Степень искренности

Тихий вечер был прерван шумным стуком в дверь, и довольно настойчивым, и громким. По-ощущениям, подобного хватило, чтобы тело Андрющенко пробило неприятной дрожью. Что-то это ей напоминает эта ситуация. Но Кристина ведь не упоминала, что кто-то зайдет в гости, а она бы вряд-ли так агрессивно стучала. Ключи же у неё. Размышления разбиваются вдребезги ещё более агрессивным и сильным ударом, что заставляет Лизу подскочить к двери и глянуть в глазок. Тело неприятно цепенеет и под кожей ползет страх. Но открыть нужно. Ручка опускается, пропуская хозяйку квартиры внутрь. С бутылкой алкоголя, которую Индиго рассмотреть не удалось. Кристина не говорила, только хрипела и немного подшатывалась, давая понять, что это ещё и не первая выпитая такая бутылка. Андрющенко настороженно подходит ближе, и помогает Захаровой снять верхнюю одежду, осторожно вешая её на крючок. Если бы это делала сама Кристина, то, предположительно, это было бы проблематично. Однако, стоит только брюнетке отстраниться, как Шума сама тянется ближе и Лиза даже щурится от этого. Но не чувствует удара или неприятных домогательств. Удивительно, но девушка расслабленно утыкнулась куда-то в чужое плечо, будто прячась от чего-то. Бутылка осталась стоять где-то на полу, пока крупные ладони не переместились на спину темноволосой. На подобный прилив тактильностей Андрющенко не знала как отвечать, но решившись рискнуть, так же обнимает девушку в ответ, прижимая к себе. Как рассказывала в их общении Кристина, она выпившая, - это страх и гром. Но не сейчас. Захарова будто пряталась в Лизе, крепко-крепко обнимая её, и ничего не говоря. Это было нужно обеим. Успокоить душу Индиго, и позволить Шумахеру не чувствовать себя отвергнутой. Однако через какой-то промежуток времени приходится отлипнуть друг от друга, и Лиза, легко положив ладони на чужие плечи заглядывает в глаза напротив, что выглядели как в тумане. Поражает, что даже в таком состоянии Захарова не может нанести вред своей Лизоньке. — Пойдем спать, хорошо? — Не хочу я спать, - почти как ребенок отказывается Кристина. — А что ты хочешь? — Я хочу побыть с тобой, - диктует свои условия Шума, совсем безобидно тыкая пальцем в чужое плечо. И Андрющенко приходится предложить другой вариант действий. И пока она над ним думала, в воздухе повисает неожиданный вопрос от голубоглазой девушки. — Лизунь, можно я..? - однако фразу она не заканчивает, будто так и должно быть. Будто все под контролем, но её просьба выглядит так.. Как бедный котенок, который просит ласки и Лиза соглашается, не до конца даже осознавая на что. Но осознание приходит достаточно поздно, примерно тогда, когда непредсказуемая Кристина Захарова накрывает чужие губы своими. Аккуратно и заботливо, терпеливо даже. Ладонь останавливается на шее Индиго, притягивая её к себе. Раньше, вторая, такого никогда не испытывала. Все поцелуи с бывшим молодым человеком были без её согласия, мерзкие, и почти всегда заканчивались слезами. А тут, она сама млеет от аккуратности и нежности Кристины, что пока Андрющенко не скажет, большего себе не позволит. Подобная тактичность была одним из самых волшебных качеств для Лизы. Поцелуй прерывается через пару мгновений, а на губах остаётся неприятная горечь алкоголя, в то время, как у Кристины же привкус чужой гигиенички. Захарова нелепо лыбится после этого, пошатываясь на кухню, а Лиза следом. Чувствует же, кто и о чем сегодня будет думать всю ночь. Размышляет, что Захарова же пьяная, ей наверное будет неловко говорить об этом утром, а потому, лучше промолчать. *** Переходя порог кухни, Андрющенко заботливо садит девушку на стул, а сама принимается заварить на обеих чай. Кристина-то и без этого уснет, но не Индиго. Она ожидала всего, но не этого. И пожалуй это было приятным сюрпризом. — Так, почему ты напилась? - разбавляя лёгкость в воздухе тяжёлым вопросом озвучивает брюнетка, наблюдая как улыбка с чужого лица так и не сползает, но взгляд та уже уводит. — Не приняли меня, я боялась, что трезвая не смогу показаться тебе на глаза после этого, - стыдливо признается Шумахер, пряча глаза, и ожидая осуждения. Но в следующую секунду она чувствует успокаивающее поглаживание, и наблюдает за тем, как их ладони сплетаются пальцами. — Не приняли и не приняли, попробуем в эту же сферу, но в другое место, когда ты будешь готова, - и эти слова заставляют в очередной раз убедится, каким же ангелом была Лиза. Буквально Серафимом. — Ты не злишься на меня? — А почему я должна злиться? Такое бывает с каждым и поводов для злости тут нет. Я верю в тебя и в твои силы, у нас все получится. И голос Индиго несомненно убаюкивает, заставляя Кристину погрузится в некую дрёму. Это замечает и сама брюнетка, поднимаясь с места и впоследствии помогая дойти до спальни. Сегодня некоторые процедуры можно пропустить и не мучить сонную душу. Девушки ложатся рядом и Лиза уже во второй раз за ближайшие часы чувствует, как кто-то в неё утыкается. Снова Кристина, так безнадежно прячась в чужих объятьях. — Моя Индиго, - последнее, что было сказано и услышано перед тем, как этот довольно эмоциональный день закончился глубоким сном где-то на просторах Морфея.