Неотъемлемая составляющая

Храм Всех Стихий, раннее утро

      — Кит? — услышал адепт Эйра Вдохновляющего и, повернув голову в сторону идущего рядом соулмейта, мягко поинтересовался:       — Что такое, Огонёчек?       — Ммм, я хочу в последний раз задать тебе вопрос, на который уже получил ответ, но при этом ты не должен на меня сердиться, ладно? — негромко пробормотал Прачая.       — Хмм, — слегка нахмурился Перават, который, кажется, уже понял, что у него хотят спросить, но всё же произнёс:       — Хорошо. Кричать на всю улицу я точно не буду — мы же почти у входа в Храм. Спрашивай.       — Ветерок… Я знаю, что эта тема уже была нами закрыта, но… Ответь, пожалуйста: сейчас, когда мы с тобой на расстоянии пары десятков шагов от алтаря, ты действительно простил меня? Ты, правда, хочешь, чтобы мы были связаны на всю жизнь? — на удивление твёрдо и уверенно, хотя и довольно тихо поинтересовался адепт Игниса Согревающего, а потом, подняв голову, скрестил их взгляды.       «Что ж, любимый. То, что ты сам решил посмотреть мне в глаза — большой плюс. Так ты точно поймёшь, что я ни одной секунды не лгал тебе, когда говорил, шептал и кричал: мне нужен лишь ты один»! — подумал Крист, после чего на его губах заиграла нежная улыбка и адепт стихии Воздуха проговорил:       — Знаешь, Сингто… Ещё никогда в своей жизни я не был так уверен в том, что мы сейчас собираемся сделать. Ты — моё всё, понимаешь? Ради тебя я даже вернулся из мира мёртвых. Потому что твоя дурость… если бы моё сердце могло биться в том месте, где я тогда находился — оно бы точно остановилось! А знаешь почему? Да потому что я ни разу не был уверен, что мы встретимся по ту сторону, родной, слышишь?       — Угу, — как-то подозрительно сдавленно отозвался Прачая и Перават, слыша, как соулмейт шумно сглотнув, ещё и закивал в ответ, показывая, что услышал его, улыбнулся шире и продолжил:       — Так вот. В тот момент я думал лишь об одном: только бы хватило сил! Только бы мне удалось проломить этот чёртов барьер! Только бы не свалиться в обморок от боли, что раздирала голову на части! Потому что тогда… — адепт стихии Воздуха не договорил и внезапно, изменившись в лице, шагнул вперёд, сгребая своего парня в объятия.       — Кит, — позвал адепт стихии Огня, пытаясь немного высвободиться из плена сильных рук — соулмейт прижал его слишком сильно. А потом вдруг застыл, потому что возле его уха лихорадочно зазвучало:       — Ты — тот, кто согрел моё почти заледеневшее сердце, Сингто. И я каждый день благодарю Великих за две вещи: за то, что у меня такой прекрасный соулмейт и за то, что они дали мне шанс вернуться, дабы прожить эту жизнь с тобой, любимый, — подытожил Крист, а затем, выпустив адепта Игниса Согревающего из объятий, протянул ему руку со словами:       — Теперь мы можем идти, родной?       В ответ на губах Прачаи заиграла нежная улыбка и он, опустив свою ладонь на ладонь Перавата, выдохнул:       — Да, мой единственный. Идём, — и оба парня, обменявшись ещё одним ласковым взглядом, смело шагнули в приветливо распахнутые двери Храма, где их уже ждали настоятель и Джейн с тётушкой Мали.

Спустя полчаса

      Когда словесная часть церемонии была завершена, служитель Великой Либидии, хитро улыбнувшись двум соулмейтам, торжественно проговорил:       — А давайте-ка, господа, немного изменим порядок проведения церемонии. Выпускайте толику своей силы, а после я объявлю вас супругами, хорошо?       — Ладно, — вразнобой кивнули женихи и Сингто поинтересовался:       — Сначала ты?       — Или ты? — тут же отозвался Крист, а после взгляды парней встретились и оба выдохнули:       — Давай вместе. Раз-два-три!       Через мгновение небольшое пространство полутемного храма осветилось двумя вспышками. Которые буквально сразу же превратились в…       — Ох, — прокатилось под сводами очень громкое и синхронное охреневание троих свидетелей союза соулмейтов.       И им было от чего охнуть, ведь на крошечной площадке, которая была предназначена, как раз для активации стихии, появились…       — Львёнок и Черепашка, — восторженно прошептала адепт Милосердной Аквы, приложив платочек к глазам.       — Как живые, — вторил ей Джаневит с той лишь разницей, что платочек к глазам он не прикладывал.       Хотя… взгляд заблестел и у него.       Относительно спокойным оставался лишь настоятель Храма, но и он, взяв небольшую паузу, на несколько мгновений отвернулся к изображениям Игниса и Эйра, произнося короткую молитву за возможность своими глазами увидеть то, о чём он ранее только читал в древних манускриптах.       Не менее потрясенными выглядели и женихи. После нескольких секунд ошеломленного переглядывания, Перават шагнув ближе к любимому, едва слышно спросил:       — Огонёчек, ты ведь помнишь, как тогда, в спальне, наши покровители…       — Конечно, помню. А ещё я помню, что в тот момент очень хотел создать нечто подобное, — прошептал Прачая и добавил:       — Кто бы мог подумать, что сегодня…       — Так! Прошу прощения за заминку, господа женихи и уважаемые свидетели. Пора завершать церемонию, но сначала я хотел бы от всей души поздравить вас с высшим благословением покровителей и с тем, что ваша с ними связь вышла на новый уровень, — торжественно воскликнул служитель Великой Либидии, кивнув в сторону питомцев, после чего объявил:       — Властью данной мне Великой Либидией — Богиней Жизни и Покровительницей Чистой Любви, я разрываю формальный союз между Прачаей Тантачиватом-Руангроем и Нираном Тантачиватом. И сообщаю, что отныне и во веки веков Перават Сангпотират и Прачая Руангрой объявляются супругами. Да здравствует единение родственных душ! Поздравляю вас, господин Руангрой-Сангпотират и господин Сангпотират-Руангрой, — подытожил настоятель Храма, а после, сделав какой-то незамысловатый пас рукой, отправил в сторону дурачащихся Львёнка и Черепашки по эфемерной цветочной короне из белых лилий и роз.       — Наконец-то, — выдохнул адепт Игниса Согревающего, когда венчальные уборы спланировали на головы их стихийных питомцев. — Наконец-то я лишь твой, мой единственный.       Кому-то эти слова показались бы слащавым воркованием, но адепт стихии Воздуха, которому с момента их первых объятий был открыт доступ ко всем чувствам Прачаи, как никто другой понимал, сколько всего пришлось пережить его Огонёчку, чтобы оказаться в этом моменте и что именно хочет выразить его муж.       Именно поэтому, услышав ту самую, заветную фразу, которая и ставила последнюю точку в церемонии, Перават быстро шагнул к соулмейту. А потом, обхватив стройную талию самого желанного парня во Вселенной и притянув его к себе, выдохнул:       — Да, жизнь моя! Наконец-то я лишь твой, — и, не дожидаясь ответа мужа, прильнул к любимым губам.

Где-то на задних рядах

      — Ау, ты только посмотри на них. Ну же, Игнис! Куда ты опять залип? Что, нас кто-то вызывает? — воскликнул блондин, толкая любимого в бок.       — Да. Мама говорит, сестрицы наконец-то добрались. Сейчас они беседуют с папой, так что мы можем побыть здесь ещё… хмм, минут пятнадцать, потому что…       — Потому что Аква — точная копия папули и если мы задержимся, то они точно поругаются! — перебил повелителя стихии Огня Эйр, громко рассмеявшись. — Ну и ладно, нам этого хватит с головой. А славные всё-таки у них питомцы, а?       — Славные, но что-то мне подсказывает: Крист и Сингто ещё не поняли главной ценности этих малышей, — хихикнул красноволосый и потянувшись, приобнял повелителя стихии Воздуха.       — Угу. Но ничего, это не наша забота, а его! — припечатал блондин, ткнув пальцем в служителя Великой Либидии. — Он им всё и объяснит! А мы… Хмм, полагаю, наша миссия успешно завершилась, верно, брат?       — Ты абсолютно прав, брат, — хитро улыбнулся любимому Игнис, а после оба, не сговариваясь, бросили последний взгляд на счастливую супружескую пару и, встав со скамьи, подошли к потоку Воздуха, несколько мгновений назад созданному Эйром.       — А может, перед тем, как вернуться домой, чуточку пошалим? — донеслось из-за плотной завесы нежно-голубого цвета, за которой мгновение назад скрылся блондин и повелитель стихии Огня, прорычав:       — Эйр-р-р, — быстро шагнул следом, запечатывая улыбающиеся губы возлюбленного страстным поцелуем.

***

      — Что-о-о-о? — в один голос выдали влюбленные и настоятель Храма, видя в каком ошеломлении находятся супруги, с улыбкой пояснил:       — Дело в том, что по воле ваших покровителей, ну и ещё вследствие того, что кто-то из вас готов был умереть, чтобы спасти другого, связь невероятно укрепилась.       — Ой, — едва слышно выдохнул Прачая и умоляюще глянул на служителя Великой Либидии.       Но было поздно!       — Да, я всё слышал, Сингто. Дома поговорим! Прошу прощения, настоятель, можете продолжать, — низко склонил голову Джейн и служитель Великой Либидии, кивнув, проговорил:       — Словом, теперь у вас посланники, которые могут забрать вашу клятву или просьбу, доставить её на небеса к покровителю и получить реакцию Великого Игниса, Великого Эйра или их обоих сразу.       — Ааа, теперь понятно, — протянул Перават и, быстро наклонившись к мужу, спросил:       — Родной, тебе тоже кажется, что мы их — палец адепта стихии Воздуха указал вверх — задолбали?       — Да. И больше об этом ни слова, ладно? — тихо отозвался адепт Игниса Согревающего, сделав страшные глаза. — А то ещё разгневаются…       — Умолкаю, — хихикнул Крист, приложив палец к губам, и тут под сводами Храма слегка насмешливо прозвучало:       — Наговорились, новобрачные? Я могу продолжать?       — Ох, простите нас, — тут же сложил руки в жесте мольбы Сингто. — Продолжайте.       — Собственно, последнее, о чём я хотел сообщить, касается вас, господин Сангпотират-Руангрой, — серьёзно проговорил служитель Великой Либидии и, внимательно смотря на Прачаю, объявил:       — Господин Тантачиват уже в курсе того, что больше не является вашим супругом, так как в случае расторжения формального брака посредством проведения церемонии в Храме, супругам незамедлительно сообщает об этом сотрудник Городской Управы. Вы это уведомление не получили лишь по той причине, что во время любого события двери Зала церемоний в Храме запечатываются всеми четырьмя стихиями. Но будьте готовы к тому, что как только вы покинете эту обитель — вас тут же настигнет это сообщение.       — Простите, настоятель, а его доставляет сотрудник или есть какой-то другой путь? — тут же поинтересовался адепт Эйра Вдохновляющего, наблюдая за тем, как побледнел его муж.       — Обычно это формальная процедура и о разводе сообщают посредством вызова. Но… так как именно я проводил церемонию бракосочетания господина Тантачивата и господина Сангпотирата-Руангроя, то могу с уверенностью заявить, что в этом случае сотрудник заявится лично, — подытожил служитель Великой Либидии.       — Бл… лин, — лишь чудом сумел не выругаться адепт стихии Огня. — Значит, есть вероятность, что Ниран уже мчится на встречу со служащим Городской Управы, чтобы с его помощью меня отыскать?       — Угу. Есть, — хмуро отозвался Крист, негодуя от того, что ему даже, как следует не дали насладиться фактом изменения фамилии. — Ладно, я так понимаю, церемония завершена, настоятель?       — Да. Поздравляю, господин Руангрой-Сангпотират и господин Сангпотират-Руангрой. Вы можете быть свободны. И пусть Великая Либидия благословит ваш союз, ради которого было преодолено столько препятствий, — почти по-отечески улыбнулся настоятель и Перавату внезапно показалось, что этот мужчина знает о них намного больше, чем показывает.       — Не утруждайтесь, господин Руангрой-Сангпотират. Вы абсолютно правы в своих размышлениях, так как перед церемонией со мной на связь выходит моя покровительница. И… думаю, вы не будете отрицать, что уж ей-то известно всё и обо всех, верно? — слегка насмешливо протянул служитель Великой Либидии и добавил:       — Кстати, если вы попали в затруднительную ситуацию — можете помолиться своим покровителям. Сейчас самое время. Что ж, хорошего всем дня. Тин, скажи другим адептам, что церемония завершилась, и заклинания можно снимать, — скомандовал мужчина куда-то в пустоту, направляясь к тяжелым резным дверям, за которыми стояло четверо избранных им помощников — гарантия, что никто не помешает церемонии.       А Крист и Сингто, проводив настоятеля взглядом, переглянулись и молча подбежали к питомцам. Оторвав веселящихся малышей друг от друга, супруги сравнительно быстро утихомирили их истерику и устремились к алтарям своих покровителей.       Достигнув места назначения, оба упали на колени и, прижимая к себе питомцев, тихо забормотали одну-единственную просьбу, которая звучала так:       «Великий Игнис/Эйр, смиренно прошу тебя помочь мне в последний раз и сделать так, чтобы мы с Кристом/Сингто незаметно выбрались из Храма».

Спустя пятнадцать минут

      — Что такое? Ты чего перестал? — воскликнул повелитель стихии Воздуха, когда любимый, прекратив осыпать дождём поцелуев его живот, мягко поинтересовался:       — Что вам надобно, малыши?       Нежный тон красноволосого заставил Эйра насторожиться и, быстро запахнув на себе рубашку, он приподнялся на постели.       Чтобы в следующую секунду встретиться взглядом со смирно сидящими Львёнком и Черепашкой!       — Да твою ж мать! И полчаса не прошло! Они вообще без нас хоть что-то сделать смогу-у-у-ут?       — Не скули, жизнь моя! Тут дело действительно серьёзное — Сингто вот-вот отыщет Ниран. Так что, нам стоит им помочь. Ты ведь не хочешь, чтобы миссия, которая вроде бы как успешно завершилась, с треском провалилась, верно? — спокойно произнёс повелитель стихии Огня, поднимаясь с постели и поправляя на себе рубашку.       — Вот же! Скотина ты, Игнис! Знаешь, на что давить! — безаппеляционно выдал блондин. — Окей, мы поможем им, но ты должен пообещать мне одну вещь.       — Какую? — прищурился красноволосый, буквально читая по выражению лица четкое сообщение: любимый задумал какую-то шалость!       — Я озвучиваю решение их проблемы, а ты с ним соглашаешься. И если что, других вариантов нет. От слова совсем, хорошо?       — Уговорил. По глазам вижу, что калечить их ты точно не будешь. А небольшая взбучка на будущее, чтобы точно не решились дёргать нас по пустякам, им не повредит, — промурлыкал повелитель стихии Огня.       — Вот за это я тебя и люблю, — в тон ему отозвался Эйр и, подарив своей родственной душе страстный поцелуй, скомандовал:       — Так! Вперёд! За дело!

***

      — Вот такой вот выход, — подытожил блондин, едва сдерживая смех и Игнис, видя эти потуги, быстро отодвинул возлюбленного в сторону, шепнув:       — Иди, посиди на лавочке. Иначе спалишься.       — Хорошо, — кивнул повелитель стихии Воздуха и, примостившись поудобнее, стал наблюдать за тем, как его единственный профессионально вешает лапшу на уши двум маленьким засранцам, которые почему-то были их адептами.       — Ладно, я на всё согласен! — наконец выдал Прачая.       — Родной, это же целые сутки! — воскликнул Перават. — А у меня, между прочим, были грандиозные планы на тебя и остаток этого дня!       — Я никого не заставляю с собой соглашаться но, по-моему, спастись от преследования бывшего мужа для моего адепта сейчас важнее, — как бы между прочим заметил красноволосый и повернув голову в сторону Эйра, незаметно ему подмигнул.       — Ты лучший, детка! — одними губами прошептал повелитель стихии Воздуха, наслаждаясь зрелищем и тогда Игнис, громко хохоча в душе, вернул внимание младшим, серьёзно и спокойно поинтересовавшись:       — Так что вы решили, малыши?       — Превращайте, — на грани шепота отозвался Крист.       — Окей. Закройте глаза и представьте себе желаемый типаж, — мягко приказал повелитель стихии Огня, после чего позвал:       — Брат. Иди помогать.       — Лечу, — тут же откликнулся блондин, в доли секунды оказываясь рядом и Божества, вскинув руки, принялись творить магию.

***

      — Спасибо, Великие. Простите за то, что потревожили, — в один голос произнесли супруги и когда повелители, шагнув в столп пламени, исчезли из Храма, Перават, повернувшись к мужу, проговорил:       — А ты такая секси, дорогой.       — А ты такая милая, детка, — не остался в долгу Прачая и добавил:       — Всё, как я люблю!       — Так для тебя же и старался, — промурлыкал адепт стихии Воздуха. — Ну что, идём? Теперь Ниран нас точно не заподозрит, верно?       — Конечно. Это же Божественная магия, родной. Слушай, а насчёт твоих планов…       — Не парься, Огонёчек. Насчёт планов мне в голову пришла крайне забавная идея, — выпалил Крист и, хихикнув при виде недоуменного взгляда мужа, в котором читался вопрос, быстро наклонился к его уху, прошептав:       — Раз уж мы сейчас девушки — будем осваивать основы розовой любви!