Напарники

Болезнь стала проявлять себя все чаще. Гэвин как мог старался отгородить Ричарда от пагубных вещей, все сильнее отравляющих организм, но постоянные стрессы и ужасы на работе приводили к неутешительным диагнозам. Сколько лет Ричард настраивал себя на неизбежное?.. Не больше сорока лет. Знал и смирился со своей участью, ни о чем не жалея. Род прервется на нем — плевать. Никогда не познает семейной жизни — плевать. Его характер не каждый еще перенесет. Цель всегда стояла одна — принести в этот мир, полон дерьма, хоть немного справедливости. Засадить как можно больше гадов, что загрязняют родной город. Но со знакомством Гэвина произошли существенные изменения в никчемной жизни. Он вкусил плод счастья. Эта чертова консервная банка принесла много светлых моментов. Они и жить стали вместе. На протяжении трех лет… И вот теперь ему тридцать два года, совсем недавно они с Гэвином вместе справили день рождения. Да и сам Ричард взял в привычку праздновать день активации Гэвина. Просто так хотелось. Улыбаясь воспоминаниям, Ричард вернулся домой из больницы, где сдавал анализы. — Ну и как? — встретил его Гэвин сразу с вопросом в лоб. Такой привычный уже, домашний. Любимый чертов пластик. И что с ним будет после смерти Ричарда?.. Сообщить о том, сколько осталось — язык не поворачивался. Страшно представить, что почувствует андроид, когда узнает, что ему придётся хоронить ещё одного напарника и привыкать к новому. Дерьмо. Он мог бы сказать, что всё в порядке, врать умел прекрасно… Но не мог врать Гэвину. — Отстой. — … ну, пиздец, — горько усмехнулся Гэвин и сократил последнее расстояние, чтобы обнять. Предчувствовал ведь дерьмо. Знал, что нужно было беречь сильнее, ведь срок у Коннорса и так непозволительно мал! — Сколько? — Пара месяцев максимум, — тихо ответил и ласково стал гладить по спине. Он обычный человек, который рано или поздно, но отбросит копыта. «Ошибка в системе» Работа притупилась. Услышанный приговор сбил все настройки. Гэвин пытался восстановить процесс, элементарно сжать пальцы рук, которые словно заморозились, не двигаясь, и не мог! Чтобы хоть как-то вернуть его в себя, Ричард погладил по голове и оставил нежный долгий поцелуй на лбу. — Всё нормально. Мы ведь оба знали, что так будет. Не расстраивайся. — Но не в тридцать два года, мать твою! — нашел возможность снова говорить. И разгорелась в нем настоящая злость: на чертову болезнь, чертово положение, чертова Ричарда, и чертово себя. — Сорок лет. У нас должно быть в запасе еще восемь лет! — Сорок было сказано только ориентировочно. Сколько будет по факту я и сам не знал. Но ты должен знать, — мужчина сгреб в объятия. — По-настоящему я живу только эти три года, что мы вместе. — Охуеть как романтично, — несчастно вытянул из себя андроид, цепляясь с силой за человека, которого через несколько месяцев потеряет навсегда. И ничего не изменить. Он не андроид, которого можно поставить на ноги, отдав в мастерскую… — Гэви… Я хочу ещё с месяцок поработать и потом отдохнуть. Вместе с тобой. Как смотришь? Хочется, невзирая на плачевную ситуацию, спланировать дни, которые ещё остались. И скинуть со своих плеч ещё парочку дел. — Когда я тебе отказывал в намеченных планах? — вопросом на вопрос ответил тот, совершенно не в состоянии успокоиться, и новая ошибка провела к тому, что испытывал он лишь единожды в своей жизни, надеясь больше никогда не повторить горький опыт — слезы. — Шестерёнка ты моя… Ричард смотрел в мокрые глаза и до предела очаровывался тем, что видел. Гэвин плакал по нему. Это трогало все струны души, и он не мог оставаться безучастным — стер слёзы и приник к солоноватым губам в нежном поцелуе, и услышал самый настоящий стон отчаяния. Это неприятное, патологическое состояние разрушало всю его жизнь. Как карточный домик сдувает сильный ветер. Его не построить заново. Этот ветер будет дуть всегда, приводя к безвыходной ситуации… — Ублюдок ты кожаный, — едва слышно пробормотал в приоткрытые губы мужчины, — я ведь люблю тебя. Какого хера вообще? Не смей меня оставлять… Ричард прижал Гэвина к себе крепче, словно хотел защитить от того, что рухнуло на них. Прижимал голову андроида к своему плечу и поцеловал растрёпанную макушку. — Не оставлю, пока моё сердце не стукнет в последний раз. Я хочу провести последние дни с тобой. *** Свое обещание Ричард Коннорс сдержал. Вместе с Гэвином он выполнил намеченный план на свое коротенькое будущее. Еще один месяц проработав в полиции, Ричард положил заявление об увольнении и на свои сбережения, что копил на протяжении многих лет, выкупил андроида GV200. Теперь тот принадлежал ему. Безоговорочно. А когда наступит время смерти — станет свободным. Осталось сказать самому Гэвину, что и понятия не имел о плане своего человека. Самый дорогой сердцу Ричарда андроид обошёлся ему даже дешевле, чем он думал. Потому что уже старый, практически дефектный, и нужный только лишь ему. С договором-чеком в руках, Ричард вернулся домой совершенно счастливым. Дома его ждали. — Ну и где ты шлялся? — очередная встреча с вопросом, словно ревнивая женушка встречала нерадивого мужа. Пришедшая в голову ассоциация вызвала улыбку на губах Коннорса. — На, — он подал документ, в которой прямым текстом значилось, что он принадлежит ему и только ему. И теперь хотелось увидеть весь спектр эмоций СВОЕГО андроида. — А я-то думал, когда же ты меня выкупишь? И решил это сделать за пару месяцев до своей смерти, — невесело усмехнулся Гэвин, как только перестал читать. Он не ощущал в себе радости. Не ощущал свободы. Нет в нем особо приятных чувств. Одна лишь горечь от осознания скорой разлуки. Каждый день. — Я не сразу до этого додумался, признаю. Да и сделай я это раньше — проблем с оформлением было бы больше. А теперь, — Ричард чмокнул в лоб. Настроение его было на хорошей отметке. Ну умрёт он и что, сидеть в ожидании и трястись? Да ни за что! У него нет на это времени. — Прекращай киснуть и собирайся. Хочу к воде. Присмотрел местечко, куда можно скататься. И ты со мной. — Я правильно понимаю, ты уволился, принял сочувствующие взгляды и хлопки, в наглую выкупил меня, составил планы так, что я ни слухом, ни духом, а теперь берешь в охапку к морю? — стал перечислять андроид и видел все более широкую ухмылку на лице мужчины. — Ты говнюк, в курсе? — Ты с самого начала знал, что у меня мерзкий характер. Чему ты удивляешься? — засмеялся тот под конец. — Да уж. И он не меняется, не смотря ни на что, — вытянул из себя улыбку Гэвин и позволил себя поцеловать. — Черт с тобой. Пойду собирать чемодан. *** В поездке к морю с возлюбленным андроидом, Ричард успел позабыть, что ему осталось немного. Лишь по возвращении домой, в Детройт, где поливали дожди и скакало атмосферное давление, его свалило в постель. В груди всё ныло, а рядом, не отлучаясь, сидел Гэвин. — Пожалуйста, не делай такое похоронное лицо, Гэви. Ну, смотреть страшно, — с улыбкой просил он, гладя по руке. — Страшно на тебя смотреть, — андроид склонился над мужчиной, бледным, измученным от болезни, и прижался к его лбу своим. — Оно уже близко… — Всё в порядке. Могло быть гораздо хуже. Мужчина и сам чувствовал, что подступающий холод не простой. Но он был готов. Он умирает тихо, без агонии, какая могла бы быть. Дорогого стоит. — Я люблю тебя, Гэвин. Поцелуешь меня? Влага, так сильно похожая на слезы, вновь полилась по щекам. Андроид, живущий последний день, как и его возлюбленный, который так и останется в неведении, поцеловал его прохладные губы и почувствовал слабый ответ. Почти бессильными руками Ричард всё же обнял его. — Люблю тебя, — едва слышно прошептал и снова слился в нежном поцелуе. Сердце гулко и болезненно стучало и, в конце концов, остановилось, исчерпав себя. Руки бессильно упали на постель — Ри?.. — на выдохе сорвалось с губ андроида. «Признаки жизни отсутствуют» — сухой набор букв, сливающиеся в предложение, встал перед глазами Гэвина, останавливая его жизнь. Она умерла вместе с человеком, подарившим ему последний поцелуй… и ушедшим навсегда. Существование. Снова машина. Без какой-либо цели. Вытирая набежавшие слезы тыльной стороной руки, Гэвин расстегнул едва сгибающимися пальцами пуговицы на рубашке и вытащил регулятор тириумного насоса. «Система повреждена» «До отключения -00:01:10» Последняя минута его жизни. Это решение Гэвин сделал для себя в тот день, когда Ричард сообщил о неутешительной для них новости. «До отключения -00:00:52» Укладываясь на постель рядом, андроид бережно взял остывающие руки и вложил в них свое «сердце». — Уйдем вместе, — одними губами прошептал GV200, глядя на безмятежное лицо ушедшего возлюбленного. — Подожди меня. «До отключения -00:00:36» Нет смысла о чем-либо жалеть. Они сделали все, что в их силах. Внесли в этот мир что-то ценное. И вместе уйдут из него. «До отключения -00:00:21» Их тела найдут вместе. В одной постели. Человек и андроид, отдавший свое «сердце» в его руки. Романтика. «До отключения -00:00:13» Пришедшая мысль вызвала грустную улыбку. Гэвин закрыл глаза и накрыл руки Ричарда, держащие тириумный насос, своей ладонью. «До отключения -00:00:03» — Я твой грёбаный Ромео, кожаный ублюдок. «00:00:00»