I'm still your husband!

— Пойдёшь со мной на свидание? — укутывая Феликса в тёплый плед, Хенджин прижимался губами к его тёплому лбу, изредка оставляя легкий поцелуй, пока Тэ тихонько сопел в арендованной машине. На улице рассветало. До самого утра с улыбкой до ушей Тэян водил родителей от самой древней картины, до самой новой скульптуры. В зале Джоконды они и вовсе просидели минимум час. Тэян успел сделать тысячу фотографий, пожаловаться на плохую видимость картины из-за толстого слоя стекла, позвонить Вонги и поделиться с ним своими впечатлениями. Но только более тихо и смущённо, что не скрылось от родителей. Пока Феликс стоя засыпал под монотонное культурное просвещение, а время близилось к четырём утра, Хенджин строчил сладко спящему Чонину «благодарность» за предоставленную возможность посетить пустой Лувр. Пришлось пообещать сыну найти достойную реплику Мона Лизы, дабы Феликс не прилёг поспать где-нибудь на полу. Видимо, кому-то придётся вновь вернуться к рисованию. — Спроси у меня об этом позже, пожалуйста. Сейчас я очень хочу спать — бормочет тому в шею Феликс. Как самый заботливый отец и бывший муж, Хенджин проводил омег до номера, каждого поцеловал в мягкую щеку и отправил по постелям. А сам, забыв про усталость, отправился к своему отелю бодрым и счастливым. Проснулся Феликс ближе к двум часам дня от настырного стука в дверь. Кожу неприятно стянул забытый тон, а веки опухли и слиплись тенями. Времени приводить себя в порядок не было, поэтому на помощь пришли тёмные солнечные очки, так удачно валявшиеся на туалетном столике. Тэян на шум только поморщился и перевернулся на другой бок, крепче прижав к себе подушку. За дверью оказался курьер с большим букетом белых хризантем. Мужчина вопросительно приподнял бровь. Он кинул взгляд на доску-планшет, высматривая имя. — Ли Феликс? — Да-да, это я. Курьер на миг засомневался, рассматривая собственное отражение в тёмных стёклах, но подумав, что это не его дело, отдал букет. Среди пышных бутонов запрятался квадратик картона. Слегка дрожащими от волнения пальцами, Феликс пригладил нежные лепестки и добрался до записки, написанной от руки. «Вид на луну в Париже считается самым красивым. Составишь мне компанию этой ночью? Выспись, спящая красавица. Я приеду к десяти» Феликс до лёгкой боли прикусил губу, дабы не запищать от радости. Он перечитывал строки несколько раз и чуть ли не в припрыжку побежал искать вазу для душистых хризантем. — Папе снова восемнадцать — через зевоту проговорил ещё сонный Тэян и поставил реакцию «сердечком» на сообщение Чонина: «Сегодня мы едем веселиться» Чонин приехал ближе к четырём. Феликс к этому времени скрылся в ванной, захватив с собой весь привезённый уход. Тэян попрощался с ним через дверь, попросил родителей не забывать про возраст и не напиваться. Август стремительно близился к концу, а вечером холодало. Заглянув в прогноз погоды Феликс решил особо ничего не менять во вчерашнем образе, но добавить тёплый кремовый свитер, который Джисон сам связал ещё будучи ребёнком. Правда, немного прогадал с размером, в то время маленький Феликс утопал в пряже, связанной крупной вязкой. Да и не слишком он вырос.. Хенджин уже ждал его внизу, привалившись боком к арендованной машине и с кем-то разговаривая по телефону. Но стоило Феликсу показаться из здания отеля, он тут же скинул звонок, мягко улыбаясь. — Я скучал — шепчет он в розоватые губы, оставляя лёгкий поцелуй, когда Феликс падает в его объятия. Щеки предательски краснеют у обоих, и вовсе не от холода. Всю дорогу Хенджин молчал, только изредка улыбаясь, а Феликс умиротворённо растекался по автомобильному креслу. Тишину разбавляло чуть надоевшее радио и стук пальцев по рулю. — А куда мы едем? — Секрет. — А долго ещё? — Секре-е-е-т — тянет Хенджин и старается незаметно переложить руку с руля на бедро Феликса. Тот замолкает и смущённо отводит взгляд к окну. По ночным улицам, на удивление, гуляют довольно много туристов и это немного расстраивает. Куда бы они не поехали, им не удастся побыть наедине. Хенджин замечает изменения в его настроении и хлопает по бедру: — Эй, совсем немного осталось. — Постарайся не подглядывать, хорошо? — Хорошо. Совсем аккуратно, будто хрустального, Хенджин вёл Феликса к лифту, закрывая ему обзор своими ладонями. На посту остались только охранники, что приветливо кивали и жестами указывали направление. — Почему тут так тихо? Хенджин промолчал, с неким волнением рассматривая циферблат с меняющимися цифрами этажей. Когда лифт достиг нужной высоты, Феликс в его руках закопошился, а волнение в груди нарастало. С той же осторожностью он провёл его к лестницам, дабы достичь нужной им высоты. — Тут прохладно. Где мы? Намеренно помедлив, Хенджин, затаив дыхание, отступил назад, открывая обзор на открытую террасу. Феликс шумно выдохнул и скользнул взглядом по ночному небу, усыпанному миллионами звёзд. Луна величаво возвышалась среди маленьких огней, освещая площадку и Феликсу очень захотелось посмотреть на любимое лицо при лунном свете. Хенджин выглядел совсем как подросток. Смотрел наивно и по-детски влюблённо, а ночные лучи заставляли его глаза сиять. Несколько лет назад им, возможно, нужно было разъехаться по родителям, проплакать в своей старой комнате и вернуться домой в объятия друг друга. Хенджин дует губы, когда Феликс со смехом увиливает от поцелуя и отворачивается, рассматривая телескопы. — Мы пришли смотреть на звёзды, не забывай. Но он прошел мимо них. Прижав ладони к стеклянному ограждению, Феликс разглядывал город любви, облачённый в тёплые огни. Гул ветра легко трепал светлые пряди, порываясь украсть фетровую шляпу, и окрашивал и так розоватые щеки румянцем. Хенджин притих, но его присутствие обозначалось ненавязчивым запахом лилий. Заприметив светящуюся Эйфелеву башню, Феликс от восторга шумно выдохнул, отчего на стекле осталось небольшое запотевание. Он только приоткрыл рот, дабы поделиться впечатлениями, как вдруг Хенджин протараторил: — Выходи за меня замуж. Сердце неожиданно больно сдавило. Феликс приложил ладонь к своей груди, растирая невидимую боль. Та же сильной хваткой вцепилась в рёбра, не планируя успокаиваться. Это же такие прекрасные слова, которые мечтает услышать каждый от своего любимого, только вот почему сейчас они вызывают только слёзы и тревогу? Хенджин больше ничего не говорил, но распускал свои феромоны, прочувствовав на себе беспокойное состояние омеги. Он болезненно кусал внутреннюю сторону щеки, медленно подходя ближе. — Феликс, я.. — Во второй раз, Хенджин? — Что? Феликс нервно рассмеялся, уткнувшись лбом в прохладное стекло, а шляпа всё-таки слетела, но была перехвачена. Он досчитал до десяти, как учил его Джисон, и сморгнул пелену слёз. — Я совсем уже расклеился, да? — колупая ногтем фетр, он улыбнулся собственному смутному отражению — Я просто.. не подумал о том, что ты рассчитаешь этот шанс.. вот так. То есть!.. — Феликс резко развернулся и наткнулся на неописуемо жалкое личико. Хенджин стыдливо опустил глаза, выпятив нижнюю губу. Тэян при удобном случае делал то же самое, вдобавок строив глазки, надеясь получить желаемое. Правда, это работало только на Минхо. Сердце до сих пор неспокойно пульсировало, а напряженная обстановка давила на виски. Но Феликс улыбался. Улыбался своим мыслям и этим надутым щекам. — Я правда хочу быть с тобой, но до свадьбы нам.. далековато. Это всё слишком муторно, согласись? — поддавшись соблазну, Феликс сжал эти милые щеки и свёл их ближе к друг другу — Я так намотался в прошлый раз с документами. Не то, чтобы документы его сильно волновали, но этот разговор приходится отложить на потом. — Мне стоит думать, прежде чем говорить. Извини — пробубнил Хенджин, аккуратно притягивая Феликса к себе за талию. Тот в ответ обхватил его за шею и оставил на губах-уточках нежный поцелуй. — Что у тебя было дальше по плану? — Это, наверное, прозвучит странно, но нас ждёт номер в отеле.. — Феликс тут же смущенно отвёл взгляд и неудачно попытался сдержать смешок, а Хенджин на автомате прижал его к себе крепче. Вдруг убежит — Нет, не в том смысле! Просто Чонин всё равно забрал Тэяна к себе и я подумал, вдруг ты захочешь остаться со мной, потому что.. — Я понял, Джини, не переживай. Давай ещё чуть-чуть побудем здесь и поедем? Быстро закивав, Хенджин в облегчении выдохнул и последовал за Феликсом к ближайшему телескопу. — Нет, мы не едим острое. Да, спасибо — откинув голову на подушки, Хенджин положил телефон на подлокотник, предварительно включил громкую связь. Пока девушка-оператор повторяла заказ, Хенджин погрузился в глубину своих мыслей и тупо уставился в стену, наматывая мокрые волосы на палец. По приезде в отель, он первым пошёл в душ, а после и Феликс убежал смывать усталость. — Заказ верен? — Да.. да. — Курьер будет в течении двадцати минут. До свидания. Он не ответил, но звонок скинул. Было ли хорошей идеей заказывать вино? Вдруг из-за этой бутылочки красного опять появится недопонимание? Хенджин в который раз убедился, что он мало думает перед действием. Заказ он делал в ресторане отеля, поэтому статный мужчина в смокинге точно через двадцать минут привёз заказанные блюда на сервировочным столе и разложил все приборы по правилам этикета. А Феликс всё не выходил и это заставляло переживать. Хенджину даже пришлось узнавать про его самочувствие через дверь и шум воды, но тот заверил, что скоро выйдет. Плотнее запахнув полы махрового халата, Феликс поёжился от слишком резкого перепада температуры и направился к гостиной. Хенджин, давно согревшись под такой же махрой, откупоривал вино. Кажется его немного смущала бутылка со штопором в собственных руках, что заставляло Феликса тихо посмеиваться, размазывая по волосам бальзам. — Я рассчитывал на то, что ты отправишь Тэяна учиться в Париж — совсем не стесняясь делиться своими планами Феликс, потирая будто бы стеклянные глаза. Когда дело доходило до сына, Феликс всегда говорил как есть. Без занижений или преувеличений. Он всегда хотел для своего ребёнка самое лучшее и без колебаний пользовался любой возможностью внести вклад в будущее Теяна. Хенджин на это лишь улыбнулся, согласна покачав головой. По бокалам разливалась уже вторая бутылка вина, а на фоне тихонько играл телевизор с рандомной дорамой. Обсуждая самые бытовые вещи по типу: «Какой кофе ты теперь пьёшь по утрам? или же «Ты всё так же спишь на двух подушках сразу?», они чувствовали себя невероятно расслаблено и комфортно в обществе друг друга. Феликс звонко смеялся, когда вспоминались университетские годы, а Хенджин вдоволь наслаждался случайными касаниями. Пустые тарелки они под то же веселье отнесли на кухню, чтобы глаза не мозолили, и переключили никому неинтересную дораму на музыкальный канал. По великому везению, как раз транслировали песни их молодости, если, конечно, парни достаточно выросли, дабы называть их старыми. Хенджин танцевать не очень то и любил, а вот за активно прыгающим Феликсом он с удовольствием наблюдал, незаметно запрятав недопитую бутылку за диван. На сегодня им хватит. В какой-то момент их помутнённые взгляды пересеклись всего на миг, но мурашки стремительно побежали по коже, дразняще щекотя. Феликс совсем не попадал в ритм, но это не мешало ему смеяться над своими же нелепыми движениями, а после запнуться и свалиться на пол. Как ребёнок, он потянулся руками к Хенджину, когда тот попытался его поднять, и неожиданно запрыгнул на него (не с первого раза), обхватив всеми конечностями. И конечно же, Хенджин не смог их удержать в силу своего состояния, и повалился назад. Задница, само собой, болела, но вид растрёпанного и запыхавшегося от танца Феликса, что удобно устроился на чужих коленях, его больше волновал. И он уж точно не ожидал почувствовать на своих плечах лёгкие поцелуи. Оставляя сухими губами дорожку поцелуев, Феликс спускался ниже, развязывая пояс на своём халате. Он готов был снять мешающую махру, но его руки были перехвачены. — Постой, постой.. — старательно игнорируя обнаженные плечи парня, Хенджин беспокойно бегал по его лицу, дожидаясь ответа на неозвученный вопрос. Ему показалось, что он слышит ритм двух сердец, что отбивали в унисон. Феликс немного потупил взгляд, а после улыбнулся одними уголками губ: — Всё хорошо — он аккуратно коснулся уже чужого халата, стаскивая вниз, и его взгляд прояснился — Я.. обо всём уже подумал. И этого было достаточно, чтобы Хенджин подался вперёд и мягко коснулся его губ. Поцелуи у них всегда выходили очень нежными и чувственными, будто боялись друг друга разбить как самый хрупкий фарфор. Вновь пробежавшая по телу волна мурашек вывела из организма весь алкоголь, оставляя лишь будоражащее покалывание. Теперь уж с лёгкостью подхватив тело, Хенджин переместился на диван, не разрывая поцелуй и про себя подметив, что комната слишком далека, хоть и находилась всего лишь справа от них. Отстранившись первым, Хенджин припал к нежной шее. В обычное время природные запахи ощущались слабо. Ещё издавна предполагалось, что каждый должен завести свою семью как можно раньше, а там уж нечего распространять свои феромоны. Но сейчас, будучи желанным и возбуждённым, Феликс жмурился, как-то нервно ёрзал по чужим коленям и невидимой дымкой распускал свой феромон. Прошло уже много времени с их последнего раза, но, кажется, им это не мешало пылать в объятиях друг друга, не уступая в укусах и засосах. Скинув наконец мешающую махру, Хенджин пустил руку тому за спину, другой сжимая бедро, и нащупал пальцами сочащуюся смазкой промежность. В комнате горел приглушенный свет, а музыку на фоне они и не слышали, что-то шепча друг другу на ухо. Феликс сжался и тут же смущённо отвёл взгляд, когда длинные пальцы медленно протолкнулись внутрь, свободно двигаясь. — Так вот, что ты так долго делал ванной — промурлыкал Хёнджин, довольно улыбаясь. Гордо промолчав, Феликс откинул свои влажные волосы назад и приобняв того за плечи, двигался навстречу пальцам. Конечно они не стали уточнять о сексуальных похождениях друг друга за эти года, но Феликса разозлила мысль о том, что на его месте мог быть кто-то другой. Неожиданно даже для себя, он больно впился зубами в белоснежное плечо, но не настолько глубоко, чтобы оставить метку. Хенджин на это пустил смешок, но расценил это совсем не так, как следовало. Обильно собрав смазки, он растёр её по своему члену. Взамен оставив нежный поцелуй на щеке, Хенджин заглянул тому в глаза, будто спрашивая разрешение. Получив утвердительный кивок, он только откинулся на спинку дивана и придержал бёдра, пока Феликс медленно насаживался на крепко стоящий орган, удерживая зрительный контакт. Одновременно шумно выдохнув, Хенджин повалил Феликса на спину, вновь сливаясь в поцелуе. — Пошли там тоже посмотрим!— схватив Джисона за руку, Феликс поволок его к очередной лавке с новогодними сувенирами. Со дня их приезда прошло месяца три. Всего ничего, но каждый уголок городских простор уже покрылся слоем снега, а дни на календаре стремительно сменяли друг друга, приближаясь к Новому году. Феликс, получив свою порцию праздничного настроения ещё осенью, еле дождался декабря. Как только канули первые снежинки, он сразу побежал с Джисоном (его не спрашивали) скупать гирлянды, мишуру и прочие радующие глаз украшения. Праздновать друзья собирались вместе, а Тэян позвал ещё и Вонги, к чему родители отнеслись совсем по-разному. Закупившись последними подарками уже для себя на ежегодной ярмарке, омеги решили забежать перекусить в первую попавшуюся пекарню. — Вот эти булочки обычно очень вкусные. Возьмёшь попробовать? — ткнув пальцем в стряпню с корицей, Феликс обернулся к другу, но тот вновь уставился в стену, нервно сжимая шерстяные варежки — Ты так ведёшь себя целый день. Что-то случилось? — Феликс, я.. — тот вопросительно уставился на Джисона и взял его за руку — Я беременный. — Что?!