Сиреневый платок

      7-го Руки дождя 202 4Э       Илмирил отошёл от Хоры на достаточно большое расстояние и подал девушке сигнал. Соратница прикрыла глаза и представила место рядом с её другом. Тело Хоры начало быстро исчезать в сиреневой дымке, превращаясь в лепестки, которые тут же растворились в воздухе. Эльф перевёл взгляд на место, где Соратница должна появиться. Неожиданно в воздухе появились лепестки, и, слетаясь в одной точке, начали образовывать фигуру, напоминающая человеческую. Собравшись в месте, лепестки обрели форму, и уже рядом с эльфом стояла настоящая Хора.       Илмирил улыбнулся и одобрительно кивнул.       – Уже лучше, – эльф положил свою огромную ладонь на макушку девушки. – Надо же, всего две недели, а ты уже можешь телепортироваться без проблем.       – Мне придётся ещё долго учиться, – смущённо отмахнулась Соратница. – Не получается телепортироваться в те места, где я не была. Да и расстояние со скоростью тоже нужно увеличить.       – В любом случае, даже с такими способностями ты не пропадёшь, – Илмирил сделал паузу. – Твоя магия телепортации прекрасна. Волшебные лепестки у тебя, а у Мерты бархатная золотистая пелена…       – Вот бы мама с папой были тут… Они уже пять лет в заточении, – Хора вздрогнула, осознав, насколько долго её родители в плену у Халиона, точнее, его спящего агента. – И за всё время у них не было возможности освободиться.       – Думаю, у них есть план, который, по-видимому трудно осуществить. – Улыбнулся эльф. – Они же не зря мои лучшие ученики.       – Расскажите, как вы познакомились с моими родителями.       – Я разве тебе не рассказывал? – нордка помотала головой. – Ну, тогда слушай. Мерта была моей второй ученицей. Помню, она пришла к нам в Институт Магии, в Сиродиле. Ей было от силы тринадцать лет, а я был тем ещё ворчуном, – эльф неловко посмеялся. – Мы её взяли под опеку. Сначала я не хотел её обучать, но то, с каким рвением она стремилась познать новое, открыло мне глаза. И я даже изменился. Очень много времени мы проводили на тренировках. А Стор пришёл немного позже. Спустя где-то год. Магический потенциал был у него куда больше, нежели у Мерты. Ещё год они соревновались между собой. И началась Великая война. После неё я решил устроить им испытание. Отправил их двоих в Коллегию Винтерхолда, чтобы они поучились и там.       – И что было дальше?       – Потом я получил от них письмо, в котором было сказано, что они не вернуться в Сиродил, а переедут в Рифтен. И, вскоре, родилась ты.       – Мне родители не рассказывали об этом…       – Они просто не хотели навлечь на тебя беду. Халион… был и моим учеником тоже…       – Что? – в голове Хоры появился образы Халиона и Илмирила. – Но он же выглядит гораздо старше Вас.       – Ты права. Выгляжу я значительно моложе. Просто мой жизненный срок намного длиннее, чем у Халиона. Ведь я помню Кризис Обливиона ещё маленьким эльфёнком…       Хора широко раскрыла глаза, а брови так и норовили скрыться в густых волосах. Нет, она, конечно, знала, что альтмеры живут дольше, но не настолько!       – Вам больше двухсот лет? – воскликнула девушка.       – Двести восемьдесят семь, если быть точнее. По нордским меркам, мне где-то двадцать девять. Но не все альтмеры живут настолько долго. Кто-то доживает до тысячи лет, как я, есть те, кто живёт пятьсот лет, как Халион, а кто-то, доживает до сотни. Каждый индивидуален.       – Надо же…       – В любом случае, не переживай. Мерта и Стор сильные. Для них заточение – не преграда.       Хора облегчённо вздохнула.       – Спасибо Вам, Илмирил. В последнее время я много переживаю, – девушка осмотрела всю долину и Вайтран, возвышавшийся над землёй. – Но, когда я вспоминаю, что я дома, сразу все волнения испаряются, словно их и не было.       – Рад, что ты здесь успокаиваешься… Когда я узнал, что Мерта и Стор решили запечатать в тебе монстра, очень переживал за тебя. Знал, что тебе придётся столкнуться с ужасными трудностями. А когда узнал, что Халион напал на Коллегию, думал, сердце не выдержит… С тех пор то я всегда присматривал за тобой, пока Халион не видел.       – П-правда? – Илмирил кивнул.       – Да. Помнишь, всякий раз, когда ты натыкалась на каких-нибудь грабителей, то всегда могла спастись. По этой же причине ты избегала людей Халиона и не попадала в его лапы. Они, конечно, находили, но лишь тогда, когда я был слишком рядом. Чтобы не вызвать подозрения, приходилось делать вид, что я обнаруживал тебя с помощью магии. На самом деле, я всегда знал, где ты…       Хора удивлённо уставилась на друга, не веря своим ушам. На протяжении четырёх лет Илмирил всегда был рядом и прикрывал из далека, из тени. Настолько мастерски, что девушка ни разу не почувствовала его присутствие.       – Илмирил, Вы просто нечто!       – К слову, мы знакомы уже долго. Можешь не обращаться так официально, – мужчина неловко посмеялся. – Из-за этого чувствую себя совсем старым.       – Конечно, язык не поворачивается с Вами… – Соратница замялась. – С тобой так разговаривать…       – Над этим мы ещё поработаем, а пока, нам нужно возвращаться в Вайтран. Завтра вы уже отправитесь в Солитьюд.       – Интересно, что там будет… – задумчиво пролепетала Хора, приложив холодные пальцы к подбородку. – Надеюсь, ничего плохого не случится…       Добравшись до Йоррваскра, друзья попрощались. Илмирил в который раз пожелал Соратнице удачи в поездке, от чего девушке стало немного неловко. Хора спустилась в свою комнату, где сладко дремал уже взрослый Август. Интересным было то, что питомец гораздо больше своих сородичей. Фаркас предположил, что «Серебряная рука» вывела новую породу для борьбы оборотнями. Пёс, почувствовав приближение хозяйки, активно замахал хвостом. Соратница опустилась на огромную кровать рядом с Августом. Девушка всё никак не могла привыкнуть к своей новой комнате. Она стала членом Круга, и совсем недавно ей выделили новые покои, в разы больше, чем предыдущая комнатка, которую она делила с Рувеной.       Хора схватилась за голову. Тревожные мысли овладели разумом. Возможно, она встретится с Халионом на свадьбе. Всё-таки Империя сейчас, хоть и в напряжённых, но мирных отношениях с Талмор. Если она встретит своих врагов, что она будет делать… Да ещё и спасение родителей и Бриньольфа стало новой трудной задачей. Девушка не ожидала, что самый ярый ненавистник эльфов спелся со своими врагами и теперь держит её родных у себя.       Соратница вздохнула. Слишком много проблем, которые всё накапливаются и накапливаются, не давая продохнуть.       В дверь глухо постучались. После краткого «заходи», Хора облегчённо улыбнулась…       12-го Руки дождя 203 4Э       Хора вошла в Солитьюд и поразилась количеству жителей в городе. Столица владений Хаафингара была переполнена людьми и напоминала Соратнице муравейник, полностью забитый насекомыми. Причиной такого огромного скопления, была свадьба Вичи и Снегохода. Гости съехались со всех уголков Скайрима, чтобы посмотреть на церемонию. Все дома Солитьюда были украшены, а все улочки усыпаны лавками со сладостями или различными безделушками. Хора то и дело крутила голову во все стороны, пытаясь запомнить все детали.       – Перестань пялиться на всё подряд, – прорычал Ригмор, явно недовольный детским восхищением Соратницы. Девушка нахмурила брови, не понимая, что она плохого сделала.       – Предлагаю убить Довакина. Он меня раздражает.       – Ригмор, ты слишком груб к девушке, – спокойно сказал Балгруф, который шёл чуть впереди. Дитя Акатоша тихо фыркнул, но замолчал. Явно это было не просто замечание.       – Впервые в Солитьюде, Хора?       – Да… Никогда не видела столько людей в одном месте. Когда за мной охотились эльфы, я не посещала большие города, чтобы меньше светиться.       – Скоро ты привыкнешь к такому, я уверен, – ярл чуть повернул голову и улыбнулся.       К прибывшим подошли солдаты, но не Легиона, а какой-то другой организации, неизвестной нордке. Их броня похожа на имперскую, но всё равно сильно отличается. На груди их обмундирования Хора заметила интересную символику в виде глаза на красном фоне в продолговатом с мягкими углами ромбе.       – Ярл Балгруф, рад встречи с Вами, – начал имперец, вышедший чуть вперёд. Это был мужчина средних лет, с чёрными волосами, тонкими усами и небольшой бородкой. Хоре смутно показалось, что этот солдат кого-то ей напоминает. – Как Вы добрались до Солитьюда?       – Здравствуйте, командир Марон, – отозвался владыка Вайтрана. – Дорога была чудесной. Спасибо за беспокойство.       – Прошу, за мной. Теперь Вы под надёжной защитой Пенитус Окулатус.       – Как Ваши сыновья поживают? – мило спросил Балгруф Старший, шагая подле командира.       – Гай, как и прежде, верен Империи и служит в Пенитус Окулатус. А вот Нат… Маленький… – видимо, Марон захотел нелестно высказаться о сыне, но воздержался. – Разбаловал я его. От рук совсем отбился. Сбежал и теперь непонятно где находится.       – Так и знал, что тот похотливый придурок явно непростой невежа… Теперь ещё больше хочется его придушить…       Ригмор и Хора переглянулись, поражаясь. Так Нат – сын столь важной персоны. Удивительно, что он так вообще себя ведёт. Однако Соратники решили не говорить командиру Марону о его сбежавшем ребёнке.       После этого прибывших гостей отвели в Синий Дворец – обитель ярла Солитьюда, Элисиф Прекрасной – и выделили каждому комнаты. Балгруф и Соратники встретились с ярлом столицы Скайрима. Хора то и дело озиралась по сторонам, ожидая облавы. Также нордка встретилась генералом Туллием и с некоторыми ярлами различных провинций, и последние даже не замечали девушку. В основном, Довакин приковывал к себе внимание. Некоторые даже хотели переманить мужчину на свою сторону, но в такие моменты вмешивался Балгруф и вежливо отклонял предложения. А вот Туллий лишь подозрительно косился на нордку.       Когда Хора осталась в своих покоях, невольно поморщилась, увидев на кровати, аккуратно сложенное и перевязанное белой лентой, чёрно-сиреневое платье. Соратница лёгким движением потянула за ленту и расправила одеяния. Надев его, Хора снова поморщилась. Она ни разу не носила платья. Девушка предпочитала до недавнего времени магическую робу, а потом полюбила броню, поэтому подобные одеяния она совсем не приветствовала. Ладно, домашняя юбка, но не платье, это точно.       – И это мне нужно носить неделю? – спросила сама себя нордка, всматриваясь в своё отражение в зеркале. – Зачем же Вы так со мной, ярл Балгруф?       – Как же я тебя понимаю.       В дверях показался Ригмор в богатых одеяниях и с уложенными волосами, которые обычно Довакин заплетает в пучок лишь во время битв или тренировок. Хора уставилась на Довакина и звонко засмеялась, схватившись за живот. Соратник гневно покосился на девушку.       – Что смешного? Я тебе кто? Шут?       – Прости, прости, Довакин, – нордка чуть успокоилась, но смешок остался. – Просто видеть тебя в таком наряде, достаточно непривычно.       – Действительно, шут гороховый…       Мужчина клацнул языком, вошёл в комнату и бесцеремонно улёгся на кровать Хоры, уставившись в потолок. Девушка нахмурила брови и нависла над Довакином, скрестив руки на груди.       – Ну и какого Обливиона ты улёгся на мою кровать? – спросила Хора, недовольная наглостью норда. – Тебе выделили покои, и они дальше по коридору…       – Да ладно тебе. Я просто полежу тут, – с толикой раздражения перебил Ригмор. – К тому же я хотел кое-что обговорить. Нужно быть осторожнее. Ты же понимаешь, что нас не просто так Балгруф с собой взял, – девушка блеснула глазами. – Мы обязаны защитить молодожёнов.       – От чего?       – Эта свадьба, как уже сказал ярл, возможность примирения враждующих сторон. Кто-то наверняка захочет это предотвратить.       – А наша задача предотвратить возможное покушение.       – Именно, – Довакин принял сидячее положение. – Да и я звериным чутьём ощущаю, что что-то произойдёт. А эти… мешки на нас будут мешать, – Ригмор оглядел с ног до головы Хору. – Про тебя вообще молчу.       – Я тебе помогу, если нужно будет…       – Мне не нужна твоя помощь, – сказала девушка и осеклась, норд прищурился. – Я это в слух сказала?       – С тварью разговаривала?       – Да. В последнее время он слишком разговорчивым стал. Двадцать лет он молчал, а тут решил вести светские беседы.       – И что он говорит?       – Шутом гороховым тебя называет. Впрочем, хоть в чём-то я согласна с ним.       В этот момент Хоре показалось, что Довакин направит на неё все крики, которые он знает. Если бы это было возможно, то, думается ей, Ригмор так и сделал бы. Но вместо этого он просто злобно посмотрел на девушку. Нордка сглотнула. Она и позабыла, что Довакин – не тот человек, с которым следует пререкаться.       – Тебе повезло, что ты под защитой Вилкаса, – прошипел Соратник.       – Ч-что… При чём здесь Вилкас?       – А при том, что Вилкас не просто любит тебя. Не как человек, а как оборотень.       – Что это значит?       – «Запечатление». Это что-то особенное для оборотней. Если вервольф запечатлён на ком-то, он становится безоговорочно связанным с ней на всю оставшуюся жизнь. Станет для неё кем угодно. Вилкас запечатлён на тебе, поэтому другие оборотни никогда не тронут тебя, будут защищать. По крайней мере те, кто знает об этой связи, – мужчина усмехнулся. – Кто бы мог подумать, что Вилкас выберет тебя.       – Кто бы мог подумать, что мы будем что-то подобное обсуждать, – сказала Хора, чуть улыбнувшись, и посмотрела в отражении зеркала. – А ты запечатлён на ком-то? Ригмор резко встал с кровати и направился к выходу.       – Пошли, – небрежно кинул Ригмор. – Свадьба через пол часа.       – Вот и поговорили…       – Интересно…       Хоре ничего не осталось делать, кроме как следовать за Драконорождённым. По дороге девушка постоянно наступала на подол платья и периодически взвывала от безысходности. Ригмор то и дело игнорировал Хору, не замечая, как она мучается. Когда Соратники вышли из Синего дворца, множество поклонников, словно ползучая лоза, облепили воинов. Точнее Довакина. Конечно, всё-таки дитя Акатоша буквально месяц назад одолел Пожирателя Мира, и теперь его все восхваляют. Да ещё и весть о том, что он летал на драконе, ещё больше добавляла масла в огонь фанатизма.       И сейчас, когда Ригмор был прилично одет и ухожен, когда на нём не было объёмных доспехов, все стали узнавать его и ещё больше восхищаться. Особенно девушки. Хора, наблюдая за сие картиной, когда Довакин пытался вежливо попросить поклонниц уйти, лишь закатывала глаза и поражалась легкомысленностью девушек. Соратнице хватило одного взгляда, чтобы понять, чего они хотели от Довакина. Конечно, они горели желанием затащить его в постель, а после кичиться тем, что переспали с самим убийцей Пожирателя Мира. Хора поморщилась, подумав о столь мерзком. «Интересно, что они сделают, если узнают, какой Довакин на самом деле…» – промелькнула мысль в голове нордки.       После нескольких минут попыток пройти фанатичных девушек, Соратники всё-таки смогли добраться до дворика Храма Богов, где должна произойти свадебная церемония. Здесь собрались все гости и уже рассаживались по своим местам. Соратники разошлись по разным углам, чтобы можно было лучше оценить обстановку.       Праздник начался, и невеста то и дело обращалась к гостям, толкая какую-то речь, в которую Хора особо не вслушивалась. После очередного тоста, молодожёны вышли к прибывшим на свадьбу, мило беседуя с ними. Мимо Хоры прошёл жених Виттории. Норд, едва завидев Соратницу боковым зрением, тут же обратился к ней.       – Какая же ты прелесть, а? – начал было Асгейр. – Пожалуй, невестушке моей пора беспокоиться.       – Что, простите? – максимально вежливо попыталась спросить Хора.       – Пожалуй, теперь я знаю, с кем изменю своей жёнушке после свадьбы… Виттория должна уже волноваться, – тихо пролепетал Асгейр, и запах алкоголя ударил по носу девушки. – Не против выпить? Уверен, тебе понравится.       – Считаю, что Виттории не о чём беспокоиться, – мило улыбнулась девушка, пытаясь скрыть огромное негодование. – Не люблю алкоголь.       – Да ладно тебе! Всего лишь один глоток…       – Пожалуй, если девушка отказывается, значит стоит послушать её…       Позади Хоры появился солдат Империи и подал нордке руку. Девушка приняла её и, вместе с легионером, покинула пьяного жениха. Когда воины отошли чуть дальше, Соратница облегчённо выдохнула.       – Хадвар… Спасибо тебе. Я думала, что вот-вот выбью из него всю дурь, если он не прекратит…       – Не горячись ты так, – невинно улыбнулся легат. – Этот брак всё равно по расчёту. О любви тут и речи идти не может.       – Как-то грустно получается… – задумчиво прошептала Хора. – Интересно, что думает сама Виттория.       – Виттория не выглядит глупой. Думаю, она знает, для чего этот брак. В любом случае, благодаря свадьбе между членами враждующих сторон, Гражданская война наконец закончится. Впрочем, давненько мы не виделись, Хора. Что ты тут делаешь? – с каким-то искренне детским удивлением спросил мужчина.       – Ярл Балгруф пожелал, чтобы мы вместе с Довакином сопровождали его.       – Только вот с этим балахоном у неё вряд ли получится, – сказал Ригмор, когда норды подошли к нему, а Хадвар лишь посмеялся.       – Минуточку внимания, дорогие друзья! – радостно пролепетала Виттория Вичи, начиная очередную торжественную речь. – Я просто хочу сказать всем вам спасибо за то, что вы здесь. Поблагодарить вас за то, что разделили этот чудесный счастливый день со мной и моим мужем… Сегодня меня не касаются беды Скайрима. Вас они тоже не заботят. Сегодня мы объединяемся в мире и счастье… Сегодня этот праздник своим присутствием почтили не только владыки провинций Скайрима и досточтимые гости. На этой свадьбе присутствуют прекрасный человек, доблестный воин, чьи заслуги уважает мой кузен, Тит Мид Второй, – Виттория обратилась к Ригмору и мило улыбнулась. – Довакин, чей клинок поразил самого Пожирателя Мира. Прошу, веселитесь вместе с ним! Теперь в нашей стране будут царить мир и…       Что произошло дальше, никто не мог понять. Всё случилось настолько быстро, что даже Довакин, со своим чутьём волка не сумел сообразить. Секунда, и точная стрела пронзила горло Виттории, заставляя ту захлебнуться в собственной крови. Прямо на глазах белоснежное свадебное платье невесты окрасилось в алый цвет.       Цвет смерти.       Крики присутствующих раздались по всему дворику. Гости попытались в панике покинуть место убийства.       Хора и Ригмор обернулись на небольшой балкончик, откуда полетела стрела и увидели, как чья-то тень уже начала скрываться в тени замка. Соратница среагировала быстрее всех и тут же оказалась на этом балкончике, применив заклинании телепортации. Хора повалила на камень ассасина, который уже почти скрылся, заведя его руки за спину.       – Никуда ты не уйдёшь, грязный убийца, – прошипела девушка, снимая с ассасина маску. Им оказался молодой данмер, с алыми глазами, которые пылали яростью… Сверху раздался скрип двери. Хора подняла голову, в надежде, что это солдаты Солитьюда, но судьба решила поиграть с ней.       В проёме появился аргонианин в броне Тёмного Братства.       – Ситис накажет тебя за смерть Астрид и Арнбьорна!       Ящер замахнулся клинком. Соратнице пришлось отпустить данмера, чтобы убийца не нанёс смертельную рану.       Хора, запутавшись в длинной юбке платья, свалилась на пятую точку, и тут же взвыла от боли. Аргонианин полоснул острием меча чуть выше ключицы, задевая шею, и тут де нанёс ещё один удар, насквозь пронзая, тело девушки, не защищённое никакой бронёй.       Тёмный эльф, который успел отползти, вытащил кинжал и попытался добить Соратницу. Однако Безжалостная сила Крика Ригмора прервала его. Данмер с грохотом впечатался в стену, а ящер влетел в обратно в дверь, глухо приземляясь где-то внутри помещения.       Хора попыталась встать, но в глазах тут же поплыло. Слишком много крови потеряла за столь короткое время. «Не падай… Вставай же!» – сказала девушка сама себе и, поднявшись на ноги, чуть шатаясь, подошла к ассасину, связывая того магическими путами. Тяжёлые веки предательски сомкнулись, погружая Хору в тьму.       Данмер злобно ухмыльнулся и с лёгкостью разорвал верёвки. Аргонианин, уже пришедший в себя, подошёл к своему товарищу.       – Дело сделано. Нужно было убить тебя сразу, тварь.       – Идём, пока до нас не добрались…       Две фигуры, бесследно растворились в тени замка.       Стража, что за эти никчёмные секунды не смогла добраться до балкончика, обнаружила на месте без сознания девушку, лежащую в собственной лужице крови. Ригмор, растолкавший всех солдат, ругаясь себе под нос, подхватил Соратницу на руки и скрылся в стенах Храма Богов.       – Если ты помрёшь тут, Вилкас от меня и мокрого места не оставит…       Мужчина отнёс к жрецу девушку, буквально, влетев в комнату. Спустя два часа после интенсивного лечения Хора очнулась и чуть слабыми движениями села на край кровати.       – Как ты? – спросил жрец Рорлунд, подавая девушке чашку с какой-то непонятной жидкостью.       – Вроде в порядке, – нордка прикоснулась к перевязанной бинтами ране и приняла чашку. – Могу узнать Ваше имя?       – Рорлунд.       – Спасибо, Рорлунд. Вы спасли мне жизнь.       – Не я спас тебя, – Хора скептически выгнула бровь. – Довакин принёс тебя сюда на руках. Если бы он задержался хоть на минуту, то, кто бы знал, что произошло.       – Что же, нужно его тоже поблагодарить…       – Хора! – в комнату влетел ярл Балгруф с застывшим ужасом в глазах. Девушка тут вскочила, склоняя голову. В глазах слегка помутнело. – Не стоит, моя хорошая, не стоит. Лучше не делай резких движений…       Соратница бросила взгляд за спину ярла. В дверном проёме показались Ригмор и Хадвар. Жрец вышел из комнаты.       – О чём ты только думала? – прорычал Драконорождённый. – Опять захотела с жизнью расстаться?       – Довакин, прошу, не кричи. Голова раскалывается.       – А ты не лезь на рожон, – сухо ответил Ригмор. – Тёмное Братство – это не шайка бандитов, которые толком мечи не умеют держать. И ты об этом знаешь! Узнал бы Предвестник о твоём «геройском поступке», открутил бы тебе голову!       – Ригмор, – владыка Вайтрана сверкнул глазами. – Хоре нужен покой. Она попросила не кричать.       Дитя Акатоша фыркнул и уселся на стул около небольшого окна. Хадвар, что всё это время тихо стоял в проходе, переминался с ноги на ногу. Соратница не оставила это без внимания.       – Хадвар, что-то не так?       – Да… Есть кое-что…       – Хадвар, пожалуй, Хоре не стоит это пока что знать, – перебил Балгруф солдата. – Пусть она сначала наберётся сил, а потом уже новости.       – Я в порядке, мой ярл. Я готова услышать любую весть. Молодой легат кивнул и сел рядом с нордкой.       – Перед тем, как устранить Витторию, убийцы пробрались в замок, где отдыхал должен был отдыхать Император…       – Что? – брови Хоры тут же поползли вверх. – Его…       – Убили двойника, – Хадвар сделал паузу. – Настоящий Император Тит Мид Второй сейчас в пути и скоро будет здесь. Мы поймали одного из убийц. Ригмор… уже допросил аргонианина.       – Этот ящер довольно стойким оказался, – отозвался Довакин. – Но он раскололся, и мы теперь знаем, где убежище Тёмного Братства. Марон уже отправился на зачистку.       – Где оно находится? – Хора начала вставать с постели, но легат её прервал и мягко надавил на её плечи, заставляя вновь опуститься на кровать.       – Тебе нельзя туда.       – Почему же?       – Хора, – строго начал Балгруф. – Тебе нужно время для лечения. Ты не сможешь сражаться в таком состоянии.       – Мой ярл, я понимаю Ваше беспокойство. Но у меня свои счёты с Тёмным Братством. Вы, наверно, не знаете, что последние четыре месяца по мою душу уже приходили убийцы. И все они с треском терпели поражение. Поэтому, прошу Вас, отпустите меня…       – Хора, это не просьба, это приказ! – воскликнул ярл.       – Не нужно прыгать выше своей головы… – откликнулся Хадвар.       – Хадвар… Ваша светлость… – Нордка помотала головой. – Простите…       Балгруф Старший некоторое время всматривался в глаза девушки, и, осознав, что нордку не переубедить, согласился.       – Глупая девчонка! – прорычал Ригмор. – Если ты помрёшь там, я отчитываться перед Предвестником не буду.       – Я не погибну, Довакин. Со мной будет отряд Марона.       Мужчина клацнул языком и подошёл к Хоре, возвышаясь над ней.       – Ты ничего не понимаешь. Я обяз…       – Мне не нужна твоя опека. После того, что случилось, ты не имеешь право себя так вести.       – Как же?       – Как благородный воин, пытающийся вернуть себе утраченную честь. Ты совсем не такой. Не мучай себя и остальных, – Соратница развернулась на пятках и направилась в сторону выхода. – Я вырежу Тёмное Братство, а ты останься здесь. Лучше защищай нашего господина.       Хора вышла из комнаты, хлопнув дверью.       – Что ты натворил, брат? – спросил Хадвар, приближаясь к Довакину.       – Ничего.       – Не ври. Лучше скажи сейчас.       – Это было почти два года назад. Уже нет смысла об этом говорить.       – Ригмор, – окликнул дитя Акатоша Балгруф. – Ты знаешь, что будет, если лгать мне. Довакин нервно сглотнул. Ярл единственный человек, который мог оказать влияние на Ригмора. Мужчина не в состоянии солгать ярлу или ослушаться его приказ. Дитя Акатоша отвёл взгляд.       – Я вёл дела с Талмор. Вместе с ними я поймал Хору, – все присутствующие охнули. – А потом пытал её две недели.       Ёмко и просто. Но этого было достаточно, чтобы заставить Хадвара вскипеть. Взгляд мужчины налился дикой злобой, и он кинулся на Ригмора, хватая того за грудки.       – Она же ни в чём не виновата… – прошипел легат, несвойственным для него гневом. – За что ты её…       Ригмор рассказал Хадвару всё с самого начала. Солдат отпустил Соратника, не веря своим ушам.       – Оправдываться не буду, – сухо ответил Довакин. – И извиняться тоже.       Хадвар, замахнувшись, ударил дитя Акатоша со всей силы, оставляя небольшую ссадину на его скуле. Ярл Балгруф лишь грустно посмотрел на своего тана, и, ничего не сказав, вышел из комнаты. Легат последовал примеру и также покинул помещение, оставляя Ригмора наедине с собой…