If only I had known [Если бы я только знал]

      Ники не был жестоким человеком, ни в малейшей степени, но если бы он знал, какого монстра он принесёт в их жизнь, то, несомненно, убил бы Дрейка Спира в тот момент, когда встретил его. Однако Ники не знал. Но, боже, как бы он хотел знать. Как бы он хотел, чтобы именно он должен был жить с последствиями.       __       Вечер начался никак иначе, чем их обычные поездки в «Райские сумерки». Ники, Аарон и Кевин свалились на задние места Мазерати, блондин ехал с Нилом на пассажирском сиденье. Они остановились в кафе «У красотки», чтобы закупиться пылью, которая зарядит их энергией, а затем добрались до клуба. По прибытии они заняли столик и получили первый раунд напитков. А впоследствии наблюдали, как Кевин прошел мимо, держась за голову, все еще сжимая полупустой стакан и тихо храпя; это ни в коем случае не было странным. Обычно нападающему требуется немного больше времени, чтобы достичь такого бессознательного состояния. Это привело к тому, что вскоре Эндрю объявил о своем и, следовательно, уходе Нила и Кевина, и Аарон, не желая добираться до дома другими способами, присоединился к ним. Однако Ники, будучи в восторге от пыли, алкоголя и музыки, решил остаться. Он не думал, что смог бы заснуть в ближайшее время, даже если бы захотел.       —       Толпа в «Райских сумерках» была занята чем обычно, и музыка громко барабанила в ушах Ники, когда он пробирался через массу тел, пытаясь добраться до бара. Несмотря на то, что он не мог дождаться, чтобы вернуться на танцпол, он сначала хотел больше шотов. После нескольких ударов по плечам и ногам, ему удалось встать перед баром и быстро помахать Роланду, чтобы привлечь его внимание.       — Как обычно? — громко спросил его бармен из-за музыки.       — Нет. Всего три рюмки текилы, пожалуйста.       — Это всё? — взрослый мужчина спросил, глядя через плечо Ники, вероятно, проверяя, можно ли где-нибудь увидеть Эндрю и других.       — Да. Эндрю уже ушел, но я еще не закончил танцевать, поэтому только для меня, — объяснил Ники.       — Достаточно справедливо, — сказал Роланд, поставив рюмки на баре перед собой. — Может быть, тебе не стоит выпивать всё сразу. Эндрю убил бы меня, если бы я позволил тебе потерять сознание где-нибудь в углу.       — О, конечно, — сказал Ники, улыбаясь и заливая в себя первый шот, преувеличенно подмигивая бармену, который просто фыркнул. — Я здесь, чтобы хорошо провести время, недолго, как я вижу.       — Бьюсь об заклад, — Ники усмехнулся и выпил вторую рюмку, чтобы подтвердить свои слова.       Это рассмешило его, и Роланд покачал головой:       — Ну, только не блюй рядом с моим баром.       — Что? Я? Я бы никогда. Ты же меня знаешь, — ответил Ники с притворной болью, но он не мог удержать себя от приподнимающихся уголков губ.       — В этом и есть проблема. Я знаю тебя, Николас, — другой усмехнулся, наливая немного напитка для парня, ожидающего на стуле рядом с Ники.       С драматическим всплеском Ники резко развернулся, чтобы вернуться на танцпол, с последним оставшимся шотом в руке. По крайней мере, это то, что он бы сделал, если бы не широкая грудь перед ним. Теперь она была вся пропитана текилой.       — О, черт! Это моя вина! — поспешил извиниться Ники, уже немного вялый из-за алкоголя — в конце концов, он всегда ощущал себя легко после него.       — Не беспокойтесь об этом, в конце концов, это был несчастный случай, — пришел ответ. Наконец, глядя вверх, Ники столкнулся с мужчиной в темно-синей рубашке и пронзительным взглядом. Глаза незнакомца смотрели на него то опускаясь, то поднимаясь, прежде чем остановиться на лице Ники.       — Мне очень жаль. Я на самом деле не ожидал, что кто-то будет стоять так близко. Я разговаривал с Роландом, но потом он сказал, что… — бэклайнер запнулся, не зная точно, как он планировал закончить это предложение. Он нервно усмехнулся и попытался улыбнуться. Мускулистые руки незнакомца теперь были скрещены перед его грудью, демонстрируя впечатляющее количество татуировок. Он не казался особенно расстроенным или злым, но Ники не рисковал, особенно когда Эндрю уже ушел. У него также было скрытое подозрение, что мужчине не совсем чуждо насилие, если острая улыбка, которую незнакомец направил на него, означала что-то.       — Как я уже сказал, не волнуйся. Такие вещи случаются, — сказал мужчина, и его улыбка превратилась во что-то немного более теплое, заставляя Ники вздохнуть с облегчением.       — Я знаю, но я все еще хотел бы извиниться, — потер он затылок. — Мне немного стыдно за твою рубашку. Боюсь, теперь она испорчена, — он высунул руку. — Кстати, я Ники.       Мужчина крепко пожал руку. Слишком крепко, чтобы назвать это комфортным.              — Дрейк Спир.