Назад дороги нет

      Яркие языки огня режут глаза после бездонной темноты обморока. Тело неподъемное, саднят ушибы и переломы, не говоря уже о смердящем запахе крови и демонов, который во всю жёг слизистую.       Танджиро открывает глаза и чувствует, как ноют его пострадавшие от битвы конечности. Боль была так остра, что дыхание утяжелялось, и мальчик кое-как успевал заполнять свои лёгкие кислородом. Несмотря на жгучие болевые ощущения, каким-то чудом выпрямляется в спине усаживается на земле. Парень с недоумением осмотрел возле себя всё, что его окружало и удивился. Рядом валяются догорающие обломки домов, в которых ещё несколько мгновений назад были люди, яркий, слепящий глаза свет окутывал местность и не давал разглядеть более подробные и мелкие детали. От такой мрачной картины сердце полуживого охотника забилось в бешенном ритме и начало неприятно щемить в груди. Неизвестность очень пугала его, особенно то, что друзей поблизости не было. Однако, он в душе искренне надеется, что они смогли выжить. Ведь они являются одними из самых важных людей в жизни Камадо, и защищать их было его обязанностью. А если не смог уберечь даже собственных друзей от гибели, то какой от Танджиро вообще толк?       Мальчик обеспокоенно вертит головой по сторонам, пытаясь найти хоть кого-то из выживших. Тревога утихает как только видит спящую сестру в открытом деревянном коробе. С его сестрой - Незуко все хорошо, она жива. Мимолётное чувство умиротворения щекочет в груди, заставляя старшего Камадо улыбнуться своей по прежнему солнечной, искренней улыбкой. Незуко всегда напоминает ему о его главной цели сражения с демонами, придает сил и уверенности, чтобы идти вперёд, несмотря ни на что; также настраивает на желание не отступать и покончить со всеми демонами, что бесчеловечно поедают людей.       Мальчик повернулся обратно и собирался помочь пострадавшим людям и заодно отыскать своих товарищей. Однако его побуждения остановил и будто парализовал всё юное тело охотника на месте хриплый голос. — Чего? Так ты ещё не помер? —раздался этот противный, презрительный голос с нотками удивления.       Танджиро поднял голову и увидел перед собой уродливую гримасу демона, которая была на расстоянии нескольких сантиметров от мальчика. Напряжение и страх грядущих действий Молодой Луны распространились с новой силой по всему организму, сердце забилось с невыразимой скоростью, в висках застучало; кровь клокотала в сосудах от сильных эмоций. Он понимает, что его жизнь сейчас, буквально, на ниточке не только из-за потенциальной угрозы демона, но ещё и из-за потери крови, из-за множества рваных ран. Гютаро чувствовал напряжение парня и обнажил острые, демонические зубы в ехидной улыбке. — Какой ты везучий… Впрочем, кроме как удачей, тебе похвастаться нечем. — продолжил демон. Голос был подобен старому колесу на телеге, такой же противно-скрипучий. Казалось бы страшнее быть не может, но Шестая Высшая луна склонилась к юноше сильнее, заглядывая в его глаза своими едко-безумными в свете пламени. — Вот ведь бедолага… Остальные наверняка уже ни чем не помогут. Тому кабану я проткнул сердце, а жёлтого придавило обломками, вон как забавно мучается. Оставлю его там, пусть помрет. Извивается как букашка. Какое жалкое зрелище! Столп тоже слабак, только болтать и был горазд. Яд сделал свое дело… Сердце остановилось, он тоже помер. Какие жалкие! Какие же вы все-таки жалкие! И самый жалкий из вас именно ты! — без умолку говорил демон, почесывая щеку с уродливыми черными пятнами. Кажется, он наслаждается, изрекая эти речи, смакует их насмешкой, вселяя во внутрь куда больше страха. Ведь с кем же не позабавиться, как с раненным охотником, который находится в безысходности, не имея никакой возможности нанести Луне урон? Гютаро уж точно такое упускать не хотел.       К горлу подступил тяжёлый ком, который теснил и сдавливал гортань Танджиро. Разум отторгал всё происходящее, не давая мыслям юного паренька укорениться в голове. Неужели его друзей, с которыми у них была столь крепкая связь, больше нет? А Тенген? Он ведь, можно сказать, был их опорой, огромной поддержкой. Нет, только не снова... Камадо уже потерял Ренгоку, нельзя допустить смерти ещё одного столпа. Только бездыханное тело старшего, его отрубленная рука, что все ещё сжимала катану, лужи крови не внушали надежд. — А кто это выглядывает из твоего короба? Твоя родственница? — Гютаро немного прищурил глаза, пытливо вглядываясь в ящик. — Меня не обманешь. Демоны легко различают кровную связь, значит, это твоя старшая или младшая сестра! — демон выпрямил свое худощавое тело в полный рост и расправил плечи. Он выжидающе и с нотками садизма смотрел в душу мальчика и неприятно скалился.       Танджиро был на грани истерики. Ему было безумно больно и стыдно осознавать своё безысходное положение, в котором охотнику не в силах даже пошевелиться не сколько от боли, сколько от отвращения к самому себе. Лишь Незуко не давала ему переступить эту грань и помогала сохранять хоть какое-то самообладание. Мальчик лишь смотрел прямо на Шестую Высшую Луну с прерывистым от страха и беспомощности дыханием. Единственное, что его удивляло, так это то, что демон упускал возможность убить мальчика, будто и вовсе не настроен на это. Нервно сглотнув накопившийся ком в горле, который так сдавливал гортань, красноволосый тихо произнес дрожащим голосом: — Незуко...Моя младшая сестра...       Гютаро в ответ заливисто и громко засмеялся, прикрыв лицо ладонью, а в его кислотно-жёлтых глазах читался какой-то садиский задор. — Я так и знал! Так и знал! — не унимался тот. — Какой же ты все-таки жалкий! Не можешь защитить свою сестру. — темноволосый усаживается на корточки, почти поравнявшись с Камадо. — Что уж тут поделаешь ты все-таки человек, а твоя сестра демон. Быть слабее сестры демона в полне нормально, но зрелище все равно жалкое.       Худощавый касается головы Танджиро, поглаживая вызывая у последнего этим действием отвращение и ещё большее замешательство. — Раз ты в семье старший, значит это не сестра должна защищать тебя, наоборот. Как следует, этими самыми руками. — демон берет руку охотника, а после разом ломает ему два пальца, выворачивая их в обратную сторону, и вновь заливается смехом, пока парень корчится от боли.       А затем начинает лупить истребителя по голове, приговаривая: — А ну скажи, каково тебе сейчас?! Остался тут один в живых и совсем жалкий! А твоя дорогая родная сестра такого натерпелась, что почти обессилела. Слышишь?! Личинка, остолоп! Безмозглый мусор, бестолочь! Зачем ты вообще на свет родился?! — уже почти рычит монстр.       Сейчас Танджиро думает, что ему напрочь оторвут голову, в то время как его тянут за волосы и тормошат из стороны в сторону. Если ещё взять во внимание только что сломанные пальцы, многочисленные переломы и почти полное отсутствие сил, то можно только диву дивиться, как бедный паренёк все ещё жив. — Что будешь делать? Двигай своими израненным жалкими рученками и попробуй отрубить мне голову! Ну же, давай! Давай! — будто в припадке орал Гютаро.       Пучеглазый лишь судорожно дышал, не в силах ничего сделать или сказать. Лишь через пару минут подхватил короб с Незуко и побежал куда подальше, оставив при этом очень обескураженного демона позади. Камадо прекрасно понимал, что сейчас у него нет сил хотя бы на один из приемов и что он может сделать это отступить. Он слышал ядовитый смех Гютаро, слышал все насмешливые ругательства вслед, но мальчик не останавливался, пока его не ударили сзади настолько сильно, что откинуло далеко в перед. Уже чисто инстинктивно увернувшись от горящей падающей балки и из последних сил унося ноги, пока за ним шатающейся походкой шло чудовище. На фоне с пламенем, в котором догорали остатки домов, силуэт Гютаро выглядел так, будто он только что вышел из ада.       Парень окончательно выбился из сил и упал. Короб с сестрой улетел куда-то в перед. Танджиро подумал, что это к лучшему, ибо у него, возможно, появится шанс защитить хотя бы свою сестру. Среди обломков его будет труднее найти, да и появилась идея. Парень сразу же развернулся лицом к врагу принимаясь бросать в демона все, что попадется под руку.Мелкие камни, палки, маленькие мешочки с благовониями не стали большой преградой, так что скоро его снова ударили.На сей раз в живот. — Ты настолько жалкий… Но мне это даже нравится! Мне всегда нравилось все жалкое, неприглядное и уродливое. А у тебя ещё и такой уродливый шрам на лбу. Он мне нравится. Я такие люблю! Демон проглаживает повреждённый участок кожи большим пальцем, подушечка, которого была очень жёсткой и неприятно натирала. Это продолжалось не дольше пары секунд, после демона вдруг как током ударило, глаза стали кажется ещё ярче и заблестели в свете огня, а улыбка стала шире: — Точно! Хочешь тоже стать демоном?! И сестру свою защитишь.Точно-точно! Станешь демоном так будет лучше.Мы будем товарищами! — Гютаро заметно нахмурился и снова приблизился к парню, испепеляя взглядом. — А иначе я и сестру твою прикончу… Чужие сестры мне безразличны…       Откуда то из далека ему кричит Даки, мол не согласна она на подобное, да и зачем им могущественной братии какой-то демон шестерка? К тому же такой слабак.Но старший брат ее не слышет, лишь увлеченно продолжает их своеобразную беседу: — Обратившись демоном ты вмиг станешь сильнее. Забудешь об этом чахлом теле. Ну же! Ну же! Что решил?!       Танджиро запрокидывает голову вверх к небу и прикрывает глаза. Это конец? Его сейчас прикончат и съедят, но если бы он стал демоном… Все было бы по другому. Может если бы он и Незуко были демонами оба было бы легче? Он мог бы позаботиться и защитить ее. Но как же погибшие люди? Выходит он зря сражался и его сестра больше не станет человеком? Все впустую… Гютаро лишь снова посмеялся и возобновил свое предложение, но Танджиро со всего маху ударил его лбом, вонзил отравленный кунай в ногу, благодаря благовониям запаха яда и Незуко демон не учуял, это может ему помочь. Сосредоточив все силы в руке с катаной, парень поднимает клинок. Ещё немного, он вложит всю силу в удар и перерубит ему голову. Только не тут то было, не успел парень даже занести клинок для удара тут же почувствовал резкую боль в области ребер. Шестая молодая луна разодрал это место глубоко, почти до костей и Камадо свалился от невыносимой боли, пытался восстановить дыхание что бы не терять много крови. — Какая же ты все-таки бестолочь! Подумай ещё. Подумай, от чего ты отказываешься! — все вопил демон. Было ощущение, будто тоненькая ниточка терпения отделяла Танджиро от смерти, на которую он пожалуй бы и согласился.       Красноволосый уже мысленно просил прощения у умерших родных, друзей, у своих наставников и у каждого кто только мог пострадать. Гютаро взял его за воротник поднимая одной рукой выше своей головы, не переставая скрывать свою клыкастую ухмылку. — Видел бы ты себя! Так забавно барахтаешься…— темноволосый демон снова захохотал, кажется ещё громче и противнее. Все. Неужели это конец?       Сознание парня постепенно угасало, но Гютаро и не думал отпускать его. — Как ты медленно перевоплощаешься… Но ничего, Господин сделает все как надо! Да-да! Твое бренное тело изменится!       Танджиро начало трясти, глаза закатывались, учитывая его перевоплощения в демона и стресс организма в качестве удушья.Он кричал срывая голос пытаясь побороть кровь демона, что получил с раной.Все тело буквально ломило изнутри, но оставалось прежним.Так продолжалось несколько минут пока красноволосый не отключился.

***

      Гютаро хмыкнул, окликнул сестру и побрел вместе с ней и телом парнишки в лесную чащу.Они шли неспеша, не часто им удается так «прогуляться», до рассвета ещё было время. — Братик, давай съедим его уже! — капризно надула губки Даки. — Мне надоел этот отброс, не лучше было бы… Девушка не смогла закончить свою речь, ибо её перебил брат: — За его голову Господин Музан наградит нас. Представь, мы станем ещё сильнее! — старший улыбнулся. Его сестра лишь надменно посмотрела на тело Камадо и хмыкнула. Не уж то какой-то там мальчишка был так важен их господину? Об этом можно было только догадываться. Дальше только звёздное небо, добыча, темнота и мир демонов,что открылся перед шестыми лунами. Несомненно все ещё впереди. Все впереди...