Неотъемлемая составляющая

Дом Джейна, кухня

      — Итак, что же от меня требуется? — деловито поинтересовалась женщина, утолив жажду и с улыбкой посмотрела на своего жениха.       — Госпожа Мали, можно на этот вопрос вам отвечу я? — вдруг раздалось от двери и появившийся в кухне служитель Великой Либидии, быстро занял место за столом.       — Господин настоятель? — удивленно выдохнула подопечная Милосердной Аквы. — А вы почему здесь…       — Мали, милая. Я кое о чем умолчал в день нашей церемонии, — подал голос Джаневит, а затем, вздохнув, продолжил:       — Знакомься, это Тиннакорн — мой младший брат. Ну и по совместительству, настоятель Храма Всех Стихий.       — Приятно познакомиться вновь, госпожа Мали, — улыбнулся подопечный Богини Жизни, после чего женщина пробормотала:       — Брат… Хмм… Ах, да, мне тоже приятно, господин…       — Просто Тиннакорн или Корн, если не возражаете — мы, ведь скоро породнимся.       — Да, Корн абсолютно прав, дорогая — нам пора оставить этот официоз и перейти на «ты». И с ним тоже, — подытожил хозяин дома и кивнул в сторону входящего в кухню Арана.       — Хорошо. Тогда вы все тоже можете звать меня по имени. Но мы отвлеклись. Итак, зачем же ты захотел встретиться, дорогой? Я предполагала, что раз твой звонок раздался вечером — нас ждёт романтическое свидание, но теперь вижу, что это явно не так, верно?       — Обожаю твою проницательность, душа моя. Да, к сожалению, повод по которому я тебя позвал — не слишком радостный. Но я надеюсь, что в наших силах сделать всё возможное, чтобы этот вечер стал намного лучше.       — Так! Братишка, ты говоришь загадками и сбиваешь свою женщину с толку! В общем, госпо… ой, Мали, нам очень нужна твоя помощь, как адепта стихии Воды.       — И в чём же она заключается? — тут же поинтересовалась подопечная Милосердной Аквы, начав легко перебирать пальцами, отчего вода в стоящем на столе графине, слегка заволновалась.       — Если в двух словах — Миранда и Дамиан Руангрой живы, но находятся в тяжелом состоянии, требующем вливания силы родной стихии перед тем, как их можно будет транспортировать в Место Силы.       — Что?! — охнула Мали, резко вскочив на ноги. — Великая Аква и все остальные Божества, спасибо за вашу бесконечную милость по отношению к родителям Сингто и всем нам! Так, где они? Я хочу увидеть их сию же минуту!       — В гостевой комнате, сейчас мы туда пой… Ладно, побежим, — закончил Джейн, когда любимая, схватив его руку, устремилась из кухни в коридор и прокричал:       — Корн, Аран. Догоняйте!

Спустя пять минут

      — Значит так, слушайте меня внимательно, иначе плохо будет уже вам, — мягко и негромко произнёс служитель Великой Либидии. — Сейчас каждый из вас присядет на свою сторону кровати и призовёт свою стихию. А затем медленно — подчеркиваю — медленно и осторожно, самыми кончиками пальцев прикоснётся к руке пострадавшего адепта. Только так и никак иначе, поскольку есть риск того, что вашу руку могут крепко схватить и осушить весь резерв стихии, ясно?       — Неужели всё настолько опасно? — подала голос подопечная Милосердной Аквы и после небольшой паузы настоятель Храма Всех Стихий проговорил:       — К сожалению, да. Пока я осматривал родителей Сингто, то понял, что в их случае были применены не совсем привычные методы лишения стихии.       — Что?! — вскрикнул Джаневит, который искренне полагал, что плохие новости закончились тогда, когда Корн и Аран рассказали ему об «эссенции смерти». — Что это значит, брат?       — То, что в случае вашей неосторожности пострадавшие могут повести себя, как энергетические вампиры, поскольку их пытались лишить силы с помощью эссенции смерти. Хмм, Мали, — вдруг повернулся к женщине Тиннакорн, поскольку понял, что женщина не в курсе происходящего. — До твоего прихода мы уже рассказали Джейну о том, что Варут Тантачиват вероятно прошел церемонию посвящения в клан Черных Жрецов. Потому что только у них есть возможность создать эссенцию смерти. Это долгая история, но если совсем кратко, то Аран предал твоего жениха.       — Вернее, умело притворился предателем по наущению Корна, — подхватил хозяин дома. — Так что, не смотри таким взглядом — здесь все свои и им можно доверять.       — Что ж, хорошо. Надеюсь, что всё так и есть, — оттенок «электрик» во взгляде женщины снова уступил место нежно-синему васильковому, и она скомандовала:       — Окей. Всё остальное обсудим потом, а сейчас давайте приступим к спасательной операции. Тиннакорн, направляй нас.       После этих слов подопечный Богини Жизни, с улыбкой посмотрев на брата, который в этот самый момент не отрывал от своей невесты восхищенно-влюбленного взгляда и спокойно произнёс:       — Прошу вас присесть.       И когда спасатели заняли свои места, на всякий случай отошел подальше, проговорив:       — А теперь, медленно считаем до трёх и призываем стихию. Один… Два… Три…

Поместье семьи Руангрой, спальня Сингто, спустя несколько часов после начала спасательной операции

      Прачая почувствовал толчок в бок, а затем, ощутив, как сильно забилось сердце, резко распахнул глаза и сел на кровати. Бросив взгляд на соседнюю половину кровати, адепт стихии Огня увидел сладко сопящего мужа и, облегченно выдохнув, озадаченно пробормотал:       — Странно. Кит в порядке. Но что же тогда… Почему так сильно бьётся сердце?       Лежать, равно, как и сидеть, вдруг стало просто невыносимо. Более того, Сингто вдруг внезапно понял, что ему жарко. Очень жарко. Так жарко, словно бы…       — О нет… Нет! Да что же это такое? Кит… — из последних сил прохрипел адепт Игниса Согревающего и, скатившись с кровати, рухнул на пол.       Грохот получился знатный, потому уже через пару мгновений до Прачаи донеслось взволнованное:       — Сингто! Что такое?       А спустя несколько секунд над ним навис до предела взволнованный Перават и, взяв за руку, протараторил:       — Что случилось? Ох, Великий Эйр, да ты весь горишь! Огонёчек, в чем дело? Это кошмар, да? Тебе снился Ниран и… прошлое? Ух, надо было тогда в Управе прибить эту тварь! Ну, подумаешь, отсидел бы в тюрьме пару лет, зато избавил бы нашу вселенную от такого ублю…       — Нет, — просипел адепт стихии Огня и добавил:       — Помоги.       — Чёрт возьми. Да если бы я знал, чем это вызвано! Твою мать, какой же ты горячий! Доменная печь и та холоднее будет! — выругался Крист, а потом, призвав на помощь стихию, склонился над соулмейтом и прильнул к его губам.       Некоторое время язык адепта Эйра Вдохновляющего безуспешно скользил по губам мужа, безуспешно прося входа. А затем, наконец-то сообразив, что ещё он может сделать, чтобы заставить любимого открыть рот, Перават скользнул рукой в широкий ворот футболки Прачаи и, спустившись ниже, ущипнул его сосок.       — Аааах, — низко простонал адепт Игниса Согревающего, наконец-то открывая рот, и Крист, не теряя больше ни секунды, углубил поцелуй, сплетаясь с языком мужа в одном из самых древних танцев.       Посасывая, покусывая и облизывая желанные губы, адепт Эйра Вдохновляющего мягко и осторожно манил к себе разбушевавшийся Огонь соулмейта, зазывая его поиграть вместе. И когда мощный столп ярко-красного цвета наконец-то стал уменьшаться, чтобы соответствовать размеру игривого тайфунчика, тем самым принимая приглашение поиграть, мысленно выдохнул, наконец-то отрываясь от соблазнительных губ.       Однако полностью отстраняться, помня о том, насколько переменчивой является стихия Сингто, адепт стихии Воздуха даже и не думал. Он просто сменил тактику и теперь, покрывая легкими поцелуями лоб, щеки и кончик носа самого родного человека на свете, нежно шептал:       — Всё хорошо. Хорошо, слышишь? Что бы внутри тебя ни происходило — мы справимся с этим вместе, ясно? Кивни, если ты меня понял, — попросил Крист и, затаив дыхание, стал ждать реакции.       В ответ Прачая почти невесомо кивнул, а потом, распахнув глаза, прохрипел:       — Кит.       — Что? Что такое, мой хороший?       — Спасибо, — абсолютно невнятно выдохнул адепт Игниса Согревающего, отчего по щеке Перавата, которого потихоньку отпускало волнение, скатилась маленькая слезинка и он пробормотал:       — Тебе спасибо, милый. Мы справились только благодаря тебе и тому, что ты веришь в меня. И в себя. Ну что, пойдём, подышим свежим воздухом, выпьем стакан сока, и ты расскажешь мне, что произошло, ммм? — мягко спросил адепт стихии Воздуха, отпуская тайфунчик — в его присутствии больше не было нужды.       В ответ Сингто пальцем поманил мужа к себе и когда Крист наклонил голову, тихо выдохнул:       — Какао.       На что адепт Эйра Вдохновляющего, громко расхохотавшись, объявил:       — Ох, ну если мой соулмейт думает, что осилит даже чашку какао — тогда он точно в порядке. Но… Давай-ка лучше перестрахуемся, хорошо? — после чего, не дав Прачае ничего возразить по этому поводу, подхватил его на руки, зашагав в сторону выхода.       Чуть позже, бережно сгрузив свою ношу на высокий барный стул, Перават начал порхать по кухне. И через некоторое время, поставив перед мужем небольшую чашечку ароматного напитка, объявил:       — Ваш заказ, господин Сангпотират-Руангрой.       — Благодарю, господин Руангрой-Сангпотират, — нежно улыбнулся соулмейту адепт стихии Огня и, подняв чашечку, сделал первый глоток.       Крист внимательно наблюдал за реакцией любимого — он не боялся, что тот обожжется, поскольку с помощью стихии уже давно остудил напиток до приемлемой температуры, при этом сохранив его максимально горячим.       — И как? — всё-таки не выдержав после третьего глотка, поинтересовался Перават.       Ответом ему стал насмешливый взгляд адепта Игниса Согревающего и негромкое:       — То есть тот факт, что я выпил около трети чашки какао, тебе вообще ни о чем сказал, Ветерок?       — Сказал! Блин, а может я на комплимент напрашивался? Вот вечно ты так! Злой ты! Уйду я от тебя… делать какао и себе. И сделаю его в два, нет в три раза вкуснее, а потом сяду на балконе с печеньем-ммм…

Спустя несколько минут

      — Ты такой балбес, — нежно выдохнул Сингто, наконец-то разорвав поцелуй. — Послушай и запомни, Кит-Кит. Вообще-то я не пью какао. И не люблю его. Предпочитаю кофе. Но в тот первый раз, когда ты сделал его для меня… Я влюбился в этот напиток. И потому твой какао всегда будет самым лучшим, слышишь? — подытожил Прачая и, чмокнув соулмейта в нос, прошептал:       — Я люблю тебя.       — И я тебя люблю, Огонёчек. Но с темы ты не сольёшься, понял? Итак, что с тобой происходило полчаса назад? — строго поинтересовался адепт Эйра Вдохновляющего.       — Не знаю. Нет-нет, не смотри на меня так недоверчиво — я, правда, не знаю. Всё было как всегда: ты пихнул меня в бок, а от этого я всегда просыпаюсь и переворачиваюсь со спины лицом к тебе. А потом засыпаю. Но в этот раз заснуть не получилось. Моё сердце… в какой-то момент я ощутил, что оно вот-вот вылетит из груди, а потом пришел жар и дальше ты знаешь.       После этих слов на некоторое время в кухне повисла практически мёртвая тишина, а потом Крист напряженно спросил:       — И тебе при этом ничего не снилось?       — Если и снилось — это забылось, как только я открыл глаза, — отозвался Сингто.       — Ага, — рассеянно протянул Перават, уставившись куда-то в стену. Прямо сейчас в его памяти всплыли события раннего вечера, и теперь адепт стихии Воздуха напряженно размышлял о том, что же именно могло вызвать у его мужа такую реакцию.       В том, что Огонь Прачаи среагировал из-за сильнейшего импульса, адепт Эйра Вдохновляющего даже не сомневался.       — Кит. Кит! Крист Перават Руангрой-Сангпотират, который уже несколько дней является моим законным мужем! — вдруг рявкнул адепт Игниса Согревающего, вырастая прямо перед опешившим от такого выпада соулмейтом. — Почему у тебя такое странное выражение лица? О чем это ты так сильно задумался?       «Сказать или попробовать его отвлечь? А если скажу, а новости там плохие? Что тогда? А если не скажу — он же обидится, рассердится и тогда его Огню может стать ещё хуже. Бляха муха, что же делать»?! — взволнованно выругался Перават и внезапно застыл, поскольку в его голове прозвучало ровное и уверенное:       — Крист?       — Любимый, мне надо в туалет! — не раздумывая ни мгновения, выпалил адепт Эйра Вдохновляющего и, оставив позади ошеломленного мужа, быстро вылетел в коридор. Соблюдая полную конспирацию, Перават быстро добежал до уборной и, закрывшись там, выдохнул:       — Привет, Джейн. Пожалуйста, скажите мне, что повод для звонка в такое время меня обрадует, а не добьёт, как это недавно чуть не сделал мой милый супруг!       — Оу, а что, случилось-то? — озадаченно поинтересовался Джаневит.       — Ничего особенного — Огонь Сингто в очередной раз слетел с катушек, и я знатно попотел, пытаясь его успокоить.       — Сочувствую, — тихо пробормотал старший. — Но… Думаю, что теперь твои мучения завершатся. Скажи, вы можете прямо сейчас приехать ко мне?       — А есть повод? Послушайте, Джейн, если ситуация находится в подвешенном состоянии…       — Нет. Никакого подвешенного состояния — недавно мы с Мали сделали всё, чтобы немного привести старших Руангроев в чувство. И теперь ждём младших членов этого семейства, чтобы они сопроводили их в Место Силы, — хохотнул старший.       — Правда? Вы не шутите? Нет! Ох, Великий Эйр! Спасибо, огромное спасибо! Спасибо всем Божествам! И отдельная благодарность вам и тётушке Мали!       — Тётушке? Как же непривычно слышать, когда к моей будущей жене обращаются подобным образом, — вновь хохотнул Джаневит и, громко рассмеявшись от образовавшейся паузы, подытожил:       — Да, мы с Мали скоро поженимся. Но об этом потом. В общем, мы ждём вас в течение получаса. Успеете добраться?       — Ради такого дела… полетим, — заверил Крист, отключаясь. Быстро прикрыв глаза, Перават просканировал своё внутреннее состояние и, решив, что трети резерва силы вполне хватит на недолгое путешествие, вышел из уборной, направляясь обратно в кухню.       — Всё? Теперь тебе ничего не помешает ответить на мой вопрос? — немедленно поинтересовался Прачая и, сложив руки на груди, пристально посмотрел на мужа.       — Теперь ничего не помешает, — эхом отозвался адепт стихии Воздуха, расплываясь в широкой улыбке, а потом, быстро приблизившись к любимому, схватил его на руки, поднимая со стула.       — Ооой! Кит! Пусти! Ты чего? Я же упаду! Блин, уронишь! — кричал Сингто, пока соулмейт кружил его по кухне.       — Не упадешь! Блин, Огонёчек! Детка, я так счастлив! Ты себе сейчас даже не представляешь, как я счастлив, — лихорадочно шептал Перават, еле успевая переводить дыхание. — Но знаешь что? Скоро ты будешь так же счастлив, как и я. Обещаю. Вот сейчас…       — Учти, если ты вот сейчас собрался после этого аттракциона заниматься со мной любовью — это не лучшая идея, — скептически выдал адепт Игниса Согревающего, надеясь хоть так утихомирить проснувшуюся — если она действительно проснулась — похоть своего Ветерка.       Однако в следующий миг всё прекратилось и Крист, усадив мужа обратно на стул, уперся ладонями в его колени, а затем…       Затем сердце Сингто во второй раз почти вылетело из его груди, поскольку с губ его соулмейта слетело то, что он так давно хотел услышать.       — Ты… Это действительно… Скажи, что ты не шутишь… — ломающимся голосом почти простонал Прачая, с надеждой глядя на своего единственного и затаил дыхание, чувствуя, словно вместе с ним в ожидании ответа замерла и вся Вселенная.       А затем издал долгий и шумный вздох облегчения, ощущая, как по щекам побежали слёзы, когда в кухне бодро прозвучало:       — Нет, я не шучу, родной. Только что мне звонил Джейн и сообщил эту новость. Так что, если хочешь поскорее увидеть родителей — соби… райся, — подытожил Перават и с улыбкой глядя на унесшегося из кухни мужа, прошептал:       — Вот так и должно быть, мой Огонёчек. Вот так всё и должно быть в нашей жизни. И для этого я приложу все усилия!