Неотъемлемая составляющая

Дом Джейна, гостевая спальня

      — И во-о-от так, — довольно выдохнул Перават, с помощью своей силы опуская сначала женщину, а потом мужчину на широкую удобную кровать.       — Спасибо, Крист. Уж не знаю, что бы я делал без тебя.       — Вызвали бы другого адепта стихии Воздуха? — как бы невзначай бросил младший и услышал:       — Ты что? Я бы ни за какие коврижки не стал делать такую глупость! Чем меньше людей знают о том, что старшие члены семейства Руангрой всё ещё живы — тем лучше для нас.       — Кстати об этом. Что вы задумали? И почему я должен был появиться в том месте один? Всё настолько плохо, что вы не хотите говорить об этом Сингто? — взволнованно поинтересовался Перават, пристально глядя на старшего.       — Честно говоря… Я и сам ничего пока не знаю наверняка, — после довольно продолжительной паузы отозвался Джаневит. — Но последнее, чего я хочу — волновать Сингто, не разобравшись в ситуации. Ты ведь и сам знаешь, что Огонь твоего мужа всё ещё находится в процессе стабилизации, верно?       — Угу. В принципе, такого ответа я и ждал. Хорошо. Пару дней я могу помолчать… Если конечно, ситуация не изменится к худшему.       — Будем надеяться, что нет. Ладно, ещё раз спасибо за помощь. Возвращайся к любимому и прости, что потревожил.       — Не стоит извиняться — это уже моя семья. А ради людей, которые стали мне родными, я сделаю всё, что угодно, — улыбнулся адепт Эйра Вдохновляющего, направляясь к выходу. Положив руку на дверную ручку, он обернулся и проговорил:       — Постарайтесь держать меня в курсе происходящего, ладно?       — Хорошо, — улыбнулся в ответ Джейн, поравнявшись с Пераватом. — Идём, провожу.       Довольно быстро дойдя до дороги, старший ещё раз попрощался с Кристом и, пообещав сообщать обо всём, что будет происходить с Руангроями, развернулся, зашагав обратно к дому.       А потом, напрягшись всем телом, прошипел:       — Ты-ы-ы? — и развернувшись, смерил незваного гостя уничтожающим взглядом. — Зачем ты сюда припёрся, Аран?       — Господин Джаневит, — пробормотал парень. — Я… Я… Простите.       — Я тебе не Великая Терра! И не настоятель Храма Всех Стихий, чтобы грехи отпускать! Так что, растворись в стихии и больше не беспокой меня, продажная скотина! — на одном дыхании припечатал адепт стихии Земли и, развернувшись, продолжил путь к дому.       — А настоятель Храма уже отпустил ему этот страшный грех, Джейн, — вдруг донеслось до старшего.       Услышав голос того, кого он меньше всего ожидал увидеть на своём пороге, Джаневит на пару секунд застыл, а затем, медленно обернувшись, выдохнул:       — Корн. А почему ты… Почему ты его защищаешь?       — Не думаю, что этот разговор стоит вести на улице, брат. Может быть, пригласишь нас с Араном на чашку кофе, ммм?       — Да как ты? Да ты хоть знаешь, что он сделал? Знаешь, как он со мной поступил? Как ты можешь…       — Джейн! — мягко, но при этом довольно громко осадил брата служитель Великой Либидии. — Сначала мы должны пройти в дом, понимаешь? Нет, не отвечай. Пожалуй, я задам тебе другой вопрос. Ты доверяешь мне?       — Конечно, — буквально в тот же миг выдохнул Джаневит.       — Значит, поручителем этого парня выступлю я. Устроит? И если он попытается причинить тебе вред — лично устраню его подальше, окей?       — Нууу, раз ты хочешь это сделать… Тогда ладно. Проходите в дом, — спокойно — слишком спокойно — отозвался старший и, отступив с дорожки, сделал приглашающий жест рукой.       Аран тут же засеменил к дому. А вот Тиннакорн, проходя мимо брата, немного задержался и, хлопнув его по плечу, произнёс:       — Потерпи, Джейн. Потерпи буквально пару минут, и ты узнаешь всё.

Поместье Тантачиватов, спустя несколько часов после визита в Городскую Управу

      — Сукин сын! — фыркнул Ниран, оглушительно хлопая дверью спальни.       Спальни, которая должна была стать местом его триумфа!       Спальни, в которой Сингто каждый вечер должен был отдаваться ему.       Спальни, где Прачая Тантачиват-Руангрой навсегда забыл бы слово «нет» в отношении него.       И что в итоге? В итоге эта комната так и не стала их супружеской спальней.       — Потому что супруга-то у меня теперь нет! Нет! НЕТ!!! — проорал вдруг адепт Щедрой Терры, а потом ощутил, как по спине стекает капля холодного пота, когда сзади послышалось вкрадчивое:       — Дорогой мой внук. Пожалуйста, скажи, что я сейчас ослышался.       Повернуться духу не хватало, поэтому Тантачиват-младший, так и, застыв у шкафа, куда ещё несколько секунд назад в порыве злости швырял пиджак и рубашку, прохрипел:       — Мудрейший.       — Да-да. Это я. Собственной персоной. Итак, отвечай: я ослышался?       Прекрасно зная, что за ложь любящий дедушка наказывает ещё сильнее, чем за неудачу, Ниран сглотнул комок в горле и просипел:       — Нет.       А в следующую секунду его запястья оплели толстые веревки угольно-черного цвета и уже в полёте на кровать, адепт стихии Земли услышал:       — Тогда не дергайся, ничтожество и прими последствия своего провала!

***

      Спустя какое-то время — может быть, прошло десять минут, а может полчаса — верёвки с его рук исчезли, оставив на коже запястий огромные ожоги. А затем до младшего донеслось:       — Итак. Слушай сюда, внучок. Ты, тварь такая, всё ещё жив и относительно здоров, лишь потому, что потерял только мужа! Но не власть над компанией! Так вот, старательно внимай мне. Завтра, с самого утра ты появишься в компании и объявишь о собрании начальников отделов. И когда оно начнётся — появлюсь я. Запомни хорошенько, ты представишь меня ведущим специалистом в области строения кабин и уведомишь остальных о том, что решил начать разработку проекта усовершенствования вашей новой кабины. Что ты там совершенствовать будешь — мне до лампочки! Всё, что меня волнует — доступ в производственный сектор, понятно? Ну, и акции компании, которые ты передашь мне сразу после собрания, ясно?       — Да, — прошептал адепт Щедрой Терры, у которого от недавней пытки ужасно пересохло в горле. — Я всё понял, Мудрейший.       — Отлично. Тогда я пошел, внучок. И да, — Варут обернулся в дверях, после чего, ткнув пальцем в родственника, припечатал:       — Не вздумай облажаться сейчас, Ниран. Потому что, клянусь всём, что имею, если ты меня разочаруешь — пожалеешь, что появился на свет!

Дом Джейна, кухня

      — Так. Я что-то не понял. Значит, это ты, Корн? Это ты подговорил Арана предать меня?       — Имитировать предательство для достижения более значимой цели, ты хотел сказать? Тогда да, это я, братишка, — отозвался настоятель Храма Всех Стихий и улыбнувшись хозяину дома, вдруг приобнял Арана за талию.       — Тиннакорн, — смущенно пробормотал тот. — Не надо. Господин Джейн и так не в духе. А тут такое…       — Какое это такое? Корн, хмм, а ты, милый мой братишка, ничего не хочешь мне рассказать? — вкрадчиво протянул старший, переводя взгляд с руки служителя Великой Либидии на его лицо.       — Ладно. Я чувствую, что пока ты об этом не узнаешь — разговор мы продолжить не сможем. Окей. Ты мыслишь абсолютно правильно — Аран и я… мы уже несколько недель встречаемся.       — Чего-о-о-о? Подождите-ка. Хорошо, Корн, допустим, историю с твоей родственной душой я помню. Но Аран… ты ведь…       — Нет, господин Джаневит. Мой соулмейт нам также не помешает, — вздохнул парень, а затем почти прошептал:       — Я не лгал подручным Варута Тантачивата, которые передали мне лекарство для девушки. Вот только Эрине это чудо-зелье никак бы не помогло, ведь несколько лет назад она умерла и была, как подобает адептам Милосердной Аквы, погребена в море Океании.       — Сочувствую твоей утрате. Великая Терра, хреновый из меня, оказывается начальник, раз за столько времени работы бок о бок я не узнал такую важную вещь, — простонал адепт Щедрой Терры.       — Посыпать голову пеплом будешь потом. Главное сейчас не это. А то, что в итоге удалось получить Арану, который так удачно втёрся в доверие к Варуту.       — Хмм, вот это и подозрительно. Почему же для тебя всё оказалось так просто? — задумчиво протянул Джаневит, смотря на помощника.       — Просто я слил ему всю информацию по делу гибели его сына, его жены и Криста Перавата, — едва слышно ответил адепт стихии Земли.       — Это я уже понял, дор-р-рогой ты мой, — скрипнул зубами старший и услышал:       — Джейн. Если ты намерен тратить время на бесполезное злое фырканье — мы с Араном пойдём. У нас тут планы на вечер намечались, — мягко произнёс Тиннакорн, а затем, как бы невзначай добавил:       — Пока этот засранец не испортил их, объявив, что тебе вот именно сегодня надо узнать о том, что бутылёк, полученный им из рук Варута — это эссенция смерти!       — Чего?! Твою мать!!! Вы не шутите? Точно не шутите? Но это же… Я думал, что всё это уже давно пресекли и запретили. А те, кто остался — просто помешанные, которым нравится думать, что Великий Мортидий посещает их безумные собрания! — протараторил Джейн.       — Не плюйся, пожалуйста, — прилетело в ответ с той стороны, где сидел настоятель Храма Всех Стихий. — Я понимаю, что ты взволнован, но брызгать слюной — лишнее. Поверь. И да, эти, как ты их зовёшь, безумные фанатики, теперь обрели предводителя. Ну, а сам Варут… — подопечный Богини Жизни понизил голос и, склонившись к уху брата, выдохнул:       — Сам Варут, похоже, прошел обряд посвящения в клан Черных Жрецов!       — Бля-я-я-я, — вновь не смог сдержать своих чувств и эмоций старший. — Корн, это очень хреново!       — Знаю, брат. И, к сожалению, пока даже не представляю, что можно сделать в этой ситуации. Ну, кроме как молиться о том, чтобы Варут получил наказание за обращение во зло. И за то, что в результате этого пострадали невинные люди, — тихо подытожил настоятель Храма Всех Стихий и тяжко вздохнул.       А Джейна вдруг осенило — он ведь не рассказал гостям самых главных новостей. Именно поэтому хозяин дома, буквально подлетев со стула, воскликнул:       — Корн, я так задумался насчёт происходящего, что совсем забыл сказать самое важное. Первое — у меня вновь есть контроль над стихией! Второе…       — Сработало? Значит, сработало, да? Ну же, господин Джаневит, пожалуйста, скажите, что у вас всё получилось, — возбужденно затараторил Аран.       И кем бы был старший, если бы позволил этому парню продолжать мучиться. Вероятнее всего, злодеем. Но так как злодеем он точно никогда не был, то…       — Да, Аран. Твои слова действительно помогли мне вспомнить и осознать кое-что важное. Эх… ладно, раз уж ты вонзил мне нож в спину исключительно по инициативе Тиннакорна… и теперь являешься его парнем, то… Добро пожаловать обратно на работу. Ну и, так уж и быть, с этого дня можешь звать меня Джейн и на «ты». Если братишка не заревнует, конечно.       — Кто? Я?       — А кто? Я? Ты на себя в зеркало-то смотрел? Глазищи-то как сверкают! Милый, у меня вообще-то Мали есть. Ох, надо бы с нею связаться. Но сначала. Стоп, я же опять чуть не забыл. Руангрои живы! И сейчас они находятся здесь!       — Что? Так что же ты сразу не сказал? Веди меня туда! Скорее! — вскочил из-за стола Корн, и вся троица поспешила в гостевую комнату.

Спустя некоторое время

      — Итак. Давайте-ка подытожим, парни, — задумчиво пробормотал служитель Великой Либидии. — Первое, вы оба утверждаете, что Руангрои отрезаны от стихии уже больше года, так?       — Угу, — на удивление синхронно отозвались детектив и его помощник, кивнув головами.       — Второе, ты Джейн, говоришь о том, что сейчас Миранда и Дамиан очень слабы, верно?       — Да. И… я понимаю, что их надо транспортировать к месту силы. Но боюсь, что подобный путь они оба попросту не выдержат.       — Окей. Действительно, мы не станем рисковать, проверяя смогут ли родители Сингто дожить до того момента, когда их станут подпитывать силой родной стихии. Ладно, тогда… — Корн постучал пальцем по губе и спросил:       — Скажи, а ты можешь прямо сейчас вызвать сюда госпожу Мали?       — Конечно. Но чем она нам поможет? — растерянно поинтересовался Джаневит и услышал:       — Если всё сложится так, как я предполагаю — то очень и очень многим, Джейн. Так что, брат, скорее вызывай невесту и будем спасать Руангроев.       — Хорошо, — быстро кивнул старший и, не теряя времени, прикрыл глаза, связываясь со стихией. Сейчас в его голове стучала лишь одна мысль:       «Только бы успеть».

Поместье Руангроев, спальня Сингто

      Держа в руках роскошный букет, состоящий из огненно-красных роз и таких же лилий, адепт Эйра Вдохновляющего осторожно приоткрыл дверь и тут же услышал:       — А вот и моя пропажа. Где бродил, Ветерок?       — А что, разве не видно? — расплылся в широкой улыбке Крист и, быстро преодолев расстояние до окна, у которого, кутаясь в пушистый банный халат, стоял его муж, вручил ему цветы со словами:       — Для моего любимого.       — И в честь чего это? — слегка ехидно спросил Прачая, однако лицо в букете, вдыхая аромат прекрасных цветов, всё же спрятал.       — В честь нашей свадьбы, детка. И больше не задавай мне столь очевидных вопросов, ладно? — в тон соулмейту ответил Перават и, сделав шаг вперёд, схватил мужа за талию.       — Ау! Милый, ты чего руки распускаешь? Ужин…       — Поужинаем позже, ладно, Огонёчек? А сейчас в душ. Вот только цветы в воду поставим и в душ, — промурлыкал адепт Эйра Вдохновляющего, увлекая мужа за собой.       И так как слова у Криста с делом не расходились, то вскоре Сингто, усаженный на мраморную тумбу возле умывальника, плавился в удовольствии. И всё крепче обхватывая ногами талию мужа, который размеренно двигался в его теле, хрипел:       — Ещё. Хочу ещё.       А Перават, довольно улыбаясь, то и дело целовал шею соулмейта, шепча:       — И я. Тебя… мне всегда… будет мало.       — Аааах, — отвечал на это заявление Прачая и тянулся за поцелуем.       И адепт Эйра Вдохновляющего, даже не помышляя о том, чтобы отказать любимому мужу, наклонялся чуть ниже, после чего…       Начинал активно смаковать нежные и такие желанные губы.       А чуть позже, когда разморенные и уставшие парни, закончив очередной раунд жаркой схватки, лежали в разворошенной постели, Крист, крепко прижав к себе засыпающего соулмейта, оставил на его лбу поцелуй и подумал:       «Твои… Нет, наши родители обязательно будут в порядке, Огонёчек. Потому что, я сделаю для этого всё возможное и невозможное».