The intricacies of her mind

Марси тихо лежала на своей двуспальной кровати. Ее сознание все еще погружено в сон. Солнце пробивается сквозь шторы, оставляя яркий свет, освещающий комнату. Запах сладких духов смешивается с запахом мокрой краски с предыдущей ночи, оставляя аромат, который идеально подходит спящей девушке. Безмятежность раннего утра, пока оно еще не испорчено жизненными обязанностями. Единственный момент, когда Марси по-настоящему счастлива. Хотя она никогда этого не осознает. «Марси проснись. Ты опоздаешь в школу!» — кричит ее мать, стуча в дверь, прерывая безмятежную сцену. Отчаянный крик матери заставляет Марси проснуться. Все еще растерянная от резкого пробуждения, она смотрит на окружающую обстановку, пытаясь собрать головоломку воедино. На ее кровати в беспорядочной куче разбросаны многочисленные картины. Ее ноутбук лежит на полу, а на экране отображается невыполненное домашнее задание. Во рту было ненормально сухо, словно кто-то засунул ей в рот вентилятор, уничтожающий слюну. Во сколько я заснула прошлой ночью? подумала про себя Марси. Она порылась в своем мозгу, чтобы найти воспоминания о прошлой ночи. Она вспоминает часы, проведенные в телефонных разговорах с Сашей и Энн. Слабую попытку начать домашнее задание, которая закончилась так же быстро, как и началась. После этого все как в тумане от усталости. Сидит за столом, перепрыгивая с незаконченной картины на незаконченную картину, танцует под глупую музыку, словно она пятилетний ребенок, у которого слишком много энергии, и, наконец, падает в море грязного постельного белья и мягкого матраса. Время на ее телефоне показывало, что сейчас 4:23 утра. Она помнит, как застонала от того, что время пролетело мимо нее. Марси уже чувствует сожаление об этом выборе. Ее глаза полузакрыты, под глазами черные круги. Ее тело отстает от указаний разума, болит во всех местах. Она испускает тяжкий вздох, освещающий разочарование в ее сознании. «Почему я такая», — снова и снова проносится мысль в ее голове, оставляя отпечатки сожаления. Марси включает телефон и сразу же ослепляется от яркости. Когда глаза привыкают к свету, она видит раннее время суток. 6:51 — кричит ей в лицо телефон. Она закатывает глаза от недостатка сна, который она приобрела. «Почему я такая?» — снова думает она про себя, прежде чем надеть наушники на уши, чтобы отгородиться от мыслей. Мягкие мелодии, доносящиеся из динамиков, заглушают ее отвлекающие мысли. Наконец она покидает свою беспорядочную постель, чтобы приготовиться к бесконечному повторяющемуся циклу своей жизни. Жарким летним утром Марси надела свои дурацкие школьные шорты, которые делают ее похожей на маленького мальчика. Вместе с коричневыми ботинками, белой рубашкой и синим галстуком она выглядит так: «Мне пять, а мама все еще выбирает мне наряды». Несмотря на то, что таков результат ее наряда, Марси он очень нравится. Это единственная хорошая вещь в ее частной школе с завышенными ценами. Плюс тот факт, что Анна и Саша тоже в ней учатся, конечно. Их родители пришли к единому мнению, что частная школа — лучший вариант для них. Так что их троих с пинками и криками отправили в среднюю школу Сент-Джеймс. До амфибии Марси любила ходить в частную школу, поскольку это было единственное место, где ей могли бросить умственный вызов, и она всегда была самой умной. Но теперь она оказалась в месте, где из нее выжимали творческие способности и заменяли их бессмысленной академической практикой. Когда Марси закончила свою обычную повторяющуюся чепуху, она села на край кровати и стала ждать. Ждет знакомого щелчка открывающейся и закрывающейся входной двери. Сигнализирующий о том, что ее дом опустел. Она ждет еще пять минут на случай импровизированного возвращения одного из членов ее семьи. Затем она обращает внимание на маленький зеленый ящик с замком, который стоит на полках. Спрятанная на виду, она молча ждет, когда ей откроют ее секреты. Она приподнимает уголок своего киноплаката «Война колдунов» и находит мерцающий серебряный ключ, прикрепленный к обратной стороне. Тщательными руками она вынимает ключ и вставляет его в замок, поворачивая его до щелчка. Когда крышка снята и ее секреты лежат открытыми, распространяя запах сожаления, она молча смотрит на коробку. Возможно, если она будет смотреть достаточно долго, содержимое изменится, превратится во что-то другое. После минуты молчания ничего не происходит, и она не может решить, печально это или радостно. Она вытаскивает маленькую смятую коробку и быстро запихивает ее в карман шорт вместе с зажигалкой. Затем она открывает окно и забирается на крышу. Скрытая от всего мира, она наконец-то действительно одна. Она достает из кармана коробку, открывает закладку и достает из нее одну сигарету. Помещает ее между указательным и средним пальцами, словно они были вылеплены специально для этой цели. Она поджигает ее и смотрит, как дым поднимается от конца сигареты. Марси осторожно подносит сигарету к губам и вдыхает дым. После нескольких месяцев практики она теперь может выкурить полную сигарету, не чувствуя себя больной, не кашляя и не разбрызгивая дым повсюду. Она задерживает дыхание, позволяя ощущениям омыть каждую частицу ее тела. Наконец она выдыхает, наблюдая, как облако дыма растет над ее головой. Она сидит на крыше и повторяет один и тот же утомительный процесс: вдох, пауза, выдох, и каждые несколько секунд щелчком пальца стряхивает лишний пепел. Марси знает, что идет по опасному пути, но на эти несколько секунд она наконец-то может почувствовать себя живой. Почувствовать что-то. Марси забирается обратно через окно — навык, которым она овладела с тех пор. Она меняет дедушкин свитер на легкую толстовку на молнии, опрыскивает все тело приятными духами и наносит на руки ненормально большое количество дезинфицирующего средства для рук. Все меры предосторожности, которым она научилась за последние месяцы. Никто не должен заподозрить ни малейшего намека на ее секрет. Если они это сделают, все может прекратиться, и ее единственный момент, когда она чувствовала хоть что-то, рухнет, как падающая звезда, которой она когда-то была так же ярка. Будущее, которое когда-то было таким ярким, что сжигало ее. Она вытесняет грусть раннего утра на задворки своего мозга и выходит из комнаты. Она прячет пачку сигарет в карман шорт. Обычно они лежат без дела в шкатулке и ждут, когда она оживет, но навязчивое желание, чтобы они были рядом с ней, только усилилось. Может быть, это напоминание о тех маленьких проблесках радости или о том, что, что бы она ни делала, она всегда будет неудачницей. Что бы это ни было, это была та небольшая мотивация, которая заставляла ее идти дальше. Когда она наконец вышла через парадную дверь, было уже 7:20, что давало ей 25 минут, чтобы успеть вовремя. Плюс еще пять минут на то, чтобы найти Энн и Сашу, чтобы пожаловаться на недостаток сна и ненависть к школе. Если бы она очень постаралась, то вполне могла бы успеть. Единственная хорошая вещь, которая произошла за те 29 минут, что она бодрствовала. Она неуклюже забралась в свой маленький темно-зеленый джип. Запихнула сумку и папку с рисунками на пассажирскую сторону с легким разочарованием от того, что они ей мешают. Машина была подарком для ее родителей. В тот самый день, когда ей исполнилось 16 лет, она сразу же отправилась сдавать экзамен на вождение. В течение последних шести месяцев она часами старательно отрабатывала навыки вождения. Родители с гордостью наблюдали за ней, когда она в первый раз идеально припарковалась или сделала трехточечный разворот. Марси не понимала, почему они так гордятся ею, ведь водить машину было легко и естественно, но, тем не менее, она принимала похвалу. В тот день все знали, что у нее все получится с первой попытки. Она вернулась со 100-процентным результатом, зажатым в руке, и кричала от восторга, ожидая, что родители просто поздравят ее и пошутят, что теперь она будет делать всю работу по дому. Но чего она никак не ожидала, так это того, что, подъехав к своему подъезду, она увидит темно-зеленый джип, припаркованный на ее подъездной дорожке. Она закричала и побежала обнимать своих родителей. Ее родители были так благодарны, увидев ее счастливым ребенком, каким она была раньше. За несколько месяцев до этого они заметили, что она погружается во тьму, и решили, что это сделает ее достаточно счастливой, чтобы вытащить. Они даже позволили ей провести весь день рождения с Энн и Сашей, зная, что именно это сделает ее самой счастливой. Она подъехала к обоим их домам и сигналила, пока они не поняли, что это она. Каждый из них кричал и обнимался, все гордились достижением Марси. Они ехали несколько часов, просто разговаривая и застревая в лос-анджелесских пробках. «Так как ты собираешься его назвать?» — спросила Саша с заднего сиденья, уже зная, что это будет что-то ботаническое. Вот что ей нравилось в Марси. То, что она никогда не отступала от своих интересов. Даже в те годы, когда она практически издевалась над ней из-за них, Марси никогда не меняла себя, чтобы соответствовать. «Я подумала об Оливии». Они сидят в тишине с одинаковыми улыбками на лицах при упоминании кого-то из их прошлой жизни. Маленькое воспоминание об их мире проносится в их мыслях. Все думают, что это был идеальный выбор имени. «Это значит, что я должна назвать своего Хоп-Попа». шутливо говорит Энн, нарушая мирный момент воспоминаний. «Да, точно, Бунчуй». Саша смеется: «Ты ни за что не сдашь тест на вождение». Марси и Саша хихикают друг с другом, а Анна сидит в тишине с явными признаками растущего разочарования. «Эй», — кричит она. «Я отличный водитель». Все они знают, что на самом деле это неправда. Энн на самом деле один из худших водителей, которых Марси и Саша когда-либо видели. То, как она дрифтует по левой стороне дороги и забывает указать в любой момент. Энн знает, что они правы, но никогда не признает этого. Жизнь Марси была намного ярче в те дни. В те дни, когда Энн и Саша каждую свободную минуту проводили рядом с ней. Они были лучшими подругами навеки, и ей казалось, что ничто не сможет разлучить их, даже древнее зло, вторгшееся в империю. Но она ошибалась. Конечно, они по-прежнему оставались лучшими друзьями, но Марси чувствовала, как они постепенно отдаляются друг от друга. Они говорили, что слишком заняты, чтобы встречаться по выходным, или что у них в обеденный перерыв проходят собрания клубов и спортивные тренировки. Никто из них не признавался в этом, но их дружба менялась. Марси чувствовала себя одинокой как никогда, она забросила все свои внешкольные занятия и вместо этого проводила все свое время в кабинете рисования. Она не знает почему, но в медленном падении во тьму и неудачу рисование — это единственное, что осталось с ней, поэтому она проводит за этим занятием все свое время. Марси поворачивает ключ зажигания, слыша медленный ритмичный гул двигателя. Она осторожно выезжает с подъездной дорожки, все еще точно следуя каждому коду в книге. Она включает радио и слышит знакомую мелодию своей любимой песни Мицки «Your Best American Girl». Она подпевает каждому слову, крича во всю мощь своих легких, не обращая внимания на то, что люди могут ее слышать. Ей все равно, что они думают о ней, потому что в конце дня они так же ничтожны, как и она