Fly me to the moon

Для хозяина наш отъезд из мотеля был также неожидан, как и прибытие туда. Какое-то время он еще орал нам в след, угрожая «Подключить знакомых кочевников, мусорщиков и корпоратов» и «Разобрать на запчасти», за снова не оплаченную сверх нормы комнату, стоянку и угнанный транспорт. Тортон Галена G240 – один из самых дешевых автомобилей, однако в вполне сносном, я бы даже сказал хорошем состоянии (учитывая, что большая часть из них проржавевшие развалюхи), неизвестно как сохранился у этого жадного урода. - Думаешь у него и правда есть такие знакомые? - Сильно сомневаюсь, что кто-то из корпотратов настолько себя не уважает, чтоб общаться с этой тухлой кучей мяса, - Люси пыталась понять все тонкости американского с индийским автопрома, попутно собирая все кочки. - Но вот с кочевниками это вполне может быть правда. Зачем-то же он держит свою помойку в пустошах, - А турели, я так понимаю? - спаренные пушки больше не провожали нас взглядом, что навело меня на мысль на «вмешательство из вне» в их функционирование. - Да, какое-то время не будут работать, - закончила за меня предложение Люси. – Или вообще не будут, если он на нормального механика не раскошелится, своя защита в них никакая. Но все же лучше перестраховаться. Машина спустилась в низину, и постепенно скрыв нас от прошлого ночлега за складками местности. - И какие планы у нас дальше? – тряска усилилась, и я был вынужден вцепиться в ручку двери. Каждая кочка болезненной гримасой отражалась на моем лице. - Вылечить тебя и вместе улететь на Луну, - отрезала девушка. Похоже, несмотря на затраченное время, продумать наши дальнейшие действия у нее не получилось. - Или есть возражения? - Ты бы ей понравилась, - вполголоса пробормотал я. Люси – последний близкий мне человек, который все еще жив. И который любит меня, и сейчас рискует своей жизнью ради моей. Самое незначительное, что я могу для нее сделать – это быть с ней как можно дольше и поддерживать в ответ. Уверен, моя мама была бы схожего со мной мнения. - Что? – рокот мотора заглушает наши слова и девушка вынуждена переспрашивать. - Ничего. Никаких возражений нет. Машина наконец вырулила на относительно гладкую поверхность, и тряска уменьшилась. - Помнишь нашу первую совместную поездку? - Ты про неудачную кражу данных у того водителя и угон лимузина Арасаки? – блондинка бросила на меня взгляд. – Ты тогда вцепился в руль и вел как маньяк. - Ага. А ты сбросила маску «крутой стервы» и честно реагировала на ситуацию. - Хвала небесам, что после Мейн научил тебя водить нормально, - девушка улыбнулась. – Но все же та поездка с тобой была незабываемой во всех смыслах. И я нисколько не жалею, что ты увидел мои эмоции, хоть это было и не специально. - И я рад, что смог запомнить тебя такой. Ай! – Люси ткнула меня пальцем в щеку. - Хватит меня смущать. Я как была крутой, так и осталась, - у нее в глазах плясали озорные искры. - А как же та чувствительная девочка, которая хотела объятий и утешений, когда прижималась ко мня? – я положил руку ей на плечо, пытаясь обнять. - Отстань, - толчок в щеку повторился. – И вообще лучше ложись. Тебе сейчас надо минимально нагружаться и тело, и мозг. Сейчас сделаем перерыв, а дальше поедешь лежа. Остановившись посреди пустоши, девушка всучила мне рюкзак с провизией, добытой из автомата, и попросила разложить ее на капоте. Сама Люси, матерясь, раскладывала сиденья, превращая их в кровать для меня и хлопала багажником, периодически вынимая оттуда что-то. Наконец, сидя на капоте, мы чокнулись бутылками. - Скажи «А», - девушка держала перед моим лицом крекер - «А», - я широко открыл рот. Крекер, а заодно и пальцы оказались у меня во рту. – Это откуда-то из старых фильмов? - Ага, там это было что-то типа проявления заботы - спутница кивает и внезапно спрашивает. - Скажи, какой она была? - Кто? – неожиданный вопрос поставил меня в тупик. - Твоя мама, - Люси прижалась ко мне. – Прости, у меня никогда ее не было и мне хочется понять твои чувства к ней. - Она была самой лучшей, - банальный, детский ответ, но тем не менее он верен. Я сглатываю ком в горле и продолжаю. – Не знаю, как это лучше описать. Я бы отдал почти все, чтобы вернуть ее. Она заботилась обо мне, а в итоге я похерил все, ради чего она работала на износ. Прости, я не хочу сейчас говорить об этом. - Мне жаль, что ее обнулили. С моей стороны было жестоко расспрашивать тебя о ней, - девушка погладила меня по волосам. – Я виновата. - Ничего. Я готов буду рассказать тебе о ней, но не сейчас, - последний крекер ломается пополам, и я протягиваю часть Люси. – Поехали? - Ага. Можешь отвернуться на секунду? - Конечно. Не дождавшись, пока я выполню просьбу, ее рука лезет за спину, и уже боковым зрением, я замечаю предмет, который она достаёт оттуда. И мне известно, что это. - Подожди! Подожди! – сползя с капота, я спустился на землю и сделал пару шагов назад. В моем нынешнем состоянии Люси без труда справится со мной, но хотелось бы этого избежать. — Это портативный диагност, - в руке у девушки лежал угловатый прибор. – Я его из аптечки достала, она в багажнике была. Мне нужен один укол чтобы прояснить твое самочувствие. - Ложь, я знаю, что это, - в инжекторе в ее руках могло быть что угодно от транквилизатора до жидкого маячка. - Моя мама была врачом, не забывай. - Твоя правда, - Люси опустила прибор. – Прости меня, но как я и сказала, тебя сейчас нельзя нагружаться ни в каком виде. - Я помню, но почему нельзя было сказать честно? Мы ведь договорились больше ничего не скрывать. - Боялась, что ты не согласишься. Ты слишком сильный для этого, - она была права. Расскажи честно про укол, и я бы не раздумывая отказался. Или, точнее, прошлый я бы отказался. - Прошу, не будь как Мейн. Позволь мне помочь тебе. У нее в глазах стоят слезы. Люси до сих пор не может полностью довериться другому человеку, пусть даже она и любит его всем сердцем. - Хорошо, - после операции у Дока, даже я понимаю, что в одиночку со всем невозможно справиться. Я протягиваю руку и вытираю ее слезы и обнимаю. – Прошу, помоги мне. Вместе мы справимся. *** Пристёгнутый, я лежу на откинутых креслах в машине, а девушка суетится, пытаясь закрепить ремни получше. Наконец она наклоняется надо мной и целует в лоб. - Приятных сновидений, Дэвид. Укол в районе груди, и я засыпаю. *** Я полуголый, одетый в странную броню, стою на вершине башни Арасаки. Внизу кровавое месиво из тел, рядом суетятся полицейские машины. Мгновенье – и я сражаюсь с черным роботом. Даже наличие Сэндевистана и кибер-брони не позволяют справиться с ним. Противник превосходит меня в скорости и боевом опыте, и мне не удается даже зацепить его. Несколько секунд, и он уничтожил мою броню и теперь смеется. У него под ногами валяются искалеченные тела Ребекки и Киви, а также оторванная рука Фалько. - У тебя забавная конструкция, - Борг поднимает пушку. Позади убийцы огромная молочно-белая луна во все небо. Выстрел. Яркий свет. … - Поздравляем! Поздравляем! Поздравляем! – хором вторят голоса вокруг. Рядом со мной стоит Люси в белом платье, нас окружает множество людей. Мейн, Дорио, Пилар, Танака, одноклассники и даже моя мама среди них. Все вокруг белое и блестящее, слышны хлопки салютов. Позади раздается хлюпанье. Ребекка вытирает красные от слез глаза и отворачивается от нас. - Целуй, целуй, целуй! - кричит толпа. Кольцо сужается, кто-то подталкивает меня,  я делаю шаг и касаюсь лица Люси. … - А-а-а-а! Вместо губ возлюбленной – металлическая палка из кабинета Дока. Я смотрю на самого себя со стороны. Тела больше нет, лишь обрубок торса и голова, вцепившаяся зубами в металл, и скулящая от боли. - Да помолчи ты! – неизвестный мужчина с разбитым экраном вместо лица, размахнувшись, ржавым лезвием рассекает голову. Кровавый фонтан взметнулся вверх и окрасил потолок. … Я вскакиваю в кровати. Рядом лежит обнаженное Люси. - Что случилось, дорогой? – Она целует меня в щеку и садится на колени. Локоны, вкрапления имплантов в кожу и даже лобковые волосы светятся разноцветным огнем. - Как насчет снова побывать в кастомном лунном брейндансе? – она заканчивает вопрос поцелуем в губы. Следующий поцелуй в другую щеку. Это Ребекка. Она тоже голая, а к ее татуировкам добавилась еще одна – на лобке, отдаленно напоминающая сердце. Татуировки светятся ярко-розовым, и глаза начинает резать от его сочетания с бледно-зеленой кожей девушки. Она привстает, и поворачивает мою голову. Бедра у девушки непропорционально большие, и Бекка беспрерывно покачивает ими. - Чум, ты чего? – Она целует меня взасос. Холодное ощущение металла внизу живота. Киви еще пару мгновений хрипит у моего паха, и, наконец, оторвавшись от него встает. Полосы на ее коже и соски сияют синим, а светлый треугольник в районе паха, сейчас находящегося на уровне моих глаз, буквально горит белым, привлекая внимание. - Будешь? – она присаживается на корточки и протягивает, невесть откуда взявшуюся, и уже наполовину истлевшую, сигарету, после чего, не дождавшись ответа, целует.  Мускулистые руки с пульсирующими алыми венами обнимают меня сзади. - Ха, ты носишь слишком много хрома для кого-то своего возраста, - звучит голос Дорио. – Вау, никогда бы не подумала, что ты смог бы справиться с Санди. Вцепившись мне в волосы, она запрокидывает мою голову назад, после чего следует поцелуй. - Дэвид, ты как? – Дорио больше не держит меня, Киви исчезла, вместо нее стоит Глория в сияющей желтой куртке, накинутой на голое тело. Порыв ветра роняет куртку, а Ребекка и Люси, синхронно сказав: «Неа», тянут назад и роняют меня на кровать. … - Дэвид, ты как? – мама вытирает мне, лежащему на кушетке в клиники у Дока, кровь из носа. - Нормально, - пытаюсь ответить я, но не получается выдавить и звука. - Тише, - она прижимает указательный палец к моим губам. Я поворачиваю голову вниз – в моей груди дыра. Сверху раздается дребезжание и синтетические легкие спускаются в дыру в дыру моем теле, и Глория застегивает ее на молнию. - Дэвид, как ты считаешь, постепенно заменяя каждую частичку тела: руки, ноги, позвоночник, легкие, - она кивнула на мою грудь. – До тех пор, пока в тебе не останется ничего своего, останешься ли ты все тем же Дэвидом Мартинесом, или же ты будешь уже чем-то другим? - Мама? Мама? – осознание нереальности происходящего только сейчас начинает доходить до меня. Ее и большей части команды уже давно нет. Противоречия медленно растворяют происходящее передо мной, и реальная память возвращается ко мне. - Дэвид! Дэвид! – я по-прежнему слышу знакомый голос. - Мама? Мама! - Прости, но я не она, - Люси расталкивает меня. – Давай, приходи в себя, ты можешь скоро понадобиться. Мы стоим на разбитой автомагистрали, а у горизонта блестит огнями новый мегаполис. – Кстати, я тут вспомнила, что в наша с тобой первая поездка, которая для тебя чуть не стала последней, была сначала на скорой, а потом на носилках, - похоже за время моей отключки Люси выносила небольшой план мести. - И выглядел ты тогда не сильно лучше. Так что 1:1 за «крутую стерву».