Этот демон добьётся своего

            Уроки каллиграфии проходили как по тщательно отложенному сценарию. Се Лянь всеми силами пытался этого избежать, но даже зная своего мужа, как никто другой, каждый раз терпел неудачу. И осознавал это далеко не сразу, а только когда сладкая нега начинала отступать и успокаивалось дыхание. Он совсем не был против близости, даже наоборот. Однако ещё принц искренне желал сделать почерк любимого более читабельным.       Хуа Чэн вёл споры с Богами Литературы и те доходили до того, что просто не оставалось аргументов. Се Лянь же - Бог Войны, и пока единственный способ заставить мужа заниматься он видел так: с помощью Жое привязать того к стулу, лишить возможности говорить, может, обмотать рот какой-то тканью и убежать подальше, крикнув напоследок что-то вроде: "Когда допишешь, свяжись со мной по духовной сети!" Принц один раз рассмотрел этот вариант и сразу отмёл. Это был бы верх жестокости.       Что он только не перепробовал. Мягкие уговоры, несерьёзные угрозы, строгие взгляды. Этого хватало ненадолго. Потом со стороны демона шли поддразнивания, флирт, горячие взгляды. По итогу Се Лянь оказывался либо на Хуа Чэне, либо под ним. При чём иногда и сам набрасывался на горе-ученика, что часто сопровождалось поломкой дорогой мебели.       Раньше принца всё это не возмущало, так как Хуа Чэн делал это редко, а в остальном добросовестно трудился и делал определенные успехи. Однако позднее совсем от рук отбился и во время каждого урока не было конца игривым подмигиваниям и дерзким касаниям.       Сегодня случилось то же самое. Начал демон, как всегда, со старательной писанины, и принц уже делал ставки, когда тот перестанет делать важный вид. На этот раз не успела догореть и палочка благовоний. Вздохи, покашливания, тяжёлые вздохи и отсутствие реакции принца на это. Хуа Чэн не хотел отступать и со стуком положил кисть на стол, откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди и напустив недовольный вид. Тогда принц оторвался от чтения, подняв взгляд.       – Сань Лан?       – Прости, Гэгэ. Я тебе говорил - это бесполезно...       – Мои уроки?       – Что ты, нет! Я про себя. Точнее, про свои навыки каллиграфии. Мы просто зря тратим время, которое можем провести и в другой обстановке, – ну началось...       – В какой же? – глуповато переспросил принц.       – Хм... Если не в той, что приносит пользу, то в той, что приносит удовольствие, – фраза сопровождалась невинной улыбкой, но в глазах плясали черти.       – Что тебя в этот раз не устраивает? – поднявшись с любимого кресла, он обошёл стол и заглянул мужу через плечо. – Милый, ты же знаешь, что всегда можешь отказаться от занятий? Я тебя вовсе не принуждаю. Мы можем раз и навсегда закрыть эту тему. Не мучайся, – миролюбиво предложил принц. И демон даже, кажется, растерялся на мгновение. Лишь на мгновение.       – Ха-ха... Гэгэ, ты посмотрел. Скажи, что я делаю не так?       – Для начала не правильно держишь кисть, – инструмент действительно искривлялся под таким углом, что было непонятно: возможно ли вообще так писать?       Демон тут же постарался исправиться, но теперь перевернул кисть так, что если бы и мог что-то ею сделать, то это нашкрябать слова деревянным наконечником. Се Лянь вздохнул, смиряясь с неизбежным, и взял ладонь Хуа Чэна в свои, перед этим большим пальцем погладив тыльную сторону, успокаивая и расслабляя.       – Вот так... – поставив кисть в правильное положение, принц, направляя руку мужа, вывел несколько иероглифов. – Сейчас напишу новые на образец, продолжишь переписывать.       – Угу...– буркнул тот.       Бог Войны наклонился над столом, аккуратно выводя красивые линии, и вдруг замер. Ну и ну... Надежда, что в этой прекрасной демонической головушке осталась хоть одна приличная мысль, испарилась. Свои руки наглец всё-таки при себе не удержал. Холодная ладонь опустилась на задницу принца, пока поглаживая. Се Лянь никак не отреагировал, продолжая своё занятие. Это стало для демона зелёным светом, и он сжал одну ягодицу, сминая мягкую, податливую плоть, вскоре перешёл и на другую, уже вовсю щупая любимое божество. Когда пальцы демона недвусмысленно погладили ложбинку, Се Лянь завёл руку назад и отодвинул наглую руку, потянув за запястье. Хуа Чэн отступил, но ненадолго. Ладонь вновь вернулась и сначала полностью огладила многострадальный зад, а потом пропала и вернулась через секунду с глухим шлепком.       – Вижу, тебе совсем не до уроков, – холодно произнёс принц.       – Гэгэ...       – Что, Сань Лан? Тебе мало моего внимания?       На это демон не ответил и просто поднял взгляд, полный... надежды? Се Лянь улыбнулся и наклонился, легко чмокнув Хуа Чэна в губы. Отстранившись, он выпрямился и вернулся на своё место.       – Перепиши это десять раз, – глаз Хуа Чэна нервно задёргался, узрев перед собой лист с маленькими, аккуратными линиями иероглифов. Но перечить он не стал, молча принялся за работу.       Сгорело полторы палочки благовоний, когда он с горем пополам закончил первый лист. Прошло время и демон расслабился, принявшись за второй лист медленно и с большой неохотой. Он перестал стараться, но пока не приставал, поэтому Се Лянь не делал замечаний. Хуа Чэну игнор явно был не по душе. Они пришли к тому с чего начали, но на этот раз демон решил сменить тактику.       – Ну всё, Ваше Высочество. Один закончил! Завтра можем продолжить. Ух... Как я устал, – он картинно начал потягиваться, якобы разминая затёкшие мышцы.       – Сань Лан, задание ты должен выполнить сегодня полностью, – не отрывая взгляда от книги, спокойно разрушил его надежды принц.       – Мой Бог так жесток, – вздохнул тот.       – Мой Верующий так непослушен, – парировал Се Лянь и наконец поднял взгляд. – Ладно. Что ты хочешь?       – Поцелуй меня ещё раз, – тут же просиял демон.       – И ты продолжишь заниматься? – без надежды спросил принц.       – Конечно!       Бог Войны молча встал, вновь подошёл к супругу, наклонился и чмокнул в щёку.       – Гэгэ! Так нечестно! – шутливо возмутился тот.       – Что же нечестного? Ты же просил поцеловать. Теперь за работу, – вопреки собственным словам, он остался стоять рядом.       – Гэгэ, ты же понимаешь, что я имел в виду, – очаровательно улыбнулся Хуа Чэн. И знает же, что принц не всегда может устоять перед этой улыбкой.       – Допустим...– сказав это, он снова наклонился к супругу, целуя уже так, как тот хотел. Чувственно и глубоко.       Демон же времени зря не терял. Тихо простонав Его Высочеству в губы, он схватил его за талию и усадил к себе на колени, не разрывая поцелуя. Бесстыдные руки гладили и щупали божественное тело в интересующих местах, а холодный язык скользнул к нему в рот.       Се Лянь почувствовал, что начинает терять голову. Всё-таки перед напором Хуа Чэна трудно было устоять. Внизу живота уже приятно потеплело, а пояс его одежд не без помощи был развязан. Тогда принц вспомнил, что вообще-то не хотел поддаваться, и, сделав над собой огромное усилие, отстранился. Испытав небольшой триумф от растерянного вида любимого. Бог Войны слез с колен и завязал пояс.       – Гэгэ...       – Сань Лан, ты обещал, – сказав это, он с горящими щеками и чуть спотыкаясь вернулся на своё место. Демон, увидев состояние принца, так успокаиваться не хотел.       – Да брось, Ваше Высочество. Иди ко мне, – сказал он дрогнувшим голосом.       Се Лянь ещё с минуту смотрел на него, прежде чем отвернуться и резко отрезать: – Нет.       Хуа Чэн тяжело вздохнул, потом взял кисть и молча продолжил писать. Даже сам Се Лянь понял, что тон его голоса звучал грубовато, однако это подействовало. С последствиями он позже разберётся, а пока можно расслабиться.

***

      Принц совсем потерял счёт времени, погрузившись в чтение. Когда он поднял глаза, увидел всё так же склонившегося над писаниной демона. Потом перевёл взгляд на окно и, увидев, что на Призрачный город уже опустились сумерки, нахмурился. Так много времени прошло... Сколько ж это можно? Ладно час сидеть молча, ладно два. Но несколько часов подряд заниматься не самым любимым делом... Это было не похоже на Хуа Чэна.       – Сань Лан? – Се Лянь перегнулся через стол и ласково погладил свободную руку демона.       – Подожди, Гэгэ. Я скоро... – спокойно проговорил тот. Выведя ещё пару иероглифов, он поднял лист, внимательно осмотрел и положил в ряд, где лежали другие девять. – Ваше Высочество, я закончил.       – Давай посмотрим, – с каждым просмотренным листом улыбка Се Ляня становилась всё шире. – Умница, Сань Лан! Какой способный у меня ученик, – он ласково погладил Хуа Чэна по макушке. – Можешь же, когда хочешь.       – Я не хотел больше расстраивать Его Высочество, – грустно произнёс он.       – Что ты, Милый... Ты меня не расстроил, – нахмурился Се Лянь.       – Обидел?       – Нет...       – Разозлил?       – Да нет же! Сань Лан, Прости меня, но я притворился, чтобы ты перестал отвлекаться, – ему нужно было оправдаться. Он не хотел, чтобы Хуа Чэн думал, что его так легко расстроить. Тот кажется задумался, но потом поднял взгляд, встретился с Его Высочеством глазами. По лицу демона разлилась хитрая ухмылка и он вздохнул:       – Гэгэ, я тебе не верю.        Се Лянь удивлённо распахнул глаза, а в мыслях промелькнуло: "Каков хитрец! Да он опять дразнится"       – Ну что ж... Как мне доказать?       – Зачем доказывать? - непонимающе спросил Хуа Чэн и серьёзно добавил: – Ваше Высочество, ты имеешь полное право злиться.       Принц долго смотрел на него и понимал, что сегодня с ним не справиться. Хотя не так... Сегодня он не хотел с ним справляться. В любом случае задание тот выполнил. Настало время встретиться лицом к лицу с последствиями. Но это не пугало и не раздражало принца. Наоборот он ощутил сладкое предвкушение. Поддавшись порыву, он обхватил лицо мужа ладонями и втянул его в нежный поцелуй. Целовались они долго, даже лениво, иногда мягко сталкиваясь языками.       Наконец оторвавшись, Се Лянь прижался своим лбом к чужому.       – Сань Лан, что же мне с тобой делать? Ты сводишь меня с ума...       Хуа Чэн весело хмыкнул и чмокнул супруга в уголок губ:       – Покорнейше прошу простить этого верующего. Я не преследовал дурных намерений.       – Лгунишка... И как тебе верить?       – Гэгэ, я говорил, что ты можешь верить мне. Дурных намерений я действительно не преследовал, – признался тот, на что Се Лянь недоверчиво покачал головой и тогда демон добавил: – Вот непристойные намерения – возможно...       – Признался и даже не краснеет...       Принц наклонился ниже и впился губами в шею демона, оставляя яркий след, потом ещё один и ещё... Возле уха прозвучал стон, и он остался доволен. Потянувшись к поясу Хуа Чэна, Се Лянь быстро развязал его и распахнул ханьфу. Сегодня демон не надел нижнюю рубаху, поэтому Бог Войны быстро получил доступ к плечам мужа, которые сразу принялся покрывать поцелуями.       Тот сидел неподвижно, безропотно принимая любые ласки. Вдоволь насладившись плечами и шеей, принц спустился к груди, покрывая кожу вокруг сосков поцелуями, намеренно их игнорируя. Он прекрасно знает, что Хуа Чэн там очень чувствительный, и решил поддразнить. Демон сжимал в ладонях подлокотники и уже тихо постанывал. Се Лянь всё-таки сжалился и широко лизнул сосок, получая в ответ стон погромче. Это заводило, и принц втянул его в рот, продолжая играться языком, другой зажав меж двух пальцев и нежно массируя.       Наигравшись, принц стал покрывать поцелуями и метками кожу живота. Да так увлёкся, что демон не выдержал:       – Ваше Высочество... – простонал он, вплетая пальцы в его волосы, и мягко потянул ниже. Но тот легко выпутался из хватки:       – Сань Лан, что ты делаешь? – удивлённо спросил Се Лянь.       – Гэгэ, пожалуйста, – взвыл демон.       – Что же хочет мой возлюбленный? – вновь спросил Бог Войны, опуская руку на выпуклость в штанах и слегка сжимая. – Ему тоже нужно внимание?       – Д-да... Да-да, пожалуйста...       – Хм... Сань Лан, даже не знаю... Наверное, тебе придётся сказать мне, – он вновь убрал руку.       Хуа Чэну это совсем не понравилось, и он, надавив на затылок принца, вжал того лицом в свой пах, потираясь и удовлетворённо выдыхая. Се Лянь от такой наглости сначала потерял дар речи, а потом и сам простонал.       – Гэгэ, мне кажется, ты хочешь этого не меньше, чем я. Давай же, удовлетвори меня своим прекрасным ротиком.       Се Лянь отстранился, ловко прихватив зубами завязки штанов. Освободив полувозбуждённый член мужа, он заскользил ладонью по стволу, а ртом начал ласкать яички, облизывая, беря в рот и посасывая. Пока язык скользил по нежной тонкой коже, принц представлял, что демон его не отпустит, пока не удовлетворит собственное желание, возбуждался сильнее и тихо стонал, пуская по органу вибрации. Когда член стал твёрже, принц приподнялся и жадно заглотил его до половины, сразу подавившись.       – Не спеши, Учитель. Это всё тебе, никто не отберёт. Да и времени у нас полно, – ласково проговорил Хуа Чэн.       От такого обращения по спине Се Ляня пробежал табун мурашек и он вновь застонал, закатывая глаза, и вопреки словам с новым усердием стал насаживаться ртом на член. Заглотив до основания и уткнувшись носом в пах ученика, он попытался в таком положении двинуть языком, но у него не получилось, и он разочарованно помычал.       – Учитель, вам следует больше практиковаться. Если вы на уроках требуете, чтоб я старался, то вам нужно соответствовать, – видимо демону понравилась его маленькая игра.       Принц выпустил его изо рта и обхватил губами головку, посасывая и лаская языком, словно стараясь загладить вину. В какой-то момент Хуа Чэн схватил его за волосы и надавил, заставляя вновь заглотить полностью. Он двигал головой принца медленно, наблюдая, как подрагивают от напряжения, растянутые вокруг члена, губы. Иногда вытаскивал полностью, тёрся головкой о губы, щёки. Говорил Се Ляню открыть рот и, надрачивая, выдавливал ему на язык предэкулят. После чего принц сладко причмокивал, будто пробуя вкуснейший десерт. Хуа Чэн выстанывал возбуждённое «Гэгэ» либо «Учитель» и вновь толкался в жаркий влажный плен.       У Се Ляня уже болела челюсть, когда Хуа Чэн отстранился и стал подрачивать перед его лицом. Принц вытащил язык, чтобы хоть немного спермы попало в рот. Прозрачно-белые густые струйки попадали на лоб, на волосы, щёки и шею.       Бог Войны уже хотел заняться своим возбуждением, но его вдруг поставили на ноги, а потом уложили грудью на стол. Принц удивлённо ойкнул, и сзади послышался смешок.       – Гэгэ ведь не думал, что это всё? – спросил демон, задирая подол ханьфу принца к его пояснице и стягивая с того штаны. Се Лянь не ответил, тогда Хуа Чэн весело хмыкнул и открыл флакончик ароматного масла. Он быстро, но безболезненно расстягивал принца, надавливая на чувствительную точку внутри и срывая с его губ сладкие стоны. Сам он в процессе вновь возбудился.       – Сань Лан, миленький, не дразнись, войди, прошу, – прохныкал Бог Войны.       – Желание моего Бога - закон, – отозвался Хуа Чэн и медленно толкнулся внутрь.       Се Ляня всегда смущал этот момент, так как в этой позе из-за разницы в росте демону приходилось приподнимать его за бёдра и ноги принца болтались в воздухе.       Войдя до основания, Хуа Чэн дал привыкнуть к заполненности. Принц подался бёдрами назад, и тот сорвался. Демон не жалея втрахивал его в стол, который уже поскрипывал, не выдерживая такого напора. Бог Войны стонал и просил пощады.       Увидев перед собой сегодняшнюю работу Хуа Чэна, он посмотрел по сторонам и понял, что на остальных он либо лежит, либо сминает и рвёт их руками. Его будто наказывают за чрезмерную строгость. И делает это его собственный ученик. От этих мыслей Се Лянь задрожал и стал подмахивать бёдрами, за что получил звонкий шлепок. Под громкий стон его подхватила волна оргазма и он бурно излился на пол. Сзади в него ещё толкался Хуа Чэн, тогда принц сжал его в себе, помогая быстрее достичь разрядки. Тот поплотнее прижался к нему всем телом с томным «Гэгэ», и внутрь принца полилось семя.

***

      Сходив вместе в купальню, они, чистые, с мокрыми волосами, сейчас лежали, прижавшись друг к другу и лениво целуясь.       – Знаешь, Сань Лан... – прошептал принц супругу в губы, ненадолго отстранившись.       – Мм?       – Почаще нужно тебе задание усложнять, – хихикнул он.       – Поосторожнее со словами, Ваше Высочество. Ты пожаловался на боль в пояснице. Ещё один раз сегодня тяжело будет выдержать, – пригрозил демон.       – Может, пятнадцать листов... – рассуждал вслух Се Лянь, будто не услышав угрозы. – Или даже двадцать?.. Ай! Сань Лан, Сань Лан! Я пошутил! Отпусти! – взвизгнул он, придавленный животом к кровати телом Хуа Чэна.       – Гэгэ, тебе не говорили, что с Князем Демонов шутки плохи? – риторически спросил тот, стягивая с Бога Войны лёгкие ночные штаны.