Степень искренности

      — Поменялись планы, - раздается громкий мужской и строгий голос. Такой болезненно знакомый, в такой ситуации.       Кончился вдруг воздух. Действительно, не понятно, что он именно имеет ввиду, пока, после услышанных далее слов улыбка не сползает с лица так же быстро, как я появился ранее.       — Мне тебя не надо, - отчётливо выстраивает жёсткие и гулкие стены между нами голос.       — Значит слишком поздно? Нет, так не бывает! - кажется, мой голос, кажется, более печальный чем обычно. Ты как всегда прав.       — Просто мы не обувь, - аллегории моего партнёра мне всегда нравились, но в этот раз они уж слишком больно отдавались в голове и где-то под рёбрами.       — То есть? - единственное, о чем бы я сейчас хотела просить, так это не слышать ответа на свой вопрос. Но его установки явно против недосказанности, что сдавливает кости где-то изнутри.       — Мы не пара. То есть, это не любовь.       — То есть, это не любовь? - как тот самый глупый кот из детского приложения, повторяю я чужие слова, так отчаянно, надеясь углядеть в его глаза хотя бы намёк на обычную шутку с серьезным лицом. Как это обычно происходит, но видимо, мне ответ уже ничего не осветит.       — То есть, это не любовь, - с лёгким кивком повторяет собеседник. Теперь, теперь его глаза кажутся совершенно темными и пустыми. Как тогда, когда мы ещё не были знакомы.       — То есть.. - уже не желая повторять сказанное сново, я провожу уже незнакомую мне фигуру взглядом.       Мнимые проблемы. Шаткие плотинки. Я рисую тебя хлебом, вместо масла на своей картине. Видишь как бывает? Из-под ног уходят горы. Влево-вправо понемногу. Горькие таблетки, грязные ботинки. Я целую тебя крепко. Видишь как бывает? Очень просто, очень сложно. Люди привыкают, в бочке мёда к ложке дёгтя.

***

      — Всё закончилось? Ещё одну пожалуй покурю, я не тороплюсь, - вполне очевидный вопрос задаёт Кристина. Пожалуй, единственный человек, кто смог остаться.       — Выходит так. Зажигалку подать? - озвучивает страдальческий голос Елизаветы. Именно тот голос, кого так болезненно и оставили. Риторический вопрос подруги, чьи локти опираются на раму окна. На улице тихо и темно, чем-то напоминает кладбище, но холодный воздух болезненно покалывает, напоминая о том, что девушки ещё живы. Тем не менее, пальцы Лизаветы подражающе держанию сигареты, протягивают зажигалку.       — Может это и к лучшему. Спасибо, - отзывается на чужие слова Крис, качая головой и ловким движением зажигая ещё одну сигарету.       — Берни түгел, - так же аукивается Лиза, заговорив на своем родном языке.       — Всё же, твой родной язык в жизни проворачивается, да? - беззлобно смеётся Захарова и начинает новую мысль. — В любом случае, повторюсь, это к лучшему. Послушав, что он творил с тобой, то сейчас ты свободна и наконец, можешь жить без него. Хочешь, можем что-нибудь поменять? Мне изменения помогают.       — Я все ещё его боюсь, Кристин. Спасибо, что ты приютила меня. Все же, город мне незнакомый. Насчёт изменений.. Например?       — Не парься, не проблема. Главное, что ты здесь и в безопасности. Как насчёт того, чтобы волосы перекрасить? Конечно, с рыжими ты симпотяжка, но можно попробовать что-то новое, - предлагает Захарова, стараясь сдерживать мягкую улыбку. Ситуация выходила по-настоящему мерзкой, но отвлечь Андрющенко нужно было.       — А у тебя-то краска есть? Ночь же на дворе, - удивлённо раскрывает глаза Лизавета, поворачиваясь на девушку, - на тот момент, - с дредами.       — Лиз, обижаешь, - шутливо бросает подруга, безболезненно пихая девушку в бок, — Разумеется есть. Ты ж меня знаешь.       — И то верно, - соглашается Андрющенко, тихо хихикая и утирая «вспотевшие» глаза внешней стороной ладони. Всё же, вспоминая того ужасного стримера, то лучше не становится, но и молчать невозможно.       — Давай, индиго, пойдем краситься, а то так и простыть недалёко, - и тяжёлые ладони осторожно отпихивают рыжеволосую от окон, так же осторожно закрывая призрачные дверки окон. И не забывая про скуренную сигарету, оставляя ту в прозрачной пепельнице у окна, где и так уже находилось парочка докуренных и нет, сигарет.       — Индиго? Забавное прозвище, мне нравится, - отзывается индиго, следуя за гулкими шагами обнаженных ног Крис, прямиком в уборную, где уже во всю красовалась вторая, выискивая несколько упаковок красок среди захламленных творчеством полок.       — Ну что, может в синий? Будешь Мальвиной, м-м? - более оживлённо проговаривает Захарова, пытаясь подбодрить девушку. — Ах, чуть не забыла. Рекомендую тебе надеть какую-нибудь старую футболку, что не жалко. Я сейчас тебе принесу свою, ладно?       — Спасибо, Кристин, правда.       — Это мелочи, сейчас вернусь, никуда не убегай! - шутливо бросает подруга, будто бы Лиза сбежит куда-то, испугавшись творческого прорыва. Но нет, она даже с места не сдвинулась, только опираясь на керамику ванной, прямиком до прихода второй. В руках красовалась тёмного и даже до конца неясного цвета футболка, на которой уже было несколько мазков, судя по всему краски, — Вот, одеяние, Ваше Величество. Ну что, подумала над цветом?       — Ты как всегда, - беззлобно подшучивает Андрющенко, осторожным движением беря в руки эту самую тканевую жертву творчества, — Я хочу в черный, долгое время думала, может вернуть его.       — Хороший выбор, Лизавета! - в своих обращениях, Захарова заостренно старалась избегать тех обращений, которые так излюбленно использовал бывший несчастной разбитой подруги.       Во время всего процесса атмосфера немного разрядилась и девушки себе позволили отвлечься, пока ждали, как краска схватится уже на осветленные в первую очередь короткие волосы. Умудрились даже нелепо потанцевать под глуповатую по своему содержанию песню, но она веселила и позволяла отвлечься. Были так же, такие глуповатые моменты, когда Кристина случайно включила слишком холодную воду, что заставило Андрющенко вздрогнуть и отвернуться от чужих рук. Подруги посмеялись над недоразумением, но Кристина, не смотря на комичность ситуации все же извинилась. После смывания краски, вторая заботливо, - разумеется, не без шуток в виде забавных форм чужих волос, - помогла подсушить волосы полотенцем.       — Ну вот, Лиз, теперь ты новый человек, как говорится!       — Новый человек, говоришь..