В мышеловке

Учебный год начался для меня с приходом новой соседки. Она была старше меня на год и вообще не ясно зачем её на один год перевели сюда. Она тоже не знает, но зато смеётся, вспоминая то, как в прошлой школе «случайно» разбила окно в кабинете директора. — Тут так классно! — Я слушаю это уже два часа и меня начинает тошнить. — Красивый старинный особняк. — Это бывшая усадьба, — поправляю. — Да? Шик! А ты тут давно учишься? — С первого класса, — и каждый раз у меня разная комната. Только привыкну к той и уже приходится привыкать к новой. — Ого! Ну значит всё мне покажешь и расскажешь. Падаю на кровать и закрываю глаза. Вообще хочу спать, но ещё это собрание, которое устраивают каждый год. — Лава, а почему тебя так назвали? — Вообще без понятия, — зеваю. — У родителей не уточняла. — А полное имя какое? — Лавия. — Вы всё ещё тут? — В комнату ворвалась Аня. Я с ней когда-то дружила в начальных классах, но после того как она пообщалась с моей матерью, то стала меня как-то избегать. — Там директриса уже заждалась всех. — Пошли, — киваю Дине, и мы выходим в коридор. Ани уже нет. — Очень плохо, что двери нельзя запирать, — возмущается Дина. — Что если кто-то левый войдёт и обчистит нас? — Такого точно не будет, — за все года моего обучения такого ни разу не было. — За это жестко наказывают. — Тут есть наказания? — Так удивляешься, словно впервые слышишь об этом. — Так-то да. Я даже удивилась. Думала, что все в курсе, что тут наказывают. — Валерия Андреевна сторонница телесных наказаний, — самая ужасная черта в директрисе. — Она на мой взгляд молода для директрисы. — Ты просто не знаешь какая она, — шрамы на спине вспыхнули болью, пять лет назад она высекла меня публично за попытку побега на дискотеку. Тогда из-за меня сорвалась дискотека, некоторые мне всё ещё это припоминают, но не трогают. — Что ещё про неё можешь сказать? — То, что мы пришли. И веди себя тихо, если она увидит и услышит, что кто-то разговаривает, когда должен молчать то… наказание. Мы зашли в актовый зал и сели в конце. Спустя ещё пару минут Довлатова начинает свою речь. Говорит о правилах школы, об наказаниях, к которым подвергнутся те, кто их нарушит. Я просто закрываю глаза думая о своём. Всю эту речь я слушаю уже десятый раз. Раньше она меня действительно пугала, а после, мне стало всё равно. После речи мы пойдём в столовую и поужинав, отправимся по комнатам. Телефоны тут не запрещены, но связи тут вообще нет, её глушат. Интернета тоже нет и поэтому я смотрю на ноутбуке скаченные этим летом фильмы и сериалы. Конечно же я помню предупреждение директрисы о том, что если попадусь на чем-то серьезном, то у меня отберут и ноутбук и сотовый. — А я хотела позвонить родителям, — простонала Дина, расхаживая с сотовым по комнате и пытаясь поймать связь. — Ну что за задница? — Глушилки, — говорю. — Зачем? А где-нибудь ловит вообще? — За территорию школы всё равно выходить нельзя. Иначе наказание. — А она узнает, что ли? — Стукачей много. — Ты что ли? — И так подозрительно на меня смотрит. — Нет, — вздыхаю. — Но однажды на меня настучали. — И что было? — Вот что, — задираю на себе футболку и поворачиваюсь к ней спиной. — Твою ж мать! Это она сделала? — Ага, — падаю на кровать. — А ты рассказала родителям? Наверное нет, раз всё ещё тут. Пусть думает, что хочет. — Я всё равно рискну, — и она решительно направилась к двери. — Если что, я в туалете. Она вышла, а я закрыла глаза. Не знаю сколько прошло времени, но дверь со скрипом открылась, и я тут же открыла глаза, сев на кровати. — Где соседка? — Директриса прошла по комнате и огляделась. — В туалет вышла, — а ей что тут надо? Никогда же не приходила, хотя однажды было, я тогда заболела, а она не поверила и явилась убедиться. — Ты же её предупредила об наказании? — Она подошла к окну и посмотрела на улицу. — Конечно, — и шрамы тут же заныли. — Тогда передай ей, что она наказана, — развернувшись, директриса ласково улыбнулась мне. — Я увидела её только что в окне. — Хорошо. — Хорошо и? — Хорошо, мам.