Позволь позаботиться о тебе

Хёнджин в первый раз уходит с работы в приподнятом настроении. Он не знает с чем конкретно это связано, но подозрения все-таки имеются. Только вот он гонит эти мысли прочь. Однако все его настроение тут же портится когда он приходит за Сольюн в садик. Дети играют на площадке, а его малышка сидит в стороне и плачет. — Котёнок, что случилось? Девочка сразу прижимается к отцу, как только его видит. Хёнджин поднимает девочку на руки и в этот же момент подбегает взволнованная воспитательница. — Здравствуйте, вы не хотите объяснить что произошло? — Ничего особенного, просто детки поссорились. — Просто поссорились? Хёнджин чувствует, как внутри него закипает гнев, но он сдерживает себя, чтобы не напугать ребёнка. Он глубоко вдыхает и нежным голосом говорит своей дочери: — Котёнок, подожди меня у калитки, я сейчас приду. Девочка вытирает слёзы маленькими ручками и делает, так как говорит отец. Хёнджин же возвращает все своё внимание воспитательнице. — Просто поссорились? Да у неё истерика. И почему в этот момент вас не было рядом? Она сидела совершенно одна в таком состоянии, по-вашему, это нормально? — Ваша дочь у меня не одна, мне и за другими детьми следить надо. — Вы издеваетесь? — Это дети. Они постоянно плачут, мне теперь за каждым сопли подтирать? Тем более она поссорилась с Чхве Джису, а вы сами знаете, чья она дочь. Мне не нужны проблемы. — Мне плевать кто её родители, ясно? Я на вас жалобу напишу. Хёнджин больше не намерен разговаривать с этой женщиной и поэтому уходит. Сольюн дожидается его у калитки и как только омега подходит к ней, то девочка берет его за руку. — Котёнок, что у вас произошло? — Девочки играли в семью, и я попросилась к ним, а они сказали, что не хотят со мной играть, потому что я нищенка. — Не слушай их, ладно? Я уверен она просто завидует тебе. — Папа, а ты покатаешь меня на спине? — Конечно. Хёнджин садится на корточки, и девочка забирается к нему на спину. Так они и идут до самого дома, который к счастью находится не так далеко. Омега продолжает думать о Сынмине и решает по пути завернуть в магазин. Хёнджин ожидал увидеть там Сынмина, потому что по его расчётам должна была быть его смена, но альфы там не оказалось. Хёнджину не осталось ничего кроме как пойти домой.

***

Хёнджин не видел Сынмина неделю и если честно он чувствовал себя обманутым. Альфа обещал, что никуда не исчезнет и по иронии судьбы исчез. Конечно, он не был ничем обязан и, в конце концов, продуктов которые он купил, хватило на целую неделю, но все же. Дело ведь было даже не в помощи. Хёнджин отвыкший от человеческого общения привязался с Сынмину слишком быстро и теперь чувствовал себя ещё более одиноким, чем обычно. Хёнджин как обычно шёл с Сольюн из садика и по пути зашёл в магазин за рисом. Он уже и не ожидал увидеть Сынмина, но как только он заметил Альфу, на его лице невольно появилась улыбка. — Я уже думал, не увижу тебя. Ты так резко пропал. — У меня гон начался. — А, понимаю, занят был. — Если ты думаешь что мне было не до тебя то ты ошибаешься, — Сынмин слегка насмешливо улыбается, — у меня вообще-то до сих пор нет твоего номера потому что ты мне не написал в прошлый раз. Хёнджин чувствует себя идиотом во-первых, из-за того что позволяет себе ревновать Альфу, хотя тот ему никто, а во-вторых, из-за того что забыл, что у Сынмина нет его номера. — Я хотел тебе написать, просто неловко как-то было. — Папа, — девочка дёргает Хёнджина за руку, — пойдём уже. — Милая, иди, возьми рис. Ты ведь знаешь где он лежит? — Знаю! — Девочка вприпрыжку убегает а Хёнджин остаётся с Сынмином. — У вас все нормально? — Ага. Директор наконец-то отдал мне зарплату. Хорошо, что вообще отдал. — В смысле? — Ну, я же неофициально работаю, так что мне тут никто ничем не обязан. — Ты разве не можешь устроиться? — Я то могу, но ты попробуй, найди что-нибудь нормальное. Тем более, знаешь, какая конкуренция? А у меня ребёнок. — Какой ужас. — Вот! — девочка кладёт рис на прилавок. — Умница. Хёнджин расплачивается за покупку и понимает, что теперь смысла задерживаться нет. Ему не хочется уходить, но выбора все равно не остаётся. — Ну ладно, мы пойдём. — Подожди, ты не против, если я зайду после работы? Моя смена заканчивается через час. — Приходи. Я буду ждать.

***

Сольюн засыпает после ужина, слишком вымотанная этим днем. Хёнджин накрывает её одеялом и, выключив свет в комнате, закрывает дверь. Пока он ждет Сынмина, то немного прибирается на кухне. Время тянется слишком медленно и к тому времени как приходит Сынмин у омеги создается ощущение, что он ждал его вечность. А еще альфа снова приносит продукты и Хёнджин чувствует себя слишком неловко. — Сынмин я, правда, очень благодарен, но это слишком. Я даже не могу ничего для тебя в ответ сделать. — Позволь хотя бы ради Сольюн. Мне действительно не сложно. Я помимо этой работы ещё переводами занимаюсь, так что зарабатываю достаточно. Тебе меня не переубедить. — Ладно, проходи на кухню, только тихо. Сольюн спит. Хёнджин заваривает для Сынмина чай. Он хотел накормить его ужином, раз уж тот принёс продукты, но альфа отказался. — Кстати, я ведь могу звать тебя хёном? — Ой, давай без этого? Звучит странно, просто по имени. — Как скажешь, Хёнджин, — альфа довольно улыбается. — Кстати, ты какого года рождения? — Двухтысячного. Двадцать второе сентября. — Ммм, — Хёнджин отпивает чай из кружки, — значит одногодки. Только я в марте родился. — Подожди… Лицо Сынмина с расслабленного резко меняется на озадаченное. Он открывает рот, чтобы что-то спросить, но вопрос так и остаётся неозвученным. Однако омега и так знает, что хотел спросить младший и поэтому отвечает. — Когда я родил, мне было семнадцать. — Я был уверен, что тебе минимум двадцать шесть… — Неужели так плохо выгляжу? Хёнджин грустно улыбается. Он, конечно, понимал что с таким образом жизни вряд ли можно было сохранить красоту но он не думал что выглядит настолько взрослым. Сынмин хоть и ошибся на три года, что было не таким уж существенным, но все равно. — Нет-нет ты очень красивый, я наоборот думал, что ты очень молодо выглядишь. — Чтобы ты меня не считал шлюхой, сразу говорю, что я не планировал рожать так рано, меня изнасиловали. Хотя… господи что я несу…. Я сам виноват, что в течку из дома вышел… Хёнджин не знает, зачем рассказывает это Сынмину. Возможно, потому что они никогда ни с кем об этом не говорил, а младший проявил интерес. Он ненавидит себя за то, что от малейшего внимания готов выложить все, что у него на душе. И сейчас он чувствует себя просто отвратительно. — Хёнджин, ты не виноват. Альфа выглядит искренне обеспокоено. Он берет Хёнджина за руку и слегка сжимает. Хёнджину от такой поддержки хочется расплакаться, но он не может себе такого позволить. — Мне, правда, так жаль, я даже не догадывался. Я был уверен, что вас какой-нибудь мудак бросил. — Все в порядке. — Пожалуйста, не говори так. Это ужасно и ты не должен считать себя виноватым. Виноват тот кто это сделал независимо от обстоятельств. — Это все в прошлом. Нет смысла об этом говорить. Спасибо что выслушал. — Это последнее за что ты должен меня благодарить. — Расскажи лучше о себе. — Ну, по образованию я переводчик, но пока что не работаю. Точнее я беру иногда какие-то переводы, но пока что я как ты и сам знаешь, работаю продавцом. В университете мне знатно подпортили нервы, поэтому я решил немного отдохнуть. Но дома сидеть не вариант, поэтому я так и живу. — Я бы хотел где-нибудь учиться, но сам же знаешь что это нереально. — Это несправедливо. Вы такие же люди, я не понимаю, почему вы не можете учиться. — Да даже если было бы можно, у меня все равно нет возможности. Почему мы говорим только о грустном? Расскажи про свою семью. — Обычная семья. Отец жил с нами до моего совершеннолетия, а потом ушёл. Мы жили в достатке, но любви к моей маме у него не было. Они были просто сожителями. — Мой отец владеет всеми отелями города так, что думаю, ты догадываешься какая у меня семья. Поэтому меня и вышвырнули из дома, чтобы репутацию не портил. — Ты хочешь сказать, что твой отец хван сычоль? — Ага. Сынмин сидит у омеги до поздно ночи и когда приходит время уходить, Хёнджину совершенно не хочется его отпускать. Но им обоим завтра на работу, да и к тому же, кто Хёнджин такой чтобы просить Сынмина остаться? — Заходи, если будет время. — Обязательно.