Неотъемлемая составляющая

      Тантачиват не стал удивлять присутствующих выращиванием целой клумбы, ограничившись небольшим холмом на котором гордо расцвела огненно-красная роза.       «Ну точно мои похороны» — промелькнуло в голове Прачаи, который почему-то всё ещё не призвал стихию. Заметив это, Ниран смерил жениха уничтожающим взглядом, а затем нежно — в противовес затягивающей болотной трясине — спросил:       — Милый, что же ты медлишь? Давай, зови свой Огонь.       Осознав, что вот-вот разозлит своего без пяти минут мужа и тогда последствия точно не заставят себя ждать, адепт Игниса Согревающего тихо вздохнул и с дежурной улыбкой проговорил:       — Прости, дорогой, я слегка задумался о нашем светлом будущем, — после чего ещё раз мысленно попрощавшись с прежней жизнью, потянулся к стихии.       — Нет! Не бывать этому! — во всю глотку прокричал Перават, буквально кожей чувствуя исходящее от любимого отчаяние. А затем, превозмогая боль, впившуюся в мозг сотнями тысяч иголок, из последних сил прохрипел:       — Запомни, ублюдок. МОЙ Сингто никогда не будет твоим! — после чего бессильно свалился на пол храма.

***

      Пробуждение адепта Эйра Вдохновляющего было… ВДОХНОВЛЯЮЩИМ! На дальнейшие подвиги! Поскольку цель, к которой он стремился, была достигнута. И сейчас Крист невооружённым глазом видел то, что несказанно радовало его взор.       Стихии женихов не были связаны!       И в этот самый момент — видимо Перават отключился совсем ненадолго — настоятель, прервав церемонию, как раз вполголоса объяснял Нирану, что не может пойти против своей покровительницы.       — Поймите, господин Тантачиват. Великая Либидия действительно завещала нам соединять стихии людей, не являющихся соулмейтами. Но в вашем случае союз сил абсолютно невозможен.       — Это ещё почему? — нахмурился адепт Щедрой Терры, после чего быстро притянув к себе жениха, заявил:       — Мы влюблены и хотим соединить стихии, чтобы достичь максимального в нашей ситуации единения сил, не так ли, Сингто?       — Угу, — быстро кивнул Прачая, который был попросту не способен на развернутый ответ из-за слишком крепкой хватки старшего, напоминавшей каменные тиски.       — Что ж господа, я за вас бесконечно рад, однако церемония всё равно не может быть завершена.       — Почему? — вновь поинтересовался Ниран, ещё больше хмурясь и неосознанно выпуская толику силы на стоящего рядом парня.       А потом адепт стихии Огня, который только что подвергся неожиданной атаке жениха, широко распахнул глаза и уронил челюсть на пол, поскольку настоятель спокойно произнёс:       — Понимаете. Порыв ледяного ветра, который оборвал лепестки созданной вами розы — это не сквозняк! Если вас вдруг насчёт этого не просветили, на церемонию всех участников, кроме вступающих в союз адептов, пропускают через специальный вход. Послушник, стоящий у дверей, читает заклинание усыпления стихии на время пребывания в зале храма. Это делается для того, чтобы исключить вероятность срыва церемонии из-за нестабильной стихии кого-то из гостей.       — Вау, — только и смог выдохнуть Сингто, который до этого не был ни на одной церемонии в храме, за исключением посвящения в адепты. Но тогда он естественно ничего толком и не запомнил, поскольку был слишком мал. Видимо, схожие чувства испытывал и стоящий рядом с ним адепт стихии Земли.       — Хорошо. И что же тогда произошло, настоятель? — нетерпеливо поинтересовался Ниран и подопечный Богини Жизни поспешил ответить:       — А вот что. Будучи адептом Великой Либидии я без труда могу отличить вмешательство сил природы от магии. И в вашем случае это был призыв стихии, — пояснил настоятель, а затем подытожил:       — И потому, хорошо проанализировав событие, произошедшее несколько минут назад, лично я могу сделать только один вывод.       — Какой? — прохрипел Прачая, чувствуя, как сильно забилось его сердце — младшему казалось, что сейчас он услышит нечто очень важное.       Интуиция Сингто действительно не подвела, так как спустя пару мгновений он услышал негромкое и уверенное:       — Порыв ледяного ветра явно указывает на то, что призыв совершил адепт стихии Воздуха. И так как в зале нет послушников, владеющих этой стихией, силы гостей временно усыплены, а вы, господин Тантачиват являетесь подопечным Щедрой Терры — я считаю, что случившееся ранее — попытка помешать вступить в союз стихий именно вам, господин Руангрой.       После слов настоятеля адепт Эйра Вдохновляющего, пораженный речью настоятеля, понял, что наконец-то был услышан хоть кем-то и резко оказался перед любимым, заглядывая ему в глаза.       Адепт стихии Огня, тем временем, не в силах поверить своим ушам, одними губами прошептал:       — М-мне?       — Да, вам… Обычно союзу противостоят именно адепты, предназначенные нам судьбой. Так что, похоже, соулмейт вами недоволен, — пояснил подопечный Богини Жизни и Сингто, чувствуя, как бешеное сердцебиение эхом отдается в его ушах, едва слышно выдохнул:       — Недоволен? Но Крист же… Он же… — после чего бессильно обмяк в руках Нирана, потеряв сознание.

***

      — Любимый, — одними губами прошептал Перават, смотря на то, как адепт стихии Огня висит в объятиях своего жениха. — Великий Эйр, что же мне теперь делать? Я ведь абсолютно не хотел довести его до такого состояния!       Впрочем, покровитель адепта стихии Воздуха не спешил, как ранее, появиться перед подопечным или хотя бы поговорить с ним, дав ценный совет. И спустя пару минут Крист, осознав сей прискорбный факт, тихо констатировал:       — Я понял, Великий. Дальше буду справляться сам, а после слабо улыбнулся и, превратившись в облачко, подлетел к несостоявшимся мужьям.

***

      После того, как Сингто потерял сознание, адепт Щедрой Терры, изменившись в лице, процедил:       — Что ж, благословенный господин, от всей души благодарю вас за то, что довели моего без пяти минут мужа! Неужели вам до сих пор не известно, что Крист Перават уже больше года как мёртв?!       Выпалив это, Ниран не дав адепту Богини Жизни вставить и слова, быстро подхватил младшего на руки и понёс из зала.       А настоятель, наблюдая, как за виновниками торжества жиденьким потоком потянулись немногочисленные гости — со стороны каждого жениха было всего по четыре человека — вздохнул и, обратившись к прекрасному изображению своей покровительницы, выдохнул:       — Великая. Выходит, ты вновь явила нам свою милость и соулмейт Прачаи Руангроя до сих пор жив? А иначе, откуда бы взяться ветру?..

***

      Всё, чего сейчас хотел до предела разозленный старший, гениальный план которого — окончательно подчинить стихию мужа через союз сил — только что полетел ко всем чертям — это привести Сингто в чувство.       Но его намерениям помешало тихое и в то же время властное:       — Так-так-так, ну-ка, идём, потолкуем.       — Да, мудрейший, — едва слышно отозвался Тантачиват, прекрасно понимая, что сопротивление этому человеку равносильно его смерти и быстро зашагал к своей келье-раздевалке.       Достигнув цели, адепт Щедрой Терры не стал оборачиваться и смотреть зашёл ли его спутник, зная, что буквально через пару мгновений услышит хлопок двери.       Так и произошло. Быстро сгрузив Прачаю на диван, Ниран нервно сглотнул, а потом, кое-как взяв себя в руки, повернулся лицом к высокому мужчине зрелого возраста, в волосах которого уже вовсю царствовала седина и произнёс:       — Мудрейший, я действительно не знал…       — Молчать! Не знал он… Идиот! Ты должен был всё проверить сам, понимаешь? Сколько раз я говорил тебе: работу исполнителей надо проверять ЛИЧНО!!! А?! Сколько раз?       — Т-тысячу? — осторожно предположил адепт стихии Земли.       — Сколько?! Да хрен там! Миллион раз я тебе об этом говорил. Миллион раз твердил, что если разрабатываешь план — значит должен сам контролировать каждый, слышишь, каждый его пункт! Понял?       — Да, — эхом отозвался Тантачиват, после чего с жаром воскликнул:       — Мудрейший, то, что сейчас произошло, никак не помешает нашим планам! Сингто и его Огонь всё равно будут под моим контролем, слышите? Мой будущий муж невероятно слаб и не так давно я уже сумел подчинить его себе! И в этот раз тоже сумею. Главное, чтобы он принадлежал мне по закону. Тогда никто даже не сунется в наши семейные дела!       Последние два слова адепт Щедрой Терры буквально прохихикал. Но его смех тут же оборвало жесткое:       — Значит так! Сейчас приводишь своего Спящего Красавца в чувство, а потом пулей в Городскую Управу! И пока его подпись не будет стоять на всех соответствующих документах, даже на глаза мне не показывайся!       — А… А ты будешь на банкете, мудрейший? — осторожно спросил Тантачиват.       — Буду. Вот там и поговорим. В этот раз не подведи меня, иначе пожалеешь, ясно?       — Ясно.       — Всё, я пошел. Ах да, кстати, вот тебе подарок на свадьбу, — вдруг ухмыльнулся мужчина и, пошарив в кармане, кинул собеседнику небольшой флакончик.       — Это что такое? — полюбопытствовал Ниран, рассматривая дорогую бутылочку, в которой что-то плавно перекатывалось.       — Возбуждающая смазка с галлюциногенным эффектом — что-то мне подсказывает, что этот мальчик не испытывает к тебе пламенных чувств, а трахнуться хоть раз вам как-то надо! И желательно, чтобы после этого он смог нормально ходить, а то знаю я твои пристрастия… Ладно, увидимся, — подытожил собеседник и спустя несколько секунд закрыл дверь с той стороны. Оставшись в одиночестве, адепт стихии Земли хмыкнул, перекатывая флакончик в руках, а потом, посмотрев на ровно дышащего, но всё ещё бессознательного жениха, задумчиво пробормотал:       — Интересно-о-о. Конечно, применение этого средства ударит по моему самолюбию. Но мудрейший действительно прав — трахнуться нам с тобой, Огонёк, как-то надо! И лучший вариант для того, чтобы ты оставил даже малейшую мысль о сопротивлении — подарить тебе сказочную ночь с Кристом, — проговорил старший, после чего злобно усмехнувшись, прошипел:       — А утром, детка, тебя будет ждать жестокая реальность. И осознание того, что ты отдал мне свою девственность окончательно и бесповоротно сломит всё твоё сопротивление, сделав безвольной игрушкой в моих руках! — довольно подытожил Тантачиват, после чего, подхватив адепта Игниса Согревающего, понёс его к выходу.       А Перават, который естественно слышал каждое слово заговорщиков, в охренении присвистнул и протянул:       — Да-а-а, Ниран, а ты оказывается, тварь высшего класса! Хорошо! Я пока не знаю, как смогу пережить эту ночь! Но поверь мне, падаль, я обязательно переживу её, и как только вы окажетесь в Монтании — тебе хана!

***

      Не собираясь терять ни секунды, Ниран, вышел из храма с бессознательным Прачаей на руках. И встретившись с озадаченными взглядами участников церемонии, торжественно произнёс:       — Дорогие гости. Так как в силу некоторых обстоятельств наш союз не может быть заключён, предлагаю вам проследовать в ресторан. Столы уже накрыты, так что можете угощаться в своё удовольствие.       — Кхм, Ниран, а вы куда? — тут же поинтересовался Джаневит.       Следует отметить, что мужчина обратился к адепту Щедрой Терры по имени, пользуясь правом старшинства.       А вот без пяти минут муж Сингто опустил вежливое обращение, небрежно бросив:       — Мы едем в Городскую Управу, Джейн. Должны же наши чувства иметь хоть какое-то законное подтверждение? Не беспокойся, через пару часов мы будем в ресторане.       — Понимаю, — сухо ответил мужчина, изо всех сил стараясь контролировать выражение лица и желание прибить наглую тварь, после чего кивнув головой, добавил:       — Не задерживайтесь. Всё же это вы виновники торжества.       — О нет. Я и мой милый Огонёк помним о гостях. Кроме того для того, чтобы насладиться друг другом у нас есть целая жизнь, — промурлыкал Тантачиват и аккуратно устроив жениха в кабине, подытожил:       — Всё. Мы уехали. Будем через пару часов, — после чего транспорт, негромко взревев, медленно поднялся в воздух.

Спустя двадцать минут

      — Просыпайся. Да очнись же! Огонёк, ты очень не вовремя вырубился! И надо же было этому настоятелю ляпнуть такое! С чего он вообще взял, что Крист жив, — зло прошептал адепт стихии Земли, а после потянулся к Прачае.       — Эээ, ты куда свои губы тянешь? Уйди, тварь! Сам разбужу! Хоть и не хочу, — воскликнул Перават, а затем, вздохнув, обрадовал мозг любимого очередным кусочком их счастливой реальности.

Flashback

Конец октября, незадолго до смерти Криста

      — Ки-и-т, ну подожди. Стой! Хватит… ммм- мне надо — ха-ааах, чтобы ты ответил, — задыхаясь выдавил из себя Сингто, уворачиваясь от вездесущих губ своего парня, которые активно добирались до его шеи.       — А мне надо, чтобы ты лежал на кровати и единственным звуком, исходящим из твоего рта был стон моего имени, — бархатно промурлыкал адепт стихии Воздуха, а потом низ футболки Прачаи стал трепать лёгкий ветерок.       — Любимый. Это важно. Ответь, а после мы продолжим. Обеща-а-ах… — захлебнулся новым стоном адепт Игниса Согревающего, когда прохладные пальцы Перавата коснулись его теплого живота.       — Ты настолько осмелел, что позволишь мне сделать это прямо здесь? — удивлённо вскинул бровь Крист, а его рука уверенно сползла к резинке свободных штанов любимого.       — Конечно же, нет! — тут же выпалил Сингто, чувствуя, что лицо начинает пылать от смущения. — Впервые это должно быть в более удобном месте.       — Даже так? Уже задумался об этом? Хочешь, да? — тоном змея-искусителя поинтересовался адепт Эйра Вдохновляющего и, наклонившись, прикусил мочку уха своего парня, одновременно сжимая сквозь одежду его растущее возбуждение.       — Да. Мы уже год в отношениях. Я люблю тебя. Ты любишь меня. Пора перейти на новый этап и… Разве это не ещё один способ показать всему миру, что я твой и только твой? — чудовищным усилием воли преодолев робость, заявил Прачая.       — Верно. Это действительно так, — хитро ухмыльнулся Перават, пожирая любимого раздевающим взглядом. — А ты… Ты хочешь, чтобы я стал твоим, Сингто?       — Спрашиваешь! Я желаю этого больше всего на свете! Но сначала моя очередь, ладно?       — Ммм, какой энтузиазм. Что ж, подобное рвение следует поощрять, так что отвечу на твой вопрос. Нет, нам не надо встречаться с моими родителями. Они рады уже тому, что я не создаю проблем и всегда остаюсь на связи, чтобы мы могли иногда изображать перед родными счастливую семью. Типа я уже учусь на первом курсе, живу в общежитии… хотя три ночи в неделю я точно остаюсь у тебя, но кого это, бля, волнует?..       — Меня, — прошептал адепт стихии Огня, чувствуя, как жжёт глаза — он никогда не мог спокойно слушать о «семейной гармонии» четы Сангпотират!       — Знаю. Спасибо, родной, — эхом отозвался Крист. А потом, резко прекратив свои поползновения, крепко прижал любимого к себе, и в ушах Сингто тихо прозвучало:       — Спасибо за то, что остаёшься моей тихой гаванью.       При этих словах сердце адепта Игниса Согревающего буквально пустилось в галоп — каждый раз признание Ветерка, даже не собирающегося скрывать своих чувств буквально выбивало почву у него из-под ног, заставляя расправить крылья и взмыть в небо.       И кто знает, сколько бы ещё длилось это ощущение ментального полёта, если бы Перават вдруг не ляпнул:       — А теперь, когда я ответил на все твои вопросы, мы можем продолжить с того места, на котором остановились, — после чего, опустив руку вниз, ущипнул Прачаю за задницу!       — Ай, Кит. Так же нельзя. Ой, блин, да не щипайся, засранец! Ау, стой! Пусти! Поставь меня на землю! Я сам пойду! Слышишь, сам-м-м-ммм…

End of flashback