21 jours

Все мы чего-то ждём. Кто-то людей, резко исчезнувших, кто-то событий, что согреют душу, а кто-то — неизвестности. Чего-то нового и раннее неиспытанного, чтобы прям звезды в глазах и трепет в области грудной клетки. И ведь не объяснишь себе, что именно ждёшь, а в то время тоска съедает, да так, что аж страшно, честное слово. Но я устал ждать и пошёл напролом. Взглянул сам в бездну, а после ступил на её тёмный путь и увидел свет. Яркий, ослепляющий и такой родной. Я чувствовал, что вот, это моё. Мой лучик, мои фотоны, ведущие меня к лучшему будущему. — Хэй, Чонгук-и. Ты чего задумался? - нежный шёпот вернул меня из пучины самосознания в реальный мир. — Да так, неважно. - сегодня мятный чай, приятный аромат. — Неважно, когда важно, давай делись своими думами великими, вдруг про меня! А я жуть как умираю от любопытства! - Тэхен присел рядом, ставя локти на стол и кладя на сложенные ладони лицо. Такой прекрасный, когда чем-то заинтересован. Особенно, если это "чем-то" — я. — Конечно о тебе, моё светило. О ком же ещё? — Опять ты заладил. Я - Тэхен. Читай по губам Т-Э-Х-Е-Н. А светило твоё вон, - указывая на зашторенное окно, - никак не прекратит мне глаза слепить. Я так привык, что ты с собой приносишь дождь, что забыл, как солнце выглядит. Зато я никогда не забывал, как выглядит мое светило. Шелковые, слегка завивающиеся волосы каштанового цвета, что редкими прядями выгорели до более темного оттенка, безумно красивые шоколадные глаза. 2 родинки: под глазом и на самом кончике носа. Мои любимые. Нежные руки, которыми он обнимает так, будто бы ничего в жизни важнее нет. Черт, да я бы за них, будь солдатом, развязал войну и каждому бросил вызов, лишь бы они были только моими. Изящный стан и приятный аромат его духов. Надо не забыть спросить, чем это таким он пахнет, что сводит меня с ума. — База вызывает Чонгук-и. Приём! - наши лица оказываются в опасной близости друг от друга. - Я же вижу, что ты живой. Ну, вроде дышишь.. - остается сантиметр и буквально капля моей выдержки. Следующий момент, будто бы во сне. Ни о чем не думая, кроме его манящих припухлых губ, поддаюсь немного вперед, утягивая Тэхена в наш первый поцелуй. Целую мягко, не отталкивающе, лишь бы не спугнуть сладость и легкие нотки мятного чая, что ощутил на своих губах. Вижу, что он не против и прикусываю нижнюю губу, оттягивая. А он, как самый настоящий искуситель, издевается над моим бедным контролем, пересаживается на мои колени. Обвивает руками шею и сам углубляет поцелуй, сплетая языки. Становится тяжело дышать, перед глазами пролетают миллиарды комет и звезд, все сигналы вселенной сошлись в точке, называемой "мы". И я отдаюсь. Отдаюсь полностью и без остатка в его нежные руки, отдаюсь его сладким губам и всему, всему, всему, что зовется в этом мире "Тэхен". Это ли зовется счастьем? Когда от легких касаний у тебя бабочки в животе оживают с такой силой, будто готовы разорвать все изнутри, лишь бы вырваться. Хочется кричать, выть подбитым зверем, потому что нет сил держать всё в себе. И выдержка, что годами спала, в один миг сбросила с себя все цепи, наконец-то раскрывая свои яркие глаза в темноте, давая понять всему миру — вот оно. Всё, что ты искал, всё, ради чего шел сквозь тернии к звездам. Обнимаю его крепко за талию. Таких, как Тэхен, нельзя отпускать ни на секунду, иначе заберут. Нужно вцепиться руками, зубами, чем угодно, привязать к себе, лишь бы ни на метр, ни на миллиметр не отходил. Человечество не заслужило его, я тем более, но что же поделать, если я уже по уши влип? Да, точно влип, клянусь под луной, что мое сердце бьется лишь ради вечеров на его кухне, а глаза горят лишь при виде его входной двери со смешным ковриком в виде кошачьей лапки. Поцелуй становится более страстным, звуки, отталкиваясь от стен, ласкают уши, а дыхание уже давно сбито к черту. Отстраняюсь первым и смотрю ему в глаза. Боюсь, что совершили ошибку, но замечаю лишь искры и небольшую влагу в уголках шоколадных глаз. Он улыбается своей квадратной улыбкой и расцеловывает меня всего. Лоб, скулы, нос, линию челюсти, снова в губы и так по кругу, пока я не прижимаю его чуть дрожащее тело к себе и кладу свою голову на его плечо. Слышу, как он посмеивается и шепчет мое имя, будто бы в бреду, будто не осознает происходящее сейчас. И я точно такой же. Руки блуждают по его вздымающейся от тяжелого дыхания спине, опускаются на поясницу, затем поднимаются к лопаткам и останавливаются. Хочется поглотить его всего, без остатка, увековечить этот момент, эти эмоции навечно в памяти, чтобы каждый раз, после разлуки, пальцы покалывали от осознания того, что скоро всё повторится вновь. Переведя дух, подхватываю его под бедра и перемещаюсь на диван в гостиной. Мебель продавилась под тяжестью двух тел, а мы застываем в этом мгновении, никак не насытившись друг другом. Снова поцелуи, влажные, со всей забытой нежностью и чувствами, такие крышесносные, что не описать словами. В комнате повисает тишина, наши взгляды прикованы друг к другу, а руки давно сплетены между собой. Это больше, чем интим, это где-то за гранью сознания. — Тэхен. – шепчу ему на ухо, горячо выдыхая в районе мочки и невесомо целуя. — Да? – чувствую, как он покрывается мурашками. — Согласишься ли ты быть моим? – кажется, мое сердце остановилось. — Надолго ли? — До скончания веков. А в ответ лишь грады звезд из шоколадных глаз и тихое, еле уловимое «да».