Пропавший в змеином логове лис

Гарри точно не помнил, когда это началось. Точка невозврата, для него, или всех тех, кто его окружал. Наверно, первый раз это произошло, на Кубке Огня. Когда Гарри с завистью посмотрел на струящееся платье Гермионы и подумал, что оно намного лучше смотрелось бы на нём, чем этот чёрный смокинг. Или всё же это произошло, когда этим летом, подросток тихо заглянул в комнату Дадли. В этот день старших Дурслей не было дома, а вот Дадли, что удивительно, остался. Он всегда, на каникулах, старался вдоволь покуражиться с ребятами из его уличной шайки. Гарри часто видел, как они зажимают мелких мальчишек в подворотне, в тайне радуясь, что он не на их месте. Или, порой, как они курили в своем излюбленном месте, в парковой беседке. А сегодня, он сидел у себя в комнате. И подросток бы даже не обратил на это внимание, если бы не странные звуки, которое доносились за стенкой. Гарри стало очень любопытно и, стараясь не издавать лишних звуков, подкрался к соседней комнате. Он осторожно приоткрыл дверь, чтобы заглянуть в образовавшуюся щёлочку, и пропал. На весь экран маленького телевизора, который был в комнате Дадли, было порно. На экране, в приятном полумраке, мужчина входил в сладко стонущую женщину. Они лежали на шелковых покрывалах, которые девушка сжимала пальцами, а на её лице отражалось удовольствие. Партнёр осторожно и нежно обнимал актрису, даря поцелуи в красивую шею. Руки мужчины блуждали по телу, задевая соски полной груди, от чего партнёрша все сильнее прижималась к нему и страстно выгибалась навстречу толчкам. Гарри завороженно смотрел на экран, совершенно не замечая кузена, который мелко трясся на кровати и не сводил глаз с телевизора. Именно тогда подросток подумал, что хотел бы быть на месте этой женщины. Хотел почувствовать: как и его, так же пылко обнимают, так любовно целуют в висок, так нежно гладят, и дарят удовольствие. Чтобы и он чувствовал себя нужным. Хоть кому-то, не как Мальчик-который-выжил, а как Гарри. Просто Гарри. Подросток не сразу почувствовал, как потяжелело в штанах от этих мыслей. Только когда, его резко накрыло удовольствие, и ноги подкосились от резкой слабости, он осознал, что кончил, даже не притронувшись к себе. Или это произошло немного раньше. Когда он увидел их. Тех, что навсегда покорили сердце. Без чего невозможно представить своё нынешнее существование. Гарри как сейчас помнил. Как они с Роном стояли на движущейся лестнице. Вечером направлялись в гостиную после ужина. А впереди, чуть повыше, стояла стайка смеющихся Пуффендуек. Вдруг Рон толкнул друга в плечо и, похабно улыбнувшись, глазами показал направление, на самую прекрасную картину, что поразила парня. Чулки. Чулки, которые кокетливо выглядывали из чуть короткой юбки Пуффендуйки напротив. Кружевные, с подвязками, плотно прилегающие к стройным девичьим ножкам. Они были черные, из плотного материала, как и многие колготки, которые носили все девочки Хогвартса. А вот ученицу в столь провокационной части гардероба Гарри увидел впервые. И это произвело неизгладимое впечатление. Весь вечер Рон, с похабной улыбочкой, которая не сползала с его лица, рассказывал сальные шуточки про девушку в чулочках. Его грязные фантазии вызывали только отвращение, но Гарри слушал друга, чтобы не вызывать подозрения. Подросток чувствовал себя грязным. Он не мог представить, как будет любоваться раздвинутыми ножками перед собой, как будет снимать чулочки с девушки. Гарри представлял чулки только на себе. Подросток даже пошел в ванную старост, пароль которой ему сообщил Диггори во время турнира. Именно там находилось большое зеркало во весь рост. Кто его повесил, был тот ещё вопрос. Гарри помнил, как отшатнулся от зеркала, когда впервые зашёл в ванную старост. А сейчас был очень благодарен, тому благодетелю за такой умный ход. Гарри стоял посреди ванной комнаты, совершенно обнаженный и заворожённо рассматривал себя в зеркале. Подросток всегда завидовал многим парням Хогвартса. Уже сейчас, они были на голову выше Гарри ростом и раздались в плечах. За одно лето они настолько возмужали. Только Невилл Лонгботтом был все такой же округлый и неуклюжий, но и он смотрелся на фоне Гарри, более мужественно и крупнее. Не помогало и занятие квиддичем. Вуд остервенело тренировал всю команду, до седьмого пота. И ребята не только на метле летали по полю, но и на штанге 20 раз подтягиваться умели. Но сейчас Гарри взглянул на себя по-другому - стройная юношеская фигура с округлыми бедрами, нежная кожа, чуть тронутая загаром, узкая талия. Особенно парню нравились длинные ноги, на которых так замечательно смотрелись чулки. Гарри не отводил взгляд от зеркала и представлял, как чулки обтягивают подтянутые бедра. Как черный цвет контрастирует с загорелой кожей. Как кружево подчёркивает элегантность и стройность юношеских ножек. Гарри провел рукой по телу, едва касаясь розовых сосков, которые затвердели от возбуждения. Пальцы скользнули ниже. Прошлись по животу и спустились к ногам. Подросток провел по бедру, очерчивая подтяжки. Он представлял, как резинка натягивается при движении, как он пальцами оттягивает ленту, а кожа чуть краснеет на месте соприкосновения. Второй рукой юноша огладил головку эрегированного члена. Размазал выступившую смазку по чувствительному кончику, которая уже достаточно выделилась и стекала на пол. Гарри сделал пару движений по стволу. Коротко простонав Гарри, закрыл глаза. Пальцем надавил на уретру, посылая разряд удовольствия по всему хрупкому телу. Возбужденный мозг тут же нарисовал картину, как к нему осторожно прижимается твердое мужское тело. Сильные руки оглаживают бедра, теребя резинку подтяжек. Оттягивают ленту пальцами, и она с тихим щелчком возвращается обратно и оставляет краснеющий след на коже. Крепкие ладони мужчины залезают пальцами под кружево чулочка, нежно оглаживая стройные ножки. Удовольствие резко захлестнуло подростка. Яркий разряд экстаза, словно волна, прошелся по телу неискушенного юноши. Гарри никогда не испытывал столь сильный разряд удовольствия. Ноги не удержали его на месте и, ослабнув, подросток упал на пол. Гарри долго не мог прийти в себя после пережитого. Было так стыдно. Стыдно посмотреть на себя в зеркале. Он чувствовал себя таким грязным и ничтожным, что впору провалиться сквозь землю. Сейчас Гарри знал, что все это были предпосылки тех изменений, что навсегда перевернули его жизнь.