Степень искренности

— Но я ничего не могу ответить тебе, мне нужно время, - добавляет в конце концов Лиза, понимающе поднимая взгляд на Кристину. Нужно время, восстановиться, подумать. К тому же, никто не может быть застрахован от мысли того, что Захарова путает симпатию и влюблённость. Мало кто в принципе видел разницу между этими понятиями и не трудно было догадаться, что таким человеком была и ее подруга, — Я правда благодарна тебе за помощь, но я не знаю как выразить правильнее свою мысль. Так чтобы не задеть и верно выразить свою мысль и.. Но закончить мысль не дает сама Кристина, понимающе поднимая взгляд и мягко поглаживая большим пальцем чужую ладонь. На ощупь она была волшебно бархатной, что так ярко контрастировала с руками пацанки. Сухая и грубая кожа совсем ведь не складывается с чужой мягкой и такой родной? Может, они обе просто запутались. Может, Лиза поняла кое-что неправильно, они ведь друзья, но сейчас не самое подходящее время для разговоров об этом. — Знаю, время суток не самое подходящее, но хочешь, можем пойти прогуляться по новогодней ярмарке? Да-да, до него ещё долго, но никого это не останавливает, - внезапно озвучивает свою идею Захарова, немного приклоняя голову в бок, на что получает в ответ только немногословный кивок. Лиза, кстати, в целом немногословный человек. Она почти всегда занимала роль слушателя, а потому, Кристину было кому послушать, выслушать и услышать. Окидывая взглядом пацанку, Андрющенко так же немногословно сообщает о том, что пойдет одеваться и чтобы Кристина ее подождала. В конце концов, вторая уснула прямо в той одежде, в который была на улице. Было не до того, чтобы переодеться. И девушка в ответ только кивает, оставаясь наедине со своими мыслями. Грядут ещё тяжёлые ночи для самой Крис в самотерзании и злости на саму себя. Не смотря на то, что с брюнеткой было куда спокойнее, без нее, подавлять злость куда труднее. Особенно, когда злишься сама на себя. Однако, из мыслей рвано окликнула её сама Андрющенко, мягким и ненавязчивым голосом. — Крис, подойди сюда. Сердце чуть не выпрыгнуло из-за неожиданности, но совладав с ним, Захаровна отзывается кратким «А?» и уходит в гостиную, куда минутами ранее ушла Лиза. Спальни у них не было, вернее, гостиная выполняла роль спальни. В месте где должна была находится спальня до сих пор стоят какие-то коробки. Больно много про спальню. Тяжёлыми шагами обогнув порог комнаты, девушка видит следующую картину: Елизавета, надевшая теплую толстовку Кристины, под ней гольф и дополняет все это строгие брюки. — Как думаешь, я не замерзну, учитывая ещё шапку и пальто? - на некоторое время Захарова будто в астрал провалилась, заприметив лёгкую, уголками губ, улыбку. Андрющенко уже не выглядела такой, какой была несчастной, наоборот, она будто начинала понемногу заново верить в людей. — Я рада, что тебе легче, - шёпотом констатирует факт Захарова, а после уже и в пол голоса добавляет, — Даже если замёрзнешь, - согрею, - проговаривает Кристина, шуточным поклоном приглашая Лизу пройти в прихожую, чтобы накинуть уже верхнюю, уличную одежду.

***

Показывай рассвет, я готова окунуться и дойти до дома, где всё знакомо Да, я смогу тебе открыться только завтра, мне ещё нужно забыть всё И тебе ничего никто не говорил, а зачем? И стало слишком сложно доверять другим.

— Ну как, снегурочка, не холодно? - не совсем тактично обращается Кристина к девушке, разглядывая причудливую шапку ушанку на голове собеседницы. Видимо, она повидала многое, даже слишком. — А тебе, дедушка? - в ответ шутит Лиза, пряча руки в карманы. Все же, к несчастью, перчаток или даже варежек нет. Что, к слову, подмечает Кристина. То, как с чувственным холодом Андрющенко прячет руки. — Нет, так не пойдет, - строго отзывается девушка, жестом намекая достать руки из карманов и следом уже снимая варежки. А ещё следом, надевая их на руки брюнетки. Руки у нее и так, обычно, холодные, и замёрзнуть им насмерть и отвалится к чертям позволить нельзя было. Все же, заботится нужно не только о моральном состоянии, но и физическом. — Не стоило, Кристин, - неловко отвечает Елизавета, рассматривая полученный предмет одежды и краем глаза улавливая самодовольную, молчаливую и хитрую улыбку этой самой Кристины. Ну, или как её некоторые кличили, Шумахера. Захарова не стала ничего отвечать, осознавая, что с брюнеткой спорить так же трудно, как и с ней самой. А потому, она оставила тяжёлую судьбу принять маленький жест заботы без возмущений, пока холод жадно прокладывает, нет, прям грызёт щеки и нос девушек, а теплый воздух развивается паром после каждого выдоха. Чем-то это самой Лизе напоминало то, как курит ее подруга. Правда здесь это пар, а не дым. Но, в прочем, уговорить её бросить курить она не сможет и не станет, ведь Захарова взрослый человек. — Веди куда нужно, - внезапно буркает Андрющенко, подхватывая чужую правую руку и хватаясь за нее, заботливо пряча в карман пальто.