Cyberpunk: Эвтюмия - Катарсис

      — Лифт едет вниз, — произнёс я, ощущая лёгкое давление от начала движения. По характерному плавному скольжению и чуть ощутимому давлению стало понятно направление. — Насколько глубоко мы спустимся?              Параллельно с вопросом я активировал трёхмерную проекцию здания — один из моих любимых инструментов при планировании операций. Голограмма возникла передо мной, словно прозрачная карта, где каждая стена, каждый коридор и даже вентиляционные шахты были обозначены цветными линиями. Но часть верхних частей здания и большая часть подземных уровней была затушевана — закрытое пространство, недоступное с данным уровнем взлома. Судя по движению кабины и направлению шахты, мы опускались ниже уровня минусовых этажей, в те самые «серые» зоны, о которых обычно не знали даже мелкие сотрудники корпорации.              — Каждая штаб-квартира Арасака оборудована точкой доступа «Микоси», которая находится под зданием, — ответила она, не оборачиваясь. Её голос звучал спокойно, но в нём чувствовалось что-то ещё — проскользнувшая наружу гордость.              — М-м… символично, — протянул я, сам не зная, почему именно это слово вырвалось первым.              Она всё-таки обернулась, бросив на меня быстрый, но проницательный взгляд через плечо. В её глазах мелькнуло сомнение, будто она пыталась понять, что именно имелось в виду.              — Какой символизм ты заметил в расположении точки доступа к самому защищённому хранилищу данных нашей корпорации? — спросила она, чуть прищурившись.              Я позволил себе усмехнуться. Действительно, как это выглядело со стороны — ценнейшая технология, способная менять судьбы людей, находилась под землёй, словно захороненная реликвия.              — Символизм в названии, а не расположении. С местом расположения то вопросов нет.              Во время разговора я получил объяснение слова «Микоси» через сеть. Так называют священный религиозный паланкин, этакое переносное святилище в Японии. С точки зрения религии считается, что в них переносят ками, хранящихся в священных предметах. И вот, сравните, подземное хранилище «душ», и его даже можно перенести по желанию... правда будет затратнее.              — А кто вообще назвал эту программу «Микоси»? — решил сменить тему я, хотя ответ уже начал складываться в голове.              — Это не название программы, — поправила она. — И название тебе известно — «Душегуб». «Микоси» — это точки доступа. Название выбрано мной во время работы над проектом. Точки доступа разбросаны по всем штаб-квартирам, и их коды доступа постоянно обновляются во избежание утечек. Когда я прибыла в Найт-Сити, я лично обновила местную систему.              — Не слишком ли это рискованно? — задумчиво проговорил я. — Хранить в каждой штаб-квартире ключ к одной из самых мощных и опасных технологий, связанных с разумом? Если взломать киберпространство штаб-квартиры...              — Ты ошибаешься насчёт Микоси, — впервые в её голосе проскользнули нотки веселья. — Это не просто точка входа. Это... выстраданное творение моего отца. Один из главных проектов, если не самый главный. Больше разве что создание самой корпорации «Арасака» и биочипа «Релик». Его целью было защитить «Душегуб» от копирования. Он знал, что нужно держать всех подальше от хранилища «душ»... дальше, насколько это возможно.              Я замер. Возникшие во время разговора мысли начали складываться в полноценную картину, которую раньше я принимал за одну из множества теорий заговора, которыми любили делиться нетраннеры в свободных зонах киберпространства.              — Ох, масштабно... кажется, я начинаю понимать, — сказал я медленно. — Были слухи об орбитальных станциях Арасака. Что настоящие базы данных находятся там, вне пределов планеты. И Микоси — это...              — Ты зришь в корень, — перебила она. — Микоси — это канал связи с орбитальными станциями. Минимальный уровень доступа — «Кисэн», и строгие правила подключения. Подробности узнаешь позже.              Лифт мягко остановился. Двери раздвинулись, открывая нам вид на тёмную стену коридора, подсвеченную длинной светодиодной лампой. Белая надпись «Арасака» в очередной раз служила напоминанием, кому принадлежит сие чудо. Казалось бы, ну тут-то зачем добавлять надпись? Здесь, в самом «дне» штаб-квартиры, находился ключ ко входу в самое защищённое киберпространство корпорации.              Я умолчал, что, возможно, уже знаю правила доступа к Микоси. Это не особо ценная информация. Однажды я наткнулся на один странный файл в системе, который показался мне просто списком формальностей. Теперь я понимал их истинное предназначение.              Для получения доступа к объекту сотрудник корпорации Арасака должен обладать действующим уровнем доступа Кисэн, предварительной регистрацией и письменным разрешением на проведение сеанса. В случае использования объекта в научно-исследовательских целях требуется указать номер гранта и направления, одобренного руководителем исследовательского центра Арасаки. Все сеансы записываются и сохраняются в зашифрованном виде.              Всё это теперь имело смысл. И она явно доверяет мне, иначе не привела бы сюда. Но доверие — вещь хрупкая. Особенно когда речь идёт о секретах, ради которых люди готовы убивать. Тут главную роль играло кровное родство, чем возникшее доверие, или два варианта дополняли друг друга.              Мы вышли из лифта, и меня сразу окутало ощущение несоответствия между ожиданиями и реальностью. Сначала показалось, что нас встречает обычный коридор, по которому снова придётся топать в неизвестное направление — это оказалось не совсем так. Пространство, куда мы попали, было больше похоже на просторную комнату с проходом слева. Здесь было темно несмотря на тонкие светодиодные лампы, чему способствовали черные тона стен и слабый уровень освещение.              С одной стороны зала находился небольшой отсек — мини-комната с прочным бронированным стеклом, внутри которой виднелся массивный объект: Микоси. Его контуры были обрамлены светящимися полосами, мерцающими красноватым светом, а круговая форма позволяла проецировать внутри голограммы. С противоположной стороны помещения стоял длинный диван. Казалось бы, даже сюда, в самое сердце высокотехнологичного секретного комплекса, кто-то решил добавить предметы интерьера.              — Для чего здесь диван? — спросил я, указав глазами на комфортный способ отдыха.              Ханако вопросительно приподняла бровь:              — Тебя действительно волнует диван?              Я пожал плечами. Да, это было странно. Наверху, в личном кабинете Сабуро, тоже имелась лаунж-зона. Но зачем они нужны там, где люди приходят работать с энграммами через Микоси? Может быть, это была дань традиции или же личная инициатива Сабуро, который без ума от диванов?              — Работа с программой «Душегуб» иногда занимает длительное время, — объяснила она. — Здесь удобно ждать, анализировать данные или просто перевести дух перед следующим этапом работы.              — Понятно, — кивнул я, хотя всё равно чувствовал какой-то диссонанс. Это было слишком... человечески.              Пока я осматривался, взгляд скользнул по стеклу, за которым находился Микоси. За ним просматривалось просторное помещение с массивной дверью — очевидно, ещё один вход. Значит, есть другой способ проникнуть сюда, кроме лифта.              Пройдя следом за Ханако, я занял место на одном из двух стульев, расположенных у стола. Перед каждым из них находился встроенный планшет управления. Между ними, в специальной углублённой нише, лежал небольшой контейнер. Он выглядел почти обыденно, но я знал, что ничего случайного в этом месте быть не может.              — Перед тем как отправиться в резиденцию, я посоветовалась с ним, — произнесла Ханако, одновременно взяв в руки планшет и начав вводить команды.              — С кем? — спросил я, хотя догадка уже начала складываться.              — С отцом. Рассказала о его смерти, поведала о причине после разговора с тобой, обсудила перспективные действия.              У меня дернулось веко. Я медленно перевёл взгляд на круговую форму Микоси за стеклом, словно мог прочесть ответ на свой вопрос в его холодном свечении.              Ну, конечно. Как иначе? Сабуро Арасака — легендарная фигура, человек, который создал империю и был готов заплатить любую цену за бессмертие. Он не мог просто уйти. Он должен был оставить за собой возможность влиять на происходящее, даже после того, как его тело перестало функционировать.              Он скопировал своё сознание в биочип, преобразовав в энграмму, и поместил её на серверы орбитальных станций. Не будет удивительным, если делалось это действие на постоянной основе, чтобы скопированный разум имел как можно больше информации о последних событиях. И теперь, судя по всему, Ханако не просто прислушивалась к мнению покойного отца — она считала его голос важным.              — Он копировал не только интерьер кабинета. Я привела тебя сюда, чтобы ты встретился с дедушкой, — ответила она без лишних предисловий.              На слове «дедушка» мое веко снова дернулось. Я мало того, что оказался в новом теле в новом мире, так ещё недавно узнал о родстве. Непривычно причислять себя к семье Арасака.              Вместо возмущения или протеста я лишь коротко кивнул. Что я мог сказать? Это был логичный шаг. Она всё ещё строила свою политику, опираясь на авторитет прошлого, вместо того чтобы полностью полагаться на себя.              Не то чтобы я требовал от Ханако полного контроля над Арасака. Мне хотелось увидеть новое правление корпорации, раз уж я решил в неё войти и подвернулась возможность. Правление убитого главы имело явные проблемы, которые следовало решать.              Ханако сделала последний клик на планшете. Через пару секунд за стеклом материализовалась синеватая, полупрозрачная голограмма Сабуро Арасака. Не человек. Не призрак. Не император. И больше не единоличный владелец корпорации Арасака. Скопированный разум, то, чему хотели придать жизнь. Или во мне говорит скепсис прошлой жизни, где не смогли скопировать реальный разум в тело машины, а лишь делали имитации? Я крайне мало знаю о программе Душегуб и биочипе Релик.              — Отто-сама, — произнесла Ханако на японском, чуть склонив голову. — Я привела его.              Я понимал язык достаточно хорошо, но встроенная система перевода всё равно помогала — особенно когда дело касалось формальностей и старых оборотов речи, редко используемых за пределами Японии.              Голос Сабуро прозвучал с характерным искажением, но сохранял ту же уверенность, с какой он говорил при жизни:              — Молодое дарование нашей семьи, которое долгое время скрывалось в тенях прогнившего города...              Судя по формулировки, это было замаскированное напоминание о прошлых ошибках Ханако. Вряд ли ему требуется делать комплименты, чтобы понравится мне.              — Зачем я здесь? — спросил я, обращаясь к Ханако, но понимая, что ответ получу от него.              Мне не хотелось сейчас общаться с энграммой. У нас были дела поважнее — Ёринобу. Мне нужно было действовать, а не участвовать в семейных разговорах.              Сабуро ответил:              — Я хотел увидеть тебя своими глазами. И раз ты пришёл сюда вместе с Ханако, значит, ты оказал помощь в делах семьи. За это я хочу поблагодарить тебя.              — Вы опоздали, — коротко ответил я. — Вы уже мертвы.              Не было издёвки, не было злобы. Только голая реальность.              — Прояви уважение... — недовольно шикнула Ханако, но была проигнорирована.              — Не всё так однозначно, — возразил он. — Жизнь, смерть… а между ними — стекло. Мы работаем над этим. Делаем границу всё тоньше и тоньше.              — Желание создать вечную жизнь с помощью биочипа достойно уважения, — сказал я, глядя на них по очереди. Одна напрямую участвовала в проекте, а второй... ну, он глава корпорации. — Базы данных энграмм действительно полезны. Учитывая биочипы Релик, Арасака активно работает над переносом сознания в живые тела. Но, — я перевёл взгляд на Ханако, — я не считаю энграмму полноценным человеком. Это идеальная копия разума — да. Но не личность.              — Ты недооцениваешь возможности Арасака, — резко произнесла она. Ей явно не понравилось моё замечание. — Твоя позиция со временем изменится.              — Достаточно, — прервал Сабуро. — Ханако, я готов выступить на Совете. Пришло время начать.              Его образ исчез, оставив нас одних в тишине, нарушаемой лишь едва слышным гулом оборудования.              Ханако встала из-за стола и аккуратно забрала контейнер, предварительно отключив его от разъёма.              — В нём биочип? — спросил я.              — Релик 2.0, принадлежащий лично отцу, — ответила она, удобнее беря контейнер в руку.              — Понятно. Перестраховка на переговорах — личное выступление Сабуро.              — Не без этого, — кивнула она. — Идём. Мы и так задержались.              Большую часть пути на лифте провели в молчании. Разговор стих, ведь каждый пребывал в размышлениях, касательно предстоящего собрания и последующих разборок с Ёринобу. Вряд ли тот захочет лишиться власти без борьбы.              — Я официально представлю тебя в качестве Кибо Арасака, когда это закончится.              — Предпочел бы Крипто Арасака.              — Не смешно. Имя, данное при рождении — Кибо.              — Как угодно.              Я с легкостью привыкну к новому имени. Крипто скорее кличка, чем реальное имя — в обеих жизнях. Про имена в документах вообще промолчу, постоянно меняются.              Не знаю почему она брала паузы перед очередной важной информацией, но следующая фраза прозвучала спустя пару десятков этажей.              Перед остановкой лифта она вдруг сказала:              — И ещё одно.              — Что?              — Ты недооцениваешь технологии Арасака. Биочип имеет проблемы, не буду врать, однако, он работает.              — Каким образом? — Мне стало интересно. — Вы создаете искусственное тело, поддерживаете в работоспособном состоянии и загружаете в мозг энграмму?              — Так было задумано изначально. Мы идём к этому, почти справились... не без помощи украденных технологий НСША. Есть второй способ, который получится реализоваться прямо сейчас, здесь, с энграммой отца.              Лифт остановился на шесть этажей ниже кабинета Сабуро. Дверь открылась.              Местность в очередной раз сильно изменилась. Повсюду деревья, между которыми проходит широкая металлическая тропинка. Среди деревьев находились лампы, встроенные в землю, что предавало интересный антураж — словно находишься в магическом лесу.              Рядом с лифтом ожидала лояльная охрана, Горо и Ода, а также группа наёмников в броне Арасака. Саша и Люси остались вне стен штаб-квартиры, остальные красовались с оружием. Их можно узнать по позам, росту Ребекки и тому, как нам неловко помахал Хулио. Реальная охрана Арасака стояли по струйке смирно рядом с двумя телохранителями.              — Узнаешь после собрания, — Ханако напоследок намекнула на воскрешение отца и пошла вперёд к собравшимся.