В разрушенном чертоге старой Валирии

Главный из Вольных городов Эссоса гудел, Эймонд ранее летал на драконе над Титаном Браавоса, но его нога не ступла на земли за Узким морем. Он едва поспевал за Деймоном, проворно снующим меж людей словно безтелесная неуловимая тень. Тесные улицы, в которых едва поместилась бы телега, петляли загадочными лабиринтами, потеряться в Браавосе было легко, здесь пропадали даже местные: был человек, завернул за угол, и вот его уже нет – это жрецы Черно-белого дома регулярно забирают мирян в дар богам. Деймон вёл юношу вдоль Длинного канала, по каналу неспешно сновали мелкие гондолы торгующие разнообразными явствами, спелые фрукты и специи источали ароматы пробуждающие аппетит. Люд в Браавосе был разношерстный: здесь можно было встретить как светловолосых, голубоглазых выходцев из Лиса, так и оливковокожих кареглазых детей Мирра. Многонациональный Браавос был единственным из Вольных городов порицающим рабство, но простому люду жить легче от этого не стало, чрезмерное количество попрошаек и нищих придавало городу колорит коему "позавидовал" бы Блошиный конец. Эймонду постоянно хотелось ухватиться за подол плаща Дэймона, дабы не потерять его из виду. Слепой на один глаз принц то и дело спотыкался о животных, корзины и людей хаотично разброссаных на незнакомых улицах незнакомого города. Наконец они вышли к устью канала, стал виден Черно-белый дом, он приковал внимание юноши, огромное серое прямоугольное здание без окон с единственной дверью стояло на берегу залива. В детстве он читал повести о Безликих, жрецах-убийцах, его манила их аскетичность, равнодушная, безучастная жестокость, нет, жестокость неподходящее слово, скорее иное понимание смерти, Безликиие были знакомы со смертью лучше всех, они умирали и не раз, но их знание было другого толка. Думы Эймонда развеяла резкая рука дернувшей его за рукав. – Пришли. — Дэймон оттолкнул стоящего у двери пьяницу и затащил Эймонда внутрь. В пабе было жарко, Эймонду захотелось скинуть тяжелый плащ из бычьей кожи, Дэймон кивнул толстой женщине за стойкой, она его узнала и кивнула в ответ. Они направились через битком набитый зал, сразу стало понятно, что свободных столиков тут нет, но Дэймон продолжал двигаться вглубь, какой-то пройдоха нечаянно облил юношу элем, но Эймонд сжав зубы от негодования прмолчал не желая ввязываться в конфликт основанный на столь глупой подоплёке. В конце зала Дэймон завернул в длинный узкий корридор заканчивающийся тупиком, в отличии от зала корридор был пуст, единственный минус - невообразимо разило мочой, дойдя до конца корридора Дэймон посмотрел на юношу ехидно вопрошая, мол:"Что дальше?" Как будто это не он завёл его в тупик. Эймонд закатил глаза и трижды постучал кулаком в стену, гулкий звук подтвердил его догадки, это не стена, а потайная дверь. Ответа не последовало и дверь никто не открыл. — Помнишь песню о "Дженни из Старых Камней и принце Дункане Таргариане"? Её мелодию нужно настучать. – Произнёс Деймон облокачиваясь на стену к которой одноглазый юноша всеми силами старался не прикасаться. Эймонд удачно прошел испытание на слух и ритмику мелодично настучав всеми известную мелодию пальцами и дверь отворилась. Их встретила радостная полуголая женщина с презентабельными формами, она узнала хищную улыбку Дэймона и его яркие лиловые глаза, приобняла за шею стянув капюшон с его головы нежно поцеловала короля-консорта в губы. — Мой король. – произнесла она отстранившись от тела Дэймона и глубоко поклонилась. — Отдельную комнату и девочек на твой выбор. - Король прикоснулся пальцами к её подбородку, скользнул по шее и сильно сжал сосок. Одноглазый принц с желанием наблюдал за их контактом. — Вы с сыном? – пролепетала она с неприкрытым инетересом разглядывая Эймонда. Дэймон засмеялся приобнимая принца за талию. — Нет, просто с родственником, будь добра не задавай лишних вопросов. Девушка в очередной раз поклонилась и ретировалась предварительно указав на дверь комнаты в которой родственникам предстояло проводить свой досуг. — Я думал ты зовёшь меня выпить. – произнес Эймонд наконец стянув с себя ненавистный плащ и развалился на огромном круглом диване занимавшем почти всё пространство комнаты. — Вроде я говорил ещё что-то про обуздание дракона в твоих штанах. Эймонд потянулся, подвигал головой стараясь расслабить затёкшие мышцы шеи, ноги его гудели от длительного спуска с холмов, пинта вина, массаж ступней и хороший минет то, что ему сейчас было нужно. Он перевернулся на живот и потянулся вновь, длинные тонкие конечности облегала кожа костюма, он расстегнул пуговицы брюк и начал стягивать штаны. Дэймон уселся на противоположном конце дивана и наклонив голову лениво наблюдал за происходящим. Совсем скоро пятеро девушек зашли в комнату, места было мало и они начали ютиться на диване. — Ты, на выход. – Эймонд выпроводил девушку с милейшим лицом, но имевшую чуть более пышные формы, чем другие. Дэймон велел уйти еще двоим. Они остались парами, вчетвером. Дэймон выбрал себе худощавую лисийку едва достигшую совершеннолетия, а Эймонду приглянулась женщина с длинными, волнистыми, каштановыми кудрями. — Как тебя зовут? – спросил он стягивая с её плечь лямки тонкого шелкового платья. — Алисента, мой принц. – произнесла шлюха двигаясь навстречу его прикосновениям. Дэймон радостно оскалился, Эймонд смирил его презрительным, но игривым взглядом, потянулся к девушке и запустив длинные пальцы в густые волосы притянул её голову к своему паху не прерывая зрительного контакта со всадником Караксеса. Девушка принялась за работу, мужчины смотрели друг другу в глаза, в воздухе висел немой вопрос, кто же первый отведет в неловкости взгляд. Эймонду не понадобилось много времени чтобы кончить, он запрокинул голову и закрыл веки, кадык сглатыая слюну двигался по гортани, он прижал губы девушки к своему лобку и приоткрыл в наслаждении рот. Дэймон смотрел на происходящее поглаживая тонкую талию своей любовницы, наконец он схватил её за пятки и поставил раком, Алисента поцеловала лиссийку передавая сперму принца девушке, Дэймон грубо вошел в неё и тонкие, вязкие струйки жидкости сопровождаемые стоном потекли по подбородку малышки. Теперь уже Эймонд наблюдал за страстным соитием своего дяди, Алисента лежала на его бёдрах нежно целуя яички покрытые кудрявыми белыми волосами. Вдоволь нарезвившись мужчины прогнали девушек, голые и удовлетворенные легли на диван отдыхать и беседовать. — Твои планы, мой король?– с насмешкой произнёс Дэймон. — Я не питаю ложных надежд о Железном троне, буду путешевствовать и расстрачивать богатства своей семьи, но сперва направлюсь на Кинжальное озеро, помолюсь Старым богам у подножья чар-древа о котором ты говорил, по пути заеду в Пентос, воочию увижу Золотые поля и Мирр. — То есть бордельная Алисента, как я и говорил, усмирила твои ребяческие амбиции? — Кто знает, кто знает, Дэймон. Не вижу смысла делиться своими планами с тобой. — Брось, я не настроен враждебно, мне уже стало интересно наблюдать за тем, как второй сын пытается завевать престол, знакомая ситуация. — Быть похожим на тебя не самый худший исход. — Ха, люди обычно имеют другоге мнение. — Ты легко отринешь общепринятое и без зазрений совести пойдешь по пути азарта. Не принимаешь постоянства. – Эймонд произнес это серъезнее чем предполагал их фамильярный разговор. Дэймон тоже стал вдумчееве. — Тебе понадобится войско. — Есть идеи как мне его получить? – произнес юноша делая глоток самого ароматного и дорогого дорнийского вина, что было в борделе. — В твоём случае лишь силой и мудростью, еще тебе потребуется удача, но нет ничего невозможного мой юный племянник. Воспользуйся умом коим ты не обделен и мощью коей не обделен твой дракон, может тебе прийдется прогнуться под обстоятельства, но не падай духом, раз друзей в Вестеросе у тебя пока нет, заведи их в Эсоссе. — Друзей, разве со мной захотят дружить? — Я уже захотел дружить с тобой. Они провели день и ночь в борделе, вкушали томлёных на медленном огне каракатиц и трахали шлюх пока сперма не стала походить на воду. К рассвету следующего дня их пути разошлись. Караксес и Вхагар наполнив желудки овцами отдыхали на холме. Дэймон остался в Браавосе, ему предстоял визит в Железный банк, а Эймонд предложил Вхагар искупаться в заливе, позже они направились в Пентос.