Неотъемлемая составляющая

      Через полчаса Прачая, присев напротив молодого мужчины, проговорил:       — Приятного аппетита, Ниран, — после чего уткнулся в свою тарелку.       — И тебе приятного аппетита, Сингто. Итак, куда именно ты хотел бы полететь на медовый месяц?       Услышав спокойный вопрос жениха, адепт Игниса Согревающего чуть не подавился ужином, и быстро глотнув воды, чтобы протолкнуть пищу, спросил:       — У нас будет медовый месяц?       — Хмм, если ты о традиционном путешествии — то да. Я сейчас работаю на износ, именно для того, чтобы насладиться с тобой отдыхом в каком-нибудь тихом и красивом месте. Ну, а если ты имеешь в виду задержимся ли мы там на месяц — ответ будет отрицательным, — отозвался молодой мужчина и наколов на вилку кусочек рыбы, отправил её в рот.       — И сколько же дней мы будем отдыхать?       — Неделю. На более длительный срок я компанию оставить не смогу, иначе акционеры забеспокоятся. А я и так с большим трудом убедил их в том, что не собираюсь обманывать твоих родителей, и что у нас с тобой действительно очень тёплые отношения.       «Ага, я бы даже сказал горячие», — мысленно фыркнул Прачая, вспомнив боль в районе солнечного сплетения и то, как урок адепта Щедрой Терры оставил его совершенно без сил.       — Так что скажешь, куда бы ты хотел отправиться в наш медовый месяц? — донеслось до младшего.       Сингто на некоторое время задумался, соображая, может ли он попросить Нирана, чтобы они провели эту неделю в какой-нибудь ближайшей живописной деревушке? Или ещё лучше — просто ходили гулять по городу, осматривая его достопримечательности, но тут возле его уха вдруг раздалось тихое и до боли знакомое:       — Скажи, что хочешь поехать в Монтанию.

***

      «Всё-таки подавился», — недовольно отметил Прачая, согнувшись пополам в приступе страшного кашля.       — Что случилось, Огонёк? С тобой всё в порядке? — воскликнул молодой мужчина и, вскочив из-за стола, мгновенно оказался рядом с женихом.       — Всё — кха — хорошо — кха — Ниран. Я просто — кха — подавился, — выдавил из себя младший, пока адепт Щедрой Терры хлопал его по спине. — Спасибо, что помог.       — Не стоит благодарности — мы же почти женаты, так что, это мой долг, — произнёс старший и, возвратившись за стол, возобновил свой ужин.       А Прачая, до сих пор не понимая, послышался ли ему голос любимого или он, тоскуя по Перавату, просто озвучил свои собственные мысли, уверенно и громко проговорил:       — Я определился с местом для отдыха, Ниран. Давай, поедем в Монтанию.

***

      — Есть! — одними губами прошептал Крист, видя, что Сингто внял его просьбе. — Спасибо тебе, мой Огонёчек!       Спланировав на подоконник, адепт Эйра Вдохновляющего, который благодаря своему любимому обрёл реальный шанс научиться призывать стихию, стал любоваться полной луной, не забывая слушать идущий в столовой разговор. А он, к слову, постепенно начинал превращаться в дискуссию на повышенных тонах.

***

      — Ниран, неужели я и в горы должен собирать целый чемодан? Это просто нелепо, — проворчал Сингто.       — Огонёк, я предложил тебе выбрать место для отдыха, но не говорил, что мы будем жить, как дикари. Это не турпоход, дорогой, так что джинсами и свитерами ты не обойдёшься. Если очень сильно повезёт — я сумею заманить туда руководителя LTL Enterprices и обсудить условия крайне выгодного контракта, — мечтательно протянул старший.       — Окей. А от меня-то ты, что тогда хочешь? — поинтересовался младший.       — Кроме исполнения супружеского долга? — усмехнулся молодой мужчина, глядя на собеседника. — Чтобы ты не портил мой деловой имидж. И если я возьму тебя на встречу — во всём меня поддерживал, ясно?       — Да, — глухо отозвался Прачая, которого заклинило ещё на первой части фразы жениха. Оказавшись во власти воспоминаний и буквально почувствовав, как губы Нирана сминают его собственные, парень передернулся и быстро произнёс:       — Я наелся. Могу ли я быть свободен или ты ещё что-то хотел обсудить?       — Только одно. Знаешь, милый, это конечно похоже на прихоть, но я всё же очень хочу, чтобы ты удовлетворил её. До нашего медового месяца найди время, чтобы сходить в магазин и купить себе украшение в виде ошейника, ладно?       — Чего?! Зачем? Хмм, я ведь могу узнать, что тебе это даст? — понизив голос, спросил младший, а Перават от неожиданного заявления молодого мужчины шлёпнулся с подоконника, прошипев:       — Тантачиват, скотина такая! Ты что там удумал?       Ответ на свой вопрос Крист получил буквально через несколько секунд, когда старший, ухмыльнувшись, проговорил:       — Можешь. Видишь ли, Сингто, если в нашу первую брачную ночь ты будешь ждать меня в постели, стоя на коленях и кроме ошейника на тебе ничего не будет… Скажем так, это зрелище очень воодушевит меня и взамен ты получишь массу наслаждения, понятно?       «Что и требовалось доказать! Господи, какой же ты конченый извращенец!» — подумал Прачая, а разъяренный до предела адепт Эйра Вдохновляющего, оказавшись рядом с любителем ошейников, сжал свои руки на его шее и угрожающе прошептал:       — Ну, подожди, тварь. Как только я вновь научусь управлять своей стихией — вот на этой части твоего тела тут же затянется воздушная петля. Клянусь в этом великой стихии Воздуха!

Где-то в покоях Эйра Вдохновляющего

      — Ммм, вот же за-ааах-сранец, — простонал блондин и повелитель Огня, с сожалением оторвавшись от вкусной шеи любимого, проворчал:       — Ну, знаешь ли, Эйр, вот такие обращения в постели меня совсем не возбуждают! С чего это я вдруг стал засранцем?       — Да не ты! — фыркнул повелитель Воздуха. — Это Кристу неймётся!       — Кристу? — удивленно вскинул бровь вверх красноволосый. — А это кто?       — Игнис! Память у тебя, конечно девичья, но не мог же ты забыть любовника своего адепта, которого видел всего ДВА ДНЯ НАЗАД! — повысил голос блондин, прожигая повелителя Огня взглядом.       — Ах, этот парень? Ну и что он хочет? Ты ведь ясно сказал, что вы увидитесь лишь в одном случае, разве нет?       — Сказал. Но этот засранец только что принёс клятву. А ты прекрасно знаешь, если адепт обращается к стихии, мы, как её официальные представители на земле, обязаны явиться, чтобы подтвердить, что услышали и приняли клятву.       — Аррр, ладно, у тебя пять минут. А я пока достану что-нибудь перекусить, потому что, чувствую, потом нам будет не до поисков еды, — подытожил повелитель Огня, подмигнув любимому.       — Конечно, брат, как пожелаешь, — опустив глаза в пол, пробормотал повелитель Воздуха, а потом, подняв голову, хитро ухмыльнулся красноволосому парню и вскочил с постели.       — Эйр-р-р! — раздалось за спиной блондина, и он тут же протараторил:       — Бегу-бегу. Не скучай тут без меня, — после чего, шагнув в нисходящий поток, исчез.

Спустя пять минут

      Приготовив мясо, рыбу, фрукты и нектар, повелитель Огня с чувством выполненного долга плюхнулся на кровать, вытянувшись во весь рост.       И тут же задохнулся от неожиданности, потому что его полувозбужденный член вдруг оказался в плену сильных пальцев, а спустя пару мгновений проявившийся из воздуха блондин довольно отметил:       — Рад, что твой энтузиазм почти никуда не пропал, Огонёчек.       — Он и не может пропасть, ведь сегодня ты всё ещё не стал моим, — прорычал красноволосый и услышал:       — Так хватит тогда меня дразнить, Игнис. Давай уже перейдём к делу!       — Окей. Ты сам на это напросился. Так что, не вини меня, если очень сильно устанешь, понял? — едва слышно промурлыкал повелитель Огня.       А после много-много часов демонстрировал любимому Ветерку, что выражение «огонь любви» при определенных условиях может быть очень даже буквальным.

Спустя много-много часов

      — Знаешь, Игнис, — тихо пробормотал повелитель Воздуха, ложась поперёк кровати и кладя голову на колени любимого. — Когда я появился перед Кристом, в комнате были он, Сингто и ещё какой-то парень. Как потом выяснилось, он и есть тот самый жених твоего адепта.       — И что? Намекаешь на то, что в этой жизни Крист и Сингто уже не смогут быть вместе, ведь мой адепт любит другого? — отозвался красноволосый, перебирая волосы Эйра.       — Я такого не говорил. И судя по тому, как Перават скрежетал зубами — этот самый жених, похоже, обижает Прачаю.       — Даже так. Интересно-интересно. А почему тогда Сингто от него не уйдёт?       — А это ты должен разузнать сам. В конце концов, это же твой адепт, так что тебе и лезть к нему в голову, — припечатал блондин.       — Окей. Так чего там хочет Крист?       — Прибить этого жениха. Знаешь, я был порядком удивлён тем, что адепт Терры такой плохой человек.       — Терры? Уверен? У нашей сестры ведь нет плохих адептов. Она сама об этом гово…       — Ага! Больше слушай эту сказочницу! У всех есть плохие адепты. Аква вон, совсем недавно жаловалась, что один придурок, прокачав навык управления стихией до очень высокого уровня, возомнил себя Божеством и заставил реку выйти из берегов. Наводнение было, упаси нас папа и мама, очень сильным и страшным.       — Слушай, Эйр, — через некоторое время подал голос повелитель Огня. — Так нам, наверное, надо разыскать Терру и сообщить ей о творящемся беспределе, как считаешь?       — Это хорошая идея. Вот только… Сдаётся мне, что они с Аквой сейчас ооочень сильно заняты, — хихикнул повелитель Воздуха, сделав страшные глаза.       — До сих пор? — ошеломленно воскликнул Игнис, подпрыгнув на постели. — Да сколько можно-то? Даже мы иногда друг от друга отрываемся.       — Ага. Только чаще всего ровно на пять-десять минут, — поддел блондин. — Верно, любимый?       — Хмм, а тебе в этом раскладе что-то не нравится, любимый? — вкрадчиво поинтересовался красноволосый, наклоняясь ниже.       На что Эйр быстро облизнул губы и коротко, но страстно поцеловав повелителя Огня, промурлыкал:       — Игнис, детка, если бы мне что-то не нравилось — тебя бы отсюда давно выдуло, — после чего втянул довольно ухмыляющегося любовника в новый ещё более страстный поцелуй и их путь к наслаждению начался заново.

Где-то на самом верхнем уровне небес

      — Морт, как ты думаешь, это нормально, что наши дети… вот так вот любят друг друга? — тихо поинтересовалась слегка смущенная молодая женщина с рыжими волосами и серыми глазами.       — Хмм, сердцу ведь не прикажешь, душа моя, — отозвался уже немолодой брюнет с синими глазами и, подойдя ближе, крепко обнял жену всё ещё стоящую у волшебного зеркала.       — Лучше бы я сегодня туда не заглядывала. Может быть завтра…       — Поверь мне, милая, это ничего бы не дало. У наших мальчиков это длится уже не первое столетие. А вот у девочек…       — Что? И они тоже… — вздрогнула женщина и Морт, быстро оставив на её шее лёгкий поцелуй, зашептал:       — Либи, дорогая, всё будет хорошо. До тех пор, пока наши дети будут увлечены друг другом, они не станут лезть в мировой порядок…       — А ты опять за своё? Да не будут они больше лезть в твоё мироустройство! Только о балансе и думаешь. А мог бы для разнообразия подумать о детях и обо мне! Засранец, ты вообще-то женат, если вдруг забыл! — выпалила женщина и топнула ногой.       — Ох, сколько же в тебе страсти, моя Богиня Жизни! — благоговейно прошептал мужчина.       — Зато ты сейчас заторможенный, как не знаю что, мой Бог Смерти! — фыркнула в ответ Либи.       И в следующую секунду прокричала:       — Ох, поставь меня. Морт, скотина такая, быстро опусти меня на пол!       — Ни за что! Сначала поцелуй, любимая, — быстро выдвинул условие мужчина и, глядя на жену, плотоядно облизнулся.       — Ладно-ладно, беру свои слова обратно. Ты очень-очень энергичный и соблазнительный, — промурлыкала Богиня Жизни, лаская мужа взглядом, и потянулась к его губам.       И за секунду до поцелуя услышала нежное:       — И таким меня делаешь ты, моя Либи.

Спустя несколько дней

      — Где эти двое? Умудрились всё-таки, да? Решили, что раз уже целых пятьсот лет прошло, значит, я ничего и не вспомню? Ну, я им сейчас…       — Заткнись, любовь моя! — вдруг проорала Богиня Жизни, которой порядком надоело видеть мужа столь озабоченным, да ещё и не ей. — Заткнись и быстро сядь сюда!       Спорить с разъяренной женой — а в таком состоянии свою женщину Бог Смерти видел от силы раза три-четыре — брюнет не стал, и, подойдя к кровати, быстро опустился на неё, проговорив:       — Либи, этот мальчик уже несколько дней, как должен вступить в свою новую жизнь, а вместо этого…       — Морт, я всё знаю. И прошу тебя лишь о двух вещах: первое — прежде чем орать, сначала выслушай наших сыновей, ладно? И второе — дай им хотя бы одеться, прежде чем прийти к тебе в кабинет, хорошо?       Всё это время Богиня Жизни легко скользила своими пальчиками недалеко от паха мужа, потому, когда женщина закончила говорить, Бог Смерти, схватив тонкую и нежную руку жены, простонал:       — Ты станешь моей смертью, Либи.       — А ты всегда будешь моей жизнью, — хихикнула искусительница, поглаживая возбуждение мужчины, а затем, убрав руку, твёрдо произнесла:       — Ладно, а теперь в кабинет. И помни: ты обещал их выслушать.       — Да-да, выслушаю я их, выслушаю. Люблю тебя, милая. Ушёл.       — И я тебя люблю, дорогой, — нежно отозвалась Богиня Жизни.       А потом, как только черный туман растаял вместе с её ненаглядным, тут же вернула лицу строгое выражение и прошипела:       — Эйр, Игнис! Ну-ка, быстро оба в нашу с отцом спальню!

***

      — Мам, всё будет хорошо. На этот раз ситуация под контролем, потому что мы с братом всё хорошо продумали, — с порога протараторил блондин.       В ответ Либи молча посмотрела на своего второго сына и повелитель Огня, кивнув, произнёс:       — Эйр говорит чистую правду, мам, я тоже считаю, что в этот раз мы всё продумали и если наши адепты справятся — они обязательно будут вместе.       — Хмм, ладно, — протянула женщина, и быстро осмотрев притихших парней, скомандовала:       — Ступайте тогда к отцу. Сразу он орать на вас не будет — даст высказаться. Так что, не продолбайте свой шанс, засранцы, ясно?       Братья синхронно кивнули и, переглянувшись, мгновенно оказались рядом с Богиней Жизни.       — Что вы делаете? Ну-ка, отпустите. Игнис, Эйр, — звала женщина, вяло отбиваясь от двойных объятий, а на лице её в этот момент играла донельзя счастливая улыбка.       Которая стала ещё шире, когда парни в один голос прошептали:       — Спасибо тебе, мам.