Ненавижу его волосы, затягивающие петлю на моей шее

Мне никогда не приходилось думать о том, кто меня привлекает. Я не влюблялся и тем более не любил. В основном я возбуждался из-за эротических видео и не особо силился разобраться, что именно заводило меня больше всего. Иногда у меня была эрекция от собственных фантазий, но чаще всего мне не о чём было фантазировать. Когда я впервые совокупился с девушкой, я тогда был попросту любопытным подростком. Она просила меня научить её целоваться, хоть я и сам толком не умел. После нескольких «уроков», она затащила меня в кровать и это было довольно неловко, так как я не был прожжённым не только в поцелуях, а ещё и в постели. Обучение было лишь приманкой для такого идиота, как я. Основная цель у неё была совершенно другая. Но почему? Она выбрала меня, потому что я ей понравился или ей попросту было не принципиально с кем именно заниматься плотскими утехами? На этот вопрос я так и не нашёл ответа, как и свою собственную доблесть, затерявшуюся где-то на дне банки, куда лезть как-то не особо хочется, зная, что рука с большой вероятностью застрянет. Из-за отсутствия храбрости я так и не спросил у неё напрямую. И всё же я не понимаю, почему Комаэда заставляет мою кровь гонять по всему телу с бешеной скоростью, а сердце стучать сильнее. Причём, он не нравится мне и я уверен в этом. Наверное. Я не собираюсь повторять тех же ошибок, что и вчера, поэтому начал собираться как можно раньше. Прошлый хозяин точно любил сосчитать цвета, ведь вся мебель в квартире белого цвета. Такого рода стиль кажется мне довольно непривычным, ведь мой родной дом совсем не придерживался одного тона и был цветным, что выглядело нелепо и странно. Любой бы сказал, что вкус у дизайнера определённо отстойный, ведь интерьер та ещё безвкусица. Пока я на кухне загрязнял свой организм едой быстрого приготовления, которую привёз ещё со старой квартиры, то оценивал окно, расположенное между шкафами над столешницей. Я ещё ни разу такого не видел в других квартирах и по началу этот дизайн меня очень потряс. Нужно будет по возможности сходить в магазин, ведь у меня полностью пустой холодильник. Питаться целыми днями едой быстрого приготовления — не самая лучшая идея. Хотелось бы, чтобы и в этот раз Комаэда пригласил меня в заведение. Стоило ему хоть один раз сжалиться, как я уже успел стать наглецом. Вспомнив про видео, которое я импульсивно удалил вчера, зашёл в недавно удалённые. Я не могу заставить себя избавиться от раритета, поэтому без длительных раздумий восстановил материал и мигом выключил телефон, боясь поддаться соблазну. Мало ли палец не послушается и без моего приказа нажмёт на отвратительную улику, от которой стоило избавиться. Занимаясь раскладыванием чемоданов, которые лежат на полу с дня переезда, услышал, как на телефон пришло сообщение. Нагито нужно куда-то отвезти прямо сейчас. Хорошо что я уже одет и готов выходить. Я постарался как можно быстрее подъехать и вот теперь стою с открытой дверью возле подъезда своего капо. Эта ситуация напомнила мне о Казуичи. Я начинаю чувствовать, как мне не хватает его. Хочется набрать номер товарища и спросить, как он там поживает. Было бы неплохо сходить с ним в клуб, куда он меня постоянно приглашал. Мы бы, как и всегда, выпили какой-то дешёвый слабоалкогольный напиток вместе. Время, проведённое с ним, было настолько беззаботным, что я забывал о всех проблемах, которые норовили заполнить мой разум. С ним я расслаблялся и переставал думать. А вот на горизонте как раз принцесса объявилась, пока я придавался воспоминаниям. — Доброе утро. — Доброе. Его голос совсем безжизненный. Непонятно, он недоволен или просто сонный. Надеюсь, что я не являюсь причиной его полости. Я мягко закрыл за ним дверь, стараясь не сильно хлопать, и сел за водительское место. — Как спалось? — Тебе и вправду нужен ответ на этот вопрос? Он спросил с таким наездом, что я и сам засомневался, стоит ли ответ таких рисков и жертв. В этот момент захотелось забрать все свои слова обратно и по возможности совсем ему ничего не говорить. — Да я просто поинтересовался. — замешкался от странной реакции и завёл машину. — Ладно, прости. Хреново я спал. А ты? — Нормально. А Вы чего «хреново»? — Это уже не имеет значения. Заключающую фразу собеседник вымолвил совсем без эмоций. Облокотив локоть об дверь, он подпёр подбородок. Снова что-то скрывает от меня. — Куда мы едем? Что за задание? Я попытался разрядить обстановку, зная, что даже если мне и дадут какой-то ответ, то только в общих чертах и без деталей. — Не могу разглашать, но если примерно, то небольшие переговоры. — на этот раз мужчина ответил довольно дружелюбно. — А кто в них участвует? Хотел бы я пошутить о том, что будут на них только Нагито и Макото, но нельзя. Этот вопрос выроет мне могилу. — Не могу сказать, но одна из тем будет о тебе. Теперь я уже сомневаюсь в том, что это обычный разговор между любовниками. — Удачи тогда, что ли. — Спасибо, что ли. После того как Комаэда покинул мой внедорожник, я снова вспомнил бедного Соду, который тоже меня каждый раз ждал в машине. Я чувствую себя отвратительно, когда осознаю, насколько теперь огромная пропасть между нами. От мысли о том, что эту пропасть возвёл я — ощущаю себя ещё более омерзительно. Впрочем, лучше подумать о том, как мне избавиться от странного влечения. Я ощущаю неистовый стыд, когда чувствую, как из-за Комаэды предательски надвигается вожделение. Может мне стоит попробовать возбудиться от чего-то другого и тогда влечение улетучится? Один из вариантов — заказать кого-то на дом. Но есть альтернатива попроще — посмотреть порно. Так я как раз смогу проверить, возбуждают ли меня другие люди. Не желаю делать и то, и другое, но не буду же я бездействовать. С другой стороны, мне уже страшно проверять, так как боюсь результатов. Я пробыл в размышлениях до возвращения капо. Судя по времени, длилось мероприятие недолго, а если ещё взглянуть на не самое хорошее настроение пришедшего, можно догадаться, что не все темы они обсудили из-за недовольства одного из участников. Надеюсь я не стану козлом отпущения. Я даже выйти из машины не успел, как он присел, но, на удивление, несмотря на настроение, дверью сильно не хлопнул. Вот это стойкость. У меня так никогда не получалось. Капореджиме точно на нервах. Я чувствую ненависть исходящую от него. Гнева настолько много, что заполняет всю машину и, кажется, проникает в моё тело. Он даже не норовит отвлечься и сделать вид, что всё в порядке. Видимо, хочет высказаться, раз явно даёт понять, что не доволен переговорами, хоть и лицо с виду кажется спокойным. — Вы как? Может выговориться хотите? Нагито окинул меня индифферентным взглядом и стал монотонно высказывать своё мнение о людях, с которыми ему посчастливилось поговорить пару минут назад. — Этот мерзкий люд и представить себе не может, какого это, быть с тяжёлой болезнью. Они говорят так, будто это какая-то мелочь и будто тут вовсе нет никакой проблемы. Он уткнулся лбом в сиденье перед ним, смежив веки. Выругавшись, он свёл брови к переносице, так и демонстрируя злобу. Видя Нагито таким эмоциональным, хочется его обнять. Но не имею права быть к нему так близко, да и я всё равно не дотянусь до него. — А о ком Вы говорили тогда? — О тебе. Разве я стою этой бури внутри него? Не стоило так заводиться из-за какого-то бесталанного неудачника. — Они попросили меня заставить тебя прекратить контроль и узнать нужную информацию у Камукуры. Они даже не подумали о твоих чувствах. Но больше всего меня злит то, что попросил меня это сделать именно Наэги-сан. Сколько уже с ним знаком, он всегда был альтруистом. Но почему тогда говорит эту околесицу? Мне хочется плакать от неистового разочарования. Легче умереть, чем слышать от босса всю эту мерзость. Хината-кун, убей меня. Я в панике посмотрел назад, так как ранее не решался и пялился в зеркало заднего вида. Мужчина плачет и его пробирает дрожь настолько, что можно сравнить её с максимальной магнитудой. Ощущения, что сейчас все конечности поотрываются. Он хватается за голову и будто выдёргивает волосы. Локтями облокачивается об свои колени. Его руки так сильно напряглись и похолодели, что прям видно выпирающие синие вены. Хотя, может они такие и всегда, но я заметил только сейчас. Перепугавшись, я полез на заднее сидение, не думая о последствиях и мнении капореджиме, которому собираюсь помочь. — Убей меня, пожалуйста... Я не выдержу этого. Он не перестаёт выдёргивать волосы, а ноги продолжают дрожать, заставляя всё тело подрагивать вместе с ними. Я осторожно обнял озябшее тело, после чего сам погряз в треморе вместе с ним. — Убей убей убей убейубейубей. Он откровенно талдычит одно и то же. Постепенно вымолвленные слова сливаются в одну массу и уже не разобрать, что он там силится донести. Я ещё крепче сжал руки, в надежде достучаться. — Вы обязательно справитесь с этим. Я пытаюсь говорить спокойно и не выдавать паники, которую ощущаю прямо сейчас. На самом деле, я совсем не понимаю, как такая плёвая вещь могла его настолько сильно задеть. Разве разочарование может быть настоящей причиной данной истерики? Во мне разгорается тревога от мысли, что настоящая причина ещё страшнее. Но я не могу доказать, что он недоговаривает, поэтому буду считать, что здесь нет никаких подоплёк. — Может, Наэги-сану пришлось попросить Вас об этом, потому что его заставили? Что насчёт консильери? Может он повлиял на его решение? Всё это время я нежно поглаживаю его спину. Мой голос должен звучать уверенно и убедительно, для того чтобы мои слова на него повлияли, поэтому я старался соответствовать выстроенным требованиям. Он наконец-то замолчал. Это лучше, чем он будет просить меня его убить. — Хината-кун... — за этим последовала пауза, которая заставила насторожится. — Спасибо. Если сравнить с недавним тоном, с которым он безостановочно вторил слово «убей», сейчас вымолвил с подозрительным спокойствием. Будто он недавно не желал себе смерти. — Ты прав. Не знаю, что на меня нашло. Дрожь потихоньку стихает, что меня расслабляет. Собравшись воедино, мужчина выпрямился и вперил в меня пустой взгляд. Он не только разочарован. В нём будто умерло всё живое. Но кто именно стал убийцей? Разве Макото? Я очень в этом сомневаюсь. — Если для благополучия обеих сторон понадобится потерять контроль над собой — я не против. Мною так легко манипулировать. Если бы этой ситуации не было — вряд ли согласился бы без истерики и негодования. — Я безапелляционно отказался от задания. Он выпростался из моих объятий, показывая, что сейчас не желает быть так близко. — И... Благополучия вражеской мафии уж точно не видать, учитывая то, какой у них конченый босс. — Это да... — я неопределённо почесал затылок и вспомнил о том, что меня тревожит. — Я хотел бы услышать ответ на свой вопрос, который задал вчера. Распиливая его взглядом, я надеялся, что он понимает, о чём я говорю. — Я не могу говорить об этом с человеком, которому не доверяю. В образовавшейся тишине, я на какое-то время совсем перестал дышать, сдерживая слёзы. Всё в порядке, мне не стоит обижаться на него за это. Капо не обязан отвечать на мои вопросы. Мне нужно успокоиться и как можно скорее ретироваться, пока собеседник не успел меня выгнать. — А теперь, спасибо за помощь, но не мог бы ты пересесть обратно? — Л-ладно, простите... Я неловко перебрался вперёд и завёл машину. Не знаю, нужно ли мне его доверие, но я ощущаю себя разбито, когда он избегает откровений. Комаэда кажется неприступным, будто боится сближаться с людьми. Наверное, он не хочет подпускать кого-либо слишком близко. Но какая тому причина? Или он так поступает только со мной? Мне нельзя было его обнимать? Его разозлила моя бестактность и мои прикосновения были ему противны? Но ведь итог же от этого хороший, разве нет? Я всё сделал правильно или полностью облажался? Я не понимаю о чём думает этот мужчина и это выводит меня из себя. Как мне догадаться, обиделся он или нет? От объятий я заставил его похолодеть или потеплеть? Я совсем запутался. Нагито сменяет эмоции одну за другой и от этого непонятно, что он на самом деле чувствует. И что это вообще было? Похоже на приступ. Может ли это быть из-за болезни? Если так подумать, то когда я его успокоил, он моментально взял контроль над собой и стал подозрительно уравновешенным. Может, когда у него приступы, он не может скрывать свои чувства и мысли? Тогда, то что я увидел, было тем кошмаром, творящимся у него в голове? Если это правда так, то его мысли безумнее и жёстче моих. Мы едем в угнетающей тишине. Я не должен был налегать на ответе. Зачем спросил его о чём-то настолько личном? И было бы нормально, если бы я поинтересовался впервые, но по итогу я лишь бестактно попытался узнать истину ещё раз. Почему я не умею вовремя принимать поражение и продолжаю добиваться победы, тем самым усугубляя ситуацию? Нужно было попросту дождаться, когда он сам расскажет. — Давай пообедаем? — А? А... Давайте. Я уже не ожидал услышать этого предложения. Накрутил себя и было решил, что капо ненавидит меня. Он попросил меня остановиться у первой попавшейся пекарни. В помещении пахнет выпечкой, из-за чего так и хочется съесть весь прилавок вместе взятым. Я даже не против поглотить те полочки, на которых лежат изделия. Вот настолько тут невероятный аромат. Очень много видов и желаю попробовать каждый из них, но денег на всё это удовольствие не хватит, как и желудка. Когда я посмотрел на капореджиме — аппетит будто и вовсе пропал. Тот вообще без эмоций. Жалко его как-то. Ему сейчас ничего не поднимает настроение, даже еда. Хотя почему «даже»? Я раньше и сам не получал удовольствия от приёма пищи. Но почему я подумал в прошедшем времени? Когда ко мне успела вернуться любовь к еде? Это очень странно. Хотя, может причина в том, что я теперь питаюсь не в одиночестве. Мужчина равнодушно смотрит на прилавок, будто в пустоту. От этого мне как-то есть перехотелось, несмотря на то, что я уже сделал заказ и стою на выдачи. Даже не знаю, каким вопросом его отвлечь. Хотелось бы помочь ему забыть о произошедшем. С какой стати я желаю быть спасателем? Почему мне не плевать, учитывая то, что он тот ещё подонок, который угрожал мне несколько раз? У меня довольно странный характер: всегда была привычка помогать кому попало, даже если человек неуравновешенный. Именно поэтому я многократно был использован. Ожидая напарника за столиком в углу, я наблюдал за тем, как он несёт совершенно обычную булку. Она даже напоминает мне его взгляд: такой же пустой. Он поставил на поверхность кофе без молока. Готов поспорить, там и сахара нет. Сев напротив, Нагито стал бесчувственно пялиться на свою еду. — Я вот уже давно хочу спросить... — М? — Почему Вы пытали меня именно тем способом? Этот вопрос сейчас слишком неуместный, учитывая тот факт, что мы пришли кушать. Но так как мы всё равно сейчас ничего не делаем из-за отсутствия аппетита, я решил разрядить обстановку, хоть и не самым лучшим способом. — Мне не хотелось ранить тебя. Я пытался сделать всё что угодно, лишь бы тебе не навредить. Эта пытка показалась мне самой безобидной и в начале даже приятной. Откуда он знал, что мне будет приятно? — Да, это и вправду так, но у меня из-за этой пытки появились некие... Половые проблемы. — Какие? Мужчина вскинул брови и с вниманием уставился на меня. Не могу понять, его это удивило или встревожило. Хотя уже неважно, что именно у него на уме, ведь теперь его взгляд больше не пустой. Меня радует хоть какая-то эмоция, появившаяся на его лице. — Прости. Может тебя к врачу сводить? Я заплачу за лечение! Он всё без остановки быстро проговаривает, что показывает его волнение. — Да нет, к врачу не нужно. Я не об этом... — чувствую, как кровь приливает к щекам. — Неважно, забудьте, пожалуйста. Как же мне до жути стыдно. Лучше бы я вообще ничего не говорил. Мне стоит замолчать раз и навсегда, чтобы точно никогда в жизни не позориться. — Как скажешь... К мужчине, видимо, вернулся аппетит и он бесшумно, подражая фантому, принялся есть. Нагито всё делает настолько тихо, что иногда от этого становится страшно. Всё-таки его можно отвлекать обычным общением. Возьму на заметку. — Я благодарен тебе. — За что? — Не понимаю, как у тебя это получается, но мне становится легче после разговоров с тобой. Он улыбнулся настолько искренне, что кажется, все предыдущие улыбки были фальшью. — И совершенно неважно, о чём он. Мне стало так тепло на душе после его улыбки. По телу прошлись мурашки от осознания, что в этом моя заслуга. Когда мы сели обратно в машину, я всё же продолжил настаивать на своём. — Подумайте ещё раз о том задании... Может всё-таки это стоит того. — Подумаю. Теперь он хотя бы не так категоричен. Мы поехали по мокрым дорогам, ведь пока перебывали в пекарне, на улице шёл дождь. Мы и не заметили изменения в погоде, ведь находились где-то в углу: далеко от окон, да и слишком уж были увлечены диалогом. Оказавшись дома, я всё же решился устроить проверку. Доставая телефон, я ощутил страх из-за неизвестности. Собравшись с мыслями, я включил интернет и с дрожью в руках начал писать слово, которое не вводил со времён пубертатного периода. На первом попавшемся сайте я нажал на самое, как мне показалось, адекватное видео. Когда-то я получал удовольствие от просмотра подобного. Ощущение возбуждения казалось чем-то новым и приносило удовольствие. Мастурбировать на такие видео было приятно и в результате я всегда чувствовал истому. Но когда я сейчас думаю об этом, она была не настолько приятной, как после пытки. Досмотрев материал до конца, я с тяжестью вздохнул, ведь моё тело никак не отреагировало. Я ради принципа до последнего не выключал видео, уповая на успех. Неужели мне придётся вызывать кого-то? Я бы очень этого не хотел. Хотя, я же не собираюсь заниматься непристойностями. Просто попрошу возбудить меня и всё. Как вообще такое может быть? Я вчера был на грани от поцелуя двух парней, а сейчас я смотрел порно и мне было абсолютно плевать. Хотя может дело в гендере? В отчаянии я вернулся на сайт и, попытав удачу, понял, что дело вовсе не в этом. Всё же придётся переходить к плану «Б». В любом случае, сейчас я не в настроении принимать меры.