Глава XIII
10 ноября 2022 г., 00:41
Мамико проснулась на следующее утро и вспоминала события вчерашнего вечера.
Девушку не покидало чувство, что что-то произошло.
— «Как извинялась перед Монтаро — помню, фейерверки помню. Что же еще»?
И тут ее осенило:
— «Блин, он же меня на руках нес. А я спала. Как неловко-то. И это видели все. Какой кошмар».
В комнату к Мамико зашла Аяка.
— Доброе утро, Мамико.
— А, доброе, Аяка.
— Мамико, ты вчера почему одна ушла? Мы же вместе хотели пойти.
— Прости, Аяка. Просто не терпелось увидеть. — Грустно ответила Мамико.
— В итоге Такаги-сама пришлось всех собирать. Хорошо, что все обошлось.
— Ладно тебе, Аяка. — Мамико дружески похлопала Аяку по плечу.
Девушка удивилась.
Мамико тем временем продолжала:
— Предлагаю пойти на рынок, посмотреть, что там есть интересное.
— Мамико, нельзя. Неизвестно, чем это закончится.
— Да ладно. — Мамико ехидно улыбнулась. — Возьмем Мизуки, Шизуку. А Монтаро ничего не скажем.
— А он все равно узнает. Подожди, а братьев с собой мы не будем брать?
— Ну, не знаю. — Девушка задумалась. — Хотелось бы пойти женской компанией. Ладно, так и быть, и их возьмем.
Через какое-то время, Мамико привела себя в порядок и они впятером пошли на местный сувенирный рынок.
Естественно Монтаро никто ничего не сказал.
Чего только там не было: и дарумы (традиционная японская кукла, которой принято загадывать желания. Дарума — это олицетворения японского божества Бодхидхарма, который несет счастье и исполняет желания. Кукла представляет собой неваляшку, сделанную из папье-маше. Рук и ног у куклы нет (считается, что монах, в честь которого названа кукла, так много медитировал, что руки и ноги у него отказали), и какие-то парные украшения, типа колец, браслетов, и статуэтки, и фигурки разных животных, и веера, и одежда. У Мамико глаза разбегались от такой красоты, что она сначала было подумала, не приобрести ли что-нибудь для Монтаро, но быстро отказалась от этой идеи, потому что денег не было.
Шизука, заметив это сказала:
— Я все вижу.
— Что? — Спросила Мамико.
— У меня есть немного монет. Могу дать.
— Нет, не надо. Я просто смотрела. — Мамико замахала руками.
— Я даже знаю, для кого ты присмотрела. — Шизука улыбнулась.
— Шизука, перестань. — Девушка покраснела.
— Так, скажи мне, что ты выбрала?
— Шизука, ну не надо. — Протестовала Мамико.
— Мамико…
Шизуке стоило только посмотреть, и Мамико сдалась.
— Ну, хорошо.
— И что ты выбрала?
— Вот это.
Она указала на амулет Ханамусуби. (Этот магический знак носят в виде браслета на руке или на красном шнурке на шее. Он помогает хозяину избегать трудных ситуаций, а если уж попал в нее — благополучно справиться с испытанием).
Шизука отдала в руки Мамико красный узелок, больше по форме напоминающий цветок.
— Спасибо, Шизука. Надеюсь, ему понравится. — Произнесла Мамико, пряча амулет в оби.
Через какое-то время подруги шли по рынку, братья где-то задержались, как тут Мамико врезалась в мужчину, примерно своего роста.
Это был довольно ухоженный мужчина, с прямыми распущенными волосами черного цвета, сильно блестевшими на солнце. Одет он был в кимоно золотистого цвета и фиолетовый хаори (японский жакет прямого покроя без пуговиц, надеваемый поверх кимоно).
— Ты, женщина, смотри куда идешь. — Сказал он.
От такой наглости Мамико обалдела.
Она закрыла глаза, вдохнула-выдохнула, и тут же их открыла, глядя на мужчину перед собой.
— А ты кто такой? Ты что, божество, раз идешь посередине?! Уйди в сторону!
— Мамико, не надо, не ввязывайся. — Попросила Аяка.
Девушка проигнорировала ее.
— Ты здесь не один! — Продолжала Мамико.
И с этими словами Мамико, разозлившись, наступила пяткой на ногу этого человека. Тот с удивлением посмотрел на девушку.
Тем временем начала собираться толпа: девушка разбирается с мужчиной, не каждый день такое увидишь.
Мамико от злости сжала кулаки.
— Думаешь, я стану спокойно смотреть, как ты себя ведешь?
Эти слова разозлили мужчину.
— Думай, что говоришь, женщина!
— Ну, иди сюда.
Мамико уже стояла, готовая защищаться.
— «Господи, дай мне сил!» — проговорила про себя девушка.
Мамико почувствовала, как страх берет над ней верх, но она быстро подавила это чувство.
— Ты знаешь, кто я? — Мужчина смотрел на Мамико сверху вниз.
— Мне плевать, кто ты! Правила должны соблюдать все без исключения!
С этими словами, наша героиня ткнула мужчину кулаком в грудь, но не сильно.
Все ахнули.
Тот опешил. Как же, он привык, что его боготворят, преклоняются перед ним. А тут явное неуважение к его персоне.
— Я тебе покажу, как обычных людей обижать! — Крикнула Мамико.
И с этими словами, девушка стукнула этого человека кулаком по голове.
На сей раз все вскрикнули.
Аяка, поддерживающая Мамико, произнесла:
— Молодец, Мамико. Давно надо было проучить этого самодура.
— Уэсама! — Крикнул кто-то.
— «Уэсама? Сегун, что ли?»
— Я презираю таких людей! Какой ты подаешь пример, сегун?! — Не унималась девушка.
На крики прибежали братья и Монтаро собственной персоной.
Последнее, что сделала девушка, это плюнула под ноги сегуну. Дальше ее обхватили поперек туловища, в районе пояса.
— Пустите! Я еще не закончила! — Кричала девушка, размахивая руками и ногами.
— Простите, Уэсама! — Произнес Монтаро, поклонившись. — Она сегодня сама не своя.
— Интересная женщина. Впервые такую встречаю. — Сегун явно был заинтригован.
Монтаро всячески загораживал не на шутку разозлившуюся девушку.
Тем временем вся остальная компания уже собралась
— Ладно, можете идти. — Ответил сегун.
Самурай от греха подальше снова взял Мамико за запястье.
— Я могу сама идти, я не маленький ребенок. — Девушка вырвала свою руку.
Никто не проронил ни слова. Все шли молча.
Тем временем вся наша семерка уже находилась на территории лагеря.
— Мизуки, Аяка, Шизука идут по своим делам. — Сказал самурай. — А вот вы, — он посмотрел на братьев и Мамико. — в мою комнату.
— Да! — Ответили братья одновременно.
Мамико же ничего не ответила, просто молча направилась в комнату Такаги.
И вот уже они сидели на дзанбутонах (Японская плоская подушка для сидения. Дзабутон обычно используется для сидения на полу): Коичи, Тэмотсу, а между ними Мамико. Напротив них также на дзанбутоне сидел Монтаро.
— Итак, во-первых, начну с того, что сегодня натворила Мамико. Ввязалась в драку, причем не просто ввязалась, а сама ее начала.
— Неправда! Почему он не мог отойти, он что, божество какое?! Почему ему все должны уступать дорогу? Между прочим, он такой же человек, как все остальные! — Начала возмущаться девушка.
— Жен… Мамико, послушай. Для начала прекрати кричать.
— Да, пожалуйста. — Мамико скрестила руки на груди. — Больше ни слова не скажу.
— Во-вторых, ты же теперь знаешь, кто он, верно.
— Да, сегун. Неужели Такаяма?
— Он самый.
И тут девушка вспомнила преступника с бумагами.
— Тогда я его еще больше ненавижу. Я правильно сделала, что ударила его по голове, и то этого для него мало.
— Гордишься этим? — Глаза Монтаро на мгновение полыхнули яростью.
— Да, горжусь.
— Ну, смотри. Уэсама так просто этот инцидент не оставит. Ты же его опозорила при всех.
— Ну и что. Пусть теперь помучается, может осознание придет, что он делает неправильно. И если честно, я его себе представляла иначе: я думала он высокий, а он с меня ростом.
— Хватит. Теперь к вам. — Он перевел взгляд на братьев. — Вы где должны были быть?
Почему пришли, когда драка уже набирала обороты? Вы должны были это пресечь.
Хорошо, я вовремя подоспел. А если бы нет? Вы свободны, а вот Мамико останется здесь.
— Хорошо, Такаги-сама. — Ответил Тэмотсу, вставая.
Как только дверь закрылась, Монтаро обратился к девушке.
— Мамико, неужели ты не понимаешь, что сделала? А если он решит тебя казнить?
— Да, пускай. Один раз я чуть тут не умерла. Не страшно.
— Да, как не страшно-то?! Любой живой человек боится смерти!
— Я не любой. Я — это я!
— Упрямая!
— Я знаю!
Тут снаружи раздался голос, зовущий Такаги.
— Жди здесь. Сейчас разберусь.
С этими словами самурай вышел из комнаты.
Мамико не теряя ни минуты, рассматривала комнату, в которой была. И тут ее взгляд зацепился за подставку для мечей — катана-какэ (Горизонтальная подставка для мечей), на которой находились два меча: сама катана и вакидзаси (короткий японский меч).
Девушку заинтересовала именно катана. Была она в черных лакированных ножнах. Сама рукоять катаны была перетянута черным шнуром, с красными ромбами.
— «Так вот как ты выглядишь».
Мамико подошла ближе, достала меч из ножен, начала его рассматривать.
И тут:
— Болваны! Ничего без меня не могут!
При звуках голоса Монтаро, Мамико испугалась и полоснула лезвием по ладони.
Моментально ладонь стала красной от крови, через секунду пришла боль. Катана выпала из рук. Девушка, не зная что делать, зажала кровоточащую ладонь второй рукой. Но какое-то количество крови уже успело упасть на татами.
— «Вот же зараза! Что делать-то теперь? Сейчас он зайдет…».
Осторожно подойдя к двери, девушка прислушалась. Пока было тихо. Приоткрыла дверь: Монтаро был снаружи, внутрь заходить не спешил.
И тут он снова куда-то пошел и Мамико решила, пора выходить.
Пулей вылетев из комнаты, при этом еще успев подвернуть ногу, убежала на задний двор. Она еще не знала, что там где бежала, оставались капли крови.
