Когда пойдёт дождь

Серые капли дождя мягко ступали по земле, словно безмолвные тени, скрывающиеся от мира, и тихо конопатили по стеклу. Светлые дорожки, пересекая одна другую, красовались на унылом окне; вдалеке хмуро и протяжно пел свою песню гром, не задумываясь о том, пугает ли она людей или нет, потому что ему просто нравилось, как содрогалась земля от каждого его слова. Хантер, обняв колени руками, сидел на подоконнике, разглядывал сумрачные дали, кроющие в себе что-то совсем не доброе, и следил за тем, как капли одна за другой скатываются вниз и покорно падают на холодную землю. Глаза юноши были наполнены дождём непонимания, страха и боли. Надежда и вера, так долго блиставшие в его взоре, погасли, когда он понял, что построить портал они не смогут, и он никогда больше не увидит Луз. Когда-то он пришёл к ней во время дождя, а теперь, наблюдая, как молния раскалывает небеса и облака начинают плакать ещё сильнее, он ждал её. Сквозь пелену дождя он видел её тень и верил, что придёт то время, когда она станет явью. Но уже давно перестал доверяться надежде. К чему бессмысленно верить, что всё будет как прежде, если всё изменилось? К чему ждать чуда, если понимаешь, что всё кончено? Но он продолжает ждать. Несмотря ни на что. Несмотря на то, что надежды уже давно нет, а солнце, освещавшее его путь, давно скрылось огненным закатом за горизонтом. Вдруг Хантер почувствовал странное движение в его руках и открыл ладони. В них лежало яйцо, из которого должен был вылупиться палисман Луз и которое она отдала юноше, чтобы он сберёг его. Шершавая его поверхность была холодной и равнодушной, но изнутри него сияли невидимые глаза, вероятно, тоже грустившие. - Да, я тоже по ней скучаю, - печально согласился Хантер и крепче прижал ещё не вылупившегося палисамна к груди, - и ты последнее, что от неё осталось. Не хочешь помочь мне найти её? Этот вопрос он уже задавал ему не раз, но никогда на него не было ответа. Так и теперь палисман молчал, и Хантер тут же поник. - Ну да, конечно, ты же просто ещё не вылупившийся палисман, - пробормотал он себе под нос, - и никогда не поможешь мне… и не ответишь... Яйцо вдруг нагрелось и стало приятно тёплым, как будто пыталось поддержать бедного юношу. Оно словно говорило ему, что не стоит упускать надежды, всё когда-нибудь встанет на свои места. - Мне бы твою уверенность, - прошептал Хантер грустно. - Не знаю… Мы уже который месяц пытаемся построить портал, но ничего не выходит. Может быть, сам Титан не хочет, чтобы мы вернулись… Но когда-нибудь мы найдём дорогу домой или ты приведёшь нас к порталу, - яйцо сразу похолодело. - Ради Луз, я уверен, ты сделаешь всё невозможное, - печально улыбнулся Хантер. - И я тоже... Ведь я… я люблю её… Он никогда не говорил этого раньше. Это было так странно. Такие простые слова, но сказать их иногда бывает очень трудно. У Хантера после этих слов всё потеплело внутри, словно по всем его жилкам разлили горячий чай, а сердце забилось быстрее, словно пытаясь убежать куда-то за горизонт и найти то, что никогда никто не находил. Надежда вспыхнула в его душе новым огнём и, разгораясь, зажгла светом глаза юноши. Неожиданно яйцо зарделось, а потом и вовсе засияло ярким золотым светом. Хантер изумлённо разглядывал это явление и не понимал, что происходит. Из золотистого тумана неожиданно вылетела крошечная птичка с небольшими бурыми крыльями и ласковыми глазами. Юноша удивлённо смотрел на неё, а вся его душа ликовала: палисман наконец родился! Может быть, теперь он поможет им с построением или поиском портала! Теперь у них есть надежда спасти Луз! - Ласточка, - вдруг проговорил чей-то голос из-за двери, вырывая Хантера из его светлых мыслей. В комнату вошла изумлённая Камила, растрёпанная и немного сонная. Наверное, опять всю ночь сидела и думала, чем же кормить детей Кипящих Островов. - Это палисман Луз! - закричал от радости Хантер и в порыве чувств даже обнял Камилу. - Теперь у нас есть возможность её спасти! Ласточка металась по комнате, словно чего-то ища, и вдруг вылетела через дверь в коридор. Юноша было бросился за ней, как вдруг задумчивый голос Камилы его остановил. - Знаешь, Хантер, есть один поэт из другой страны, который написал одно чудесное стихотворение про ласточку. Там она связывает два мира: потусторонний и наш. Она предстаёт перед нами вестницей иного мира. Этот палисман по праву принадлежит Луз, - Носеда грустно улыбнулась. - Верни его ей. Пожалуйста. И... будь осторожен. Хантер задумчиво посмотрел на неё и кивнул, а потом, опомнившись, побежал вслед за прыткой ласточкой, боясь, что она улетит от него. Камила ещё минут десять стояла и смотрела на дверной проём, где исчез юноша, и на её губах расплывалась улыбка. *** Дождь хлестал по щекам, разъярённые ветки рвали футболку, но он продолжал бежать, несмотря ни на что. Впереди он видел только бурый огонёк маленькой ласточки, которая мчалась через весь лес. Тёмные деревья качались от невидимого ветра, злобный гром жаловался на холод, а дождь, которому казалось, что лужи слишком маленькие для того, чтобы там искупаться, лил ещё сильнее. Где-то вдалеке заунывно выли волки, а там, где небо сливается с землёю, кто-то начал зажигать звёзды, которые впрочем никто не увидит, кроме серых мрачных облаков. Через мгновение ласточка остановилась и аккуратно, даже изящно опустилась на белый камень посередине поляны. Хантер упал на землю, раскинув руки, - эта бессмысленная погоня уморила и так уставшего юношу. На лицо ему вдруг села маленькая ласточка и заинтересованно посмотрела в его глаза. Они долго сверлили друг друга взглядами, пока наконец птичка не спрыгнула с лица бедного юноши и не направилась в сторону кустов. Хантер моментально сел и начал следить за действиями маленькой ласточки. Она что-то рисовала на земле. Тонким клювом она выводила чёткие линии, пересекающие одна другую и витиевато скручивающиеся в некие узоры. Через несколько мгновений Хантер понял, что она рисует. Это был огромный глиф. - Откуда ты знаешь всё это? - спросил изумлённый юноша, когда птичка кончила. На всю поляну раскинулся громадный глиф, посередине которого стоял наш смелый герой. Ласточка радостно что-то прочирикала ему в ответ и неожиданно прыгнула на символ. Вокруг Хантера закружились в бешеной пляске звёзды, вся земля окрасилась в золотистый свет, а сквозь его руки лилась чистая радуга. Но вдруг всё разом пропало. Осталась только белая пустота. И ничего вокруг. Ласточка слабо пискнула и в страхе спряталась в куртке Хантера. Даже она сама не ожидала, что здесь будет что-то подобное. - Что это за место? - недоуменно спросил юноша у самого себя, но ему ответило только эхо. Хантер наклонился, чтобы потрогать пол, и как только он к нему прикоснулся, тысячи кинжалов холода вонзились ему в руку, но поверхность оказалась гладкой. Осторожно встав на ноги, он увидел то, что почему-то не замечал раньше — перед ним, смотря на него жёлтым взглядом, стояла дверь. Точно такая же ненавистная дверь, которая разделила его с Луз. - Портал… - понял Хантер и смело, даже дерзко нажал на ручку двери. Не успел он войти в неё, как тут же где-то оказался. Перед ним, на удивление, был Хексайд, правда безлюдный и какой-то зловеще пустой. Не было слышно ни весёлых криков учеников, ни смеха преподавателей... Как будто все разом исчезли. Но вдруг из двери вдруг выбежала та, что он ждал так долго. Не может быть... - Хантер! - вскрикнула Луз от радости и бросилась к нему на шею. - Как я рада тебя видеть! - Я тоже! - юноша был так рад, что описанию его счастья могли бы потребоваться годы, а то и столетия. Они снова вместе, и больше не будет разлук! Вот она стоит перед ним — такая же, как прежде. Немного отросшие каштановые локоны, ласковые руки и… Но что это? Глаза были какими-то бездонно чёрными, словно глубокий колодец, где смачно булькает тёмная вода. Хантер в испуге сбросил девочку с себя и со страхом посмотрел на неё. Медленно встав на ноги, она улыбнулась вдруг злобной и алчной улыбкой, а в глазах зажглись подозрительно знакомые голубые огоньки. Нет, не может быть, нет… Нет, пожалуйста... Только не... Бэлос! Пальцы лже-Луз стали чернеть, превращаясь в длинные когти. Один взмах, и Хантер, прижимая к груди расцарапанную до крови руку, отлетел на несколько шагов назад. Бэлос приближался к нему, сверля взглядом и посмеиваясь холодным смехом. Хантер попытался встать на ноги и убежать, но тут же упал, не пройдя и несколько шагов. Рука сильно пульсировала и болела, глаза застилал холодный пот, и юноша понял, что ему не спастись. Пришёл его конец. Вдруг буквально разрезав пространство, появился какой-то незнакомец в тёмном плаще. Закрыв Хантера своим телом, он мужественно встал лицом к чудовищу и соединил ладони вместе. Тут же свет озарил всё вокруг, а из глаз Хантера невольно полились слёзы от слишком сильной яркости магии спасителя. Лучи света разорвали на кусочки Бэлоса, и он исчез, оставив после себя лишь горстку пепла. Юноша, смотря на всё это, просто не верил своим глазам. Неужели какой-то незнакомец, кажущийся маленьким и хрупким, смог победить самого императора Бэлоса? Это просто невозможно! - Не волнуйся, это была лишь иллюзия, - вдруг сказал незнакомец и, подойдя к нему, присел рядом с ним. - Впрочем настоящий Бэлос, я думаю, всё ещё жив, но скрывается где-то меж пространством и временем. - Кто ты такой? И где я нахожусь? - спросил Хантер, уже немного успокоившийся от шока. Рука очень болела, а потому он всё ещё придерживал её и прижимал к груди. - Как где? На Кипящих Островах, конечно! - воскликнул незнакомец, всё ещё не снимая капюшона. Он аккуратно взял руку юноши и осмотрел. - Правда... здесь всё изменилось с того момента, как к власти пришёл Коллекционер. Теперь вряд ли когда-нибудь всё будет по-прежнему, Хантер… Незнакомец достал из-под плаща что-то вроде повязки и туго забинтовал кровоточащие раны. Ткань тут же пропиталась кровью, но рука уже больше не болела так сильно. - Ты знаешь моё имя? - удивился юноша и изумлённо воззрился на человека, чьи глаза были скрыты под плащом. - Ты тот, кто сделал меня такой, какой я являюсь сейчас. Ты смысл моей жизни, Хантер. Ты правда не знаешь, кто я? - незнакомец аккуратно снял капюшон, и на юношу посмотрели два таких родных карих глаза, наполненные бесконечной грустью и страданиями. - Луз… - прошептал Хантер, не веря тому, что сейчас происходит. Теперь он не сомневался, что это была та самая милая, добрая Луз, которую он так любит. Достаточно было посмотреть в её глаза, чтобы понять, что это она, а не одна из этих ужасных иллюзий. *** - А где все? - спросил Хантер, когда Луз ввела его в свою пещеру, где жила всё это время. Здесь, несмотря на разбросанный повсюду хлам и мусор, было очень уютно, а главное выглядело это убежище достаточно безопасным. Луз кинула в угол свой потрёпанный рюкзак и села на солому, служившую ей кроватью. Юноша же облокотился на стену и стал ждать ответа на поставленный вопрос. Под курткой он чувствовал, как копошилась маленькая ласточка, не хотевшая вылезать из тёплого укрытия. - В смысле? - не поняла девочка, оборачиваясь к нему. - Где Ида, Рейн, Король? Где они? - юноша очень боялся задавать этот вопрос, но всё же он знал, что ему непременно нужен ответ. - Они затерялись в иллюзиях, - голос Луз был наполнен сжигающей болью; остекленевшие глаза смотрели в пустоту. - Когда Коллекционер… захватил власть над Кипящими Островами, весь мир превратился в одну сплошную иллюзию. Никто не знает, кто где… Никто не знает, где правда, а где ложь… Многие погибли от того, что сошли с ума, а некоторые просто потонули в бесконечном потоке лжи. Я никого не встречала из знакомых за это время, кроме… Короля… - … И как он? - осторожно спросил Хантер, боясь заставить подругу пораниться о жуткие воспоминания. - Он пытается образумить Коллекционера, - пожала плечами Луз, возвращая себе более менее спокойное состояние, и начала что-то искать в хламе на полу пещеры. - Пытается уговорить его вернуть всё на свои места. Но у него пока, как видишь, не получилось. - А как ты нашла меня? - вдруг спросил юноша после минутной паузы, тишина которой прерывалась суетой Луз. - Не знаю, как-то само вышло, - неопределённо ответила девочка. - Почувствовала, наверное. Она вдруг обернулась к нему, и их взоры встретились. Не выдержав, Луз со слезами бросилась к другу в объятия, а он прижал её к себе, не веря тому, что они наконец вместе. Когда они немного отстранились друг от друга, и их губы готовы были слиться воедино, их привлёк маленький писк. На камне, на полу пещеры, сидела крохотная ласточка и заинтересованно рассматривала свою хозяйку. Всё это время она пряталась у Хантера в куртке, и вот теперь, почувствовав рядом хозяйку, вылетела из своего укрытия. Луз осторожно высвободилась из объятий Хантера и подошла к палисману. - Это твой, - неожиданно сказал юноша с улыбкой из-за её спины. - Мой? - не поверила его словам Луз. Птичка радостно чирикнула и вдруг превратилась в посох, тут же упавший на руки девочки. Глаза девочки засверкали тысячами красок и гирлянд. - Она провела меня сюда, - заговорил вдруг Хантер, прерывая молчание подруги. - Вестница иного мира… - прошептала Луз, осознавая; повернувшись к Хантеру, она ласково ему улыбнулась, и в её глазах можно было заметить слово «спасибо». Юноша подал ей руку, и она встала с пола пещеры, тут же оказываясь слишком близко к другу. Она осторожно подняла взгляд и всмотрелась в знакомые малиновые глаза. Они улыбались и кричали о том, что наконец нашли своё счастье. Как это приятно, иметь глаза, которые сияют звёздами только для тебя. И готовы зажечь белые фонарики на небе только для того, чтобы исполнить твою мечту. Они готовы сделать невозможное. Прыгнуть в пропасть, плавать в море в шторм и бороздить бесконечные просторы поднебесий, где за сонными облаками прячется лукавое солнце. Вот какие они, глаза влюблённого человека.