Глава седьмая. Выбор или иллюзия?
22 июня 2024 г., 14:19
Путь на поверхность немного подзатянулся.
В пологом лазе, что выходил из гробницы куда-то в Долину, не было развилок или поворотов. Однако передо мной всё равно встал выбор.
Не пробежав и трети коридора, я резко остановился. От одной из стен потянуло едва уловимым присутствием живых существ. Время поджимало, но сдержать любопытство мне оказалось не под силу. Прикоснувшись к граниту рукой, я прислушался. Верно, за полуметровой преградой кто-то был.
А ещё нечто появилось во мне. Странное ощущение, доселе таившееся в груди, очень знакомое, но в то же время новое. Как тогда, на каменном мосту перед усыпальницей Рагноса, но слабее. Призрачное эхо, сопровождающее каждый удар сердца. Не остановись я на несколько секунд, не прислушайся к себе — точно бы упустил. Оно не походило на Видение Силы, слишком эфемерное, идущее из меня самого, а не возникающее в голове. Не образ и не чувство, а подспудное знание: пройди я дальше по лазу — получу то, чего всеми силами хотел избежать. Несвободу. Предопределённость.
Словно там, в Долине, мой путь окончательно и бесповоротно встанет в канву, из которой уже не выберется. Обращать на это внимание было глупо, пожалуй. Будущее всегда нелинейно. И не счесть случаев, когда подобная уверенность оказывалась лишь обманкой, смущающей разумы одарённых. И нередко приводила их к гибели. Тем более, что за стеной меня точно поджидала опасность, или даже смерть, если я позволю её хладным ручкам сомкнуться на своей шее. Предчувствие об этом сообщало весьма уверенно. Признаки сходились.
У меня всё есть. Я молод, полон сил, надежд и чаяний. В моих руках скипетр. Ничья власть больше не довлеет надо мной. Мои оковы сброшены. Так ведь?
Нужно лишь продолжать идти вперёд.
И я прошёл мимо.
А сделав полдесятка шагов, развернулся и направил на преграду скипетр. Луч разнёс стену в дребезги. Я закрыл лицо сгибом локтя и затаил дыхание. Поток пыли и мелкого крошева ударил по телу и бессильно опал, обломки покрупнее с грохотом покатились вниз по коридору.
Пошло оно всё в задницу.
Я не для того сжёг все мосты, чтобы вновь послушно мчать по монорельсу чужой воли. Не для того отринул джедайское учение о Живой Силе, чтобы продолжать действовать по её указке. Именно она стучала в моих висках ощущением опасности на «неправильной» развилке.
Нужно доверять себе. Не разуму — его легко смутить, и не шёпоту Силы — у неё могла всё же быть своя воля. У той её части, о которой так много разглагольствовал Скайуокер.
Я оторвал полосу от табарда и привязал к скипетру, соорудив подобие лямки. Закинул артефакт за спину. Осторожно пробрался через небольшое загромождение обломков и заглянул в широкую щель, из которой пробивалось красноватое свечение.
На приветственный визг стаи шираков ответил шипением плазмы меча и нырнул в проём.
***
Наружу удалось выбраться лишь к вечеру. Здешнее солнце, Хорусет, успело наполовину скрыться за горизонтом. На безоблачное небо выбрались три из семи спутников планеты, все как один красновато-бурого оттенка. Моё знакомство с фауной Коррибана пришлось весьма кстати. Раздражение от неудачной концовки боя с Катарном испарилось бесследно ценой уничтожения пары логовищ шираков. Единственным недостатком такого развлечения стала окончательно испорченная роба: потемневший ихор тварей запятнал как табард, так и рубашку. Вонь обитаемых подземелий осталась позади. Я вышел на середину засыпанного песком распадка, с наслаждением вдохнул чистый сухой воздух, и внимательно огляделся. С двух сторон нависали ступенчатые стены глубокого ущелья. Слоистый песчаник покрытый бороздами, трещинами и отнорками. Старый, пересохший много тысячелетий назад каньон. Впереди, на западе, если судить по Хорусету, начиналась бескрайняя каменистая пустошь. Позади — огромное плато, разрезанное ущельем. Светило стремилось скрыться за горизонтом, красный шарик его искажённый дрожащей дымкой, краешком заходил за горизонт. Удивительно, что при своих размерах звезда умудрялась так сильно прогревать поверхность Коррибана. Хотя нет, не удивительно. В галактике каких только странностей не встретишь. Я прислушался в Силе к окружающей среде и, не ощутив и намёка на присутствие жизни, чуть расслабился. Повесил меч обратно в петлю на поясе и достал комлинк. — Коготь Ворона, приём. Мне не было нужды вызывать саму Алору, надеясь на отсутствие помех. Личные комлинки, особенно старые, имеют очень маленький радиус связи. Вместо этого запрос отправился прямиком на корабль Кайла. К счастью, уже бывший. — Ну наконец-то ты вышел на связь! — прохрипел голосом Алоры комлинк. Пора менять старичка. — Я скоро от скуки с ума сойду! — Ты справилась, — ровно произнёс я. — Молодец. — Как будто могли быть сомнения… Я уже половину стандартного часа вишу на орбите и слушаю, как джедаи обсуждают захват Долины и будущее сражение в космосе. Тебя упоминали несколько… — Да плевать на них, — прервал я поток слов. — Вылетай за мной. Передаю координаты. — Приняла… Ты далеко. Я могу задержаться. Тут джедайская мелочь прибывает в систему. Придётся облететь место… Не слушая трёп твилеки, я посмотрел наверх. Высокие стены ущелья надёжно закрывали обзор, но сам Разрушитель был прекрасно виден. Алора, судя по всему, не врала, что-то там действительно начиналось. ИЗР медленно поворачивался маршевыми двигателями к Коррибану. — Жду. Отбой. — Кстати… — протянула твилека. Мой палец завис в миллиметре от кнопки отключения. — Скипетр Рагноса у тебя? — Вот и выяснишь. То, что она прилетит, сомнений не вызывало. Только вряд ли за мной. Куда больше твилеку интересовал артефакт. Меня же интересовал вопрос: что случится после её прилёта? Рискнёт ли Алора? Посмотрим. На данном этапе от меня ничего не зависело. Присев на ближайший камень, поближе к середине распадка, я снял табард и принялся оттирать рубашку от различных мерзостей, что оставили после себя шираки. Вся одежда и так отправится в сжигатель, но ощущать влажную липкость ихора было неприятно. Моргнул и погас последний луч Хорусета. Вечерняя заря окрасила камень в цвет засохшей крови. Тени стали глубже и гораздо опаснее. Ночь — время хищников. А сейчас вершину пищевой цепочки на Коррибане занимали вовсе не разумные. Навряд ли фауна этой планеты ограничивалась одними шираками. У этих существ бешеная плодовитость, но числом они не впечатляли. Слишком мало. Нечто не позволяло тварям плодиться и размножаться без меры, но оно же и обеспечивало их существование. Другие представители фауны. Кто-то шёл на корм летающим уродцам, кто-то их сам употреблял в пищу. Так это работает. Даже здесь. Особенно здесь. Суть Коррибана — борьба за выживание. Продолжая сидеть на месте и методично оттирать остатки ихора импровизированной тряпкой, бдительности я не ослаблял. Предчувствие молчало, как и Чувство Силы. Однако это не значило, что опасности нет. Скорее наоборот. Тем более, что я нагло уселся прямо посреди чьих-то охотничьих угодий. Кто-то убивал здесь шираков и до меня. На выходе из пещер валялись оборванные крылья, кое-где виднелись пятна засохшей крови, а в песке местами белели вытянутые черепа. Впереди, с левой стены вдруг сорвался мелкий камешек, собирая по пути песчаное подобие лавины. Я проводил осыпь взглядом, но особого внимания не обратил. Навряд ли мне стоит опасаться нападения в лоб. Так действуют только крупные и неповоротливые хищники. Врэйды, там, или ранкоры. Или терентатеки. Но вход в подземелья шираков небольшой, здоровякам в него не пролезть. Здесь обитал кто-то ловкий, быстрый и предельно опасный. Но не слишком крупный. А такие размеры обычно компенсируются незаметностью и любовью к нападениям со спины. Именно такого противника я и ожидал. Или противников. Меня могли посетить тук’ата, например. Целая стая гончих ситхов. Или хссисс — ядовитая ящерица-невидимка. Или Сила знает кто ещё. Для атаки с тыла врагу всё равно пришлось бы спрыгнуть на песок и преодолеть приличное расстояние до середины ущелья. Так что я был почти спокоен. Но минуты шли, а нападения всё не было. В конце концов мне чертовски надоело сидеть и просто ждать. День и так выдался предельно насыщенным, а постоянное напряжение здорово утомляло. Отбросив грязную тряпку, я схватил меч и поднялся с камня. Огляделся. Вновь прислушался к Чувству. Ничего. Пусто и безжизненно. Кажется сам себя обманул. Вздохнув разочарованно, я вновь попытался обнаружить предполагаемого противника, концентрируя своё Чувство, переводя его на следующий уровень. Зрение Силы — опасная техника. После него всегда болели глаза, а частое использование, поговаривали, могло и вовсе лишить одарённого обычного зрения. Цвета медленно угасали. Я моргнул, стряхивая лёгкое раздражение в уголках глаз, но способность не прервал. Окружающую тьму раскрасило во все оттенки серого - присутствия жизни не обнаруживалось. Ни единого всполоха или отблеска цвета. Проклятье. Не знаю, что именно заставило меня задержаться на одном из холмиков, подчёркнутых тёмным пурпуром ночного неба. Он ничем не отличался от своих соседей в любом режиме зрения. Такой же неподвижный, округлый, бугристый. Ну да. Его не было там до захода Хорусета. Чувство разочарования испарилось бесследно. Подхватив телекинезом череп ширака, я отправил его в сторону противника. И холм исчез. Но лишь на пару мгновений. Осознав, что её обнаружили, тварь попросту решила выпрыгнуть на песок. С более полусотни метров высоты. Уже одно это напрочь отметало все мои домыслы — большинство живых существ расплющило бы при таком падении. А остальные используют Силу. Едва мой снаряд раскололся о камень, как из-за края стены мелькнула тень, уходя в сверхдальний прыжок. Прямо на меня. В точности противник мне как минимум не уступал. По ушам больно ударил оглушающий рёв. И словно этого было мало, следом пришла волна концентрированной злобы. Животной, лишённой и проблеска разума. Однако наполненной Тёмной стороной. Не простая эмоция — настоящая атака. Некое подобие Ментального Разряда, которым частенько подкрепляли Дун Моч. Конечно, враг не пытался посеять во мне сомнения, напитать страхи и чувство вины. Он просто ненавидел меня всеми фибрами своей души и использовал эмоцию как оружие. Достаточно эффективное. С тёмной техникой я справился без особых проблем. Благо был опыт. А вот на примитивных существ, вроде шираков, она должна была действовать безотказно. Наконец-то проснулось предчувствие опасности. В затылке закололо так яростно, словно там поселился рой насекомых. Неприятное ощущение. Теперь стало ясно, как именно эта тварь охотилась. Парализация Разрядом и немедленное нападение. Атакующий ментально ночной хищник, быстрый и ловкий, умеющий скрывать от чувств одарённых не только своё присутствие, но и даже свечение жизненной силы. В архивах Нового Ордена я встречал упоминания о подобных особенностях, но обычно принадлежали они разным видам. А тут прямо полная Рука эксклюзивных карт. Впрочем, безоглядно полагаться на джедайские источники не стоило — там лишь записи моих современников, да жалкие осколки былого знания. Крупная тень на фоне тёмно-лилового неба была прекрасно заметна. Широкая, почти округлая. Она стремительно росла в размерах. Линии тонких конечностей я бы и вовсе не увидел, не подсвечивай их моя техника. Теперь Зрение исправно показывало жизненную силу нападающего. Алое свечение обрисовывало силуэт, но личность ночного гостя всё ещё оставалась для меня загадкой. Я отпрыгнул в сторону не раньше, чем враг окончательно поверил в успех своей атаки. Он вытянул все четыре лапы в мою сторону, словно копья, явно желая тушку глупого человека. И рухнул ровно на то место, где я только что стоял. Из опадающей тучи песка раздался разочарованный клёкот. Ноги, по-паучьи длинные и тонкие, быстро переступили, поворачивая туловище в мою сторону. Выпученные окуляры глаз сфокусировались на желанной добыче. Атаковать с ходу после провала он не рискнул. Возможно, решимость твари поколебал алый свет активированного меча или слабые разряды молний, покрывшие мою левую руку подобием перчатки. Грёбаный массасси. Даже в таком извращённом состоянии его сложно было не узнать. Оскаленная зубастая пасть, неестественно широкая, с поднятым губным наростом. Длинные, поджатые в ярости уши, здорово походящие на лопасти. Мощная покатая шея. Обветренная красно-бурая кожа. И уморительно крупная морда на фоне истощённого тела. Однако на этом все сходства с исходным видом заканчивались. Мутант выглядел так, словно над ним всласть поиздевался какой-то безумный вивисектор. Казалось, иссохшие конечности и тощий приплюснутый торс этого существа отдали все соки разбухшим костяным наростам. Лицевые свисали длинными сталактитами, царапая песок, а те, что выходили из затылка переплетались в мощный спинной панцирь. Шираки, пожалуй, настоящие красавцы, на фоне этого мутанта. Пауза оказалась недолгой. Шарниры вывернутых наизнанку плечевых суставов дёрнулись. И в следующий миг массасси бросился на меня.***
— Прибуду через десять минут, Корр, — прорезался вдруг комлинк голосом Алоры. — Сражение началось. Джедаи связали «Карающий» боем. Облепили, словно стая мошкары. Дожидаются подкрепления… Я едва не вздрогнул. Слишком увлёкся, разглядывая пасть дохлого мутанта. В бою он её распахивал так широко, что, кажется, мог бы проглотить меня целиком и без предварительного пережёвывания. Впрочем, проглотить у массасси получилось только клинок светового меча. Да и лапы оказались весьма занимательны, каждая оканчивалась кривым и толстым когтем. Грозное оружие. — …А вот и оно… Пуду! С тремя республиканскими «Свободами» крепыш не справится, — протянула твилека. Я вздохнул, поправил сползший артефакт, отпустил морду мутанта и достал коммуникатор. — Тебе-то до Двойки какое дело? Хочешь вернуться в Осколок? — Нет, конечно. А вот захват корабля — идея неплохая. Могла бы быть. Как думаешь? — Думаю, что есть идея получше. Как насчёт провести оставшиеся минуты до нашей встречи молча и занимаясь своими делами? Ты в кресле пилота, я на тушке той твари, что пыталась меня убить? — …Ты в порядке? — заботливо поинтересовалась Алора после небольшой паузы. — В полнейшем. — Отлично, — почти радостно отозвалась девушка. — Так что насчёт… — Отбой. Прервав связь, я замер на несколько мгновений, задумчиво разглядывая комлинк. Алора произнесла нечто интересное. И чертовски смешное. Одна мысль, что мы вдвоём могли бы захватить целый, поимей его хатт, Звёздный Разрушитель, меня здорово позабавила. Хохотнув, я спрятал наконец многострадальный цилиндр коммуникатора и вновь склонился к туше. В ксенобиологии я не великий специалист. Мутировавший массасси привлекал моё внимание не только и не столько своим внешним видом. В полевых условиях не представлялось возможным узнать причины такого мутагенеза. Можно было предполагать, строить теории, но никак не узнать наверняка, а пустые размышления — вещь излишняя. Сейчас точно. Нет, заинтриговало меня другое. Даже после того, как луч скипетра впечатал его в стену, а мои Молнии как следует поджарили пасть, мутант всё ещё пребывал в сознании. И более того — он просто отряхнулся, едва напор энергий стих, и сразу бросился в бой. Утихомирить тварь сумел лишь мой новый клинок, но и он пробил нёбо с огромным трудом. Потрясающе живучее существо. Массасси словно смеялся над смертью. Когда алый клинок проклюнулся из его затылка, он продолжал реветь и биться в призрачных путах телекинеза, усиленных скипетром. Свечение его жизни погасло не раньше, чем мозг изжарился в уголь. Оба сердца мутанта затихли, однако даже сейчас я ощущал кипящую в нём энергию Силы. В каждой его конечности. В каждом из когтей. Весьма… занимательно. Насколько же благодатен Коррибан для адептов Тёмной стороны! Целая Бездна возможностей! Эта мёртвая планета способна или прожевать и переварить наглеца, что дерзнул покуситься на величие прошлого. Либо же стать ему материнским лоном, из которого тот выйдет на свет иным существом. Могущественным и непобедимым. Так может… мне остаться здесь? Сокровища былых времён. Тайные знания, сокрытые в голокронах прежних владык. Да и сами древние Лорды, чьи призраки блуждают по пыльным равнинам и тёмным склепам Коррибана с давних времён. Всё наследие ситхов может стать моим. Плевать на опасность. Я точно выживу. Кто устоит перед владельцем скипетра Рагноса? Нет, больше не его. Он мой! Артефакт чувствовал настоящего хозяина и делился дремлющей мощь беспрекословно. Проклятье, даже просто ощущать в своих руках прохладную гладкую рукоять было невероятно сладко! Я непобедим. Однако… В руках?.. Застыв на месте, я недоумённо воззрился на артефакт. Почему я держу его перед собой? Повесил же за спину, едва издох массасси. Для осмотра трупа нужны были обе руки, да и после, когда отвечал на болтовню Алоры, скипетр оставался на месте. Ах да. Всё произошло как и тогда, в конце боя с Катарном. Пуду, я едва помню что произошло. Всё как в тумане. Кажется, я оставил его в живых. Поди пойми почему и чьим это было решением: моим или артефакта? Или же вообще ничьим, просто вмешался случай? Опасения не были безосновательны — скипетр и впрямь как-то воздействовал на сознание своего владельца. Невнятные подозрения, что посетили меня, едва Тавион раскрыла свой рот, уже после её смерти обрели силу. А то, что произошло дальше, лишь укрепило мою уверенность. Артефакт опасен. Но могуч. Вот только ничего эта уверенность не дала. Разум вновь изменил мне. Я поднял его на уровень глаз, пару мгновений поразглядывал свои побелевшие пальцы, крепко вцепившиеся в металлическое древко, и заставил их разжаться. По одному, медленно и неохотно, но они подчинились. Скипетр закачался балансиром на моей ладони, словно выбирая сторону, и медленно накренился. Упасть я ему не дал. Шагнув с распростёртой туши мутанта на песок, рядом с одной из его лап, хорошенько размахнулся и метнул скипетр на манер копья, прямиком в тот камень, на котором мне довелось сидеть. Вскипевший внутри гнев помог сбросить жалкие остатки наваждения. И, как оно обычно бывало раньше, в бытность мою джедаем, на пальцах заплясали слабые электрические разряды. Сухо звякнув, двузубое навершие вошло в песчаник, как вилка в кусок пудинга. Да так и осталась там, даже не покосившись. Я покорю тебя, засранец. Но позже. Кстати, в таком положении оголовье артефакта здорово напоминало рукоять меча… И почему я раньше не замечал? Впрочем, причины были, я всё же… Опасность! Предчувствие оказалось едва ли не сильнее, чем в прошлый раз. Откуда происходит угроза я не знал, лишь ощущал само её наличие и очень близко. Подо мной! Высокий вертикальный прыжок удался на славу. Зависнув на мгновение в самой верхней точке своего полёта, я наконец глянул вниз. Чёртов массасси. Его труп, что прежде валялся, раскинув конечности в разные стороны, теперь скукожило, словно дохлого паука-таракана. Длинные лапы поджались к брюху, а морду перекосило гримасой ярости. Посмертной. Проклятая тварь. Хорошо, что успел выдернуть себя из столь неприятных объятий. Мягко приземлившись на песок, я осторожно отошёл подальше от мутанта и погрузился в Ощущение Силы. Впрочем, перемена чувствовалась и так. В массасси больше не было ни грана энергий. Ни жизненной, ни Тёмной стороны. Логический финал его мерзкого существования. Сюрпризы, пуду, у всех есть эти сраные сюрпризы! С пояса вдруг проклюнулся хриплый голосок Алоры. — Встречай гостей! — Добро, мать твою, пожаловать! — раздражённо прошипел я, и не думая доставать комлинк. — Ты удивишься, Корр. На борту тебя поджидает один маленький сюрп… Зарычав, я смял телекинезом цилиндр коммуникатора и выдрал кусок металлолома прямо с карманом.
