Как закончится ночь, буду предан дважды

Вечер пятницы у Славы неизменно проходил в клубе. В этот раз они с Марком были без Серёжи, который последнее время очень часто пропадал. Оба догадывались, где именно, но никто напрямую этого не говорил. Сегодня он ещё и сильно задержался, что только подтверждало догадки. Слава был сам не свой. В голове у Макарова вертелось много вопросов к Тишману, но задавать ни один из них он не спешил. – Я вот думаю, ты скажешь хоть что-то или мы будем продолжать молчать, пока ты впадаешь в депрессию? - нарушил тишину Марк. – В какую депрессию? – Ты не услышал от него того, что хотел услышать. Я, может, в этих ваших делах и не сильно шарю, но понять, о чём ты думаешь, смогу. - Марк не стал дожидаться ответа и сразу продолжил: - Он соврал. Это ясно всем, кроме тебя. – Марк… – Нет. Я вижу, в каком ты состоянии, и так убиваться я тебе не позволю. Ты должен был сразу с ним поговорить, если для тебя это так важно, а я вижу, что важно. – Я говорил… – Слав, заткнись. Успокойся уже наконец. – Может, переведём тему? – Да? На какую? Где третьего искать будем? - съязвил Тишман. – Кстати, ты не говорил с ним? - Слава ухватился за первую попавшуюся возможность перевести тему. – Даже если и да, то правды мы от него не услышим, пока он сам не будет до конца во всём уверен. – Думаешь? А если мы ошиблись? – Могли, конечно. Но это всё кажется подозрительным. Если бы ты поговорил с Воробьёвым, то мы бы узнали больше. Хотя… Он, кажется, и сам не догадывается. – С чего ты взял? - спросил Слава. – Просто предположил, - пожал плечами Марк. - И не думай, что я не заметил, как гениально ты сменил тему. – Ты с ним говорил, - твёрдо сказал Макаров. - Что узнал? – Ничего, пиздюк не раскололся, - уклончиво ответил Марк. – Сильно сомневаюсь… Слава не успел больше ничего возразить. Да и смысла не было. Марк явно был не настроен всё ему сливать. В VIP-зону ворвался Серёжа, улыбаясь во все тридцать два зуба. – Маркунь, ты торчишь мне косарь! - объявил Лазарев, падая на диван. – Это с хуя? - возразил Тишман. – Одна птичка мне на хвосте принесла, что Воробьёв влюблён в Славку, а не в тебя, - довольно улыбаясь, сказал Серёжа. - Я выиграл. Надеюсь, ты не сильно расстроился. Хочешь, поговорить об этом? - сочувствующим тоном спросил Лазарев, за что сразу получил по плечу от Тишмана. – Вы ставили на это? - опешил Слава. – Конечно, - кивнул Тишман, а потом повернулся к Серёже. - Только вот я узнал об этом утром, так что косарь с тебя. К тому же, - Марк поправил невидимые очки, - без имени «птички-доносчика» информация недействительна. – Птичку зовут Алексей, - с невинным видом парировал Лазарев. - А вот откуда ты узнал? – От него же, - ответил Марк. - Правда, каюсь, я обещал не говорить вот этому. - Мужчина махнул головой в сторону Макарова. – Ты прижал малолетку? - воскликнул Лазарев. - Маркуша, ты мой герой. Блять, я отдал бы всё, чтобы на это посмотреть. – Кто бы тут говорил о прижимании малолеток… К тому же смотреть было не на что, - ухмыльнулся Тишман. - А вот я бы посмотрел, как ты узнал столь ценную информацию... Воробьёв явно тут не причём. Оба игнорировали Славу, понимая, что если хотя бы повернутся в его сторону, то отхватят лютых пиздюлей. Макаров же в эту минуту сидел со сложным лицом, прокручивая в голове последний месяц. Лёша его избегал, и как же это было очевидно. Очевидно для всех, кроме него. Ещё в кафе, услышав слова Лёши, он подумал, что это не о нём. Он запретил себе думать об этом, пока не убедится во всём. Но сейчас доказательства неопровержимы. Отказ от репетиторства тоже был не просто так. И ложь про Марка сработала как отвлекающий манёвр. Воробьёв, сам того не подозревая, действовал настолько не продуманно, что выстроил неплохой такой лабиринт, в котором Слава пропал без вести. Даже слова Полины и поведение Никиты теперь приобретали совсем другой смысл. Как можно было не понять всего этого? Ну просто КАК?! Слава смотрел в одну точку, пытаясь соединить все звенья одной цепи, но сюда совсем не клеились некоторые вещи… – Слав, если хочешь можем тебе такси вызвать, - прервал его размышления Марк. Макаров отмахнулся. Куда он мог сейчас поехать? Домой? К Лёше? Он выпил, пусть и не много, но в таком состоянии вряд ли бы сделал хоть что-то адекватное. Марк, посмотрев в дверной проём, вышел из VIP-зоны, оставив Славу и Серёжу наедине. – Ты чего такой? Всё в порядке? - спросил Серёжа, пересаживаясь ближе к Славе. – Не знаю, вроде, да, - пожал плечами Слава. - Ты не боишься, что кто-то узнает? - резко сменил тему Макаров. Серёжа впал в ступор. – Не понимаю о чём ты, - с напускным безразличием ответил Лазарев. – Понимаешь, - твёрдо сказал Слава. - Мы твои друзья, нам можешь не говорить, мы и так уже всё поняли. На это пофиг. Я спрашиваю - ты не боишься? – Бояться того, чего нет? – Блять... Слава закинул голову назад и прикрыл глаза. – Бесишь меня, - вздохнул Макаров. – Ну, хватит. Я сам пока ничего не понимаю. И никто не может об этом узнать. Вы поняли, потому что следили за мной, а, например, тот же Лёха даже не догадывается об этом. – Мы знаем тебя как облупленного. Слежка только подтвердила догадки. Скажи хоть, как так получилось? – Нет, всё, закрыли тему, - упирался Серёжа. - Как-нибудь потом я всё расскажу. Через некоторое время вернулся Марк. Вид у него был взволнованный. – Угадайте, кто к нам зашёл… – Если кто-то из Славиного класса, то я вообще не удивлюсь, - улыбнулся Серёжа. – Есть варианты, кто это? - проигнорировал его слова Марк. – Только не говори, что Лёша, - взмолился Макаров, уже собираясь вставать. – Нет, но ты очень близко… Марк отошёл в сторону, пропуская Полину. Девушка выглядела просто великолепно. Тишман явно был не слепым, чтобы это не заметить, но он упорно не собирался так откровенно пялиться на неё. Полина осмотрелась по сторонам, а потом помахала рукой Славе и Серёже. Марк подал ей руку, помогая спуститься с нескольких ступенек. – Это сестра Лёхи? - шепнул Славе Лазарев. Макаров кивнул, не отводя глаз от девушки. Мужчина хотел поговорить с ней о Лёше и вообще обо всём, что она знала. Но перед этим нужно было узнать… – Как ты сюда попала? - в очередной раз опередив Славины мысли, спросил Марк. – Вы говорили о клубе, когда были в кафе. Я сложила два плюс два - это не так уж сложно, и решила, что вы сегодня можете быть здесь, - улыбнулась Полина, глядя на Марка. – Полин, мы с тобой лично не знакомы, - протянул ей руку Серёжа, прервав их переглядки с Марком. – Зато я вас знаю, Сергей… - Девушка протянула руку. - Извините, отчество не помню. – Ты же не моя ученица, отчество не нужно, - усмехнулся Лазарев. – Мне 21. Для вашей ученицы я старовата, - засмеялась Полина. Марк отодвинул стул, предлагая девушке присесть. Затем Тишман сел рядом с ней. – Так зачем мы тебе понадобились? - прерывая Лазарева, который намылился флиртовать с девушкой, сказал Марк. – Я хотела поговорить с Вячеславом. Слава перевёл на девушку удивлённый взгляд. Марк встал и посмотрел на Серёжу. – Мы вас оставим, - прошипел он в сторону друга. - Да, Серёж? – Да-да, - наконец словился Лазарев. Когда мужчины покинули помещение, девушка вздохнула, готовясь к сложному разговору, но Макаров опередил её. – Давно ты знаешь о чувствах Лёши ко мне? - излишне серьёзно спросил Слава. Полина вздрогнула. И подняла ошарашенный взгляд на мужчину: – Он признался? – Всем, кроме меня, об этом рассказал. – Мне вы показались неплохой парой… Я сказала об этом брату. А потом повторила ещё раз двести. - Полина улыбнулась. - Он отпирался долго, а около месяца назад сказал, что я была права. – Около месяца… - эхом повторил Слава. Повисла неловкая пауза. – Для начала, - нарушила тишину Полина, - Я хочу убедиться, что Лёша не узнает о том, что я к вам приходила. – Почему? – Он мне не простит этого. Так что? – Он не узнает, - кивнул Макаров. – Если он сможет признаться, а чувства окажутся не взаимны… - Девушка тщательно подбирала слова. - Пожалуйста, не ломайте его. Мне будет проще вернуть его в нормальное состояние, если вы не слишком грубо обойдётесь с ним. – С чего ты взяла, что я грубо обойдусь с ним? Я похож на монстра? - с ноткой обиды спросил Слава. - И, может быть, на «ты»? А то мне некомфортно... – Вы не… Ты, - исправилась девушка. - Ты не похож на монстра. Но чувства могут быть не взаимны. Я просто прошу быть мягче. Плечи девушки были очень напряжены, она боялась даже вдохнуть. Слава никогда не видел настолько близких отношений между братом и сестрой… Что уж говорить о том, что поступок Полины его восхитил. – И ты не спросишь, взаимны они или нет? – Я узнаю об этом потом… - пожала плечами Поля. – Тебе интересно? По еле заметно кивнула. – Но я лучше узнаю об этом от Лёши, - натянув улыбку, ответила девушка. – Ты изначально хотела об этом поговорить? - сменил тему Макаров. – И это тоже, но не знала, как сказать. Вообще, я хотела попросить не бросать заниматься с Лёшей. Для него это важно. Хотя он и не признаётся… – Я и не планировал. – Я рада, - наконец расслабившись, сказала девушка. - Мне, наверное, пора… До свидания. Около двери показался Марк. – Я могу тебя подвезти, если хочешь, - предложил он Полине. – Не откажусь, - улыбнулась Поля. - И почему вас называют демоном? – А я в него превращаюсь, когда ко мне обращаются на «вы», - улыбнувшись, ответил Марк, пропуская Полину вперёд.

***

– Поль, где ты была? - срываясь на крик, спрашивал Лёша. - Почему тебя подвозил Тишман? – Мы просто пересеклись, а он предложил подвезти, - невозмутимо произнесла Поля. – Да, и решил проводить до двери? - не унимался Воробьёв. – Я его попросила. – Полин, куда ты лезешь? – Это только моё дело, родной, - улыбнулась девушка и щёлкнула Лёшу по носу. – Когда он будет тебя абьюзить, я не буду тебя утешать! – Будешь, конечно. Ты же любишь меня, - обняв брата, сказала По. Девушка убежала в комнату. А Лёша только сейчас заметил, что выглядела сестра просто великолепно. Там не только Тишман "растаял", там бы даже Лёша потерял свою гомосексуальность. Кстати о гомосексуальности… После разговора с Тишманом Воробьёв словил лёгкую депрессию. Если заметил Тишман, значит, и Слава мог догадаться. А после всего, что он натворил, скорее всего, не станет с ним даже разговаривать. Хотя Лёхе вообще говорить ни с кем не хотелось. В школу идти и слушать от Розы Марковны, какой он дебил, - тоже. Хотелось только узнать у Тишмана, как он всё понял и зачем вообще он что-то сказал про Никиту… Не мог же он ослышаться.