Этого ты хотел?

Чонгук стукнул ладонью по столу, чем конечно же напугал Намджуна. Старший поднял взгляд и приспустил очки, отложив книгу в сторону. Гук снова обиженно дул губы, он всем своим видом показывал недовольство. Ребёнку не хватало внимания, Джун это прекрасно понимал. — Мне 25, я уже взрослый, и я не собираюсь это терпеть! — на секунду в нём промелькнула дерзость, но в ход вступила привычная застенчивость, он всё же повысил голос на старшего. — Забери… — Парень положил на стол мешочек с конфетами и нахмурил брови. — Я тебе их покупал, — удивлённо приподнял брови Джун. — Ты так смеёшься над моими чувствами, хён? Чонгук был для Намджуна не просто парнем, с которым они уже целых два года делили плату за квартиру, точно не после того, как Гук признался ему в чувствах. Они встречаются уже целую неделю, а всё равно ничего не поменялось, парня всё так же гладят по головке, кормят конфетами и игнорируют его намёки. Ничего не поменялось с признанием, к нему относятся всё так же. Так же несерьёзно. — Я не в куклы с тобой играю, хён. — Тебе всегда нравились конфеты… — Да не конфеты мне нужны, а ты! Я хочу тебя, хён, — в лоб ляпнул Чонгук, заглянув в глаза. Намджун отвёл взгляд, но младший подошёл ближе, упершись обеими руками в подлокотники кресла, на котором сидел Джун. Чон заглядывал в глаза, ему нужен был отклик, он так долго его ждёт. — Разве мы не в отношениях? А ты всё равно ведёшь себя со мной как просто с младшим. Ты приводил женщин, мужчин, делал с ними всякие штуки спустя час знакомства, а со мной не можешь, хотя мы знаем друг друга так долго? — Ты сравниваешь себя и их? — Намджун смеялся. Ему правда смешно? Чонгуку плакать хочется… — Я думал, что идеальные отношения начинаются с ухаживания. — Ты два года за мной ухаживаешь… Почему только секс со мной невозможен? Я хочу кричать, как они, хочу жарких поцелуев, а не в лобик, хочу как они… Намджун, всегда очень аккуратный и нежный к Чонгуку, взял того за ворот футболки и с силой потянул на себя, да так, что младший едва не потерял равновесие. Чон упирался коленями в край кресла, он почти сидел на Джуне, пока тот жадно обхватывал манящие тонкие губы, царапал щёку слегка шершавым подбородком и шумно дышал. Ладони легли на округлые ягодицы, они властно потянули на себя, заставив парня полностью усесться на колени. — Так хочешь? — Намджун не без труда разорвал поцелуй, с упоением наблюдая за растерянным лицом младшего. — Ты же хотел, чтобы я вёл себя с тобой, как с ними… Ладонь обхватила под ягодицы и скользнула дальше, Чонгук прикрыл глаза и шумно выдохнул, когда длинные пальцы надавили через ткань джинсовых шорт. Бёдра непроизвольно подались навстречу давлению. — Ты хотел кричать, как они? Не боишься? — С чего бы, — неуверенно бормотал Чон. *** Намджун довольно грубо толкнулся бёдрами, до скрипа вдавив парня в кресло. Чонгук вытянул шею и несдержанно издал стон. Джун держал зрительный контакт и сжимал ноги парня под коленями, сгибая того пополам. Он должен был быть сейчас благодарен гибкости мальчишки, ведь именно она позволяла ему проникать так глубоко. Этого хотел Чонгук? Намджун двигался не быстро, чтобы дать привыкнуть, он шлёпался бёдрами, оставлял, красные следы на ягодицах и действительно заставлял кричать. То была не боль, наслаждение, тело Чонгука сводило в судорогах, он вздрагивал, крепко хватался за запястья парня и представлял себе многое… Как будто самый красивый мужчина в его жизни ему не знаком, как будто он берёт Чона силой. — Нет, не так глубоко, — хныкал Гук. — Мне прекратить? — испуганно замер Намджун. — Нет! — замотал головой Чонгук. — Мне нравится… Но можешь… Зажать мне рот… Чонгук хотел поиграть. Намджуну нравилась эта игра. В его руках был очаровательный извращенец. Чон свёл коленки, как только его перестали держать за ноги, он почти закрылся. Намджун аккуратно перекрыл большой ладонью губы парня, надавил сильнее и как следует шлёпнул плохого мальчишку по ягодице. Чонгук нежно пискнул развёл ноги. Джун возобновил толчки, получив в ответ отчаянное мычание. Ах, как же это было приятно. — Никто не услышит тебя. Только я могу наслаждаться твоими стонами… Ты этого хотел? — Ладонь снова звонко опустилась на ягодицу, Намджун вжался пальцами в мясистую ляшку и буквально зарычал, ускорив свои «мучения». Чонгук непрерывно чувствовал давление внизу живота, он вздрагивал от точных попаданий по чувствительным точкам и постепенно терял связь с реальностью. Ему немного не хватало воздуха, он часто дышал в перерыве между толчками, его голову заполнили шлепки о кожу и немного пошлые звуки изливающегося внутри органа. Намджун не спешил останавливаться, ведь напряжение не спешило уходить. — Чёрт… — шикнул парень, оторвав руку ото рта Чона. Джун схватил младшего под колени и разогнул, потянув за ноги вверх. Чонгук упирался затылком в мягкую спинку кресла, цепляясь руками за сиденье, пока Намджун держал его бёдра на весу, буквально насаживая на себя. Темп быстро нарастал, Гук хныкал, ему нажимали внутри на одну и ту же точку, в этой позе особенно сильно. Джун проникал очень легко, он выталкивал наружу то, что пачкало ковёр, но о ковре они думали в последнюю очередь. Чонгук ощущал себя куклой, настолько бесцеремонно с ним обращались, он чувствовал себя лёгким, ведь Намджун легко приподнимал его и ворочал, как хотелось. Такой сильный… Ах, этот парень действительно очень сексуален, когда хватает своими огромными руками, прижимает к широкой груди и, тяжело дыша, рычит от наслаждения. — Ты не закончил, — вздохнул Намджун, взяв в кулак зажатый между их животами орган. — Так набух… Чонгук делал глубокие вдохи, он поскрипывал, кряхтел, дрожащими руками приобнимая горячую спину. Намджун такой крупный, это сводит с ума. — Ты весь грязный… Всё ещё думаешь, что это лучше конфет? — Да, — тихо бормотал Чонгук. — Это лучше всего на свете. — Мне делать это каждый раз, когда ты вредничаешь? — Не ставь таких условий, иначе я буду вести себя очень плохо, хён… — Тогда веди себя хорошо, чтобы я мог тебя наградить. Удовольствие надо заслужить. — Я буду самым хорошим мальчиком, хён.