Как так получилось?

В комнате приглушённый свет, и лишь полоска света с улицы от уличных фонарей освещает мокрые от пота два тела, которые сливаются вместе. По комнате раздаются громкие шлепки, хлюпание смазки. Техён уже свой голос сорвал от беспрерывных громких стонов. Каждый глубокий и точный толчок по простате у него вызывает волну эмоций, брат его не щадит. Мощная татуированная рука обвивает его живот, а другая — шею, заставляя подняться, встать на колени и всем телом прижаться к горячему телу сзади. Прочувствовать кубики пресса, каждую вену на руке и эти руки на себе — вот, чего Техёну хотелось от его брата, хотелось от Чонгука. Он мечтал об этом с самого первого дня пребывания здесь, если не с детства. Не решался подойти к своему брату и попросить удовлетворить его. Боялся его реакции, а тут — пришёл к нему сам, и всё закрутилось. Техён осознал, что происходит, лишь когда почувствовал в себе член брата, тот был большой. Сейчас, прижимаясь спиной вплотную к Чонгуку — ему плевать на всё, важно лишь то, что происходит сейчас, о последствиях они подумают потом. От особенно глубокого толчка Техён выгибается, но крепкая хватка рук на его шее и животе не дают нормально это сделать, бёдра начинают дрожать. — Тебе нравится? — хриплым голосом спрашивает Чонгук над ухом Техёна, продолжая вдалбиваться в податливое тело. Техёна такой Чонгук — доминантный, возбуждающий, подчиняющий — будоражит. Каждая его клеточка тела хочет, нет — стремится подчиниться своему же брату. — Не слышу, — порыкивает он, выходя с Техёна не до конца. Уйдя в свои мысли, Техён даже не слышал того, что у него что-то спрашивали, лишь голос брата и отсутствие ощущения в себе члена старшего вывели младшего из раздумий. — Н-нравит-тся, — заикается Техён и подается назад, чтобы насадиться на член, но Чонгук, предугадавший его действие, нарочно вышел из него полностью, оставляя после себя пустоту. — Ммм, — недовольно мычит красноволосый. — Ты у меня такой нетерпеливый, — потиряется членом между ягодиц, дразнит. Целует плечи, медовую кожу, наслаждается им. — Вставь, — хнычет Техён, тянется к члену, который уже давно без внимания, но властный голос… — Руки, — говорит Чонгук, сам тянется к члену брата. Техён ощущает на своём члене руку брата. Тот двигает ею несколько раз, и этого вполне достаточно для того, чтобы бурно кончить. Чонгук убирает руку с его шеи, и тот валится на кровать обмякшей тушкой. Техён отходя от оргазма, весь дрожит. Пытается подняться, но не может из-за слабости в теле. Чонгук с него всю душу вытрахал и не оставил почти сил. Как же он себя сейчас прекрасно чувствует возле своего брата. Вот, чего ему не хватало всё это время — присутствие брата не только рядом, но и внутри. Чонгук целует карамельную кожу на спине Техёна, который тяжело дышит. Именно этого он хотел. Себе и представить не мог, что будет летать в облаках только рядом со своим братом, только его ему хочется так, как никого в этой жизни. И пусть весь мир подождёт — у него здесь свой мир в лице Техёна. Покрывает нежными поцелуями плечи, спину, целует поясницу. Чонгук приподнимает Техёна за бедра, заставляя оттопырить попу, и младший повинуется своему демону-искусителю. Старший руками разводит половинки в стороны и видит розовую сокращающуюся дырочку, к которой так и хочется припасть губами. Чонгук размашисто лижет сфинктер и получает в ответ довольное мычание. Языком проникает внутрь, растягивает податливые стенки. Руками разводит половинки ещё больше, пытается протолкнуться ещё глубже. В следующий миг отстраняется, шлёпает ягодицы брата. Рукой надавливает на поясницу, заставляет прогнуться ещё больше, а сам становится на колени, покачивается, водит своим членом между половинок. Резко входит по самое основание, сразу задавая ритм. Руки ставит по оба бока от головы младшего. Наклоняется к нему, кусает за мочку уха, оттягивая её, трахает входя по основание. Техён, уткнувшись в подушку, мычит от каждого толчка, ибо Чонгук каждый раз попадает точно по простате. Выходит почти полностью, оставляя внутри только головку, и снова входит до звонкого шлепка бёдер об бёдра. Движения ускоряются, становятся более несдержанными, хаотичными. Чонгук уже на пределе и вот-вот кончит. Ещё несколько резких толчков, и Чонгук замирает, кончая в презерватив. Выходит из Техёна, валится сбоку от парня, дышит загнанно. Волосы растрёпаны и мокрые от пота. Сообственно, они двое сейчас не в лучшем состоянии. Оба загнанно дышат и пытаются прийти в себя и осознать, что сейчас случилось. Техён смотрит на профиль Чонгука, не может отдышаться. — Ты зверь, — говорит он, немного приведя своё дыхание в норму. — Ты прекрасный, — говорит Чонгук всё также лёжа на спине с закрытыми глазами. — И секс с тобой такой же прекрасный, скорее даже сногсшибательный, но очень жаль, что всё это сон, — и поворачивает голову в сторону ничего не понимающего Техёна. — Тебе пора просыпаться, Техён.

***

Техён просыпается весь в поту. Нет, такого просто не может быть. Он в это верить не хочет. Мысль о том, что ему приснился его брат, который… Красноволосый поёжился, думать о таком даже не хочется. Дверь в комнату открывается, Техён вздрагивает, а на пороге с подносом в руках появляется Чонгук. Он заходит в комнату и встречается взглядом с Техёном. — Техён-а, ты уже проснулся, как ты? — спрашивает тот, подходя к прикроватному столику и ставя на него поднос с завтраком. — Как ты себя чувствуешь? — спрашивает опять, ведь ответа от того не последовало. А Техён что, он ничего. Ему страшно поднимать на старшего взгляд, боится ему в глаза посмотреть после того, что ему приснилось. Надо же, ну и сны у Техёна. Конечно, ему не один раз за это время снился Чонгук, его руки, спина, бёдра, эта талия, но чтобы такое — ещё нет. — Техён, с тобой всё в порядке? — Чонгук, видя странное поведение младшего, забеспокоился, тот на него никак не реагирует. Что-то тут неладно. Он садится на край кровати возле Техёна, протягивает руку, чтобы потрогать его лоб, как тот в буквальном смысле шарахается от него. Рука повисла в воздухе, а в глазах напротив… страх? — Техён, если тебя что-то беспокоит, только скажи, — опять ничего. — Техён? — А? Т-ты что-то хотел? — начинает заикаться Техён и сам приходит в шок от этого. Он никогда не заикался… — Я спрашиваю, всё ли у тебя хорошо. — А, да, всё хорошо. — Дай потрогаю твой лоб, — говорит Чонгук и снова протягивает руку к Техёну, а младший замер. Лоб холодный — это уже хорошо, значит, температуры нет. — Температуры, вроде нет. На всякий пожарный — вот тебе градусник, измерь, а потом позавтракай, это обязательно. Ты за эти два дня ничего почти не ел, — говорит брюнет, вставая с кровати, и подходит к окну, открывает занавески. — Я сегодня буду работать, если что, зови мисис Пак. Чонгук идёт к двери, а у самого входа разворачивается: — Точно всё хорошо? — спрашивает. — Да, всё х-хорошо. — Ну, ладно, я пошёл, — и выходит из комнаты, закрыв за собой дверь. Техён облегчённо выдыхает. Наконец-то он ушёл, а то бы он ещё несколько минут вместе с Чонгуком не выдержал. Как же стыдно-то. Как так получилось, что из просто снов о руках Чонгука у него резко начались самые настоящие эротические сны. Ещё и этот стояк с утра, Техён был вообще в шоке. У него никогда не стояло на парней, а тут… Его никогда не привлекали парни, но, похоже, Чонгук стал исключением. Это идеальное тело так и кричало Техёну: «Потрогай меня!» Но Техён никак не может отрицать того факта, что с Чонгуком ему хорошо и что он ему нравится. Возможно, как брат, но та малая часть его сознания с ним не согласна. Да, Техён признаёт, что Чонгук ему нравится как парень, мужчина, а не брат. Он устал постоянно думать об этом. «Будь что будет», — думает парень.

***

Спускаясь из своей комнаты на первый этаж, Техён молился всем богам, чтобы Чонгука не было на кухне, он еле перенёс его присутствие в комнате, всячески пытаясь скрыть от старшего возбуждение. Надо же было такому присниться. Конечно, Техён не раз думал о Чонгуке не как о брате, а как о партнёре, но дальше размышлений на эту тему не заходило. Но нет, надо было присниться такому, что Техён теперь боится посмотреть на брата. Он уверен в том, что один взгляд на него отправит его в воспоминания о сне. Он уже не может не думать о Чонгуке как о мужчине. Сам для себя решил пустить всё на самотёк, решил увидеть, что будет дальше. Плюс ко всему он, Техён, никогда не рассматривал парней как своих партнёров, он ведь натурал с головы до ног или нет? Техён запутался в своих мыслях, желаниях. Мысли каждый раз возвращались ко сну. «Ну хоть что-то хорошее или нет?» — думает Техён. Что тут, блять, может быть хорошего, если тебе снится, как тебя на твоей же кровати (почти твоей) берёт твой брат? Вот именно, что ничего хорошего. Заходит в гостиную — никого нет, в комнате отдыха, что напротив тоже, осталась только кухня. Проверяет обстановку исподтишка — миссис Пак и только, больше никого. Спокойно выдыхает и заходит… — Доброе утро, — здоровается он с женщиной. — Доброе утро, Техён, как ты себя чувствуешь? — спрашивает та, промывая мясо. — Всё хорошо, ничего не болит, и не морозит меня. — Ладно, поможешь мне с готовкой? У нас сегодня должны быть гости. — Да, хорошо, а где Чонгук? — как ни в чём не бывало спрашивает он. Ещё не хватало с ним встретиться, опять. Ему утра хватило. — Он в своём кабинете, у него очень важные дела. — Понятно. Итак, что у нас сегодня в планах? — спрашивает Техён и про себя молится, чтобы Чон и дальше оставался в своём кабинете. Техён думает, что ещё одну встречу с братом после ночи он не выдержит.

***

— Техён-а, — кричит Чонгук с кухни брату. В ответ только тишина, уснул, что ли. — Техён, — зовёт снова, а когда ответа не следует, встаёт со стула, идёт в гостиную. — Ты что-то хотел? — спрашивает Техён, не отрываясь от прочтения книги. Кстати, очень интересная, «Правда с привкусом кофе» называется. На самом деле, дело даже не в книге, а в Техёне. После того, что ему приснилось, ему стыдно смотреть в глаза старшего. Сразу вспоминается его хриплый голос и стоны Техёна. То, как Чонгук втрахивал его в постель, заставлял стонать и кончать от глубоких толчков. Поэтому, когда Чонгук закончил все свои дела и вышел из кабинета, Техён спрятался в гостиной, только чтобы с братом не видеться. — Техён, — его голос, полный печали, заставил поднять на старшего взгляд. И вот он опять поплыл, не хватает только хриплого голоса. — Я что-то не то сделал? — Нет, — «Просто ты заставил меня кончить несколько раз», — хочется сказать, но Техён вовремя прикусывает язык. — Тогда ладно. К нам сегодня приедет Хосок, если что: посидим, поболтаем, — говорит Чонгук, смотря на брата, который ещё буквально вчера болел. — Мне сейчас нужно уехать, надо сделать некоторые дела.

***

Чонгук до сих пор не вернулся со своих дел, а это Техёну только на руку — не будет пересекаться с человеком, который будоражит его кровь в жилах. Заводит его каждой своей клеточкой тела. Скоро должен приехать Хосок, а пока Техён с миссис Пак приготовили какие-то закуски к крепким напиткам. — Ладно, Техён, вся работа на сегодня сделана. Я пойду домой, — говорит женщина, снимая свой фартук. — Хорошо, до завтра, — прощается он с ней. Провожает её, закрывает за ней двери, прислоняется лбом, в мыслях только Чонгук. Техён старается о нём не думать, но каждый раз, закрывая глаза, возвращается к ночи, не думать у него не получается. Чон засел в голове очень глубоко и ни в какую не хочет оттуда вылазить. В дверной звонок кто-то позвонил, и Техён от неожиданности перепугался. Ушёл в свои мысли и даже не заметил, как во двор въехала белая Toyota. Хосок уже приехал. Техён открывает двери и впускает гостя внутрь. — Привет, Техён, — здоровается с ним Чон, скидывая с себя пальто и обувь. — Это тебе. Ты как бы болел у нас, поэтому вот, — протягивает ему сетку апельсинов, а Техён очень рад — он их просто обожает. — Спасибо. Ты проходи, сейчас я сделаю нам чай, — благодарит он хёна и удаляется на кухню, уже оттуда кричит: — Чонгука ещё нет, он уехал по делам. — Да, я знаю. Мы подписываем контракт с нашими японскими партнёрами, и Чонгук лично решил передать документы представителю их компании, хотя ещё какую-то неделю назад хотел, чтобы это сделал я, — поясняет Хосок. Через несколько минут в гостиной с подносом в руках появляется Техён. — Угощайся. — Спасибо, Тэ, — благодарит и берёт один рогалик к чаю. Хосок смотрит на Техёна и отпивает из чашки ароматный чай. Чонгука ещё нет, весь в работе, но ему по-любому надо его дождаться, да и не мешало бы узнать, как всё прошло. Поэтому пока он коротает время с его братом. Техён сегодня более разговорчивый, рассказывает и рассказывает, а Хосок слушает и молчит. — Вот ты видел когда-то, чтобы Чонгук так заботился обо мне? Я был в шоке от того, что он так бегал вокруг меня, — Техён берет рогалик и запивает его чаем. — Ну, Чонгук может быть добрым и хорошим, он любит и заботится о тебе, — Хосок уже выучил друга и знает, что тот может быть разным, смотря по ситуации. — Боже, Хосок, да он с детства никогда в жизни не был таким добрым, клянусь тебе. Что-то изменилось, по-любому, — возмущается Техён и снова тянется за печеньем. Хосок качает головой и думает, как бы закрыть эту тему. — Может, он просто испугался за тебя и теперь вот такой, я не знаю, не моё это дело, а сколько уже времени? — Шесть часов, Хосок, нет, ну смотри, он даже когда я ангиной болел в детстве, не подошёл, а тут вдруг добренький, и помирились, может, он тоже головой ударился, а? Это самое логичное объяснение, потому что. — Да, блять, любит он тебя, вот и всё, логично? — Хоск ставит чашку на стол и сам пугается того, что сказал. — Вот же пиздец. Техён замирает с рогаликом во рту и смотрит на него, как дурак. Его брат, его Чонгук? Он его любит? Но… Техёну тяжело сейчас принять и переварить информацию, Ким бы никогда не подумал о таком, судя по поведению брата. Какие только варианты он не перебирал, но такого он точно не ожидал. Хосок уже проклял и себя и все вокруг, что не удержал язык за зубами. Как теперь всё объяснить Чонгуку, он не знает. Входная дверь хлопает, и слышится голос Чонгука. — Я дома.