Волчья банда

      — Да, блядь, сраное дежавю, — не удержался от едкого комментария Чанбин.       Спустя пару дней группа собралась у него дома, чтобы прослушать новеньких вокалистов. Со всегда дразнили из-за богатых родителей, немногословное «ну понятно, как ты здесь оказался», бесило до дрожи. Чанбин был счастлив тому, что у собравшихся парней столько своих заморочек, что всем глубоко срать на его дорогую тачку или богатый дом. Чанбин привыкал больше не стесняться шикарной музыкальной студии в своём доме или огромного танцевального зала, который забабахал для группы, в JYP им доставались самые отвратные часы и маленькие свободные студии, поэтому ребята всегда предпочитали тренироваться у него. Никто из них не задавал тупых вопросов «а нахрена богатому тебе музыка и работа». Только Хёнджин периодически подъёбывал на тему денег, но Со не обижался, тот со всеми себя так вёл.       Новые вокалисты, приглашённые ребятами, попытались сделать ноги, как только увидели в их студии Уджина.       Благо, предусмотрительный Чан закрыл дверь на ключ.       — Без паники, Ким временное явление и под контролем. Можно сказать в наморднике, не лает и не кусает, — сразу поняв причину побега, попытался вразумить неуверенно на них всех смотрящих молодых ребят, лидер.       И если Чонин, посмотрев на умоляющий взгляд Феликса, смущённо приземлился на свободное место, то Ким Сынмин не собирался сдаваться так легко.       — Откройте дверь, я здесь случайно, — нахмурив брови, Сынмин протянул открытую ладонь в ожидании ключа.       — Ну же, Сынмин, останься, пожалуйста, ты ничего не потеряешь, — постарался сделать миленькое умоляющее личико Феликс, они не для того, на пару с Чонином, буквально на коленях просили вокалиста прийти, чтобы какой-то мудак опять испортил всю их работу.       — Мы собираемся на шоу фриков, а мне не сообщили? Я вижу, вы решили собрать всех ущербных, — хмыкнул упомянутый Уджин, тот никогда не умел вовремя затыкаться, — Сан-хён же недавно выпихнул этого из группы, а вы тут как тут, сразу подобрали, — заржал Ким.       — Последнее замечание, Уджин, — бросил злой взгляд в его сторону Чан, лидер не знал, что этот парень был в группе Сана, но ему было наплевать, — ребята, пожалуйста, давайте просто попробуем.       Сынмин долго не мог решиться, то поглядывая в сторону закрытых дверей, то на умоляющие глаза Феликса, но в итоге остался. Скорее назло другому Киму, чем из желания быть в группе. Но парней всё устроило.       — У Сана что, пропал слух? Парень же великолепен, — зашептал Чану Чанбин.       Спрашивать причину у самого парня было неудобно, спугнуть такого вокалиста было нельзя. Поэтому чрезмерно любопытные участники группы сгорали от интереса молча. Но похоже интерес скрыть не удалось. Под конец прослушивания Сынмин перестал делать вид, что не видит эти глупые перешёптывания и переглядывания между участниками группы, в которую его зачем-то пригласили.       — По условиям шоу-кейса в группе нельзя больше 9 участников, Сан-хён освобождал место для вижуалов, — как можно безэмоциональнее произнёс Ким, до сих пор было больно, что от него просто избавились, не то, чтобы группа Сана отличалась когда-либо дружелюбием. Но может это удел всех айдолов, зависть и бешеная конкуренция внутри группы.       — Но у тебя такой сильный голос, — изумлённо произнёс Феликс.       — Мне тяжело вписаться в команду, я неуживчивый, — просто ответил Сынмин, стараясь не углубляться в болезненную тему.       Парни переглянулись, но никто не решился комментировать.       — Нас всё устраивает, — бодро сказал Чан, — надеюсь, тебя тоже. Пожалуйста, присоединяйся к нам.       По Сынмину было видно, что он не уверен и хочет сбежать. Умоляющие, одобряющие, тёплые взгляды участников новосозданной группы с одной стороны, и насмешливый, крайне неприязненный от Уджина с другой, поколебали его уверенность. Отказаться от мечты из-за одного придурка? Пообещав себе, что попробует последний раз, Сынмин всё же неуверенно кивнул Чану. Парни так живо обрадовались, как будто к их группе присоединился кто-то действительно нужный, а не он, крайне социально неловкий, прямолинейный и ворчливый Ким Сынмин. Он постарается не показывать свой глупый характер и может получится хотя бы ужиться с другими. И, даже сам не понимая как, согласился помочь подтянуть Чонина, который стажировался совсем недавно и ему не хватало опыта и уверенности.       До шоу-кейса оставался месяц, а в их команде был полный бардак и неразбериха. Нет, проблем с репетициями не было, на тренировках все выкладывались на 100%, разве что Уджин был от силы на четверти из них. Но у него не возникало проблем вписаться, поэтому выступления были готовы и отрепетированы.       Но вот личные отношения в команде оставляли желать лучшего. Между Уджином и Минхо сквозило огромное напряжение, при каждом удобном случае Ким цеплялся к Джисону или высмеивал тесные отношения между ними, а Ли не был тем, кто мог спустить такое. Каждая провокация заканчивалась словесными потасовками и прерыванием тренировок. Сынмин действительно испытывал сложности в общении, у него в принципе были какие-то проблемы с нахождением в коллективе, он никах не участвовал в установлении дружественной обстановки, ходил только на репетиции. А если случался конфликт, просто сваливал не прощаясь. Своими мыслями парень ни с кем не делился, и ребята переживали, что не нравятся ему и тот уйдёт ещё до шоу-кейса. Чанбин этого понимать не желал и постоянно лез к Сынмину с наставлениями, получая ещё большую отгороженность. Неуверенный в себе Чонин стеснялся на репетициях, не мог полностью расслабиться и раскрыть свой потенциал. Ему явно не хватало опыта. У Хёнджина были проблемы буквально со всеми. Хван без конца воевал с Чаном, воспринимая все советы, просьбы и замечания в штыки. Ругался с Джисоном из-за малейших ошибок на репетициях, придираясь к тому даже за выбор стиля одежды и обуви. Другим младшим участникам тоже периодически доставалось.       Особенно у Хёнджина обострилась какая-то внутренняя проблема с Феликсом. Какое-то время в их отношениях, к облегчению Минхо, процветало перемирие. Они как бы объединились против общего врага. Феликс переключился на Уджина, он больше никому не позволял себя доставать, поэтому каждое слово издёвка со стороны Кима заканчивалось дракой. Хёнджин, казалось, активно поддерживал танцора в этом и тоже переключил своё внимание на раздражающего участника, перестав доставать Ликса. Но длилось счастье недолго. Пару дней назад на тренировку завалился помятый Хван, явно после попойки, в расстёгнутой рубашке и с засосами. Феликсу сорвало крышу. Уже не старший задирал, они как будто поменялись местами, каждое обращение заканчивалось словом «кобель» или посыланием Хёнджина к «своим девкам». Хван бесился, пробовал поговорить и оправдаться, но, в конечном итоге не понимая сути претензий, окрысился в ответ, причём не только на Феликса.       Минхо Хван знатно подзаебал, и он хотел было уже дать другу пиздюлей, но Чан его остановил, типа первая любовь у парня, она такая, сами разберутся и прочее. Какая такая первая любовь Хо так и не понял, его первая любовь никому нервы не мотала. Робко улыбалась и тянулась быть всегда рядом. Неуверенно держала за руку в трудные моменты, нежно обнимала, и их совместное поведение даже близко не было похоже на эти дикие отношения двух придурков.       Один лишь Чан в группе был образцом спокойствия, философски относился к этим скандалам, похоже он был даже рад, что танцевальный юнит такой же неидеальный и создающий бесконечные проблемы, как и его рэп-юнит. Вскоре сложатся, как пазл, был уверен лидер, осталось немного подождать.       — Тебя вообще не парят любовные отношения внутри группы и наши конфликты? — спросил его Минхо после одной такой крайне выматывающей межличностными конфликтами тренировки.       — О, я тебя умоляю, я уже столько лет в этой сфере, мальчишеская группа в самом расцвете пубертата, чего я только не видел. Не мутили бы внутри, зажимали бы стафф, гормоны же. И успокойся, ваши драки тоже из-за гормонов. Даже Уджин на самом деле просто обычный плохиш, как в школе. Пытается самоутверждаться, поскольку вместо класса у него были бесконечные тренировки в студии. Главное, не выносите всё это за пределы группы и расставайтесь полюбовно, не как у вас с Уёном вышло.       Но Минхо всё равно не мог оставить всё как есть. Они должны были помочь коллективу Чана получить место в шоу-кейсе, а не проебать его. Поскольку он мог повлиять не на всё, решил начать с главного и, если быть честным, своего. С первым вышло легко и просто, за это он и любил Феликса. С ним потребовалось один раз серьёзно поговорить, чтобы тот немного угомонился. Но вторую проблему, а именно Хёнджина, поймать было трудно, тот как-то поменялся за последнее время и не подпускал к себе никого, даже лучшего друга. Последней каплей переполнившей чашу терпения Минхо стал конфликт Джисона и Хёнджина. Когда Джисон совершил небольшую ошибку в хореографии, Хван раздражённо бросил.       — Надо больше времени репетициям уделять, а не тискаться со своим то ли другом, то ли парнем.       Это оказалось чересчур не только для Хо, все стояли в шоке. В студии находился стафф, и Хван явно забылся. Минхо мысленно сосчитал до 10, потом ещё раз, взглядом попросил Чана заняться Джисоном, тот резко побледнел и неестественно замер, и, схватив за шкирку несопротивляющегося Хёнджина, вывел за дверь.       Молча протащив друга до пустой комнаты, завёл их обоих туда.       Минхо долго ничего не говорил, Хёнджин тоже на удивление не возмущался. Только как-то поник и смотрел куда-то в пол.       — Расскажи мне, что с тобой происходит в последнее время. Мы же друзья?       Хёнджин нерешительно потоптался, затем, видимо что-то для себя решив, плюхнулся на пол и постучал рядом с собой, намекая Минхо сесть, тот со вздохом опустился и прижался впритык. Хван не оттолкнул.       — Вот скажи, нахрена мы в это ввязались? Неужели ты думаешь, сможем победить Сана и дебютировать? — тихо произнёс друг.       Минхо нахмурился.       — Что за прилив пессимизма, пока у нас всё получается.       — Да ладно, — хмыкнул младший, — что получается? Мотать друг другу нервы?       — Давай без этого всего, — начал раздражаться Хо, он совсем недавно заразился неконфликтным дзеном от Чана, — идеальных групп не бывает. У нас столько же шансов как у Сана.       Хван горько рассмеялся.       — Наивный. Знаешь, этот мудак Сан приходил ко мне и предлагал «последний шанс» в его группе, уже без вас, как он выразился «сомнительных педиков». Угадай на сколько букв я его послал. Но он только поржал и сказал, что у Чана нет шансов. Всё давно решено. Шоу-кейс так работает, крутая проплаченная группа, к которой в конкуренты дают лузеров, чтобы результат был неоспоримый. Угадай, кто эти лузеры? Почему нам дают самое позорное время и маленькие студии, где наш большой стафф помощников и… Почему ты ржёшь?! — возмущённо вскочил и воскликнул Хван.       — Так это твоя проблема? Ты боишься продуть и заранее сдался? Будешь оправдывать неудачу тем, что всё купили? Хёнджин, это ты наивный дурак, а Сан блефует. Конечно, всё проплачено, ты либо ждёшь дебюта, как чуда, либо покупаешь шоу-кейс для быстрого старта.       — Мы тоже будем платить? — Хван был крайне удивлён.       — Всё уже оплачено. Сан злится, потому что это изначально планировалось преддебютное шоу для его группы, но Чанбин с деньгами спутал планы, теперь это будет шоу не на выживание, а соревнование между двумя командами. Сан чувствует, что всё идёт не по его плану, он пытался загнать нас в ловушку, а мы взяли и отказались, да ещё и ушли к конкурентам. Мы становимся всё сильнее и сплочённее, вот Сан и играет грязно, пытаясь отомстить и нас поссорить изнутри ещё до самого шоу. И запомни, компания никогда не будет платить за твои лишние тренировки и подготовки к участию. Так что лучше иди целуй задницу Чанбину, а не пытайся просрать наш шанс.       Хёнджин не мог в это поверить. Сан-хён использовал его? Открыто блефовал? Хван похерил отношения с Феликсом и группой из-за чьего-то вранья? Ох, как же стыдно.       — Ты уверен? — уточнил он, но Минхо никогда ему не врал, особенно в важных вещах.       — Конечно, уверен, и не нервничай так, по крайней мере, я знаю, что наша дружба и группа для тебя важнее победы в шоу-кейсе. Ты всё равно не ушёл к Сану и был с нами, думая, что шансов нет. Глупая ошибка, но ещё есть время всё исправить. Ты набухался и с кем-то переспал из-за этого?       — Не спал. Хотел, но не смог, ты же знаешь о моей проблеме. Чёрт, Феликс не простит меня никогда. Он не поймёт.       — Ну, сам дурак. Словами через рот надо решать проблемы. И я тебе советую, не лезь к нему сейчас с разговорами. Он ревнует, но не понимает этого.       — Да, блин, я очень боялся тебя расстроить. Хотел только сбросить скопившееся напряжение в клубе.       — Ага, сбросил, результат отличный вышел. Феликсу только не рассказывай про свои способы снять напряжение. Вряд ли он оценит.       — Тоже мне, нашёлся эксперт, Джисон-то в курсе про твои?       — Отъебись, это в прошлом.       — Минхо, я серьёзно, расскажи ему. Сам же понимаешь, Сан не успокоится. Все знают, что Джисон уязвим, Уджин наверняка уже доложил о ваших милостях. Сыграть на ревности Хана или поссорить вас твоим прошлым лёгкий путь. И прости меня, что поверил этому кретину и истерил вместо нормальных разговоров и тренировок, — грустно закончил он.       — Что ты там плёл о том, что мы команда и заботимся друг о друге? Сам-то то об этом не забывай, — Минхо проигнорировал совет, вмешательства в его личную жизнь он не хотел даже от лучшего друга и, конечно, ещё злился на Хвана за глупость, хоть и многое понимал. Хёнджин был очень чувствительным, как бы не старался казаться крутым и беззаботным. Ли был рад, что тот открывал эту сторону только ему. Даже с Феликсом Хван неожиданно втрескался очень быстро и сначала не мог принять свои чувства, а потом осторожно скрывал любовь, превозмогая боль в сердце, дразнил, чтобы не причинить страдания обременяя внезапными романтическими чувствами. Если бы Хёнджин начал проявлять заботу или подпустил к себе, пытаясь подружиться, то сразу бы сдал себя и свои чувства с потрохами. Закрываться и маскировать Хван не умел, отдавая себя полностью тому кого любил. Наблюдая за Ликсом, старшие танцоры догадывались, что тот ещё сам не знает кого и как он хочет, и к отношениям младший был явно не готов. Феликс бесконечно флиртовал со всем, что движется, заигрывал и касался, но сразу убегал как только видел намёки на что-то большее. Хёнджин своим признанием только запутал бы неопытного подростка, а обстановка в группе стала ещё напряжённее. Феликс был добрым и отзывчивым, чужая любовь приносила бы ему только страдания и неудобства. Поэтому и приходилось быть мудаком в его глазах, но и делать слишком больно Ликсу он не собирался, где-то глубоко Хван лелеял надежду на взаимность. Хёнджин был готов подождать своё солнце сколько потребуется.