Волчья банда

      К завершающему этапу шоу — недельному зрительскому голосованию за понравившуюся группу — ребята настолько вымотались эмоционально, что перестали себя контролировать полностью. Сценаристы, кажется, уже сдались и даже не просили перезаписи. Это стало тревожным звоночком.       — Похоже, это полный провал, на нас даже уже не орут, — устало пробормотал Чанбин.       Они все, как обычно, собрались в его доме, после тренировки и съёмок, чтобы поужинать и провести время вместе, перед финальным выступлением и оглашением окончательных итогов. По итогам судей команда Сана лидировала с огромным отрывом. Что приводило всех в крайне унылое настроение, которое, как ни странно, сплачивало группу почище любого успеха (но, конечно же, ненадолго).       — Зрительское голосование важнее, не судьи всё решают, — неуверенно начал Чан.       — Ага, и особенно зрителям понравилось, как Минхо затолкал в рот Хёнджина салфетки, когда тот случайно свалился на Джисона во время репетиции, — проворчал Сынмин.       — Да я сто раз уже извинился, — заорал Минхо, — я забыл, что это прямой эфир!!!       — Да, блядь, а если это не эфир, то всё нормально? — возмутился Хван.       — А нехуй руки было распускать, — снова распылялся Ли.       — Я просто споткнулся!       — Неуклюжая корова, полчаса ещё ерзал, встать с него не мог!       — Их возня тоже, несомненно, понравилась зрителям, — никак не мог успокоиться Сынмин.       — Не больше, чем кривой корейский Феликса, который даже разобрать, что ему говорит директор музыкального агентства не в силах, — ехидно переключился Хёнджин.       — Да пошел ты нахуй, видимо давно напряжение не сбрасывал, кобель, — не остался в долгу упоминаемый парень, корейский мат у Ликса был на высшем уровне.       — Зато не последний девственник в нашей группе. Даже чудик Джисон уже потрахался, — заявил Хван и тут же попытался отскочить от взбешённого Феликса.       — Да откуда ты, блин, всё знаешь, хватит нас сталкерить, — возмущённо прокричал краснеющий Хан, пока Минхо молча потянулся за салфетками.        — Втроём на одного, засранцы, — вопил Хван отчаянно убегая от них и прячась за крайне недовольного таким поворотом событий Сынмина, снося всё на своём пути под стойкий и непрекращающийся мат Чанбина.       — Да за что мне всё это? — на всю комнату простонал Чонин.       «Эх, столько времени прошло, а ничего не поменялось», — даже не удивился Чан.       Словесная перепалка привычно переросла в совместную потасовку.       — Алло, успокоились, закончили разводить этот цирк, — уже выработавшимся командным голосом прекратил лидер потасовку, — у меня есть важный вопрос.       — Валяй, — довольный Минхо развалился рядом с Джисоном, практически навалившись на него. Сынмин, которого в процессе потасовки уронили на пол и придавили, недовольно смотрел, как Хван выплёвывает салфетки.       — Мы останемся командой, даже если не дебютируем? — осторожно спросил лидер.       — Ты думаешь, нас спросят? — удивился Чанбин.       — Конечно, мы же сами сформировались, они не смогут это отобрать, — неуверенно ответил лидер.       — Нас расформируют и выкинут, — не поддержал его главный пессимист группы Сынмин.       — Ну, мы можем уйти все вместе, — пробормотал Феликс, — я к вам привык и не хочу расставаться, — он потянулся со своими объятьями в клубок к Минхо и Джисону. Хван насмешливо на них смотрел, помогая Киму подняться.       — Тогда, вместе уйдём и попытаемся в другом месте? — уточнил лидер.       — Конечно, как же я без вас, вдруг забуду вовремя сделать уроки или лечь спать, — буркнул Чонин себе под нос.       — Фу, Чан, никто не любит эти нежные разговоры, — пробормотал Чанбин, — думаю, мы по умолчанию даже не думали, что разбежимся после итогов. Даже гадёныш притих и не мешает.       Упомянутый Уджин действительно взял себя в руки, понимая, что их провал это его провал, он прекратил провоцировать участников и даже в чём-то помогал. Но парни, видя только корыстный интерес, не оттаяли. Самые ровные и равнодушные отношения у команды были с ним. На рожон никто не лез, но и к себе не подпускали.       Пока подсчитывались итоги зрительского голосования, команды напряжённо сидели в гримерках. Настроение царило мрачное, даже Чан не мог сдерживать своего отчаянного сожаления, ему казалось, что он подвёл ребят. Но приходилось заставлять себя улыбаться и подбадривать. Он всё-таки лидер.       Минхо и Джисон не расцепляли объятий, они сидели в углу прямо на полу чуть дальше от всех, и старший парень прижимал со спины младшего, обжигающе горячо шепча что-то ему на ухо. Хан только краснел от близкого публичного контакта, а впоследствии радостно заулыбался.       — Эй, Хани, я люблю тебя, ты знаешь, что главное — мы, а не дебют? Я так хотел быть рядом с тобой на сцене и мы целый месяц делали это, не важно, что будет впереди.       Хван скривился, он сидел совсем рядом и краем уха слышал все эти милости, позволил себе бросить один тоскливый взгляд на подходящего ко всем, кроме него, с утешающими объятиями Ликса. Когда Феликс однажды подошёл с ними к Хёнджину, он, конечно же, оттолкнул, опасаясь, что его бешено стучащее сердце будет слишком заметным. И Ликси всё опять понял неправильно, обиделся и больше не подходил. Феликс, к сожалению, так и не мог определиться с предпочтениями и отношениями, но при этом, совершенно не понимая и не осознавая своих чувств, дико ревновал Хёнджина к каждому столбу и давал дурацкую надежду. Даже как-то грустно, что несмотря на возможность провала на шоу-кейсе, Хвана больше беспокоило возможное расставание с собственным солнышком. Хёнджин, в отличие от большинства, не был в удручающем настроении, скорее уже тосковал по Ликсу. Да, беспокойство росло, но Минхо прав, победа и дебют не главное, они много преодолели все вместе и сблизились, так что нельзя воспринимать шоу, как провал, пусть это будет первый этап их многообещающей карьеры, ведь не зря они столько нервов тратили на эту почти семейную дружбу.       — Ладно, куплю нам ещё одно шоу, делов-то, — бурчал Чанбин, успокаивая рыдающего Чонина, поглаживая его по спине, младший совсем расклеился. Все встрепенулись от его шутки, атмосфера несколько наладилась.       — Действительно, давайте не будем рыдать на радость Сану, лучше будем сиять, пусть охренеют от нашей самоуверенности, — прокомментировал Сынмин.       И они сияли, в ожидании решения зрительского голосования, стоя в кои-то веки дружно на сцене, держались за руки и одаривали ухмылками членов жюри и своих противников. Глаза Сана и других, уверенных в своей победе, выражали неподдельное изумление.       — Совсем ёбнулись, — буркнул Уён, он собирался наслаждаться слезами и унылым выражением лица бывшего, вырвав у него победу и наказав за откровенное пренебрежение. Ли с чудиком столько нервов ему попортили, совершенно не стыдясь своих отношений, зажимались на каждом углу в компании, светили своим счастьем всем и каждому. Даже эфиры с их группой невозможно было смотреть, те не специально, но прикосновениями и взглядами демонстрировали свои нежные отношения. Поймав счастливый и тут же издевательски подмигнувший взгляд осмелевшего Джисона, Уён с яростью отвернулся.       Тем временем, в судейской комнате шли нешуточные споры.       — Да вы с ума сошли, мы столько вложили в команду Сана, одни танцоры сколько стоили! Я сам собирал группу, они должны дебютировать, — орал вице-президент компании.       — Ты видел результаты зрительского голосования? Да нас порвут, если мы посмеем выпустить не ту группу. Зайди и почитай комментарии, нетизены каждый эпизод поливают говном судей за, цитирую, «купленные голоса», — не менее громко, наперебой, в ответ кричали продюсеры.       — Никто ничего не узнает! — продолжал возмущаться мужчина.       — Не узнают? Таких рейтингов у шоу ещё никогда не было. Видео с Чаном и его бандой многократно превысили просмотры группы Сана! Правда выплывет в мгновение, и нас завалит говном. Ты этого хочешь?       Глава JYP напряжённо молчал и отчаянно пытался найти выход, никто казалось не ждал такого результата. Симпатичные талантливые мальчики, все как на подбор модельки в группе Сана, казались пресными и неинтересными, его готовая к дебюту группа провалилась в рейтингах шоу с самого начала. Дикая волчья банда, другого словосочетания для них не находилось, даже особо не старалась, они совершенно не умели играть по сценарию, гендиректор сам не мог смотреть видео с ними, рука не отрывалась от лица в течение всего просмотра. Они такое ляпали и творили на сцене и за кулисами, что сценаристы не знали, как выпускать зацензуренные версии, пришлось бы вырезать просто все сцены с этой волчьей командой. Но их искренность, непринуждённость и отсутствие фильтра мозг-язык приводила зрителей в полный восторг. Таких рейтингов не было ещё ни у одного кейс-шоу в его компании. И все просмотры приходились не на адекватные хорошо продуманные видео-эпизоды и трансляции его сплочённой преддебютной группы, а на нелепые, едва отцензуренные видяшки Чана и его неадекватов.       — Мы не можем выпустить «это», — заявил решительно глава компании, вице-президент радостно заулыбался, — но придётся.       Раздался дружный мучительный стон.       — Нет смысла подделывать зрительское голосование, рейтинги просмотров говорят сами за себя. Такое не скрыть, придётся придумывать другое шоу для Сана, — уныло закончил гендиректор, вот так и знал, что от этого Бан Чана и его подростков будут одни проблемы.       Объявление итогов не прошло гладко, парни из группы Чана, не с первого раза поняли, что они победили и их ждёт дебют. Они стояли на сцене и тупили. Пока ошарашенный Хван не ляпнул в оглушительной тишине.       — Чанбин, ты им, что, снова денег дал? — и тут же отхватил подзатыльник от Минхо.       — Нет, вроде, — продолжил абсурдный диалог Со, под яростные взгляды гендиректора агентства и судей.       Медленно их накрывало осознание. Ребята громко заорали, зарыдали, запрыгали, обнимаясь и утирая слёзы друг друга. Минхо и Джисон счастливо и неверяще смотрели только друг на друга, и Чан очень переживал, что они сейчас поцелуются, прямо на сцене, несмотря на камеры, поэтому легко, но настойчиво удерживал Минхо на месте. Чанбин с радостным лицом занимался тем же самым, как можно менее палевно придерживая от необдуманных поступков Джисона. Где-то рядом с ними, громко захлёбываясь слезами, рыдал Феликс, а Хёнджин открыто пялился на него и стирал дорожки из слёз своими дрожащими руками, а позже крепко прижимал к себе. Сынмин со сложным, немного брезгливым, выражением лица похлопывал по спине всхлипывающего Чонина.       Новая группа, которая вскоре должна была дебютировать, не обращала внимания ни на яростные взгляды команды Сана, которые с трудом держали лицо и пытались не наброситься на соперников, ни на недовольные взгляды членов жюри и главы их компании, ни на бедных операторов, которые не знали на кого направлять камеры, чтобы потом не вырезать всю финальную церемонию объявления результатов. Они были слишком заняты, чтобы замечать окружающий мир, сначала счастливо прыгали и орали, потом яростно обнимались, не забывая при этом громко спорить, когда и где будут отмечать победу.       Один только Уджин стоял в стороне и отчаянно сожалел, что упустил возможность подружиться с этими придурками. Обещание Сана, забрать его в дебютирующую группу оказалось пустышкой. Он дебютирует первым, но надолго ли. Злопамятный Чанбин вряд ли отступит от своих угроз.