Пятая колонна

Алексей прошел в маленькую квартиру, которую Юлия снимала уже пару месяцев, когда съехала от Натальи. Квартирка была маленькая, но обставлена со вкусом: светлые обои покрывали почти все комнаты, кроме спальни, мебель также была светлая, а вот спальня была в темных тонах. Огромная двуспальная кровать была застлана огромным изумрудного цвета пледом. Юлия закрыла дверь и положила ключи на полку. — Ну, вот здесь я и живу, — чуть улыбаясь, сказала женщина. После ее рассказа, они еще долго сидели на лавочке, пока она не заметила, что руки у Алексея покраснели от холода, поэтому было решено остаться у Юлии на согревающий чай. Без препятствий Алексей согласился, ведь ему так хотелось побыть с ней рядом хотя бы еще чуть-чуть. Накрывая на стол, женщина хозяйничала на маленькой кухонке, пока худощавое высокое тело мужчины покоилось за столом, а сам он наблюдал, как хозяйка порхает по кухне. Он два раза предложил ей помощь, но она отказывала, ссылаясь на то, что Алексей здесь гость. Он не мог оторвать своих глаз от нее: кажется, она и правда его Юлия, с ее теплом в душе, добрыми глазами, заботливая и такая родная. Но она его совсем не помнит, лишь тогда увидела по телевизору и поверила словам Ады. Но вспомнит ли она сама его — прошло почти 7 лет, а она ничуть не изменилась, только нога… Но и это не мешало ей быть собой, быть все такой же жизнерадостной, не смотря на пережитое. Юлия садится напротив Алексея и берет в руки чашку с горячим чаем, медленно отпивает. Он берет с нее пример и так же делает глоток чая. Его прошибает током: чай черный, с двумя ложками сахара. Как он и любит. Мужчина поднимает глаза на женщину и пристально смотрит на нее, пока та не обращает на него внимания и не краснеет. — Что-то не так? Тебе не нравится чай? — Нет-нет, что ты! Чай очень вкусный, просто… Он приготовлен так, как я обычно его пью Женщина смотрит на него немигающим взглядом, а затем краснеет еще больше. Алексей после рассказа женщины молча сидел рядом с ней, переваривая все сказанное ею. «Бедная малышка. Она пережила такое, чего врагу не пожелаешь. И нога… Она потеряла ее из-за какого-то ублюдка. А если бы она умерла? Господи, спасибо, что дал мне шанс снова ее встретить. Я не отпущу ее в этот раз» А когда она пригласила его на чай, мигом согласился. Сейчас он не готов был уходить с огромной горой информации. Ему нужно было все обдумать, но это может подождать. — Я рада, что тебе нравится, — улыбаясь, отвечает женщина, делая еще пару глотков. — Можно задать вопрос? — Конечно. — Почему ты представился в магазине другим именем? Мужчина поперхнулся, а затем откашлялся, ставя чашку на стол. — Тебе вряд ли понравится то, что я скажу. — Меня уже ничего не напугает. Я рассказала тебе свою историю, теперь твоя очередь, — с любопытством настаивала Юлия. Алексей немного подумал, а затем рассказал ей все: о том, как сидел в тюрьме, как ему пришло письмо о том, что его жена умерла, как он вышел и начал жить заново. Женщина смотрела на него огромными глазами, внимая каждое слово. На момент окончания рассказа, на улице совсем стемнело, а на часах уже было за полночь. — Я, наверное, уже пойду. Поздно уже, да и тебе нужно отдохнуть, — мужчина начал вставать со своего места, забирая свой телефон. — Подожди… Маленькая женская рука схватила его за запястье и крепко сжала, а затем чуть расслабилась. Юлия немного покраснела и откашлялась. — Я… Куда ты пойдешь в такой темноте. Останься у меня, я постелю тебе в гостиной на диване. А завтра утром вернешься домой… В душе Алексея что-то затеплилось, и он, не раздумывая, согласился, ссылаясь на поздний час. Но на самом деле это был отличный шанс остаться подольше рядом с ней и не спугнуть ее. Юлия поковыляла в комнату, а затем вернулась из спальни с постельным бельем для него и начала застилать ему диван. Мужчина, не дожидаясь разрешения, решил помочь ей, заправляя одеяло в пододеяльник, а подушку — в наволочку. Он наклонился поправить простынь, как в это же момент под его руку попала ее маленькая теплая рука, и он непроизвольно сжал ее. Женщина подняла на его глаза и покраснела от неожиданности, но руку убирать не стала. Кожа ее руки была мягкая и теплая, словно шелк. «Как и всегда… Ее рука такая маленькая и теплая, кожа нежная, а пальцы чуть прохладные. Она совсем не изменилась» — Я… — Все в порядке. Спасибо, что позаботилась обо мне, напоила чаем и не выгнала на улицу. Женщина улыбнулась и поправила прядку белокурых волос. — Как же я могла тебя выгнать. Уже поздно, да и холодно, и… — И? Алексей посмотрел на нее, сжимая ее руку и притягивая ее немного ближе к себе. — Так, ничего…- женщина тряхнула головой и посмотрела на него, задумчиво оглядывая его лицо. Рука сама потянулась к его лицу, и она поправила маленькую прядку русых волос, которая упала на его лоб. Она опустила взгляд к его белесым глазам, которые стали тускнее с годами, к его носу, тонким губам. Но взгляд все время возвращался к его глазам, мысли витали вокруг нее, она все пыталась вспомнить, где видела эти глаза, почему помнит их. С Алексеем они знакомы всего неделю, после самой первой встречи в магазине, а у нее ощущение, что она знает его всю жизнь. Алексей стоял неподвижно, боясь спугнуть ее. Он лишь мягко приобнял ее за талию, чтобы снять нагрузку с ее ноги, так как долго стоять она не могла. Что-то явно происходило в ее маленькой головке, потому что глаз она не отрывала от его лица еще минут пять, стоя молча. Кто-то мог бы подумать, что они восковые фигуры в музее, но их настоящие тела сдавало дыхание и небольшое покачивание тела Юлии. Пару раз моргнув, женщина как будто пробудилась ото сна. Она опустила голову, схватилась за предплечья мужчины, чтобы не упасть и мотнула головой. — Прости… не знаю, что на меня нашло. — Все хорошо, ты просто задумалась. Давай я помогу тебе дойти до кровати. И не дожидаясь ответа, Алексей взял женщину на руки, прижимая к своей груди, как ценную ношу. Он занес ее в спальню и мягко опустил на огромную кровать, включая настольную лампу. — Ты позволишь? Вопрос был понятен, но Юлию он застал врасплох. Она замялась и покраснела, опустив глаза, но кивнула, дав свое согласие на помощь. Алексей с осторожностью закатал одну штанину, открывая доступ к протезу, и аккуратно стал расстегивать застежки, которые держались за бедро. Расстегнув и сняв протез, его взору открылась грустная картина — ниже колена была небольшая культа, которая зажила, но было видно пару шрамов от многочисленных операций. «Господи… И ради того, чтобы она осталась с ним, он лишил ее ноги. Клянусь, я найду его. Найду и убью» Пока Алексей снимал протез и ставил его рядом с кроватью, женщина сидела молча, глотая слезы. Она шмыгнула носом, что привлекло внимание мужчины, и вытерла слезинку. Мужчина сел на край кровати и мягко взял женщину за руку, поглаживая длинными пальцами запястье. — Прошу тебя, не плачь. Хочешь еще чаю? Или может быть в душ? Но женщина помотала головой, продолжая тихо плакать. Ей было противно от самой себя. Красивый, милый и добрый мужчина, который понравился ей с первого взгляда в магазине, сейчас сидел перед ней и видел то, что она старалась скрыть ото всех под длинными прямыми брюками. Она совсем перестала носить платья, почти не выходила из дома и все время плакала. Но оставалась сильной духом. Алексей еще посидел пару минут рядом с ней, а затем отпустил ее руку и начал вставать, чтобы вернуться в гостиную, но маленькая рука остановила его. — Не уходи… Ты не мог бы… Немного побыть со мной, пока я не усну…? — Конечно! — с готовностью ответил он. В душе он впервые чувствовал себя счастливым. Он не хотел уходить. Будь его воля, он бы остался спать с ней, обнимая и прижимая ее к своей груди, но он лишь снова сел на край кровати, накрывая ее одеялом и беря руку в свою. Она смотрела на него, пока он поглаживал ее руку, а затем закрыла глаза и начала засыпать, сжимая его ладонь пальцами. Алексей еще долго сидел рядом с ней, пока она не начала посапывать. Кажется, она впервые расслабилась: мышцы лица разгладились, морщинки вокруг глаз пропали, а рука впервые стала теплая. Не удержавшись, он поднял ее руку и оставил легкий поцелуй на пальцах. Посидев еще немного, мужчина аккуратно встал, чтобы не разбудить женщину, и наклонился к ее лицу, оставляя нежный поцелуй на ее лбу. Он ушел в гостиную, ложась на маленький диван, который явно был не для его роста, и долго лежал без сна, раздумывая обо всем, что сегодня было. «Какая же она сильная духом. Не побоялась сбежать от этого мерзавца, вернулась в свою страну, нашла работу и сняла себе квартиру. И продолжает жить обычной жизнью, не смотря даже на протез. Но она не может вспомнить меня. Кажется, она почти поняла, кто я, когда долго смотрела мне в глаза, но амнезия сильнее. Наверное, ей просто нужно больше времени или какой-то толчок, чтобы память вернулась. Я позабочусь о ней. Теперь я не дам ее в обиду и всегда буду рядом»

<center>***

</center> Утро встретило город солнцем и морозной свежестью. Хоть на улице и был ноябрь, но снег местами выпал уже выше голени. По квартире разносился сладкий аромат выпечки с корицей и яблоками, от чего Алексей открыл глаза и был весьма удивлен. Рядом с диваном стояла Юлия, опираясь на трость, а в руке у нее была чашка чая. — Доброе утро! Надеюсь, я не разбудила тебя. Я старалась зайти тихо, но палка эта. Алексей улыбнулся и сел, откидывая одеяло. — Доброе! Ничуть, я спал как младенец. Меня скорее разбудил запах выпечки. Ты что-то готовишь? — Да, я впервые за долгое время решила испечь шарлотку. Надеюсь, тебе понравится! Юлия говорила с придыханием и явно была счастливой этим утром. Она передала кружку мужчине, который с готовностью ее взял и поблагодарил за заботу, а затем, не обращая внимания на трость, запорхала на кухню. Кажется, Алексей впервые видел ее такой счастливой с начала их знакомства. Она ухаживала за ним, сделала ему чай, готовила шарлотку, да и вообще была в приподнятом настроении. Он и сам не заметил, как с лица не уходила счастливая улыбка. Он ощущал себя, как дома. Как раньше… Зайдя на кухню и встав в дверном проеме, он широко улыбался, радуясь виду: Юлия украшала остывающую выпечку сахарной пудрой, опираясь бедрами на столешницу. Казалось, она уже настолько наловчилась, что ни трость, ни даже протез нисколько не изменили ее физические данные. Она все так же могла готовить, убираться и ходить, только с бОльшими стараниями. — Садись, сейчас будем завтракать, — улыбаясь, приглашала за стол женщина. — Позволишь немного поухаживать за тобой? Она немного смутилась, но кивнула, широко улыбаясь мужчине и обнажая ряд белоснежных зубов. Улыбка с лица Алексея тоже не спешила уходить, поэтому отодвинув для нее стул, и взяв ее на руки, он аккуратно посадил ее, а затем принялся резать шарлотку на порции. Она чувствовала, как будто они знакомы уже тысячу лет. Забота этого мужчины отличалась от той, что давал ей Штольц. Или не давал вовсе. Только сейчас она впервые вспомнила о нем, и холодок пробежался по ее спине. В глубине души она понимала — рано или поздно, он найдет ее. Он знал, что она из России, и приехать сюда, чтобы найти ее ему не составит труда. Но сейчас она чувствовала себя в безопасности рядом с Алексеем. Впервые, она спала хорошо, ее не мучали кошмары, а лишь прекрасные белесые глаза были все время рядом, и как ангел-хранитель они указывали ей правильный путь в темном лабиринте. Из раздумий ее вытянула ладонь, которая махала перед глазами. — Эй, ты чего задумалась. Шарлотка же сейчас остынет. Алексей улыбался ей, а на столе уже все было готово: чашки стояли, наполненные черным чаем, на маленьких тарелках красовалась шарлотка, посыпанная сахарной пудрой и украшенная кусочком яблока, который мужчина решил положить для Юлии. Она улыбнулась ему и взяла вилку в руку. — Спасибо, ты настоящий джентльмен, — хихикая и краснея, сказала женщина, уплетая кусочек за кусочком. Они болтали обо всем, начиная от погоды за окном и заканчивая любимыми книгами. Они казались родственными душами, как будто, так и должно быть. Уже после завтрака, Алексей помыл всю посуду, протер стол, слушая рассказ Юлии о недавно прочитанной статье, а затем отнес ее на руках в спальню, позволяя ей одеться самостоятельно. Сегодня у него был выходной на работе, поэтому он предложил Юлии прогуляться по парку, который находился рядом. Конечно, она не любила гулять из-за своей ноги, но в этот раз охотно согласилась. Одевшись, они собирались в прихожей: Алексей помог женщине накинуть ее пальто, с верхней полки подал ей шарф и варежки, а сам накинул свое шерстяное пальто и уже было потянулся за шарфом, но Юлия опередила его, улыбаясь. — Позволь, теперь я поухаживаю за тобой. Он улыбнулся, когда она подошла к нему поближе и накинула на шею шерстяное изделие, бережно завязывая на шее. У него уже не оставалось сомнений, что это его Юлия, его жена, которая была «умершей». Но она его так и не вспомнила. Нужен был триггер, от которого в ее память вернулся бы он. Пока что он не понимал, что именно может послужить толчком для воспоминаний, но у него есть знакомый врач, который поможет ей. Теперь заботу о ней он берет на себя. Пусть она думает, что он влюблен в нее и просто ухаживает за ней, как за своей возлюбленной, но сам он давно уже понял, что безмерно любит эту женщину. Но набрасываться на нее с криками «Юля, я люблю тебя! Вспомни меня наконец» он не мог — это могло лишь спугнуть ее. Им было принято решение не спешить, а лишь заново «влюблять» ее в себя. Возможно, она никогда и не вспомнит его, но зато они начнут все сначала, как почти 30 лет назад. Одетые и готовые, они вышли на улицу, на которой уже вовсю кипела жизнь: люди спешили на работу, мамочки с колясками гуляли по дворам и детским площадкам, а машины выстраивались в небольшие пробки. Алексей предложил Юлии свой локоть, и она с готовностью и детской радостью взяла его, прижимаясь к его боку. Они шли медленно, неспеша, чтобы не нагружать ее ногу, попутно болтая обо всем на свете. Им было хорошо вместе, этого было не скрыть. Она радостно щебетала о чем-то своем, рассказывая ему про свою работу на почте, а он внимательно слушал ее, улыбаясь и смотря на нее. Пару прядок торчали из-под шапки, но это только украшало ее, придавая ей шарма. Пройдя уже достаточно далеко от дома, Алексей остановился у лавочки. — Устала? — Немного, но совсем чуть-чуть, — отвечала женщина, присаживаясь на лавочку. — Хочешь чего-нибудь горячего? — с заботой спрашивает Алексей, снимая перчатки и поправляя ее шарф. — Не откажусь. — Тогда я мигом. Посиди тут, отдохни немного, а я сбегаю за горячим чаем в кофейню. Юлия немного испуганно смотрит на него и сжимает руки. — Может, я пойду с тобой? Я совсем не устала. — Мы прошли так много, тебе нужно отдохнуть, я быстро. Но глаза Юлии уже увлажнялись. Она не была капризной дамой, отнюдь. В ней говорил страх остаться одной. А убежать она не сможет, если вдруг Штольц… Алексей присел рядом с ней, беря ее руку в свою. — Ну чего ты? Не плачь, малышка. Я останусь с тобой, ты отдохнешь, и мы пойдем в кофейню вместе, хорошо? Юлия лишь качнула головой и опустила глаза, смотря на свои варежки. — Ты не подумай, я не капризная вовсе… Просто… Я боюсь оставаться одна на улице… — Ты боишься, что кто-то решит обидеть тебя? — Я даже убежать не смогу… — шмыгая носом, ответила женщина. — Тебе и не придется убегать, ведь я с тобой. От этих слов, женщина подняла голову и посмотрела на Алексея. Он улыбнулся ей своей доброй улыбкой и взял ее руки в свои. — Мы же с тобой друзья теперь, верно? А друзья в беде не бросают. - Наверное, да. Ты прав. Мы друзья теперь, - с улыбкой ответила женщина, а затем обняла Алексея за плечи. – Я рада иметь такого, как ты, Алексей! Такой порыв весьма удивил мужчину, он совсем не ожидал, что она обнимет его, но был кране рад этому и обнял женщину в ответ. Она вовсе не была смущена, только положила голову ему на плечо и с улыбкой обнимала его все крепче. А затем встала, как будто и не было никакого протеза и схватила Алексея за руку. - Пойдем же скорее, я уже хочу горячего чаю и десерт. - Десерт? Ну хорошо, чашечка чая и десерт, - смеясь, отвечал мужчина, вставая со всего места. Она лучилась счастьем, как будто и не грустила пару минут назад. Она смотрела в его глаза так же, как смотрела у нее дома, только более пристально. Улыбка не сходила с ее лица, она была так счастлива, что Алексей со всем не смог сдержаться и взял ее лицо в свои руки, мягко и с нежностью поцеловал ее. Она совсем не противилась, лишь только расслабилась в его руках, облокотившись на него, и отдавалась поцелую сполна. Это был нежный поцелуй, какой бывает у молодых людей, чьи губы никогда не знали, что такое поцелуй. Они были как подростки, с нежностью и первобытностью отдаваясь поцелую. Оторвавшись от ее губ, Алексей посмотрел ей в глаза, поглаживая большими пальцами ее покрасневшие то ли от холода, то ли от смущения щеки. Юлия дышала тяжело, не ожидавшая, что он поцелует ее, но в душе ее все пело, бабочки в животе роем летали и кружились. Она улыбнулась ему, держа его предплечья, и немного краснела от смущения. Алексей и сам немного засмущался своего порыва, но ничуть не ругал себя. Он был счастлив. - Юльчонок… - тихо произносит Алексей. Как гром среди ясного неба, голова Юлии раскалывается от щемящей боли, воспоминания потоком полились в ее сознание, сразив ее. Она бледнеет, смотря прямо на Алексея, который немного напуган, а затем падает в обморок, сползая по рукам мужчины вниз. Благо, он крепко держал ее за талию, и от лавочки они не успели далеко отойти. Аккуратно посадив женщину на лавочку, он вытащил телефон и набрал номер скорой. - Юля, малышка…