Inktober со вкусом Ядер-колы

Дело об исчезновении Эвана Коллинза с самого начала было окутано тайной, хоть и не отличалось на первый взгляд ничем примечательным. Паника вокруг синтов всех в Даймонд-сити поставила на уши: семьи распадались из-за подозрений, каждое оброненное слово взвешивалось посторонними людьми, любое «нетипичное» поведение ставило метку отчуждения. Словом, у охраны хватало работы, а Ник старался не показываться на глаза нервным жителям, так что Марти решил отвлечь его от переживаний за всех и каждого чем-то простеньким. Поначалу они оба думали, что Эван сбежал, как многие другие обитатели Даймонд-сити в ту пору, однако опрос родных, знакомых и коллег ставил такой вывод под вопрос. Его сестра Маргарет известила об исчезновении через трое суток с небольшим, признав, что с братом почти не общалась в последнее время. Он работал в теплице, ухаживал за растениями, ни с кем не общался, даже с коллегами: никто не знал его имени, просто называли «хорошим тихим парнем», а исчезновение списали на всеобщий хаос. Эвана будто в одночасье забыли, и только заявление от Маргарет Коллинз доказывало его существование. Точнее, всем было плевать на него. Марти тоже никак не мог припомнить молодого человека, который, между прочим, работал в соседнем здании. Ник с усмешкой объяснял забывчивость напарника дурным пристрастием к бутылке, но и сам ничего сказать не мог — парень и парень, каких на пустошах пруд пруди. Рейдера запомнить куда легче, чем садовода-интроверта — маленького человека в большом поселении. Эван жил в бараках, в общей комнате, и осмотр его койки с жалкими пожитками ничего не дал: ни писем, ни дневника, ни намёков на личную жизнь. Только справочник по ботанике лежал под подушкой. На развороте пометок не оказалось, зато внутри всё было испещрено мелким кривоватым почерком; какие-то строки вычеркнуты, на полях выводились формулы и подсчёты. Койку хотели сдать другому постояльцу (где-то убывает, а у кого-то прибывает), так что Марти спихнул все вещи Эвана в рюкзак и унёс в агентство. Чутьё подсказывало, что беглый осмотр точно ничего не даст, нужно зреть в корень и пораскинуть мозгами, конечно. Для этого следовало раскрыть третий глаз и сконцентрироваться — Марти выпил стаканчик виски и закусил галетой. — Стиль пьяного мастера? — заметил Ник, но не стал останавливать. Он откинулся на стуле напротив и внимательно, прямо-таки по-человечески уставился в пустоту где-то над головой Марти. И чёрт разберёт, привычка ли это детектива Валентайна-мертвеца или Валентайна-синта. — Вряд ли в деле мистера Коллинза где-либо есть злой умысел: да, жаль парня, но он был одинок, а ты сам знаешь, чем подобные истории заканчиваются. Марти опорожнил второй стакан в тягостном молчании. Он тоже всегда был один и понимал этого мальца, что уж говорить. И когда его час настанет, то кто вспомнит Марти Буллфинча, кроме Ника? Разве что Элли одарит недобрым словом, пока будет собирать разбросанные бутылки и вытряхивать пепельницу. У каждого должно быть что-то личное, нить присоединения к этому миру, точно пуповина, отрезав которую общественная память стиралась. Марти раскрыл справочник по ботанике и начал листать страницы, запивая горе. Текст расплывался, приходилось щуриться. Он вообще ничего не понимал ни в выращивании растений, ни в химии, но знал, что ключ к исчезновению Эвана где-то здесь. Марти водил пальцами по желтоватым страницам, приглядывался к каждому загнутому уголку и чернильному пятну. Эван чуть ли не до дыр истёр книгу, а значит, она была частью его жизни — вот свидетель, которого так не хватало. Несколько перечёркнутых абзацев об удобрениях внушали смутную тревогу: эту часть Эван будто вымарывал в ярости. Рядом он дважды подчеркнул какую-то реакцию. На следующей странице несколько раз был обведён знак вопроса. Из текста Марти понял только что-то про «усталость» почвы и фосфорно-калийные удобрения. Ник тоже ничего не подсказал. Оставалось найти эксперта, а уж сложить кусочки воедино — это работа для Марти. С утра болела голова, и сырость в теплице, казалось, душила куда усерднее. Когда же включился полив растений, Марти с сожалением выбросил размокшую сигарету. Книгу он прятал под пиджаком и показывал аккуратно, словно нечто запретно. Старые садоводы качали головами, глядя на записи, и говорили примерно одно: «Зачем эти книги, если человечество тысячелетиями землю вспахивало?» Что нет в этом ничего сложного. Однако формулы на полях явно кричали об ином. Почему-то казалось, что это важно. Наконец в каморке с инструментами нашёлся старый смотритель — спящим в обнимку с веником. Запах чужого перегара казался кошмарным, и Марти невольно принюхался к собственному дыханию. Он сообщил, что ищет Эвана, на всякий случай уточнил, кто это, и сунул под нос раскрытую книгу. — Вы можете сказать, о чём он тут писал? Кряхтя, старик выпрямился, прищурился и почему-то скривился. — А, это. Не бери в голову, Марти. Парень нёс чушь, будто наши растения скоро вымрут. Как видишь, всё в порядке. — Почему он так решил? Тема явно старику не нравилась, и Марти понял, что нашёл если не виновника исчезновения Эвана, то его причину. — Он заявлял, что наши знания можно выкинуть, поскольку состав почвы после войны изменился. Поэтому растения мутировали. В этом есть зерно истины, но знаешь, правила даже с мутантами остаются теми же. — А что насчёт удобрений? Тут какая-то формула… — Дерьмо с выгребной ямы — вот и всё удобрение. Чего ещё надо? Ему не нравились и те, из книжки… — Фосфорно-калийные, — машинально поправил Марти, а старик хихикнул — мол, да, они. — И ты отправил его искать подходящие? — Не знаю, я ему не начальник. — Встретив вопросительный взгляд, старик хмыкнул. — А ты что думал? Парень тут не работал, а просто ошивался и лез с непрошенными советами не в своё дело. Ну, мы никого не выгоняем, лишь бы растения не трогали. Многое встало на свои места. Если раньше Марти представлял Эвана маленькой незначительной шестерёнкой большого механизма, то теперь и такое сравнение привести не мог. Он по всем параметрам был лишним, нигде не прижился, точно как экзотическое растение. Возможно, Ник прав, и Эван отправился куда-то, где его знания приняли. Только в жизни никогда не бывало так просто и сказочно. Обычно потеря даже маленькой детали к хренам разрушала механизм — любой техник так скажет, — и Марти невольно содрогался, представляя себе предсказанное Эваном будущее. Без следа найти его он не мог, зато сохранить записи — запросто. Книга нашла законное место среди прочих учебников — в маленькой библиотеке при школе. Марти пояснил ситуацию, и мисс Эдна с радостью приняла подарок, пообещав найти достойного читателя. Только в память роботов и оставалось верить — может, благодаря им человечество не вымрет окончательно. Марти вернулся на пустующие улицы Даймонд-сити в отвратительном настроении, тянуло выпить и вслед за всем городом забыть об Эване Коллинзе — деле, которое снова не удалось довести до финала. Впрочем, хотел ли он его застать — иной вопрос.