С Му Цин — непросто

—Сколько раз я тебе говорила не ходить без шапки?! Весьма раздражённо и на слегка повышенных тонах недовольно ворчит черноволосая девушка, ставя на столик перед диваном горячий чай с лимоном и медом и кидая в руки своей девушки градусник. Чуть ранее… Фэн Синь вернулась с работы неожиданно рано даже для вечера пятницы — времени, когда все стараются как можно раньше уйти домой (и Фэн Синь не была исключением). Му Цин сама пришла буквально полчаса назад. Ее отдел почти всегда заканчивал работу раньше других отделов в фирме, тем более в вечер пятницы. Насколько бы девушка не была трудоголиком, даже она не желала торчать на работе дольше положенного в пятницу, ведь, как правило, даже самые усердные работники к концу недели становятся абсолютно никакими, и им требуется хотя бы день отдыха. Но усталость не была главной причиной желания брюнетки как можно раньше уйти с работы — несмотря на то, что впереди у них всегда были целые выходные, Му Цин и Фэн Синь предпочитали проводить свидания и романтические вечера именно в вечер пятницы. Просто потому что он казался им особеннее чем тот же вечер субботы или воскресенья. Всегда приятно после сложной недели завалиться в любимые объятия и дать наконец себе чуть-чуть расслабиться, забыть о работе и просто отдохнуть пока родные руки ласково перебирают длинные волосы, распуская их из тугого хвоста и чуть массируя голову. Но Фэн Синь пришла слишком рано, не дав черноволосой даже времени приготовить романтический ужин, чем удивила свою суженную, но ещё больше та удивилась тогда, когда ее девушка, слегка покачиваясь, прошла в студию гостиную и обессиленно завалилась на диван, тяжело дыша. —Ты пьяна? Спокойно спросила Му Цин скептически смотря на макушку русоволосой. Хоть та и не смотрела на нее, и не видела ее чуть осуждающий взгляд, она прекрасно его чувствовала. —Нет Ответ был достаточно твердым, чтобы Му Цин поверила ей —Фэн Синь никогда не умела хорошо врать, а тем более ей, когда она читала ее как открытую книгу. —Что с тобой? Откладывая кухонные приборы, которые девушка ранее искала чтобы начать готовку ужина, та обошла арку, разделявшую комнату на кухню и гостиную, и осторожно присела на диван рядом с Фэн Синь. —Я в полном порядке. А вот это была слишком очевидная ложь, которую Му Цин быстро раскусила, а оттого и нахмурилась недовольно. Она не любила когда ей врали, по любому поводу. Уловив изменившийся взгляд и настроение своей девушки Фэн Синь лишь притянула ту одной рукой поближе к себе и обняла. —Нет, все правда хорошо. Не стоит беспокоиться. Это тоже была ложь. Как бы ни пыталась ее обмануть Фэн Синь, какие бы методы и манипуляции не использовала, Му Цин все равно понимала что ей лгут. Однако она приняла объятия, но лишь для того, чтобы внезапно приблизиться к русоволосой и невесомо коснуться губами ее лба. —Да ты горишь! Быстро отстранившись громко сказала та, почти сразу выскальзывая из родных, невероятно приятных объятий и срываясь на кухню. Фэн Синь на это ничего не ответила — отрицать этот очевидный факт уже было глупо, поэтому она лишь откинула голову назад и прикрыла глаза. Настоящее время Слова Му Цин не были безосновательны, Фэн Синь действительно ходила без шапки. Да даже хуже, она совсем не заботилась о своем здоровье. Ходила с растегнутой курткой, без перчаток и в летних кроссовках говоря: «Я же спортсменка, у меня крепкий организм! Я не заболею!» «Ага, как же» Подумала про себя девушка оглядывая больного. Услышав праведный гнев в словах возлюбленной Фэн Синь почти сразу открыла глаза, переводя виноватый взгляд на нее, и еле как успела поймать градусник. «Спасибо что не в лицо» Но едкое замечание осталось не озвученным — злить и так уже взбешенную Му Цин было сродни самоубийству в чистом виде. Хотя, наверное, если бы Фэн Синь не была больна, то ей этот градусник прилетел бы прямо в лицо — Му Цин бы даже специально прицелилась. —Извини Все также виновато пролепетала та, открывая футляр градусника и засовывая его под футболку, располагая на привычном месте, и не смотря на свою девушку. Му Цин снова опустилась рядом с ней на диван, и недовольно скрестила руки на груди подняв одну бровь вверх. —Почему ты прямо не сказала мне что у тебя температура и что ты заболела? Голос ее звучал ровно и холодно, как сталь, но Фэнь Синь отчётливо слышала в нем нотки обиды и горечи. —Я не хотела портить наши вечерние планы и лишний раз заставлять тебя волноваться. Честно призналась Фэн Синь тяжело вздыхая, и как только градусник пропищал та вытащила его внимательно смотря на цифры на дисплее. —Дай сюда Все ещё раздражённо сказала Му Цин выхватывая прибор из рук возлюбленной и буквально всовывая на его место кружку с чуть остывшим чаем. Фэн Синь опять же ничего не ответила, лишь хлебнула немного напитка из кружки. Быстро посмотрев на те же цифры и выключив градусник, девушка бережно убрала его обратно в футляр и отложила на столик вновь возвращаясь к откровенному разговору. —Ты действительно думала, что я не замечу такое твое состояние при температуре 38.4 за весь вечер и твое странное поведение по приходу домой?! Ты правда считаешь меня настолько слепой и невнимательной? —Не в этом дело Лениво отмахнулась Фэн Синь держа кружку одной рукой за ручку, а другой снова притягивая не сопротивляющуюся черноволоску за талию ближе к себе. —Я специально отпросилась с работы пораньше чтобы прийти раньше тебя домой. Думала, ты ещё в магазин будешь заходить и все такое. Если бы мой план сработал как нужно ты бы не сразу заметила мое странное поведение. Но на улице меня начало знобить и мое состояние ухудшилось, да и ты оказалась дома. Обстоятельства не в мою пользу. Несмотря на то, что Му Цин и правда не сопротивлялась объятиям, она обиженно отвернулась от той, но не отпихивала, уже хорошо. —Я бы все равно заметила что у тебя температура когда начала бы целовать тебя, так что твой план был провальным с самого начала. И я…я и правда волнуюсь. Но ещё больше я волнуюсь когда ты врешь мне по поводу своего самочувствия! Откровенные разговоры и обсуждение своих чувств всегда были непомерно сложной вещью даже для такой сильной девушки, как Му Цин. Именно поэтому обычно она и не начинала такие разговоры, лишь слабо поддерживала их (в силу своих возможностей выразить чувства и мысли) когда их заводила Фэн Синь. Но они обе работали над их отношениями, и в этот раз разговор о чувствах завела вовсе не Фэн Синь, а Му Цин! На памяти русоволосой это был первый раз когда она добровольно, по своему желанию, а не с подачки Фэн Синь, завела подобный диалог. И даже открыто призналась о том, что и правда волновалась (и ее «гнев» не был вовсе гневом, просто беспокойством и переживанием которое она не могла выразить иначе). Ещё буквально год назад если бы ей сказали, что Му Цин будет открыто говорить о том, что чувствует, Фэн Синь бы смеялась до боли в животе и кругов перед глазами. Настолько нереальным это казалось тогда, но сейчас это была реальность. Фэн Синь счастливо улыбнулась и решила поддержать откровенный разговор своей девушки о чувствах, поэтому поспешила объясниться: —Я не думала что ты слепая или невнимательная, я просто планировала до самого конца, как смогу, притворяться что чувствую себя хорошо и со мной все нормально. Я не хочу чтобы ты лишний раз волновалась о чем-либо и мне не хотелось злить тебя, котик. Сказала шуточно-ласково Фэн Синь, откладывая чашку на столик и придвигаясь ещё ближе к своей возлюбленной. Она слегка потерлась носом о щеку нахмурившейся девушки а после поцеловала туда. Вот тут наконец Му Цин уже снова развернулась к ней, но лишь для того, чтобы возмущённо, но невероятно смущённо (кончики ее ушей и щеки покраснели, и весьма заметно) пролепетать: —Н не называй меня так! Но ее возмущения быстро прекратились, ведь ее вполне справедливо заткнули нежным недолгим поцелуем, таким, каким они обычно приветствовали друг друга после тяжёлого дня, а после Му Цин получила нежную россыпь поцелуев на шее и ключицах и горячие руки под футболкой, также ласково и нежно очерчивающие ее талию. —Э эй, Фэн Синь, прекрати! Заразишь меня ещё… Смущённо проворчала та чуть отворачивая позорно алеющие щеки от возлюбленной. —Я тоже люблю тебя, Му Цин.