Ангел

============ Ви =========== Вопрос застал врасплох. Неожиданно, откуда он… Я поправляю волосы за ухом и прежде чем показать, решаю рассказать всё, что помню. — Мой отец говорил, что уходит на очень важную работу, он бывало, не появлялся по целым суткам. А приходил он ужасно уставший. Словно каждый раз его избивали. Мне он рассказывал что так и есть, он защищал людей от бандитов. Бывало, он приходил с какими то бумагами, после прочтения которых интересовался у меня, как я себя чувствую, нет ли каких то изменений, как мои крылья и тому подобное. Потом, по новостям я увидела пылающее здание, и девушка рассказала, что мой отец там, что он погиб… — я замолкаю, прогоняя грустное воспоминание, — Ну, а к чему ты всё это спрашиваешь? Ян вздыхает. Лицо его становится грустным и разочарованным, что-ли. Видно ему хочется, чтобы всего этого не случилось в его жизни. Побега, полёта, меня… Глядя на него, хочу закопаться, пропасть, потеряться. Что же случилось? Чего я не знаю… — Ян… Он вздыхает ещё раз, смотрит на меня и быстро отводит взгляд. Говорит тихо, но отчётливо. — Не знаю, с чего начать… Я вырос в коммуне на севере Неркасы. В двенадцать лет мы переехали в Блайд-сити, а в семнадцать я получил право носить клинок. Но, я не хотел такой жизни. Мне надоела до чёртиков эта возня, идущая тысячелетиями. Ян смотрит в пол, внимательно разглядывая царапины на плитке, и пытается собрать в кучу то, что, судя по всему, никому не рассказывал. Даже себе. Просто запрещал себе думать, а теперь накопившиеся темные воды памяти ломали приоткрывшийся шлюз и хлестали наотмашь, смывая всё его показное спокойствие и добродушие. — Мне так надоела эта игра в господство над миром, который просто хочет жить спокойно. Есть два полюса. Одни за свободу выбора, самосовершенствование и индивидуализм. Другие за дисциплину, законы и стабильность. Сатрапы и философы. Тамплиеры и Ассасины. Братство и Орден. Треугольник и Крест. Парень снова молчит, видно, пытаясь собрать мысли в кучу, чтобы объяснить все кратко и понятно, и от этого становится страшно. — Но что это значит? При чём здесь ты и я, и… — голос мой дрожит, в голове несутся мысли. «Крест, мне говорили, что это странной формы родимое пятно, этого просто не может быть!» Мои лихорадочные мысли снова прерывает тихий голос. — При том, что я — ассасин, а ты — тамплиер. Киллвотер, конечно, мерзавец, каких мало. Он не должен был с тобой так обращаться. Он должен был охранять тебя и беречь, ведь он тоже тамплиер. Ты и твой отец, и ещё несколько людей с крыльями или ещё чем, не знаю, это… Это результат эксперимента корпорации Абстерго. Они создавали сверхчеловека. Ты — третье поколение, со стабильным генотипом, рождённая естественным путем супердевушка. Это все, что сумели раскопать разведчики Братства. Я знал про новых боевиков тамплиеров, которые выслеживали и убивали наших. Но они были нестабильны, склонны к срывам. Часто заболевали и умирали от системных сбоев в организмах. Ян вскакивает, и принимается расхаживать туда-сюда, сжав кулаки, мне становится ещё страшнее. Все это походит на сказку, или сон… Я заставляю себя слушать внимательнее. — Твой отец, скорее всего, тоже участвовал в устранении наших. Он, возможно, убил моего отца. И погиб от рук наших бойцов. Я не знал про это, потому что никогда не интересовался разборками между Братством и Орденом. Как только мне исполнилось восемнадцать, послал к черту эту замшелую войну, хотел жить как обычный человек. Ян словно просыпается, останавливается, садится, кладёт ладони на стол и смотрит прямо мне в глаза. — Я неплохо разбираюсь в компах, сетях и протоколах. Подделал документы, поступил в колледж, устроился в автосервис. Засунул, куда подальше оружие, и… вот… Тут страх перешёл в ужас. Руки задрожали, и я сунула их между коленей. Что он такое говорит? Мой отец, убил… Его… Быть не может. А если и так, тогда?.. Я встаю из-за стола и потихоньку отхожу в сторону угла. — Скажи что это не так. Ян, пожалуйста… Я чувствую как спину начинает ломить и почти кричу — Это не может быть правдой! Отец… Он… К горлу подкатывает ком, становится трудно дышать, это похоже на панику. Все эти годы, всё что рассказывал отец, почему больше ни у кого я не видела крыльев, почему не могла так же гулять и учиться как другие дети… Нет, это не может быть правдой! В потемневших глазах парня непонятное мне выражение. Он тоже встаёт, и уходит в коридор, к железному шкафу, что-то там ищет… Ужас накрывает меня, я вглядываюсь в полумрак коридора и пытаюсь заставить себя думать. Но, ничего не выходит… Я подозревала, что тот шкаф был тут неспроста. О Господи, неужели я сбежала из ада, чтобы вновь туда вернуться? Что он хочет сделать? Нужно бежать… Куда угодно. Говорила я себе, не доверяй никому, нельзя, глупая… Если уцелею, никогда больше никому не доверюсь! ========== Ян =========== Я достаю из ящика в шкафу свое проклятие. Наручные клинки. Разворачиваю ткань, проверяю, как четко и бесшумно вылетают бритвенно-острые лезвия. Сам собирал, сам точил… Древнее оружие древней войны. Смотрю в сторону кухни. Ви застыла в углу, смотрит как то странно, говорит: — Ян, я не знаю что ты собрался делать… Но лучше брось эту затею, это нелепо. Молчу. Проверяю пневмотрубки на левом наруче. Три дротика, с пяти шагов пробивали доску навылет. Все в порядке, баллончик цел. Я не надеваю клинки, просто держу в руках. Сколько раз я втыкал их в шеи и меж ребер учебных манекенов, сколько бесчисленных раз преодолевал тренировочные дистанции, сколько раз беззвучно плакал от боли, сорвавшись с очередной гребаной стены или не сумев правильно погасить инерцию, сколько синяков зажило под кожей… Привычная тяжесть клинков в руках смыла все повадки, которые я тщательно выстраивал два с небольшим года. Ходить немного кособоко, сутулиться и смотреть рассеянным взглядом, как обычные. Хорошие. Простые люди. А не чудовища, рождённые убивать во имя Великой Свободы. Встаю, одним длинным движением перемещаясь вверх и в разворот, ноги присогнуты, движения обманчиво плавны. Ви замерла возле плиты, бросила быстрый взгляд на нож, с прилипшими крошками. Наивная. Даже учитывая её супер-совершенный организм, что она против тренированного убийцы? Я двигаюсь к ней, замечая все. В темном зеркале сбоку мелькает отражение высокой темной фигуры. Взгляд холоден, и почти не виден из-за теней под сдвинутыми бровями, оранжевые отблески на волосах, губы сжаты. Только лямки полукомбеза смешно болтаются. Я иду к Ви. Крылатому тамплиерскому ангелу возмездия. Как только я двинулся к ней, она расправила крылья. Так быстро, что воздух свистнул в концах маховых перьев, а порыв самого настоящего ветра опрокинул лежащие вблизи предметы, откинул челку с моего лица. В пять скользящих шагов я сокращаю дистанцию, по пути отбросив левый наруч. Хватит одного, правого. Ви на расстоянии вытянутой руки. Смотрю на нее, не отрываясь. И без того большие глаза девушки стали просто огромными, в них плещется ужас, смешанный с гневом. Как типично для Ордена… Впрочем, не важно. Протягиваю ей клинок, опускаюсь на колено. Склонив голову прошу. — Приставь лезвие к затылку, вот здесь, — глядя в пол, я приподнимаю свои волосы у основания черепа. — Спусти рычажок, там, сбоку. Я умру быстро, а ты свяжись со своими через комп, там есть координаты, только не с Киллвотерлом, конечно. Лучше с Грейсоном. Он сейчас Лидер. И можешь предъявить меня. Киллвотера приструнят, или устранят, они всегда так поступают с паршивыми овцами. А ты сможешь начать новую жизнь где-нибудь в Сорбионе или Оринже. И увидеть таких-же как ты. Ну? Действуй! ========== Вия =========== Я уже собиралась попрощаться с жизнью, как вдруг он оказался у меня в ногах. О чём он говорит? Убить, что ещё за Грейсон? Что чёрт побери происходит?! — Ч… Что? Убить тебя, но я думала что это ты… Я не могу этого сделать… Я думаю, что сейчас самое разумное, это просто пробить ему эту рыжую макушку. Но, что-то не позволяет мне сделать это… Я ударяю его по руке, держащей лезвие у головы, налетаю сверху и опрокидываю, оказавшись прямо над ним. Зажимаю ему запястья с этим оружием массового убийства, и наконец выпускаю все эмоции что у меня столько лет держались взаперти. — Как ты можешь так спокойно об этом говорить?! Почему готов вот так просто оставить меня, проститься с жизнью. Почему ты всё это делаешь, зачем ты меня освободил!!! — кричу ему прямо в спокойное и немного удивленное лицо, — Это немыслимо, всё это! Звучит как жуткий ночной кошмар. И не смей больше меня о таком просить слышишь?! НИКОГДА!!! По щекам текут струи слёз, мне снова больно и страшно. Я не знаю что думать, не знаю что делать. Весь мир за один только вечер перевернулся с ног на голову и словно зверь, сбежавший из клетки, рвёт всё, что попадётся у него на пути. Перед глазами встали образы отца, каких то людей, в строгой одежде, Киллвотеров… У меня больше нет сил сражаться с пустотой! Как сбежать от кого то, если я не могу сбежать сама от себя? Ответ был очевиден, но мысли спутываются, тело не слушается. Крылья, что инстинктивно встали дыбом, создавая образ яростной дикой птицы, начали сползать вниз, от тяжести вины и безысходности. Я не вижу как он смотрит на меня, но я чувствую. Чувствую что он не желает мне зла, и хочет помочь, но я не могу сделать ничего больше. Я просто продолжаю лить слёзы на эту некогда милую и безобидную мордашку. В руках нет сил, отпускаю его запястья и ставлю руки на уровне его головы, чтобы плашмя не свалиться на него. Я вся дрожу, но не от холода, меня окутала паника… ========== Ян =========== Оказавшись спиной на полу, не могу понять одного, как этот живой ураган сумел сбить меня с ног? В ней веса как в котёнке, но буря чувств, которую обрушивает сверху на мою несчастную голову этот ангел, поистине всеобьемлюща. Я… я впервые по настоящему растерян и не знаю, что делать. Дёргаю руки, он она держит так крепко, что боюсь сделать ей больно, пытаясь освободиться. Я закрываю глаза, перевожу дыхание, и вздрагиваю от неожиданности, — две больших тёплых капли падают на моё лицо. Ви плачет, и сердце, которое я не ощущал раньше, сжимается от боли сочувствия и какое-то странное чувство возникает внутри. Неведомое и сильное. Желание обнять и не отпускать. Открываю глаза. Да, Ви плачет, на её красивом лице выражение такой боли и… усталости? В голове пустота. Мой мозг, которым всегда втайне гордился, теперь «абонент вне зоны действия сети» и управление берут какие-то неведомые силы. Руки теперь свободны, я аккуратно выскальзываю из-под неё, и когда девушка теряет равновесие, подхватываю на руки, пропустив левую под крыльями. Она легкая, горячая и дрожит. Несу к дивану, сажусь, ноги почему-то слабеют, пристраиваю ее на коленках, как ребёнка, и обнимаю. Не знаю, что сказать, словно язык проглотил. Она всхлипывает и дрожит, а я, черт меня возьми, не знаю, что делать. Одно дело драться, выслеживать, писать и проверять код, протягивать сеть, прятаться, стрелять, на худой случай, из вертолета прыгать. И совсем другое, когда у тебя на руках воплощённое совершенство плачет так горько и безысходно. Вот скажите, великие учителя прошлого, что делать в таких случаях? Сколько мы так сидим, не знаю, чувство времени тоже свалило куда-то в туман. Ви всё никак не может успокоиться, всхлипывает и вздрагивает, словно вековые цепи, которые держали ее долгие годы теперь упали и всё, что она сдерживала, наконец вырвалось наружу. Она крепко держится за меня. Сейчас, и я и она беззащитны, как никогда прежде. Мне ничего не стоит сейчас скрутить её и притащить к нашим, в качестве жеста примирения, а ей — применить какую-нибудь тамплиерскую штучку, да просто долбануть меня крылом, наверняка они очень сильные… Но я сижу и поглаживаю худенькую спину и шелковистые белые волосы. Плечу, в которое она уткнулась, горячо, футболка промокла насквозь. — Ну, что ты… — наконец говорю, ну, успокойся, что ты… Прости, я дурак. Ты такая хорошая, а я… В меня слишком вбили эти дряхлые принципы, что есть мы, и есть вы, и это война… Я не хочу участвовать в ней, но рано или поздно за мной придут. Или мои, или ваши. Я… Просто хочу, чтобы ты была счастлива. Жила спокойно, среди друзей, учиться пошла, ну, успокойся, не плачь! — Но… У меня никого нет… — всхлипывает она, и пытается успокоиться, трет глаза, — мне некуда идти… И без тебя… Не хочу… Снова утыкается мне в грудь. Будто и правда не хочет меня отпускать. — Ладно, что-нибудь придумаем, — говорю тихо, — хочешь воды? ========== Вия =========== Отлипнув от него, вытираю слёзы и киваю головой. Горло болит от слез и безумно пересохло. Сползаю на диван с Яна. Он пошёл за стаканом воды, а я вспоминаю, что до сих пор в одних трусах и рубашке… Блин. Обнимая руками коленки, немного прикрываюсь крыльями. Ян приносит воду и смотрит на меня странно, видно понял, чего я так испугалась. Выпив немного охлаждающей водички, понемногу прихожу в себя, а он все смотрит, не отрываясь. Я наверное, выгляжу как раненое животное, с такими обычно не церемонятся, убивают, что б не мучались. Но я знаю, что он так не сделает. Либо хочу верить. Поэтому просто наблюдаю за ним — Спасибо… Он снова садится рядом, и обнимает… Наверное, тоже смертельно устал. Денёк выдался не из лёгких, как ни крути… — Так, давай я постелю тебе, — говорит Ян, — поспим хотя бы до шести. Искать нас здесь точно не будут, а завтра будем думать, как обезвредить суку Килвотера — старшего. Окей? — Хорошо… — только и могу сообщить я дрожащим голосом. Мне пришлось поднялся чтобы Ян придумал, как нас уложить. Пока он вытаскивал из шкафа постельное, одеяло, подушки, я оглядела комнату. Тут не было чего-то лишнего. Обычно, в квартирах, где живут, ожидаешь увидеть гардероб или полки для книг. Ничего из этого здесь не было. Он, наверное, всё забрал в общежитие. Интересно, а у него есть друзья? Может они бы нам помогли? А как много людей знают про эту войну между Орденом и Братством? Неужели мне одной дурили голову всё эти годы? Смотрю, как Ян стелит мне на диване, бросает на пол второе одеяло. Подмигнул мне, и коротко сказал. — Я в ванну. Голова наполнилась самыми разными мыслями. И самыми основными стали мысли о нём. Посидев немного на диване, понимаю, что не могу сдержаться. Встаю и иду в ванную комнату. Потихоньку, чтобы было не слышно, открываю дверь. Комната уже наполнилась горячим паром. Он стоял повернувшись ко мне спиной. Она была вся в отметинах и шрамах. Неужели это всё связано с его жизнью в прошлом? Дверца душевой кабинки открыта, я подхожу и обнимаю его со спины. Вода полилась и по мне, ну хотя бы лицо от соли отмою. От него так вкусно пахнет. И от воды его тело стала таким горячим… Его волосы скатываются на затылок, такой красивый рыжий оттенок… Тихо проговариваю. — Извини…