Воздух, пропитанный кровью

      С момента убийства жены шефа прошло два месяца. Расследование зашло в тупик. Не помогло даже то, что рассказали родители Шелли. Эрик, с которым она собиралась встретиться, так и не выходил на связь, а в колледже, где она училась, не оказалось того самого загадочного профессора Д. Верить в то, что Эрик может быть причастен, решительно не хотелось. Но нужно перебрать все версии. Элис писала ему, проверяла странички в соцсетях, ответа всё не было.       Всё же за те два месяца, что простаивало расследование, успело случиться и что-то хоть более или менее хорошее. Изменились отношения Ханджи и Элис. А точнее, окончательно приобрели статус романтических отношений, о них пока мало кто знал, из полицейского участка в курсе был вообще только Моблит, всецело поддерживающий их, но это уже было серьёзным шагом. Не менее серьёзным шагом было перевезти некоторые свои вещи в квартиры друг друга. Элис рассказала Ханджи больше о себе, о своём прошлом. Несмотря на то, что она ей доверяла, Элис всё же умолчала некоторые факты из своей биографии. Ей не очень хотелось рассказывать Ханджи о совсем уж тёмных временах. Иногда Элис и Ханджи оставались друг у друга. Такие дни, а точнее ночи, были особенно, так сказать, интересными. Полночь тоже успела привыкнуть к достаточно частой гостье, она часто запрыгивала на колени к Ханджи и засыпала, не давая ей встать с дивана. Жизнь, казалось, начала обретать смысл. ㅤㅤㅤㅤ

***

      Элис стояла у плиты и варила кофе. Она была не в своей квартире, не в своей рубашке. Прошлой ночью она почти не спала. К счастью, сегодня выходной и проснуться можно позже. Погрузившись в свои мысли, Элис и не заметила, как Ханджи вышла из душа. Женщина спускалась по лестнице и просто не могла не отметить того, насколько же прекрасную картину она наблюдала. Теперь уже официально её девушка, на её кухне, в её рубашке на голое тело. И всё это — плоды её трудов. Ханджи подошла к Элис со спины, обнимая и целуя в плечо. — Доброе утро. — Тихо произнесла Ханджи ещё немного сонным голосом. — Доброе. Кофе? — Не откажусь. — Ханджи уткнулась в плечо девушки. — Как спалось? — Отлично! Уж после вчерашней ночи… — в голосе женщины появились игривые нотки. — А тебе? — Вполне.       Ханджи крепко обняла девушку, медленно спуская руки на талию, расстегивая две пуговки, на которые была застегнута рубашка. Элис налила корфе в чашки, отставив их в сторону, что дало Ханджи большую свободу действий. Руки скользнули под тонкую ткань, проходя по прохладной коже, поглаживая талию. Губами Ханджи прикоснулась к шее девушки, Элис чуть наклонила голову, помогая Зое. Девушка задышала тяжелее, медленнее. Ханджи чуть спустила рубашку, оголив плечи девушки, целуя их, спускаясь ниже. — Тебя всё устраивает? — Более чем. — Почти не отрываясь от поцелуев произнесла Ханджи.       Зое вдруг резко развернула девушку лицом к себе, прижимая её к кухонному гарнитуру. Она коснулась губ Элис своими, сразу же делая поцелуй более страстным. Ханджи водила руками по бёдрам девушки, поглаживая их, медленно продвигаясь ко внутренней стороне бедра. Она чувствовала старые шрамы, старалась проходить их быстрее, ибо не хотела лишний раз напоминать о них Элис. — На кухне? — А почему нет? — Ответила Ханджи на удивлённый возглас девушки.       Спустя пару десятков минут девушки вспомнили про свой кофе, оставленный на столешнице. — Кофе конечно остыл, но что может быть лучше секса поутру? — Действительно. — Проговорила Элис, снова надевая рубашку своей девушки.

***

      Тем временем праздники всё приближались. Люди украшали свои дома, парки и улицы, магазины и кафе, все старались создать какую-то волшебную атмосферу, заставить людей поверить в чудо. Только вот правда в том, что чудес не бывает. Подарки, которые дети видят под ёлками, приносит не бородатый мужик, прилетающий на санях, запряженных оленями, каждый год. Он не залазит в дома через дымоход, не откусывает печенье, макая его в молоко, оставленное на столике рядом с елкой. И не достаёт подарки из мешка. Вообще, это больше похоже на незаконное проникновение. Но детям этого знать не нужно, для них же это самое настоящее чудо! Всем этим занимаются родители, которые хотят устроить детям праздник и обеспечить счастливое, ну или хотя бы просто хорошее, нормальное детство. Положив под увешенную самыми разными игрушками и гирляндами ёлку подарки, которые они купили еще месяц назад, а потом упаковывали в цветастую бумагу пару часов, родители наконец уходят спать, не забывая про печенье и молоко. Всё, чтобы порадовать детей. Ну, и умелые маркетологи делают всё, чтобы мы повелись на их рекламные компании и скупили как можно больше всякого хлама, набивая карманы важных дядюшек.       Когда-то и Элис любила Рождество и Новый год. Где-то до тринадцати лет. То бишь до того момента, как её мать развелась её отцом и нашла себе нового мужа. С тех пор каждый праздник омрачался грандиозными скандалами, иногда рукоприкладством, иногда попросту не хватало денег, часто девочка оставалась без подарка. К своим семнадцати годам она окончательно разуверилась в праздниках и перестала их отмечать. С тех пор она не отпраздновала ни один Новый год, Рождество или день рождения. Её друг Эрик пытался поднять ей настроение, но каждый раз просто зря тратил свои силы. Окончив школу, съехав от матери с отчимом, девушка вообще перестала придавать праздникам какое-либо значение. Теперь ее уже точно не могли заставить сидеть за праздничным столом с фингалом под глазом или следами от рук на запястьях. Девушка покупала себе пару бутылок вина на праздники и просто выпивала. Одна, в тишине. А за окном люди во всю веселились и радовались жизни. Признаться честно, иногда ей тоже хотелось выйти на улицу, посмотреть на фейерверки, выпить горячего чая или какао, которое раздавали ее соседи, просто порадоваться празднику, ощутить, как все счастливы, а потом счастливой прийти домой и завалиться спать счастливой, вспоминая снегопад, салюты, ёлку, украшенную тысячью мерцающих огней… Но сил просто не было. Их хватало максимум на бутылку вина и половину пачки сигарет за раз. А дальше провалиться в беспокойный поверхностный сон, надеясь, что однажды ей хватит сил выйти из квартиры и зажить настоящей жизнью. Хотя нельзя сказать, что такая вот жизнь всегда не устраивала Элис. Иногда она полностью отвечала её желаниям и удовлетворяла все потребности.       Однажды, очередным серым утром, её разбудила Ханджи. — Доброе утро. — Женщина прошептала девушке на ухо. Та поморщилась, явно не желая вставать. — Ну, давай, вставай! На работу опаздываем. — Как? Сколько времени? — Элис моментально проснулась.       Ханджи усмехнулась, умиляясь, глядя на девушку, которая всё ещё немного расфокусированно смотрела по сторонам, пытаясь найти телефон и посмотреть время. — Я сварила кофе и накормила Полночь. — Да ты просто домохозяйка из пятидесятых. А вообще, спасибо. — Не благодари.       Девушка опустила ногти на холодный пол, вздрагивая и тихо ругаясь. Натянув на себя старый вязаный жакет, Элис наконец встала с кровати и направилась в ванную комнату. Выйдя из ванной, замотавшись в полотенце, девушка взяла кружку с кофе, который любезно сварила Ханджи. Элис подошла к окну, всё ещё сонная, уставилась куда-то вдаль. — Снег пошёл? — Ночью был, мелкий, завтра уже растает. — Ханджи подошла к девушке сзади и обняла её, поглаживая по влажным волосам. — Надеюсь. Не хочу опять с ужасом выходить из дома, представляя, как снова упаду из-за ебучего гололёда. — Ой, не драматизируй, не так всё и плохо. Тем более, я буду с тобой, если уж падать, то вместе! — Женщина усмехнулась, немного потрепав волосы Элис, которая в ответ на это проворчала что-то невнятное и попыталась высвободиться из объятий.       Таки отпустив свою девушку, Ханджи дала ей спокойно собраться на работу. А когда они вышли на улицу, сразу же почувствовали свежий морозный ветерок. С неба падали мелкие снежинки, кружась в воздухе.       Сегодня, 24 декабря, сокращённый день, завтра же следователи наконец уходят на заслуженный выходной. В этот день в участке не произошло почти ничего интересного, за исключением нескольких подкатов от Ханджи прямо на рабочем месте, и десятка сотрудников, все как один, говоривших одну и ту же заученную фразу «Счастливого Рождества». С горем пополам пережив наверное самый скучный и бессмысленный день в полицейском участке, парочка следователей моментально подорвалась со своих рабочих мест, когда им наконец сообщили, что можно уходить домой.       Придя домой, Элис сразу же завалилась отсыпаться. Ханджи поехала в больницу навестить своего друга, а после, дабы не напрягать свою девушку, решила, что сегодня останется у себя. Элис не была против, и лишь попросила Ханджи написать ей, когда она будет дома. В свою очередь, Зое обещала, что заедет на следующий день, когда девушка проснётся. Элис в принципе не очень хотела праздновать Рождество, она не отпраздновала ни один праздник с тех пор, как съехала от матери и отчима. Но ради Ханджи согласилась, зная, что та любит эти праздники. Девушку ждала целая куча бессмысленных по её мнению вещей. От выпечки печенья до украшения ёлки и квартиры. Интерьер ее квартиры вообще мало подходил для ели, носок, якобы для подарков, развешанных где-то, где найдётся место. Но, в очередной раз проклиная себя за своё желание сделать вообще всё и даже чуточку больше ради Ханджи, девушка сказала, что подумает над украшениями, но превращать свою обитель в какой-нибудь дом из новогодней рекламы газировки она не даст.       Утро 25 декабря не задалось с самого начала. Но, успокаивая себя мыслями о предстоящей ночи со своей любимой, Элис смирилась с тем, что её соседи сверху тоже люди, которые, хоть иногда, но всё же трахаются, и отправилась в ближайший магазин за продуктами. Что именно нужно покупать, Элис понятия не имела, но Ханджи догадалась отправить ей список, от размеров которого девушка снова вспомнила, почему никогда не отмечает. Уже подходя к кассе, Элис вспомнила, что есть кое-что, что она точно не может не взять. Девушка положила в корзину две бутылки красного вина и двинулась на кассу. Расплатившись, она снова услышала осточертевшее «Счастливого Рождества», наигранно улыбнулась, и скорее вышла из магазина, изучая огромный чек.       Через пару часов пришла Ханджи, к которой как всегда выбежала Полночь. И вот пара уже стоит на кухне, перед огромным количеством продуктов. — Ну, начнём? — А что ты вообще делать собралась? — Тихо и немного недовольно спросила Элис, поднимая кошку на руки. — Смотри. Половина из этих продуктов нам сейчас не нужна. — А нахер я тогда купила всё это?! — Чтобы у тебя в квартире была еда. А остальное — для небольшого праздничного ужина и печенья. — Издеваешься, да? — Совсем немножко. — Я, пожалуй, пойду и открою бутылку вина. — Солнце. — Ханджи подошла к девушке, кладя руки ей на плечи. — Я просто хочу, чтобы ты прочувствовала атмосферу праздника. Хоть немного! Если не хочешь…       Элис прервала Ханджи, целуя её. Это всегда безотказно работало. — Всё нормально. Только пообещай, что это не займёт весь день. — Нет кончено! Максимум часа два. — Я запомнила. Учти это!       Следующие несколько часов девушки готовили печенье. Элис узнала, что у неё, оказывается, всё-таки есть духовка, и она даже рабочая, а не стоит просто для красоты. Ханджи вспомнила, что на самом деле в последний раз пекла ну очень давно. Аж в колледже, который окончила, как сама считала, очень много лет назад. Вскоре квартиру заполнил аромат ванили и свежей выпечки. Девушки пили вино, рассказывали истории, казалось, это обычная парочка. Просто девушки, работающие где угодно, но не в полиции, и на них не висит дело о загадочной серии жестоких убийств.       Наконец закончив с печеньем и убрав за собой, девушки принялись украшать квартиру Элис. Ханджи всё же решила сильно не мудрить, она показала своей девушке омелу. — Это всё? — Ага! — Буквально светясь от радости крикнула Ханджи. — Подожди, я думала, ты превратишь мою топь в домик Санты Клауса. А ты… просто повесишь одну омелу? — Ну да. Ты же сама не хотела много украшений. — Да ты просто идеальная, чёрт возьми! — Девушка подошла к Зое, страстно целуя её. — Никогда бы не подумала, что ты будешь так целовать меня за несчастную омелу. — А я никогда бы не подумала, что в этой квартире кто-то будет печь печенье и отмечать Рождество с ёлкой и носками, висящим над камином. И плевать, что у меня даже нет камина! — Ну, с почином, Гринч, — Ханджи пожала плечами и рассмеялась.       Женщина притянула Элис к себе, горячее дыхание обожгло кожу девушки. Ханджи смотрела ей в глаза, видя в них столько любви, казалось, она заглянула в саму душу девушки. Зое почти невесомо провела рукой по щеке девушки, заставляя её тянуться к себе. Первой не выдержала Элис — она аккуратно коснулась губ Ханджи своими. Убрав с лица женщины выбившуюся прядь, девушка снова прильнула к мягким губам Зое, делая поцелуй глубже. Ханджи сильнее сжала руку на талии девушки, заставив ту шумно выдохнуть в поцелуй. Элис делала поцелуй всё более страстным, а Зое вдруг высоко подняла омелу над их головами. Ханджи чуть отстранилась от девушки и та подняла глаза вверх, видя, что они целовались под омелой. В старину считалось, что это принесёт вечную любовь и приведёт к браку. Девушка усмехнулась, в какой-то мере умиляясь тому, что Ханджи решила всё-таки воплотить это, веря в старую традицию. А заметив, что всё это время за ними наблюдал комочек тьмы со святящимися желтыми глазками, и вовсе рассмеялась. И это бы второй раз, когда Ханджи слышала этот смех. Такой чистый, такой звонкий и заражающий. И в этот момент она поняла, что готова отдать всё, что угодно, лишь бы слышать этот смех как можно чаще.       Весь оставшийся вечер девушки провели в гостиной за просмотром каких-то фильмов, шедших по ТВ. Элис дважды засыпала на коленях у Ханджи, а та оба раза перебирала её волосы, ещё больше баюкая девушку. А после они и вовсе обе заснули на диване, прижавшись друг к другу, кутаясь в мягкий вязанный плед.

***

      В расследовании простой, ничего нового. Если бы только шеф дал добро на изучение тела своей жены, возможно, это хоть чем-то бы да помогло. Но его тоже можно понять. Никто не захотел бы, чтобы его любовь, потерю которой он переживает с трудом, после смерти изучала команда коронеров.       Элис сидела за своим столом, положив на него ноги, в сотый раз просматривая фотографии. Ханджи ушла в архив за какими-то записями, девушка не особо вслушивалась, когда Зое говорила, за чем именно она идёт. В дверь постучали, Элис моментально убрала ноги со стола, но не отвлеклась от изучения фотографий. — Да! — Крик девушки разрезал тишину.       В кабинет вошёл Моблит, парень прикрыл за собой дверь и, устало потерев глаза, заговорил. — Можете идти домой. А где… — Архив. — Девушка перебила помощника, заранее зная, что он спросит. — Ты можешь не бегать за ней, если что. Я сообщу ей. — Большое спасибо. — Парень облокотился на дверной косяк, прикрывая глаза. А Элис заметила, что он слишком бледный. — Моблит. — А? — Парень встрепенулся. — Как себя чувствуешь? Ты бледный. — А, нормально. — Да ты ж на ногах не стоишь. — Девушка толкнула ногой офисное кресло к двери, где стоял помощник. — Ну ты присядь хотя бы, на минутку! — Спасибо! — Парень с облегчением выдохнул, наконец, впервые за весь день, присев. — Точно нормально? — Да-да, конечно. — Да ты, блядь, если встанешь, сознание потеряешь! Говори давай, что с тобой! Забыл, сколько допросов я проводила?       Парень усмехнулся, поднимая глаза на следователя. Взгляд был словно стеклянным. — Голова раскалывается. — И всё? Уверен?       Парень кивнул, потирая виски. — Ну, во всем участке не нашёл таблеток? Или времени не было? — Второе. — Знаешь, что. Начальству стоит начать использовать и других сотрудников. Почему ты? — Элис вытащила из сумки обезболивающее, взяла со своего стола бутылку воды, протянула всё это парню. — Ну, я помощник детективов, которые расследуют на данный момент, самое громкое и важное дело. — Парень выпил таблетку, надеясь, что она поможет ему как можно быстрее. — Большое спасибо, вы мне жизнь спасли. — Ой, не преувеличивай. Я всегда своим помогу. — Девушка улыбнулась парню, где-то в душе радуясь тому, что заметила, что её помощник слишком бледный. — Вы простите, но мне нужно бежать. Дел по горло. — А ты не уходишь? Праздники же типа. — Ухожу, где-то через часик или два. — Посиди лучше, пока не отпустит хоть немного. Если подорвёшься и побежишь куда-то сейчас, точно свалишься. И будет у тебя Новый год в больнице. — Большое спасибо, но… — Это не обсуждается. — Элис снова перебила парня, в этот раз заботясь о нём же.       Дверь в кабинет снова открылась, в помещение влетела Ханджи, швыряя на стол Элис какие-то папки, попутно разговаривая с кем-то по телефону. Элис молча наблюдала за напарницей, лицо девушки не выражало никаких эмоций. Пройдя по кабинету, собирая свои вещи, Ханджи кивнула Моблиту в знак приветствия, взяла со своего стола стикеры для заметок, написала на одном «Я в больницу, скоро вернусь», вручила его Элис, и выбежала. — Ураган прошёлся. У нас такое бывает. — Пояснила Элис растерянному парню.       Элис за несколько лет работы с Ханджи привыкла к тому, что в кабинете всегда будет царить легкий беспорядок, учинённый её напарницей. Привыкла к гиперактивной Зое. Словом, удивить этим её уже невозможно. — Раз уж тебе осталось поработать час или два, я подожду тебя. — Вы серьезно? Зачем? — Просто хочу убедиться в том, что ты не свалишься к концу своего рабочего дня. Я поработаю лишние пару часов пока буду ждать. Чтоб не тратить время зря. — Ну, если так хотите. — Парень пожал плечами.       Элис вернулась к изучению фотографий. Спустя какое-то время парень встал с кресла, вернул таблетки Элис. — Огромное вам спасибо. — М? — Элис подняла на парня недоверчивый взгляд. — Тебе уже лучше? — В разы. Я пойду? — Ну давай…       Парень удалился, а Элис написала Ханджи, что после больницы она может спокойно ехать домой.       Проведя у себя в кабинете ещё пару десятков минут, Элис успела пересмотреть все фото, перечитать все отчёты с мест преступлений. Закончив всё это, девушка задалась вопросом. Как убийца выбирает своих жертв и выбирает ли он их вообще?