Не альфа?

Руки нервно дрожат. Всё так сильно бесит, не замечаю, как искусываю губу. Всё просто навалилось: я почти не спал ночью, приближается чёртов гон, а секса и так давно не было — во всём виноваты мои принципы. Не сказать, что я девственник-язвенник, но на омег не бросаюсь, скорее, даже сторонюсь их. Моя мечта — наивная — всё-таки встретить своего омегу, истинного, именно того, кто предназначен мне. Или я просто не хочу выстраивать отношения с другими? Связывать себя с кем-то? Ведь совершенно не считаю себя хоть сколько-то простым. Со мной сложно, тяжело, и я вообще «тугой» и не способен на чувства — именно это бросил мне омега в попыхах, стремясь сбежать от меня в тот момент, когда я просто флегматично лежал на кровати, даже не пытаясь остановить парня, с которым прожил несколько лет. Мне не хотелось ему лгать, не хотелось удерживать его. Ведь со мной он лишь тратит своё время, ведь когда-нибудь и он встретит того самого, что нужен именно ему. Я, явно, совершенно не тот. Не только в том смысле, что мы не созданы природой друг для друга, а потому что мы просто слишком разные. Со мной действительно сложно. Я сам себе на уме, никого не слышу и не вижу, действую только так, как сам того желаю. Наверное, здоровый эгоизм — неплохо, но это не он. Я просто не вижу ценности в неистинных отношениях. Готов ждать сколько нужно, и, наверное, так будет правильно, ведь никто не заслуживает мою пассивную агрессию, никто не должен думать, как подстраиваться под меня, пытаться услужить мне, а моя истинная пара легко справится с моими заскоками, ведь природа не создаёт пару, неспособную выжить вместе. Это всё так… неискренне, не правдиво, потому что с омегами, которые «не мои», я испытываю лишь пародию на чувства, странное, сложно объяснимое чувство внутренней неправильности, неверности. Как бы глупо это не звучало, мне всегда кажется, будто я заранее, даже ещё не будучи знакомым с моим омегой, изменяю ему. Когда последний омега, с которым всё же пытался построить хоть какое-то подобие отношений, ушёл от меня, я испытал облегчение, хотя, казалось бы, должен грустить, ведь он всё-таки не был для меня кем-то чужим. Он изначально был моим приятелем, дружили давно, и к любовным отношениям привела нас дружба. Долгая, многолетняя дружба. Он сделал шаг дальше, а я... Я посчитал, что если не он, тогда кто? Кто бы смог подойти мне лучше? Конечно же, опуская моего истинного омегу. Но чувство вины, испытываемое после расставания, преследовало меня недолго. Я работал учителем. Зачем и для чего выбрал эту профессию — ответить затрудняюсь. Так сложилось. Мои родители, когда ещё были живы, всегда настаивали на высшем образовании и, когда мне пришло время выбирать, поддержали эту идею, ведь тогда мне будет, вероятнее, проще содержать семью в будущем. А когда встал вопрос о поступлении, я даже не мог представить, что со мной будет через год, что уж говорить о дальнейшей жизни и профессии. Поэтому не долго думая, выбрал ближайший к дому университет и подал документы, даже не до конца понимая, куда и на кого. Этим вопросом пришлось озаботиться, лишь когда ставил галочку в бланке для принятия на факультет, так что выбрал несколько, в которые по баллам прохожу. Сдал вступительные испытания, и баллов хватило, а когда мне вновь предложили выбрать, просто ответил, чтобы сами решили. Вот настолько мне было всё равно. Все мысли были заполнены лишь возможностью заработать, а не каким образом это делать, когда мой истинный явится ко мне. Всегда считал свою наивную часть наиболее мерзкой, старался прятать её, прикрывая повышенной раздражительностью и яростью. Ведь это так недопустимо для альфы, я же не омега. Так бесят эти стандарты. Кто вообще решает, что и для кого допустимо, а что нет? Почему альфы должны быть сильными, с развитой мускулатурой, харизматичными и просто таки пышить силой? Я нихрена не такой. Да, высокий, но это всё. Очень жилистый, худой, не юркий, ни туда и ни сюда. А почему омеги все должны быть как женщины-беты? Изящными, стройными и с округлыми бёдрами? Нет, допустим, округлые бёдра — это круто. Они манят, привлекают, но это же простая физиология. Так что, получается, вот и он — ответ на мой вопрос? А, чёрт с ним, кто я такой, чтобы вообще решить что-то глобальное? В какой-то момент я стал слышать его — самый чудесный аромат. Лёгкий, еле ощутимый, но сразу же отзывающийся внутри. Когда впервые ощутил его, был озадачен. Искать его источник было делом гиблым: я каждый день обучаю по двести подростков, это ещё не говоря о всех подростках в школе. Школа, в которой я преподаю, одна из самых больших в нашем городе. У неё несколько филиалов, несколько десятков кружков для дошкольников, кружков для самих обучающихся, огромное количество учителей, обучающих всех этих ребят. Так что, если мой омега случайно зашедший в нашу школу человек — я вряд ли его найду. Кто же он, мой омега? Почему он пришёл в школу? Может у него ребёнок? Готов ли я взять на себя всю семью своей пары? А что если и не один? А что если он замужем? Что тогда? Кошмарно много вопросов. Первый раз, когда учуенный мною пряный аромат стал ярче, имея очертания, я вскинул голову: была очередная перемена очередной среды. Дети ходили туда-сюда по классу, весело болтали. Учитель смежной дисциплины приболела — так мне сказали во всяком случае — и попросила взять мой класс и провести у него дополнительный урок, руководителем коего я и являлся. Поэтому, недолго думая, выдал им контрольную, чтобы понять, как они едят темы, что им объясняю… ладно, кого я обманываю? Нет, я очень ответственно отношусь к работе, к воспитанию новых умов, но делаю это из… сам никогда не понимал, почему это делаю. Меня каждый день просто тянуло сюда, это давалось мне несложно, без переизбыточного энтузиазма, но вполне с ним. Так что, я иногда мог предположить, что просто природа так заботится обо мне и когда-нибудь, именно здесь ко мне и явится мой омега. Ощущая этот неяркий, но очень терпкий, пряный, очень сложно поддающийся описанию аромат, ещё даже не сформировавшийся до конца, но уже вполне отчётливый, вдохнул его полной грудью, принюхиваясь. Источник точно был недалеко от меня. Окинув взглядом класс, я с интересом оббежал его глазами, но никто не привлёк моего внимания. Что если мой омега — родитель моих учеников? Или, что хуже, родитель ребёнка, который учится во вторую смену? Вероятность пересечься с ним тогда почти мизерная. А что если мой омега не родитель, а сам ученик? Ведь если есть запах, значит омега сформировался, значит прошёл определённый порог своего созревания, но это всё равно очень и очень хреново. И я не про разницу в возрасте — это нормально, когда омега молод — но… подросток же это вчерашний ребёнок! Куда ему до альфы? Нет, я никогда не считал, что удел омег только рожать и быть домохозяинами, но всё-таки. Я не представляю своего собственного омегу подростком. Всегда думал, что он будет моим ровесником или, может несильно, но, возможно, и старше даже, а тут меня как будто по голове ударили. Но нет, аромат омеги слишком слабый для взрослого. Он точно где-то рядом, либо он сам, либо что-то, к чему он прикасался недавно. Обшариваю взглядом свой стол на предмет инородных, чужих предметов. И нахожу: несколько стопок с контрольными работами, которые я провёл в каждом классе сегодня. Тут были все: от пятых до одиннадцатых. Ну уж нет. Я прикрываю глаза. Понимание, что мой омега может быть прям настолько юн, меня убивает. Это что? Воспитай себе омегу? Да он же ничего не будет соображать! Я хочу партнёра, хочу равного себе парня, а не мальчишку, неспособного даже решить, полностью понять, какой я и насколько ему будет со мной сложно! Нет, однозначно, возиться с мелочью я не согласен. В тот раз убрал все тетради со стола, урок провёл нервно, дёрганно, а взявшись за проверку на следующий день, запаха не обнаружил и понадеялся, что то, как я на него отреагировал — мне приснилось. Решил для себя, что это точно не мог быть он, возможно, его младший брат? Хотя может всё-таки и формирующийся запах ребёнка омеги. Такое бывает редко, но бывает, что у ближайших родственников по омежей линии схожие ароматы, такое бывает и если у твоего истинного запах несёт те же феромоны и ноты. Запах схожей омеги в таком случае может дурманить не хуже запаха истинного, сколько таких историй описано и показано, но когда приходит он, ты сразу же осознаёшь, что запах иной, на ноту, на нюанс, на вкус. Вкус запаха истинного сразу ложится на язык. Да, я читаю об истинности много, ведь действительно верю, что смогу в полной мере ощутить себя полноценным, счастливым, радостным, заботливым и надёжным лишь в паре с омегой, что природа считает моей. С того дня терпкий и пряный запах стал неуловимо виться вокруг меня. И со временем мне становилось всё более ясно, кем мог быть обладатель. Не искал я его специально — верил, что, когда найду его, ему будет хотя бы шестнадцать. Ниже — это уже клиника. Я ведь альфа. Я же осознаю, что сразу же пожелаю его пометить, осознаю, что сразу же захочу его. Меня вынудит природа, ведь он будет для меня идеальным, таким, каким должен быть. А стоит мне его коснуться, все процессы его организма изменятся, как и моего, они начнут работать на пару, создавая идеальные условия для потомства, и как мне быть, если омега будет столь мал? Это же… это же просто ад какой-то. Несмотря на это, омега может думать по-иному, спустя время он может решить, что я ему не подхожу, но куда он пойдёт меченый, мой? Я, как альфа, не смогу отпустить, опять же, сколько по миру историй, когда создавались такие союзы, а после омега всю жизнь был несчастным? Ведь истинность не единственное, что создаёт отношения. Их нужно строить, а истинность лишь упрощает взаимопонимание и существует как дополнительный внутренний магнит друг к другу, но это не значит, что этого хватит для создания прочных и обоюдно счастливых отношений. А то, что я так хочу для моего омеги в первую очередь, это счастье со мной. Сколько историй, когда омега всё-таки решался уйти от своего альфы, а тот не мог этого вынести? Сколько таких омег пали жертвой сошедшего с ума партнёра? Как бы я хотел, чтобы всё было по-другому. Я стал достаточно цепко вглядываться в своих учеников, в поиске того единственного. Делал это скорее из-за своей природы, а не потому, что хотел его найти. Наоборот, я не желал находить. Ему точно было более четырнадцати, раз его тело начало вырабатывать свой феромон, но течки похоже ещё не было, иначе бы она стала в цикл, и я бы чувствовал запах по-другому. Что радовало и огорчало. Раз течки не было, значит его тело ещё не готово ко мне, значит я должен держаться дальше, как можно дальше. А то, что мой омега — девственник — меня радовало. Это, конечно, вообще не то, чем стоит гордиться, но для моего внутреннего самодовольного демона — альфы — безумно приятный факт. Перед каждым классом я старался проветривать кабинет, старался пить подавители, ведь с подавлением моего запаха давились для меня чужие, но быстро понял, что это очень-очень-очень плохая идея. Оказалось, что таблетки не перекрывают его запах, а, наоборот, он становится ярче, ведь все иные пропадают и остаётся лишь он — терпкий и пряный. Я не мог надышаться им, а на языке будто весь день сосал анисовые леденцы или растирался анисовой водкой. Прошло полгода, прежде чем я сумел, сам себе же ставя палки в колёса, выяснить хотя бы класс. Как ни иронично, это оказался мой. Искать среди моих же ребят мне казалось чем-то низким и противным, будто я их предаю, но что поделать — мой гон через каждые шестьдесят дней стал просто невыносим, если первый день я ещё как-то мог держаться, то второй день отбирал всё, выкручивая все мои нервы до оголённых проводов, отключения мозга и полного превращения меня в животное. Я стал бояться того, что будет, когда я таки найду его. Запах не становился ярче, лишь плотнее, набирал свою тяжесть. Я паниковал, рычал и вечно был всем недоволен, ну, а как, если моё-то тело давно уже встретило истинного, а я ещё нет. Я знал, что он рядом, понимал это, чувствовал сводящую с ума крепость аниса, но всё ещё держался, и как всегда: всё за меня решил случай. В моём классе из двадцати двух человек: восьми девочек и четырнадцати парней — было всего пять альф, восемь бет, шесть омег и одна тройка парней с ещё не определившимся гендером, до первой течки/гона нет стопроцентной гарантии, что всё в порядке и сделанный при беременности омег тест на пол ребёнка остался таким же. Нет, проведя определённое исследование на подпол, можно с девяносто девятью процентной точностью определить, кем является ребёнок, но, к сожалению, метод исследования дорогой, и не каждая семья считает целесообразным тратить на это деньги. Так что, если я не ошибся, и мой омега находится в моём классе, то стоит обратить внимание на омег, которых я отмёл тут же. Их запахи сильные, манящие, но для меня чересчур приторно-сладкие, противные, будто я сожрал очень сладкий кремовый торт целиком, не запивая, и меня мутит от этого. А вычислить его запах среди «неопределившихся» оказалось слишком просто. Этот случай произошёл за несколько часов до начала моего гона. Возможно, именно поэтому... Он с одноклассником сваливал со школы через окно на первом этаже, где я курил, поленившись отойти подальше, а сделав пару шагов, не заметил меня и вздрогнул, лишь ощутив прикосновение ко мне — был особо гадский день и настроение соответствовало. Его голубые глаза за секунду утопили меня. Парень тяжело дышал, явно паниковал — отчего феромон усилился, и я будто опять закинулся любимой конфеткой или выпил рюмку анисовой водки. Я скривился, схватил за ухо, дёрнув, еле сдержался, чтобы не прижать к себе, но вместо этого очень грубо и популярно объяснил, какого чёрта он делает. При этом его друга просто игнорировал, ему даже взгляда не досталось. Но, заставив себя успокоиться и дышать неглубоко, чтобы почти не вдыхать его запах, так и не отошедший от меня, не стал загонять их обратно, а отпустил. Знаю, что нихрена не педагогично, но иначе я просто не представлял, как теперь держаться от него подальше. Чёрт. Ему только пятнадцать, а меня уже безумно тянет к нему. Да так, что внутри всё крутит. А этот мальчишка только и делает, что будто бы пытается привлечь моё внимание: то треплется громко со своим приятелем, с которым они вечно сидят вместе, то, наоборот, делает вид, будто я пустое место, и тогда мой альфа сходит с ума от злости, заставляя поставить свою омегу на место. Так и начался мой долгий бой с ним. С моим Арсением.