Воздух, пропитанный кровью

      По дороге в кабинет шефа в голове Элис начали всплывать воспоминания. Когда-то давно, лет 11 назад, она так же шла в кабинет директора, школьники перешёптывались, испуганно глядя на неё. В тот раз отмазаться получилось с большим трудом, репутация девушки была восстановлена, хоть и оставалась неважной. Несмотря на то, что девушке получилось доказать, что обвинения были ложными, дома её всё равно ждал грандиозный скандал. Именно из-за этой ситуации Элис рассорилась с тогда ещё подругой, которая и разнесла сплетни по всей школе. Сорвавшись, Элис долго выясняла отношения с девушкой, не стесняясь в выражениях, переходя на крик. Несмотря на то, что подруга пыталась оправдаться, Элис была взбешена, настолько, что чуть было не влепила ей пощёчину, но вовремя осознав, что она делала, девушка лишь ударила кулаком стену, разбивая ещё не зажившие с прошлого раза костяшки в кровь.       Остановившись, не доходя до кабинета, один из сопровождающих остался стоять рядом с девушкой, готовый остановить её в случае, если она надумает бежать или как-то сопротивляться, а другой с опаской подошёл к двери, тихо постучав. Из-за тяжелой двери послышался громкий строгий голос, казалось, стучавший офицер вздрогнул, услышав его. Офицер зашёл в кабинет, оставив Элис, стоять с тем темнокожим парнем, с которым она уже успела поругаться. Длительное ожидание, длившееся всего минуту, подошло к концу, дверь кабинета приоткрылась, из-за неё выглянул всё тот же офицер, сопровождавший Элис. — Заходите.       Почему-то в коридоре рядом с кабинетом шефа всегда царила гробовая тишина, даже несмотря на то, что во всем полицейском участке зачастую было настолько людно и шумно, что иногда невозможно было услышать свои же мысли. Высокий темнокожий парень подтолкнул Элис, как бы говоря ей, что лучше не сопротивляться и просто следовать приказам. Та, одарив его грозным взглядом, уверенно двинулась к кабинету, громко стуча каблуками по мраморному полу.       В кабинете шефа пахло старыми книгами и пылью, казалось, в кабинете не убирали уже очень давно. На столе стояла большая кружка с давно остывшим недопитым кофе, под кружкой было несколько кругов, кофе походу уже впитался в поверхность стола. Шеф полиции — Дариус Закклай, читал газету, покуривая какие-то сигареты, которые не продавались в обычных магазинах и проставлялись ему через каких-то друзей по знакомству, чаще всего эти сигареты ему привозили домой в плотных не просвечивающих пакетах, на самом деле это были обычные сигареты, но то, сколько таинственности было вокруг вроде бы обычных сигарет, немного смущало и наталкивало на определённые мысли. — Шеф. Вызывали?       Мужчина оторвался от чтения газеты и поднял глаза на девушку. По взгляду было видно, что шеф явно чем-то недоволен, скорее даже зол. — Элис Басс… наш лучший следователь. Один из. Лучший выпускник академии. Сертификаты, дипломы, рекомендательные письма. Вы хороший сотрудник, тот, кого не стыдно посоветовать, о ком не страшно рассказывать, боясь предательства. Следователь, о котором можно даже напечатать в газете…       Слушая слова шефа, девушка думала лишь об одном. Что за убийство, и как она вообще может быть к нему причастна? И к чему весь этот цирк? К чему эти хвалебные песни с подтекстом «я в тебе разочарован»?       Шеф наконец замолчал. Походу фантазия иссякла. Кинув газету куда-то в сторону, Закклай рукой указал на стул, стоявший напротив его стола. Выбора у девушки не было, она послушно проследовала к стулу, садясь на него, закидывая ногу на ногу. — Шеф, мне сказали… я причастна к убийству, — произносить эти слова вслух было ещё более странно чем думать об этом. Как ее могли обвинить в убийстве? Которое ко всему прочему ещё и произошло сегодня, в день, когда она с утра была в участке? Почему девушка решила, что убийство произошло сегодня? Дело в том, что убийств не было уже очень давно, кроме Кайла Паркера, убитого пару дней назад. О каждом убитом человеке в городе, о ком, конечно же, сообщили в полицию, она знала, как человек, специализирующийся на подобном. Но никаких сообщений не поступало, следовательно, произошло всё максимум час или два назад, что тоже маловероятно. — Да, — Закклай внезапно похолодел и стал ещё более недовольным чем был минуту назад. — Но как? — А это уже Вы мне объясните, — шеф сделал акцент на слове «вы». — Я могу хотя бы узнать, кого убили? — А сами вы не в курсе? — Шеф, при всём уважении, я даже не понимаю, о чем вы все тут говорите! Я занималась своей работой, ко мне ворвались эти двое, — девушка кивком указала в сторону своих конвоиров, — и потащили меня сюда, запрещая говорить со своими подчинёнными, задавать вопросы и пытаться хоть как-то разобраться в ситуации! Закклай взглянул на офицеров, стоящих у двери, не шевелись. — Вынужденные меры. Меня очень разозлило данное происшествие. Очень. — Я понимаю, но я могу хоть узнать, в чьём убийстве меня пытаются обвинить? — Девушка. Примерно вашего возраста, среднего роста, смуглая, полновата, — Закклай начал зачитывать описание девушки, у него уже был отчёт, — глаза карие, волосы до плеч, каштановые. Всё это напомнило Элис о той самой бывшей подруге, что писала ей сегодня утром. Несмотря на то, что Элис когда-то буквально возненавидела её, новость о смерти старой подруги повергла её в шок. На лице отразилось непонимание и… грусть? Казалось, она даже вот-вот прослезится. Шеф продолжал читать описание. — На плече татуировка, белые и розовые маленькие цветы на ветке. Вам прочитать другие детали? Например, где ее нашли? Или как она выглядит сейчас? Или вы ещё помните? — Послушайте… — Элис не договорила, её перебил шеф, выходивший из себя всё больше с каждой секундой. — Вам ведь уже известно, кто это! — Да, известно. — Так назовите мне имя! — Это не признание моей вины. Шелли Перез. Ей 27, она на год меня младше и на ее плече набита цветущая сакура, она хотела именно эту татуировку ещё лет с 14. — Какие познания, узнали это всё, убивая девушку? — Да уж… Шеф, вот скажите мне, по чьей наводке вы «вышли» на меня? — Элис прекрасно знала, как работает система. — Неравнодушные граждане. — Вы хотели сказать, Подставные неравнодушные граждане? — Вас видели на месте преступления. Мне в точности вас описали! Вплоть до цвета вашей рубашки! — Послушайте, просто вдумайтесь, стала бы я так себя вести, если бы на самом деле была причастна? Вы сами проводили сотни допросов, видели множество убийц, насильников, воров и прочих людей, сковывающих свою вину. Вспомните, как они себя вели, и сравните с тем, что вы видите сейчас. Разве похожа Я на убийцу? — Их поведение всегда было разным. — Так вы мне не верите? — Нет. У нас есть достаточно улик, чтобы подозревать именно вас. — Да ладно? И что же это? Слова каких-то прохожих? Причём подставных. — Не только. Нам предоставили… — в этот раз Элис перебила шефа. — Сообщения, которые она отправляла мне. Просьба встретиться, адрес. Ее там нашли? — Да, какая проницательность для невинного человека. — Я просто хороший следователь и вы это знаете. — Вы ведь должны были отсутствовать как раз во время смерти. Предполагаемое время смерти. — С чего это вы взяли? — Вы должны были съездить в архив, находящийся как раз в той части города, где убили девушку. Больше скажу. Архив находится буквально через улицу от места преступления. — Архив, в который я не поехала, так как выполняла новое поручение вашего заместителя — Офицера Шадиса. — Вы же понимаете, что это легко проверить? — Проверяйте. Мне скрывать нечего. Шеф взял телефон, быстро нашёл в контактах своего заместителя, позвонил ему, требуя немедленно явиться к нему, бросив все свои дела. — Сейчас проверим. — Обвинения безосновательны. У меня железобетонное алиби. Я была в участке Весь чёртов день! — У вас есть мотив. Сильная ссора. Девушка создавала вам проблемы. — 11 лет назад? По-вашему я 11 грёбаных лет вынашивала этот «план»?! — Знаете, как все было? — Как? Мне уже даже интересно. — Вы таки встретились, после непродолжительной беседы начали выяснять отношения и вы, Элис — человек, носящий при себе табельное оружие, решили убить её, думая, что раз уж вы коп, вы сможете найти лазейку и выйти сухой из воды. — Интересно конечно. Но вы не учли одного. — И что же это? — Половина участка видела меня сегодня весь день. Назовите примерное время смерти и я назову вам как минимум двоих человек, которые видели меня в участке в этот момент. — Ориентировочно полтретьего. — Полтретьего… В полтретьего меня видели: Рико, которой я передавала дело №845, Ханджи, с которой мы работаем в одном кабинете, Моблит, являющийся помощником, и, самое интересное, ваш зам, который, почему-то не торопится, — девушка взглянула на часы.       Закклай, изрядно растерявший свою уверенность, ещё раз позвонил своему заместителю, напоминая ему, что лучше не заставлять своего шефа ждать.       Внезапно раздался оглушительный стук. Кто-то барабанил по двери со всей силой. «Ханджи…» пронеслось в голове Элис. — Ну что ещё? Входите! — крикнул недовольный шеф. Дверь с грохотом распахнулась, на пороге показались Ханджи и Моблит, стоявший чуть поодаль. — Шеф, прошу прощения, что перервали вас. — Ничего, заходите уже. Вы как раз свидетели. — Свидетели? — Вашу коллегу обвиняют в убийстве, она же утверждает, что вы видели её в момент убийства здесь. Это было в полтретьего. Вы можете подтвердить, что она действительно была здесь в это время? — Да, — почти одновременно ответили Ханджи и Моблит спустя пару секунд раздумий. — Ясно, конечно, вы будете пытаться защитить свою подругу. — Тогда проверьте камеры, спросите Шадиса, — судя по виду, Ханджи была очень разозлена сложившейся ситуацией. Элис, до этого просто молча слушавшая диалог, решила подытожить сказанное до этого. — Шеф, обвинения глупы и безосновательны, вы решили поверить в это, даже не желая разобраться. — Почему же? Я вызвал вас, чтобы узнать у вас, причастны ли вы к убийству. — А похоже на допрос с пристрастием, будто вы меня непосредственно за… расчленением застали! — шеф взглянул на девушку, она не смогла прочитать взгляд, понять, что именно он значит. — Откуда вы знаете про расчленение? Сердце Элис пропустило удар. — Постойте… её на самом деле расчленили или это ваши уловки? — Закклай просто продолжал молча смотреть на девушку. Она чувствовала, как только что подставила себя, сама того не подозревая. Сама себе могилу роешь.       Всё же вспомнив старые как мир полицейские уловки, девушка успокоилась. Она поняла, жертву никто не расчленял. — Его не было. — Чего? — хладнокровие Элис смутило даже самого шефа полиции Дариуса Закклая. — Никто её не трогал, а мои слова о расчленении были типа метафорой, первым, что к слову пришлось, когда я говорила, что меня поймали с поличным. — Молодец. Мы посмотрим видео с камер, считайте, вы почти отвертелись. — Было бы от чего, теперь я понимаю, почему в одно время у нас было Столько невинных осуждённых, — Элис знала, она невиновна, осталось только дождаться записей с камер и заместителя.       Следующие пару минут они сидели молча, шеф что-то писал, Моблит и Ханджи тихо переговаривались, Элис сидела молча, от скуки изучив свои ногти уже просто вдоль и поперёк. Тишину прервал вошедший Шадис. В результате непродолжительной беседы выяснилось, что он действительно видел Элис в момент убийства именно в полицейском участке, из которого она в этот день ни разу не выходила. После слов Шадиса, которому шеф доверял безоговорочно, записи с камер решили не смотреть. — Элис, что, если я попрошу вас поехать на место преступления? — Закклай заметно смягчился. — Что вы хотите от меня услышать? Да, мы с ней когда-то учились вместе, общались. Да, мне её жалко, но Кайла Паркера, которого я даже не знала, мне было жаль точно так же. Если вам интересно, смогу ли я сделать свою работу, мой ответ — да, смогу. Тем более, у нас два убийства подряд, через день, если быть точной. Может быть, они с Кайлом как-то связаны, кто знает. Вдруг и вправду маньяк завёлся.       Иногда внезапное хладнокровие девушки смущало, иногда пугало. Она часто могла легко переключиться на него, сначала оживлённо спорить с кем-то и тут словно по щелчку пальца снова стать снежной королевой. — Ну тогда тем же составом на место преступления, не мне учить вас делать вашу работу, — Закклай указал рукой на дверь, — не смею задерживать.       Находившиеся в кабинете офицеры переглянулись, ситуация была странной, но разбираться в этом сейчас нет смысла, нужно на место преступления. Шадис остался в кабинете шефа, а остальные двинулись к выходу.       По дороге на парковку Ханджи несколько раз пыталась завести разговор о случившемся, но Элис погрузилась в себя, а точнее — в свои мысли. Девушка пыталась подобрать хоть какое-то объяснение. Почему убили ее «подругу»?       Складывалось ощущение, что кто-то, знающий её из новостных сводок, решил свалить вину на неё, специально убив ее подругу, подставляя Элис.       По дороге Элис так же вспомнила, что когда-то вроде видела Кайла. Да, точно. Она же знала Кайла Паркера! Элис никогда не смотрела его видео, не читала то, что он писал в своём блоге, но где-то на просторах интернета она явно видела этого парня. Такого сложно было не заметить, он сейчас у молодежи популярен, везде светится, многие в интернете про него говорят. Элис была уверена, где-то точно всплывала реклама его блога, она закрыла её, не обратив особого внимания. Именно поэтому она не сразу вспомнила, кто это, когда осматривала труп и место преступления. И я теперь несостоявшийся убийца. Занятно…