Fragile Hearts

Невидимые волны смятения кружатся вокруг головы великого мастера Нефритового дворца, когда он медитирует в древних пределах зала героев. Сидит под возвышающейся статуей золотого дракона лицом к бассейну с луной, покрытому небольшими искажениями, отражающими случайные мысли Шифу. В ту же секунду, когда его ученики ушли, его разум впал в безумие. Несмотря на весь свой многолетний опыт, он никогда не отправлял своих учеников в неизвестность. В большинстве случаев либо их враги давали о себе знать, либо во дворце была какая-то информация о них. В настоящее время? У них ничего не было. Нет доказательств. Никаких подсказок. Никаких следов. Ничего такого. Это не имеет никакого смысла! Его мысли продолжают звучать в его голове, и его медитативное состояние совершенно бесполезно, чтобы остановить его параноидальные мысли. Он просматривает свои недавние воспоминания, чтобы увидеть, есть ли какие-нибудь подсказки, которые он, возможно, оставил позади, но, казалось бы, безрезультатно. Как это возможно? Как кто-то может похитить четырех человек, а затем убить одного, не оставив следов? Как? Несмотря на то, что нет никаких вещественных доказательств, подтверждающих это, Шифу должен быть глуп, чтобы думать, что это не нечестная игра. Чтобы четыре человека исчезли наугад, а потом один из них оказался мертвым? Не может быть естественным. Ни за что. Пока он продолжает сомневаться в том, что кто-то способен сделать это, одно воспоминание ненадолго мелькает в его голове. Ну, он упомянул своего старого ученика. Белая тигрица по имени Цзинси. Ты знаешь что-нибудь о ней? При этом вопросе лицо мастера сморщивается в задумчивости. Странно, что По знал об этом. Сомневаюсь, что Угвей стал бы рассказывать ему что-то настолько личное только ради… урока…  При этой мысли паранойя, затуманившая его разум, проясняется, и воспоминание принимает форму. Охранники-носороги окружили окрестности, блокируя гражданских, которые осмелились проникнуть в помещение. В воздухе висели темные тучи; слезы ужаса небес грозили упасть на Долину. Спускаясь по ступеням, молодой Угвей и Шифу держали серьезно серьезные лица. Глядя на всех жителей деревни, которые плакали от увиденного перед ними, мастера могли сказать, что произошло что-то поистине ужасное. Несмотря на скорбные слезы, омывшие улицы, и унылый дождь, поливший его панцирь, Угвей жестом велел охранникам пропустить их со своей обычной грацией, хотя и с выражением боли, из-за которого его лицо исказилось. Когда носороги ушли, перед ними полностью открылось ужасное зрелище. На полу растянулись белый тигр-самец и оранжевая тигрица-самка. Оба мертвы. Шифу прищурился на труп мужчины. — Танлан. -Из его мастера-черепахи вырвался болезненный шепот, который застал красную панду врасплох, но также помог ему понять, кем именно был этот человек. Это был напарник ученика Угвея, сбежавшего прошлой ночью. Холодные голубые глаза смотрели на нежные нефритовые глаза. Глаза пожилой черепахи затрещали от боли, когда он смотрел на мертвые тела перед собой. Угвэй прошептал: — Цзинси… Как ты могла… Он вздохнул и начал говорить с одним из охранников, прося их немедленно удалиться. Когда это произошло, глаза Шифу снова переместились на сцену, которая лежала перед ним, не в силах отвести взгляд. Что-то скользнуло по его глазам, пока он продолжал воспринимать убийство перед собой, что-то, чего не показывали уже давно. Страх. Эта сцена, мягко говоря, напугала его. Однако это было не т тот факт, что они были мертвы. Тем более, что синяков не было. Нет крови. Никаких следов. Ничего такого. Если его предположения были верны, то предыдущий ученик его учителя каким-то образом сумел это сделать. Без правдоподобного объяснения того, как это могло произойти, это преступление быстро стало тем, о чем Шифу предпочел бы забыть. Так он и сделал. До нынешнего момента. Стальные голубые глаза распахиваются от ужаса, когда осознание того, кто несет ответственность за недавние преступления, пронзает его разум, а страх перед тем, что может случиться с его учениками, пронзает его сердце. — Это все проделки Цзинси…» — подтверждает Шифу сам себе, в его голосе отчетливо проступают нотки шока и недоверия. Его лицо вскоре искажается в фокусе: — Я должен пойти предупредить их! — восклицает он, готовясь вырваться из зала героев, в нем горит цель спасти своих учеников. — Почему ты так торопишься, старый друг? Красная панда замирает от пожилого голоса. В том, что? Он оборачивается и видит… Ничего. Только бассейн с луной и массивная статуя дракона над ним. — Здесь.- Спокойный и нежный тон доносится из-под мастера, заставляя его опустить взгляд. Хотя он может видеть лицо в воде, оно размыто рябью воды. Взяв записку от своего бывшего учителя, Шифу слегка постучал своим посохом по центру бассейна, чтобы убрать все эти искажения. Когда изображение становится четким, он видит не что иное, как улыбающееся лицо своего бывшего мастера: — Спасибо, старый друг. Рад снова тебя видеть. Шок появляется на лице красной панды, когда он быстро спрашивает: — Мастер?- Угвей кивает: — Но… Но как ты здесь? П-почему ты здесь? Что происходит?- Голос Шифу искажен его замешательством и страхом. — Я здесь, потому что так захотела Вселенная. Это должно ответить на вопрос, как и почему. Что касается того, что происходит… Ну, я думаю, ты только что понял это. -Старая черепаха отвечает, спокойная улыбка не сходит с его лица. Страх снова искажает лицо Шифу, когда он умоляет: — Значит, это правда… Цзинси вернулась?- Спокойная улыбка исчезает с лица Угвея и тут же сменяется выражением страха. Он кивает. Услышав ответ Угвея, Шифу снова готовится: — Они действительно не знают, с чем имеют дело… — Нет. Стальные синие шары снова расширяются, в замешательстве глядя на лунный бассейн, в котором укрывается пожилая черепаха. — Я… я ,извиняюсь? — спрашивает Шифу своего покойного мастера, ясность в его сознании теперь снова затуманена. — Ты не можешь идти, Шифу. Ты нужен здесь. -Угвей объясняет: — Если ты уйдешь, долина останется незащищенной, и бандиты или другие кретины могут воспользоваться возможностью, чтобы нанести удар. -Спокойное поведение пожилого мастера возвращается, а его голос сохраняет успокаивающий тембр. — При всем уважении, господин. Если воин-дракон и пятерка не вернутся отсюда, то может не быть долины, которую нужно защищать! Вы же знаете  , насколько  она сильна! — восклицает Шифу, потрясенный непринужденным отношением Угвея к этому кризису. Угвей снова улыбается своему другу: — Помнишь обещание, которое ты дал мне, Шифу? Красная панда смотрит на своего мастера в легком замешательстве, пока печальное воспоминание о кончине Угвея не вспыхивает в его сознании. Шифу кивает. — Они никогда не отступали от боя. Они никогда не сдавались, какой бы непобедимой ни казалась угроза… Верь в своих учеников, мой друг. -Старые нефритовые глаза смотрят в стальную синеву из бассейна, видя океан беспокойства, скрытый в этой стали. — Верь в свою дочь. Шифу неохотно вздыхает и на мгновение отводит взгляд от бассейна: — Попробую.- Он бормочет, его паранойя теперь яснее, чем когда-либо прежде: — Я должен, по крайней мере, заставить Зенга отправить им сообщение о…  ней . Они должны знать, мастер. Понимающее выражение появляется на лице Угвея, когда он спрашивает: — Теперь почему ты думаешь, что они понятия не имеют? Озадаченность проступает на чертах лица Шифу, пока он снова не вспоминает разговор, который у него был с По. Ну, он упомянул своего старого ученика. Белая тигрица по имени Цзинси. Вы знаете что-нибудь о ней? Глаза загораются от осознания: — Так  вот  почему вы рассказали о ней По. -Он шепчет в благоговении перед способностью своего учителя скрыть предупреждение в своем уроке. Угвей улыбается и кивает: — Итак… Вы узнали об этом? На вопрос Шифу улыбка Угвея снова исчезла: — К сожалению. -Он бормочет. Зная, что не следует нарушать никаких личных границ со своим мастером, он вместо этого решает спросить: — Вы действительно думаете, что По поймет это? Ответ Угвея? Простое пожимание плечами с последующим: — Я не знаю. -С его фирменной улыбкой, возвращающейся к его лицу. Малая панда снова вздыхает, поднося лапы к лицу. При такой реакции черепаха говорит своему старому другу: — Помни, Шифу. Ты должен верить в них. Ты должен верить. Синие шары снова задумчиво отводят взгляд от бассейна. Несколько мыслей о неповиновении своему учителю и преследовании его учеников проходят через голову красной панды только для того, чтобы вернуться к одной мысли. Угвэй был прав раньше, почему это должно измениться сейчас? Решив еще раз довериться пожилой черепахе, Шифу клянется ему: — Я сделаю это, мас- Он делает паузу, переводя взгляд обратно на бассейн. Лицо Угвея исчезло. Увидев это, Шифу шепчет: — Мастер. -Не в состоянии понять, действительно ли его мастер вернулся к нему в трудную минуту или его разум разлагается из-за его нескончаемой паранойи. Тем не менее, Шифу сохраняет холодный внешний вид и смотрит на деревянные двери зала героев, молча молясь о том, чтобы его ученики были в безопасности, несмотря на то, что он знает об ужасной судьбе, которая их ждет впереди. ...