Bewitched

      В номере царил полумрак. Никто из них не собирался тратить время на то, чтобы включить свет. Всё мысли и действия стремились к одной цели.       Путь к спальне был недолгим. Пиджак Чунмёна лежал на полу, где-то в районе кровати — водолазка и штаны.       Миён сняла колье и серьги, чтобы не потерять, и положила на тумбочку возле кровати. Стоило ей повернуться спиной к своему спутнику, как его ловкие пальцы скользнули вдоль позвоночника и расстегнули молнию, представив пламенеющему взгляду Чунмена её чёрное кружевное бельё.       Это зрелище полностью захватило его внимание и заставило замереть на мгновение. Казалось, он не верил, что вся эта красота только для него. Он провёл тёплыми пальцами по линии шеи и, легонько сжав её плечи, притянул к себе для поцелуя. Миён с готовностью ответила на ласки, обхватив его бёдра руками и ластясь к нему, как кошка, смешивая их дыхание в темноте.       Чунмён хотел было уложить девушку на кровать, но остановив его, она еле слышно прошептала:       — Если позволишь, я хочу кое-что попробовать.       Мужчина медленно кивнул, хотя мозг был затуманен желанием. Обретя уверенность и получив разрешение, Миён усадила его на край кровати, а сама, для удобства переместив волосы на одну сторону, развела колени и обхватила ногами бёдра любовника.       Одним движением Чунмён снял с себя бельё и, отодвинув край трусиков той, что околдовала его, насадил на себя. Стоило ей начать размеренно двигаться, как комнату заполнили их вздохи и стоны, звучавшие единой симфонией.       Ритм захватил их полностью, вторя каплям дождя, стучавшим по крыше.       Руки Мёна приподнимали и опускали бёдра Миён, в то время как она водила пальцами одной по его затылку, а другой крепко сжимала плечо, оставляя следы ноготков.       Наконец мужчина лёг спиной на мягкое покрывало, которым была застелена постель, в то время как ведьма легла на него сверху и, опаляя ушко горячим дыханием и шепча разные возбуждающие вещи, продолжила скользить. Это окончательно лишило Чунмёна остатков здравого смысла, и он приподнялся, помогая ей бёдрами и вбиваясь в неё энергичными движениями.       Температура в комнате возросла до немыслимых пределов, утяжеляя дыхание, но это их не останавливало. Хотелось двигаться снова и снова, до полного изнеможения.       То, что происходило между ними, с каждой минутой становилось всё опасней.       Решив немного ускорить процесс, Чунмён уговорил Миён развернуться, сесть на согнутых коленях и вытянуть руки вперёд, к подушкам, а сам вошёл сзади, как можно ближе прижимаясь к ней пахом и бёдрами.       Глубже погружаясь в покорное тело девушки, он заставлял её стонать от удовольствия.       — Ещё…быстрее…       Эти слова сводили с ума, будто самое сильное заклинание. Они крали его душу, заполняя все желания и мечты лишь одним. Быть с ней до конца, дарить всего себя, отдавать силы и время, а в ответ слышать только одно:       — Да…ещё…       Сладкое наваждение длилось несколько минут, пока удовольствие не достигло своего пика.       Мён задрожал и, выпустив Миён из своих объятий, упал на кровать, задыхаясь. По коже стекали капли пота, а крупные вены на шее пульсировали от напряжения.       Придя в себя после испытанного оргазма, девушка смотрела на него, затем встрепенулась и побежала на кухню за стаканом воды.       По пути она почувствовала, как по бедру что-то медленно стекает.       Без паники, — успокаивала себя ведьма. — Так и должно быть. Немного магии, и он в моей власти. Помни, для чего всё это делается.       Чунмён осушил стакан чуть ли не за один глоток и, выдохнув от облегчения, поблагодарил девушку.       — Ты меня натурально спасла. Я думал, что умру.       — Рада помочь. Это меньшее, на что я способна ради тебя.       И в этот момент она думала не только о банальной помощи. Раз уж такой незначительный стимул помог ему так разогнаться, то что же будет, если приложить больше усилий?..       — Я немного замёрз. Давай переберемся под одеяло. Что скажешь, милая?       — Хорошо, — кивнула Миён.       Под одеялом Чунмён притянул девушку к себе, смело проникая пальцами под бельё и гладя нежную девичью грудь, дразня соски и снова возбуждая, затем некоторое время спустя Миён уже слушала его глубокое спокойное дыхание, а следом и сама уснула.