Будешь моим тренером или нет?

— Далеко нам ещё? — проворчал Юра, в очередной раз оскальзываясь на слякотной каше из февральского снега, грязи и реагентов. — Ещё столько же. — А нельзя было поехать на машине? — Там нет парковки. — Ещё и парковки нет, — буркнул Юра, хлюпнув носом. — В какую дыру ты меня тащишь? — Тебе понравится. — Сомнительно. А про такси ты слышал? — Тебе полезно гулять хотя бы иногда. — Но не в середине же ебучего февраля! — Юра попытался яростно топнуть здоровой ногой и снова чуть не навернулся на скрытой под снегом наледи. — Холод с-с-собачий! Отабек крепко держал его под руку, и только благодаря этому Юра по-прежнему имел возможность идти по тротуару, посматривать на крыши на предмет вероятных сосулек и возмущаться. — Что у тебя за берцы такие? — удивлялся он. — С суперклеем, что ли? Или со стальными зубами, как у скалолазов? — Секретная техника «шаг нинздя», — невозмутимо отозвался Отабек. Юра плюнул и сам влез объёмным рукавом пуховика ему под локоть, обхватил поудобнее. В конце концов, зимой в Питере опасно ходить как-то иначе. — Выглядим, прям как Милка с Гошкой, под ручку, — продолжал ворчать он. — Эти два «мы с Тамарой ходим парой, мы ушли от санитаров». — По-моему, они хорошо смотрятся вместе. — Вот и пусть вместе пиздуют в парное катание! Срывают мне одну тренировку за другой, два голубя в брачный период, прости господи. Иначе санитары понадобятся уже мне. Милка, небось, теперь у вас в комнате ошивается? — Они мне не мешают. — А может, всё-таки того... — Юра вывернул шею, зыркнул из-под отворота шапки, попытался заглянуть Отабеку в лицо. — Пора оттуда съезжать? Как продвигаются твои... Ну, поиски жилья? — Пока не очень, — честно сказал Отабек. — Нашёл несколько интересных вариантов. Но не хочется влезать в ипотеку. Я не ожидал, что призовых за Гран-при, национальные и четыре континента хватит только на полквартиры... — Хочешь, сдам тебе угол? — ухмыльнулся Юра бодрее. — Койко-место уже есть, купим тебе настоящий спальник. Собственный спортзал и завтраки включены. Отабек замедлил шаг и, сощурившись, покосился. — А ты не боишься, что я экспансией отвоюю у тебя в шкафу одну полку за другой и в итоге найду, где живут знаменитые пятнистые стринги? — И этот человек говорил, что у меня нездоровая фиксация! — воскликнул Юра. — Между прочим, ты мне ещё обещанные кожаные трусы на шнуровке не предъявил. — С другой стороны, я всегда могу остаться в общаге, — задумчиво протянул Отабек. И Юра скис от реальности такой перспективы. — Да брось! — сказал он уже серьёзно. — Я сто раз говорил: переезжай ко мне. Далась тебе эта общага? Или ты берёшь своё признание обратно? Юра отцепился от Отабека, обогнал на шаг и преградил ему дорогу, всем своим видом излучая негодование и подозрение. Отабек как всегда невозмутимо ответил: — Я забочусь о твоей репутации. Ещё не хватало секс-скандала в разгар спортивного сезона. — Он взял Юру под локоть и повёл дальше. — Придётся всё-таки озадачиться собственной квартирой. Что для этого нужно выиграть? Олимпиаду? Юра рассмеялся на всю улицу и снова поскользнулся. И ничуть не испугался, ведь под руку его крепко держал собственный неуронимый ниндзя. — Отличный настрой на перспективу! Но, знаешь... — Юра мечтательно поднял глаза к затянутому тёмно-серыми тучами слепому небу. — Благодаря тебе я наконец побывал на чемпионате Казахстана. Раньше некого было везти, а тут... Кругом всё такое незнакомое, новое. Вроде должно быть чуждо и непривычно. Но почему-то казалось, что я приехал домой. Как раньше в гости к деду. Уютно у вас, лампово, красиво. И тебя там все так любят! — А тебя там все так боятся, — усмехнулся Отабек. — Я начал подозревать, что получил золото, потому что они побоялись в случае чего иметь дело с тобой. — Ха-ха, со мной не пропадёшь! Кстати, ты не забыл, что мы ещё собирались сходить в цирк? Я не шутил, напиши Айзаре, пусть приезжает весной. Сгоняем вместе в Москву. — Можно попробовать состыковаться в её школьные каникулы, — кивнул Отабек. Они подошли к пешеходному переходу, дождались зелёного и вышли на длинный открытый мост. Разговаривать резко расхотелось, поднявшийся промозглый ветер забирался даже под тщательно намотанный на шею шарф. И под натянутый поверх всего капюшон. Жаркий Отабек же как шёл без шапки в одном своём понтовом кашне, так ни разу даже не поёжился. Они прошли больше половины моста, когда Отабек вдруг спросил, перекрикивая ветер: — А когда приезжает Виктор? Юре пришлось вылезти носом из тёплого укрытия, чтобы проорать в ответ: — Если они не явятся просто в гости, то теперь пересечёмся уже только на мире. А что? — Я так и не проставился за Гран-при и национальные. Как думаешь, они с Юри смогут приехать на день-два раньше? Сходим всей группой в клуб на праздничный сет. Сославшись на ветер и встречный поток людей, Юра очень удобно решил не отвечать сразу, а повертеть эту мысль, пока они гуськом не дошли до конца моста. А когда он смог наконец снять капюшон, не боясь озверевшего ветра, то заключил: — Во-первых, идти тусить за день-два до официальных прокатов — не самая лучшая идея. Во-вторых, как ты себе это представляешь? Вваливаемся мы в рандомный клуб Стокгольма, и ты такой: «А ну, разошлись, сопляки, щас я покажу, кто тут батя!» Так? — Есть один знакомый в Стокгольме, он... — Даже знать не хочу! — перебил Юра. — Боже, у тебя хоть где-то нет знакомых? Может, на Северном полюсе? — Я бы не был так уверен, — улыбнулся Отабек, и Юра закатил глаза. — Позёр. — Перестраховщик. — Мне по должности положено! — оскалился Юра и услышал, как в кармане пуховика коротко провибрировало. Стянул перчатку, достал телефон, машинально погладил пальцем висящего на чехле тигра и открыл входящее сообщение. — Ух ты... — Что там? — вытянул шею Отабек. — Ты не поверишь... Но Юля таки выбила себе спецоборудование для ванн. Вот. — Юра повернул к нему экран с фото первой страницы официального распоряжения. — По ходу у нас наконец будет флоатинг, прикинь! — А от моих призовых отказалась, — буркнул Отабек. — Хотя мы вообще-то договаривались. Я обещал. Юра рассмеялся, убирая телефон и с удовольствием натягивая обратно тёплые перчатки. Потёр замёрзший нос. — Это не значит, что она не оценила жест. Просто она — как и я — знает, что ты можешь употребить их на что-то более нужное и приоритетное, чем её долгожданные ванны. — Нам совершенно необходим такой водопад, который был в спа. — Подкинь ей идею в следующий раз, как пойдёшь на массаж. — Наконец-то Яков Карлович тоже сможет опробовать водные процедуры, — улыбнулся Отабек. — Ох, бля, — вздохнул Юра, — Мне же ещё надо возместить дядь Яше пострадавший запас коньяка. — Давай подарим ему коллекционный «Хеннесси» на двадцать третье февраля. — Тогда он точно запрёт его в сейф и на пушечный выстрел меня к нему не подпустит... — И правильно сделает, — вдруг строго заявил Отабек. — Я не думал, что ты такой алкаш. — Кто бы говорил! Тебе напомнить банкет, где мы познакомились? Отабек хмыкнул, но промолчал. «То-то!» — подумал Юра. А ещё через минуту Отабек остановил его посреди тротуара и сказал: — Закрой глаза. — С чего вдруг? — Мы почти пришли. Хочу сделать сюрприз. — Это и так сюрприз. Я понятия не имею, где мы и зачем. Кроме того, я и с открытыми глазами падаю через раз. — Я буду тебя держать, — настаивал Отабек. И Юра подчинился. Честно зажмурился и протянул ладонь. — Веди. Только, пожалуйста, помедленнее. В красноватой темноте он ощутил, как Отабек взял его руку, положил себе на локоть и повёл. Сначала прямо. Потом направо за угол, но всё ещё вдоль дороги и шумных машин. Затем свернули в какую-то арку, шаги в ней отдавались характерным гулким эхом. Потом снова прямо, ещё поворот налево. И вниз по ступенькам. — Осторожно, — приговаривал Отабек, — одна, две. Всё. Сейчас открою дверь. Заходи, только не споткнись, тут высокий порожек. Над головой задорно звякнул колокольчик. Юра носком ботинка нащупал край порожка, переступил и крупно поёжился от обнявшего его густого тепла. Пахло чем-то травянистым, кожей и чужой обувью. Юра всё ещё не представлял, куда они пришли. — Теперь можно, — разрешил Отабек. Юра открыл глаза. Они стояли в крохотной прихожей два на два метра, в которой только и умещалось, что две двери и полка для обуви. Юра озадаченно посмотрел сначала на Отабека, потом на внутреннюю дверь со стеклянной вставкой. И чуть не распластался по ней носом, когда увидел разгуливающих по ту сторону котов. — Бля-а-а, Бек, котокафе! Серьёзно? И бросился обнимать Отабека. Тот негромко ответил: — Это тебе сейчас, но это тебе как бы на день рождения. Юра заржал, стукнул Отабека кулаком в плечо и принялся расшнуровывать ботинки. А что тут скажешь? Он же тренер. Чему научил — то и получил.