едва заметно улыбается, и неуверенно кивает, а чайльд вновь кладёт руку на его талию и бросает взгляд в сторону, подавая знак.

primavera — ludovico einaudi

тишину нарушают первые ноты фортепиано и скрипки, и чайльд делает шаг назад, увлекая чжун ли в медленный танец. музыка сразу затихает, и мир вокруг перестаёт существовать, ведь всё их внимание сейчас сосредоточено друг на друге. чжун ли не может оторвать взгляда от хорошо знакомого лица, а чайльд и не против, ведь занят тем же, не переставая улыбаться. «почему ты так резко исчез? почему появился так неожиданно? где ты пропадал? почему оставил меня одного? что случилось? ты пропадёшь снова?» так хотелось задать все эти вопросы. но было ощущение, что после этого всё исчезнет, и чжун ли откроет глаза после сна. аякс чувствует, как его партнёр теряется, и решает взять инициативу в свои руки. он наклоняется ближе, настолько близко, что чжун ли вздрагивает, ощущая горячее дыхание возле уха. — ты выглядишь потрясающе. — аякс, ты... чжун ли резко замолкает, вдруг испугавшись, что наяву может оказаться, будто он разговаривает сам с собой. — я внимательно слушаю ваше величество. — и рука на пояснице медленно двигается вверх и вниз, успокаивая. — почему? — ваше превосходительство, я не понимаю, что вы имеете в виду. у чжун ли начинает бешено стучать сердце, осознавая, что человек перед ним вовсе не иллюзия. — почему ты притворяешься? аякс меняется в лице: уголки его губ медленно ползут вниз, а в глазах на секунду мелькает страх. — я объясню тебе в другой раз, обещаю. — а что сейчас, ты опять исчезнешь? — чжун ли останавливается, вынуждая и его остановиться. — прикажи всем выйти. чжун ли поднимает руку вверх. чэн реагирует мгновенно, услышав приказ из чужих уст. на выполнение требуется не больше минуты, и в зале остаётся только две высоких фигуры, освещённых лунным светом. — прошу тебя, у меня не так много времени. — начинает чайльд, делая шаг навстречу, но сразу же натыкается на ладонь господина, преградившую дорогу. — куда ты торопишься? — если скажу, останется ещё меньше врем... — аякс, зачем ты пришёл, если не хочешь даже объясниться? – не выдерживает чжун ли. — я молю тебя, подари мне этот вечер. чжун ли замечает, как плечи парня сразу же опускаются, будто тот и правда не может сказать больше. — я не хочу, аякс. чайльд не успевает зажать вопрос, как сразу же тонет в крепких объятиях. — я не хочу, чтобы ты снова пропал. парень на мгновение теряется, но сразу же приходит в себя, чувствуя, как мужчина тяжело дышит, будто сдерживает накопившуюся огромным снежным комом истерику. он тянется ладонями к крепким плечам и сжимает, поглаживая большими пальцами. — прости меня. — нет, аякс, недопустимо извиняться, а потом вновь пропадать. — мужчина опускает голову, утыкаясь ему в ключицу. — я перечитывал твоё последнее письмо нескончаемое количество раз, и каждый раз убеждал себя в том, что ты жив. мне кажется, что уже давно упустил момент, когда точно я сошёл с ума. наверное, я перестал рационально мыслить, потому что не нашёл ни одной адекватной причины твоего исчезновения. в голове была лишь одна мысль, о которой я даже думать не хотел, ведь... чайльд крепче сжимает чужие плечи, понимая, в чем дальше хочет признаться мужчина. он мягко касается его подбородка и приподнимает родное лицо, заставляя взглянуть в глаза, которые уже были на мокром месте. король сдерживает слёзы перед тем, кто волнует его больше своей жизни. — я знаю, что ты хочешь услышать честный рассказ того, что произошло, но у меня не было другого выхода. мужчина смотрит в глаза напротив, а на щеках появляются влажные дорожки, поблёскивающие в лунном свете, словно кристально чистые озёра в ли юэ. — ты не он. — что..? — твоё сердце не бьется, аякс.