Я лучше умру, чем буду без тебя

Парень, улыбнувшись, плюхнулся на диван. Хоть он и устал после пар, это было не так важно, ведь у него хорошее настроение. После той ночёвки прошло около недели. А потом была и вторая. Несмотря на то, что спали они всего 3 часа, Хан никогда так не высыпался. Во многом из-за того, что ему не снились кошмары. Да и утро тоже было приятным. Ли каждый раз готовил завтрак. Вроде бы и ничего особенного в этом нет, но Джисон не помнит, когда в последний раз успел позавтракать... М-да жизнь студенты это не сахар. Сегодня был важный день. Сегодня все соберутся у Феликса и поговорят по душам. Давно такого не было, все обычно заняты. А в этот раз даже Чан придёт, значит явно будет весело. Минхо сказал, что зайдёт, и парни пойдут вместе. Посмотрев на часы, Хан понял, что пора бы уже собираться. Он уже встал с кровати, как услышал звук телефона. — Сон-и, привет! — Привет, мам, — последний раз она звонила месяц назад. — Как дела? — Всё в порядке. Как у тебя? — Тоже всё хорошо. На этом и наступило молчание. Хан не знал, что говорить. Он понимал, что мать звонит не просто так, но если речь снова пойдёт об отце... Нет, не станет слушать. — Сон-и, я, — женщина тяжело вздохнула. По голосу стало ясно, что она волнуется. — Я хотела кое-что сказать тебе. Дело в том, что я и твой отец... Мы снова сошлись. Понимаешь, мы осознали, что любим друг друга. И я.. — голос задолжал. — Я хотела бы позвать тебя на ужин. Парень не стал дальше слушать, просто сбросил трубку. На глазах наворачивались слёзы, а воображение рисовало события прошлого. И как только она смогла его простить? Хан уже и не помнит, как оказался снова перед зеркалом с лезвием в руках. Он ненавидел отца из-за его поступков, но одновременно любил мать. Любил за её заботу и ненавидел за то, что однажды оставила его одного. Но как бы парень ненавидел своих родителей, больше всего он ненавидел себя. За слабость, за слёзы и за то, что не может пережить это. С того момента, как он уехал от родителей, прошло 4 года, а кошмары преследовали всё также. — ХАНИИИ-И! Услышав своё имя, Джисон будто очнулся. Это был Ли, стоявший у квартиры. Черт! Хан никогда никого не впускал к себе, учитывая свои сумасшедшие рисунки. И каждый раз старший ждал у подъезда, но сейчас всё по-другому. Скорее всего, парень просто не увидел сообщения по типу "Я у подъезда, выходи". Он осмотрел картину вокруг себя. Вата и бинты, испачканные в крови. Его обнажённые и израненные руки, а в одной из них лезвие. Супер. Ну и что теперь делать?! Хан, как мог, обмотал руки свежими бинтами, которые сразу же запачкались, так как кровь не успела остановиться. Дальше он выкинул всё запачканное и наспех надел какую-то кофту. Умылся холодной водой и открыл дверь. — Чего так долго? — Минхо злился, но заметив растрёпанного младшего, забеспокоился. — А.. Я.. Прости. — Хан-и, всё нормально? — Да. — Хан-и, посмотри на меня, — Ли дождался взгляда направленного в его глаза. — Ты уверен, что всё нормально? — Я уверен, — руки дрожали, спасибо, что хоть голос не подвёл. — Ладно. Так, ты готов идти? Хан был готов идти и так, но бинты бы долго не выдержали. — Мне надо ещё кое-что сделать. Можешь подождать меня на улице? — То есть я не могу к тебе зайти? — У меня просто не убрано, так что, — Джисон начал закрывать дверь, но старший схватил его за руку. — АЙ! — Что с рукой? — теперь Ли был абсолютно уверен, что что-то случилось. — Ничего. Всё в порядке. Ты не... — Хан-и, у тебя кровь идёт. На рукаве сияло алое пятно. Тут уже ничего не получится скрыть. Старший заметил как, тот отвлёкся, и резко проскочил в квартиру, захлопнув дверь. Джисон не смотрел в глаза, ему было страшно, но сказать что-то надо. Пересилив себя, он посмотрел на Хо. — Минхо, давай я... Продолжить он не мог, воздух резко закончился. Перед ним стоял его лучший друг с подступающими слезами. На его лице читалась тревога и паника. Младший не сразу заметил, но рука, держащая его за запястье, тоже дрожала. Неожиданно Ли зажмурился и выдохнул. Он заметно успокоился. — Можно я помогу тебе и обработаю раны? Парень ожидал всего: чтобы на него накричали, чтобы сбежали, чтобы начали жалеть и рыдать. Но такое... Явно что-то странное. — Вата в ванной. Через несколько минут Хан уже сидел без кофты. Минхо аккуратно проводил ватными дисками, впитавшими перекись, по красной коже. Картина была пугающая: расстояние от самого плеча до запястья было усыпано полосами. Иногда парень шикал от боли, но терпел. В один момент он повернул свою голову и встретился с чужим взглядом. На глазах опять были слёзы, которые активно сдерживались. — Не смотри на меня так. — Как? — Если собрался читать нотации о том, как неправильно я поступаю, то можешь уходить. — Что ж не буду. Я не собирался тебя винить в чём-то. — А что ты собираешься делать? — Сейчас я обработаю порезы, ты оденешься, и мы пойдём к Феликсу. А насчёт всей ситуации мы позже поговорим. — Я не хочу ничего объяснять. Ли огорчился, когда услышал это, но он не собирался давить. — Я закончил, — отчеканил старший, убирая вату. — Иди надень другую кофту и пойдём. Младший послушался и отправился искать кофту. Минхо пошёл за ним, во многом, потому что боялся упасть, его ноги так тряслись. Оказавшись в комнате Хана, до парня дошло осознание, что он никогда не был в гостях своего друга. Просто он никогда не звал к себе, а особое внимание на это не обращалось. Хотя теперь становилось ясно, почему парень никого не звал. Пока Джисон рылся в шкафу, Хо решил осмотреться. Над столом висели рисунки. — Хан-и, это я? — А? — повернувшись и увидев Ли у стола, парень понял, про что шла речь. — Да, это ты. — Ого, какой я красивый. — Есть такое. Я готов, мы пойдём? — Да, хорошо, — Ли на ватных ногах поплелся к двери. Внешне он казался очень спокойным, но внутри его разрывало на кусочки. Единственное проявление тревоги — это трясущиеся руки. Когда парни уже ехали в вагоне метро, то Джисон сладко спал на плече своего друга. Хо аккуратно поглаживал ладонь младшего. Ему так хотелось плакать от увиденного. Но он не могу. Он не мог показать свою слабость при нём. Только что он узнал о Хане то, что вряд ли кто-либо знает.

***

— О! Наконец-то, а мы вас заждались, — Феликс встретил Минхо с Джисоном и выпустил в кравртиру. — Простите, что заставили ждать. Парни прошли в зал. Там сидела вся компания. Сохи и Сынмин обсуждали что-то, мило обнимаясь. Чанбин и Хёнджин о чём-то спорили. А Чонин и Чан поедали закуски. Вот и последние гости сели на свои места. — Такс, ребята, минуточку внимания, — начал Хёнджин. — Я рад, что мы смогли собраться такой компанией. И поэтому нужно бы отпраздновать такое событие, — этими словами он достал бутылку сенджу из-под стола. — Я не буду. — И я. Сынмин и Сохи наотрез отказались. У них была на то причина. Однажды Мин немного перебрал и начал танцевать стриптиз на какой-то вечеринке, а Сохи, будучи тоже пьяной, не смогла его остановить. Потом весь факультет подкалывал парня. После этого случая, оба твёрдо решили, что не будут больше пить, чтобы не попадать в неловкие ситуации. — Вам простительно. Так ну кто ещё будет? Я ж не стану один пить. Феликс? — Прости Хен-и, но я не буду. Не хочу, чтобы утром голова болела. — Я буду, — Хан с азартом посмотрел на Хёнджина. Они всегда были соперниками на выносливость. — Я в тебе не сомневался. Чан? — Так уж и быть, выпью с вами немного. — Отлично, — Джин достал стопки и начал разливать жидкость. — Минхо, а ты будешь? —Нет, мне ещё Джисона довозить. Хёнджин, понимающе кивнул. Они все собрались в общежитие, в котором жил он и Феликс, а также Чонин был их соседом. Остальные уже были при своих квартирах, а Сохи и Сынмин так вообще жили вместе. Чонина про выпивку так и не спросили, потому что знали, что он откажется. Вообще из всех присутствующих он был самым уставшим. Эх, что творит второй курс. Парни разобрали стопки со спиртом. Чокнувшись, они выпили всё залпом. — Ребят, только давайте не напиваться хорошо. А то мне ещё домашку делать, а вы шуметь будете, — попросил Чонин. Все утвердительно кивнули. За кого хлебушек их принимает? Они ж не станут упиваться в хлам.

***

Девятая стопка пошла хорошо. Закусив солёный огурчик, Хан начал диалог с Джином. — Хёнджин, а ты ведь тоже занимаешься танцами? — Да, а что? — Станцуй что-нибудь. — Не-а, я уже пьяный, могу упасть. — Мммм. Всё с тобой ясно. — А что тебе ясно? — То, что ты боишься. — Я?! Такс, Феликс включи мне музыку. Феликс конечно же мог остановить и успокоить своего парня. Но зачем? Ведь можно самому посмеяться и припоминать об этом. Так что он всё же включил музыку. — I cannot breath Хёнджин начал танцевать. Несмотря на своё опьянение и головокружение, он неплохо держался. Это было красиво, а Хёнджин дополнял танец своей харизмой. Но алкоголь был сильнее и где-то на половине упал. Все звонко смеялись, но больше всех, как ни странно Феликс, снимавший весь процесс на камеру. — Мой Минхо танцует лучше! Все вопросительно посмотрели на Минхо, который поперхнулся чаем от такого. Чанбин и Сохи значительно переглянулись, а Сынмин подтолкнул Ли в бок. — Твой, Минхо, — причитал Джин. — Думаешь, танцевать так легко? — Я ничего не думаю, просто у Минхо это получается лучше. Заметив, что начинается ссора, Чонин понял, что пора бы по-тихому утекать в свою квартирку. Времени на выполнение домашней осталось немного. Он осмотрелся, все вроде бы занимались своими делами: Хёнджин и Джисон спорили, Феликс и Минхо смеялись со всей ситуации, Чанбин и Чан мерились бицепсами, а Сохи чуть ли не спала на плече Сынмина, который обсуждал всё с Феликсом и Минхо. И так под шумок, младший сбежал. Хо это заметил, но ничего говорить не стал. А лишь последовал его примеру и вышел на балкон. Достав сигарету, он закурил. В голове летало столько вопросов и мыслей. Он очень волновался за Хана, но в то же время удивлялся, как тот хорошо держится с улыбкой, хотя наверняка ему тяжело. Совсем и незаметно, что у него проблемы, оскар за лучшую роль он точно заслуживает. — О чём задумался, хен? — это была Сохи. — Да так, об учёбе. Ли стряхнул сигарету над пепельницей. — Ли Минхо, кого ты пытаешься обмануть? Самого себя? Второй вопрос был задан в шутку, но именно он был верным. — Что-то с Джисоном? — Почему ты так решила? — Ты весь вечер от него не отходишь. Ну, вы и так проводите вместе много времени, но сегодня ты за ним следишь что ли. Да и какой-то ты, как бы сказать... Нервный. — Хах, ты слишком наблюдательная. Сразу чувствуется девушка в мужском коллективе. Затянувшись, парень выдохнул ядовитый пар. — Не уходи от ответа. Что случилось? Вы поссорились? — Пока нет, но боюсь, что можем. — Что же произошло между нашими минсонами? Ли вопросительно посмотрел на Сохи. — Всё с тобой понятно. Спрашиваешь, чтобы вычислить информацию для нашего шипперства? — Хах, — девушка закатила глаза. — Какого ты обо мне мнения. Давай отбросим наши с Чанбином подколы, и поговорим именно о вас двоих. Допустим вы не встречаетесь. — Спасибо уже на этом. — Не перебивай. Допустим вы не вместе, но вы важные друг для друга люди. Он назвал тебя своим) — А сказала, что отбросишь шипперство, — усмехнулся старший. — Он сейчас пьяный и за него говорить алкоголь. — Знаешь, хён, сколько раз это замечала, но алкоголь не берёт власть над человеком. Он лишь развязывает язык, и пьяные люди — самые честные. Ладно вернусь к мысли. Вы важные друг для друга люди, и если кому-то из вас плохо, то второму тоже плохо. Так работает привязанность. — И что делать? — Я конечно не знаю всей ситуации, но постарайся помочь ему. Сделай то, что в твоих силах. Самое главное просто будь с ним рядом. — Наверное, в чём-то ты права. Спасибо Сохи, — Минхо затушил сигарету. Девушка мило улыбнулась и собиралась уже что-то сказать, но крик с кухни ошарашил обоих. Они покинули балкон и побежали смотреть что происходит. Чанбин и Чан соревновались в армрестлинге, а Феликс и Сынмин наблюдали за ссорой Джисона и Хёнджина. — Ты хочешь сказать, что это реп? Не смеши меня. — Прежде чем учить меня, то лучше бы на себя посмотрел. Как ты танцуешь? — Я прекрасно танцую! — Если это прекрасно, то мой реп это стихи Богов. Танцуй лучше! — Репуй лучше! — Так замолчали оба! — заметив перепалку, Чан решил успокоить младших. — Вы чего такие шумные то? На улице уже ночь. — Но он... — Хватит! Миритесь! Чан взял мизинцы парней и притянул друг к другу. Да-да, они и стишок-мирилку зачитывали, как в детском саду. Но зато Бан смог их успокоить. — Так, ну вас помирил, пойду посмотрю как дела у хлебушка. Может помогу ему что сделать. Пока Чан был в соседней квартире, все решили посмотреть какой-нибудь фильм. Главные враги уже стали друзьями, и Хёнджин произносил тост в честь Хана. Всё-таки мирилка сработала. Попкорн медленно заканчивался. Мелодрама была интересной хоть и заезженной. Но каждый раз, когда смотришь их, задаёшься вопросом: "Почему парочки так глупо ссорятся? В реальности такого точно не бывает". — На тебе что нет парного кольца?! Минхо поперхнулся кофе от громкости Феликса, который сейчас ужасающе смотрел на Джина. Казалось, что он готов его убить. Хван в свою очередь совсем не напугался и равнодушно посмотрел на свои пальцы. — Похоже я его потерял. — Тебя ничего не смущает? — Прости Феликс. Я завтра же зайду в тот магазин и куплю себе точно такое же. — Мм купишь значит? Просто чудесно. — Ты что злишься? — Конечно же нет, — и это говорил тот самый Феликс, у которого лицо полыхало от ярости, а щёки дались, как шарики. — Ликс-и, а какие ещё варианты есть? — парень начал говорить громче. — Я уже потерял. Остаётся только купить новое. — Хорошо. Круто. Я тебя понял. То есть, если ты потеряешь обручальное кольцо, то ты просто купишь новое, да? — Не сравнивай. — А В ЧЁМ СУКА РАЗНИЦА? Я для тебя ничего не значу, раз ты так легко воспринимаешь потерю парных вещей! И тут началась сцена похлеще, чем в любой мелодраме. Каждый не моргал и быстрее поедал попкорн, наблюдая эту ссору. Хёнджин пытался успокоить Ликса, хотел обнять, но когда приближался, то блондин сразу ускользал или отбивался подушкой. — ПРЕ-КРА-ТИ-ТЕ! Чонин безумно злой зашёл в квартиру и швырнул учебник прямо в парочку. К счастью, они успели уклониться. — Как же вы меня заебали! Мне завтра работу сдавать, а вы мешаете! Одни тут отношения выясняют, а другой рассказывает мне как в его времена было сложно учиться! Заткнитесь, пожалуйста! Чонин громко хлопнул дверью, и все засмеялись. Если уж его довели до матов, это что-то значило. А именно это значило, что пара по домам. Собственно все так и поступили, забрав у Феликса обещанные вкусняшки.

***

— Эй! Давай шагай! Я не хочу тебя тащить. Вот зачем ты так напился? Минхо заносил Хана в квартиру. Младший правда перебрал, поэтому с трудом шёл, практически наваливаясь на друга. Зайдя наконец в квартиру, Ли разулся и разул Джисоны. В комнате он донёс его до кровати, а сам отошёл. — Хан-и, я поеду. Не иди завтра на пары, я тебя прикрою. И давай поспи. Хо уже направился к выходу, как вдруг его резко развернули и повалили на кровать. Джисон впился в губы старшего, жадно забирая у того весь воздух, будто его на планете совсем и не осталось. В этот раз вёл младший, потому что Ли лишь растерянно пытался собраться с мыслями. Схватив парня за воротник рубашки, Хан притянул его к себе, углубляя поцелуй. Он кусал и сминал чужие губы, ловя еле слышные стоны удовольствия. Проникнув языков дальше, он начал изучать весь рот старшего. Проводя им по нёбу и сплетаясь с чужим языком, что наконец-то начал отвечать, он всё также отбирал воздух. И когда его стало слишком мало, им пришлось отстраниться, но сбивчивое дыхание и ниточка слюны, оставляли напоминание о том, что только что произошло. — Я люблю тебя, Ли Минхо, — младший упал без сил на грудь Ли. — Я бы хотел продолжить, но я так устал. Старший пытался собрать свои мысли в кучу. Что сейчас, чёрт возьми, происходит? Про какое продолжение Хан там говорил? — Только не уходи от меня, пожалуйста. Останься сегодня тут, с тобой мне не снятся кошмары. — Хорошо, Хан-и. Хо не понимал про какие кошмары шла речь, но он не собирался уходить. Да и как он уйдёт, если он лежит заключённый в объятия? Прошло несколько минут, и казалось, что Хан спит. Положив того на бок, парень отправился за пледом. Накрыв спящего бельчонка, он и сам устроился напротив него. Нужно попытаться заснуть. — Минхо, — услышав своё имя, парень открыл глаза и увидел перед собой не спящего Джисона. Они смотрели друг на друга. — Да, Хан-и? — Почему ты ничего не сказал? — Про что? — Я сказал, что люблю тебя, а ты ничего не сказал. Я что так плохо целуюсь, поэтому ты ничего не сказал? — Ха-ха-ха, прекрати нести чушь. — Так ты не любишь меня? — Хан-и. ты сейчас пьяный, и я не думаю, что... — То есть ты не любишь меня? — Минхо жалобно вздохнул, когда Хан сказал это. — Я люблю тебя. Младший довольно улыбнулся и прикрыл глаза, буквально через пару минут он уже задремал. А вот Ли сейчас на вряд ли заснёт.

Знаешь, хён, сколько раз это замечала, но алкоголь не берёт власть над человеком. Он лишь развязывает язык, и пьяные люди - самые честные.

Сохи! Зачем она вообще это сказала, теперь столько мыслей в голове. Вдруг Джисон поцеловал его не из-за алкоголя, а потому что правда хотел? Хо положил руку на голову сонного пьяница. Зачем он столько выпил? Завтра ещё и ухаживать за ним. Вдруг Хан повернулся так, что часть руки стала открытой, и парень увидел множество полос. Он аккуратно и нежно взял руку за кисть и поднёс к своим губам. По лицу неспеша стекали слёзы. Весь день он держал эти слёзы, Хан не должен был видеть его слабость. Ему было так больно и страшно. Он не знал как помочь, но очень хотел этого. — Я-я так люблю тебя, Хан-и... — голос немного дрожал, а слова произносились шёпотом. Единственное, в чём Минхо не сомневался это в том, что он окончательно влюбился. Хотя по правде он влюбился в Хана ещё при первой встрече на первом курсе. Он любит Джисона и сделает всё, что только можно. Именно в этот день Ли впервые слишком сильно полюбил кого-то.